Безвозвратно утерянные чувства

Прибыв к подножью ордена Цишань Вэнь Лань Ванцзи услышал пронзительную трель флейты, и без раздумий направился туда. Знойный дворец представлял собой величественное строение, крышу которого составляли двенадцать коньков, на каждом были установлены восемь изваяний в виде священных зверей. Теперь же, на одном из коньков, Лань Чжань насчитывал девять. Вэй Усянь стоял именно там! Его глаза в темноте ночи источали холодное сияние. Сверху он наблюдал за кланами заклинателей, цветные одежды которых сливались в разноцветное море, кипящее волнами, не застывающими ни на мгновение: то расходящимися в стороны, то собирающимися вновь. Лишь клан Юнь Мэнь Цзян не сдвинулись с места, что и позволило Лань Ванзци разглядеть путь к Вэй Усяню. Внезапно мелодию Чэнь Цин расстроил журчащий звон струн, подобный дуновению ветерка. Находясь на противоположных краях крыши Ванцзи и Вэй Ин посмотрели друг на друга. Второй немного прищурил свои глаза. Видимо, белоснежные одежды в темноте ночи резали тому очи. Вэй Усянь ледяным тоном произнёс: - А, Лань Чжань, - на лице появилась еле заметная ухмылка. Он снова поднёс флейту к губам на этот раз тише и безысходно проговаривая: - Ты должен был давно догадаться, что Песнь Очищения на меня не действует! Лань Ванцзи убрал за спину гуцинь, сжимая, после, свободной рукой ножны Бичэнь. В голове было много мыслей, но ни одну нельзя было прочесть по его лицу, что как всегда выражало безразличие. Вынув из ножен свой меч и направив его на Чэнь Цин, Лань Чжань хотел разрубить призрачную флейту, что порождала лишь дьявольскую мелодию. Делая выпад в сторону Усянь ушёл от удара. Крутанувшись ещё несколько раз он вдруг остановился. В его глазах проскользнули искорки гнева. Вэй Ин рассмеялся и выдал слова, которые сподвигли застыть Ванцзи. - Ты же всегда ненавидел меня, так давай сразимся! - Вэй Ин! - в голове был полный беспорядок, и он не смог сдержать крик. Это был надрывный крик, но любой, кто хоть немного обладал ясностью ума, немедленно расслышал бы, как явственно дрожит голос Лань Ванцзи. Но только Усянь в тот момент потерял способность к здравому суждению. Безумие накрывало его разум и все в округе казались ему врагами, которые по его мнению также затаили зло на него. Посреди кровавой бойни пронесся слабый голос, что так и повторял одно единое имя: - А-Сянь! Голос, что так напоминал Цзян Яньли, помог позабыть Усяню о битве с Лань Чжанем. Последний видел, как тот не слабо перепугался за свою шицзе так, что его лицо побелело от ужаса. Срывая свой голос Вэй Ин опустив Чэнь Цин протяжно выкрикнул: - Шицзе?! Не так далеко послышался ещё один крик. Обладатель громоподобного голоса был глава клана Цзян. Цзян Чэн беспрерывно надрывал свой голос, пытаясь, докричаться до Цзян Яньли. - Сестра? Сестра! Где ты? Где ты? Вэй Усянь спрыгнул с крыши Знойного дворца, на дрожащих ногах, несмотря на нацеленные на него клинки и вспышки мечей, он направился на поиски Цзян Яньли. Среди всего этого хаоса битвы он продвигался вперед, так быстро, как только мог, пока не увидел белый силуэт Цзян Яньли. Изо всех сил расталкивая мешающих ему людей, что так и загораживали ему путь, Усянь с трудом помчался к ней. Лань Чжань, который все еще находился на крыше, мог видеть, что ни Усянь, ни Цзян Чэн не могли в одном порыве добежать до девушки. За спиной Цзян Яньли находился лютый мертвец в руке которого был длинный ржавый меч. Приближаясь к Вэй Усяню Лань Ванцзи заметил, что у того дрожали плечи - его охватил ужас. Он надрывно заорал: - Убирайся! Пошел прочь! Не смей тронуть ее! Цзян Чэн безостановочно требовал Вэй Усяня отозвать мертвеца. Его голос дрожал, но он старался говорить твердо чеканя каждое свое слово. В этот момент Цзян Чэну хотелось придушить названого брата, который сейчас предпочёл хранить молчание. В воздухе словно витали настоящие искры. Пускай они и находились в нескольких ли, феромоны альф сталкиваясь друг с другом создавали адскую смесь. Лютый мертвец, что беспрепятственно направлялся в сторону Цзян Яньли занес меч для удара, в следующую секунду рассек мечом спину девы Цзян! Цзян Яньли так и повалилась на землю. Следующую атаку мертвеца отбил Бичэнь, что следом разрубил тела мертвеца надвое. Лань Ванцзи спустился на площадь и легким движением схватил рукоять вернувшегося Бичэня. Занеся руку за спину, он видел, что Цзян Чэн и Вэй Усянь всё же смогли пробиться к деве Цзян. Цзян Чэн первым приподнял сестру с земли, обнимая девушку за плечи. Лань Ванцзи тем временем схватил Вэй Усяня за шиворот, поставил перед собой и резко крикнул прямо в лицо: - Вэй Ин! Останови мертвецов! Глаза Лань Чжаня покраснели, его красные прожилки привлекали внимание, но никому не было до этого дела в данной ситуации. Лань Ванцзи видел, что Усянь то и дело смотрел в сторону Цзян Яньли избегая взгляда. Более того, несмотря на все его слова остановить мертвецов, Вэй Ин оттолкнул Ванцзи. Покачнувшись от толчка последний смог сдержать равновесие, и кратко глянув на Усяня, тут же поспешил на выручку адепта из другого клана. После до него доносились лишь непонятные крики названых братьев. Помогая одному заклинателю за другим, Лань Ванцзи не мог следить за Вэй Ином, который был сейчас не в себе. На мгновение остановившись, он издали посмотрел в их сторону, затем вновь отвернулся и продолжил орудовать мечом. Как раз нанеся удар Бичэнем до Лань Чжаня донесся нечеловеческий крик Усяня, который заставил того резко повернуться. Истекающая кровью дева Цзян явно была причиной этого истошного крика. И теперь, Лань Ванцзи видел, как Вэй Ин схватил юношу, убившего Цзян Яньли, за шею. Забыв обо всех манерах и образцовом поведении, Ванцзи бросился к Вэй Ину расталкивая всех, кто вставал на пути. Но не преодолев и половину пути, как Вэй Усянь голыми руками с характерным хрустом сломал юноше шею у всех на глазах. Безжизненный труп был отброшен в сторону, а сам Вэй Ин достал из рукавов два предмета и на глазах у всех соединил их воедино. Стигийская Тигриная Печать! В один момент все заклинатели неотрывно наблюдали за печатью, что Усянь впоследствии выпустил из рук, давая шанс поймать это темное железо. Вэй Усянь зашелся в приступе истерического смеха, наблюдая, как заклинатели разных рангов, включая глав орденов гнались и ранили друг друга в попытке присвоить себе Стигийскую Тигриную Печать. Его смех прервал Лань Ванцзи, который встал перед его лицом и кратко произнес: - Пойдешь со мной.