Альфа-стая

Утро после полнолуния началось в обед. Альфы долго валялись, ворочались и потягивались, обнимаясь, подставляя головы и шеи под приятные почесывания. И Максим решил, что не так уж все и плохо. Хоть они и не могли чуять эмоций друг друга по запаху, теперь появилась возможность ощущать их через стайную связь, понимать друг друга стало немного легче. По крайней мере, ему стало хоть немного легче понимать молодежь. Проглотив за полчаса все, что оставалось в холодильнике, они единодушно решили, что, во-первых, этого было катастрофически мало, во-вторых, им нужен холодильник побольше. Быстренько собравшись, они отправились отмечать создание новой стаи. На них заглядывались. Трое молодых людей были безумно похожи, как братья и сестра, даже ростом своим выдающимся оказались почти одинаковыми, включая и девушку. Мужчина с ними был ещё немного выше, тоже привлекательный, но на их отца не тянул, хотя был заметным лидером. И почти у всех, кто обращал на их компанию внимание, непроизвольно возникали в мыслях различные предположения об отношениях, в которых они могут состоять. Макс не обратил внимания, нарочно Аня и Андрей оставили его дома наедине с Антоном, или просто так вышло. Раскладывая немногочисленные вещи по полкам, до чего вчера не дошли руки, он пытался вспомнить хотя бы, куда эти двое собрались и почему третий с ними не пошел, но их объяснения были такими невнятными, что проще было решить, что это сделано специально. Впрочем, недовольная морда Антона тоже на это намекала. Дикий усмехнулся их наивности. Нет, он не ебет все живое, когда нет свидетелей, мелкие плохо о нем подумали. Его щенок возился на кухне, перемывая оставшуюся после завтрака посуду. Наклонился через стол, пытаясь дотянуться до тарелки, дёрнул ноздрями, учуяв приближение вожака, хмыкнул и вдруг опустился локтями на столешницу, чуть прогибая спину. Впрочем, дикий с радостью ебет все живое, когда оно себя так открыто предлагает. — Судя по бровям, ты решил нас изнасиловать, — усмехнулся Максим, оглаживая стройное тело и задирая на нем футболку. — Мы не хотим быть снизу, — буркнул, не переставая хмуриться, Антон, но все же помог снять с себя одежду и почти повелительно пихнул мужчину бедрами в пах, — но ты же не дашь. Размазывая лубрикант по пальцам, Макс прикрыл глаза. Не сейчас и не ему, да, но быть принимающей стороной для него не новость. Только знать об этом своенравный щенок не должен, потому что будет дуться и решит, что его недооценивают. Пусть, для начала, хотя бы Андрея завалит, а потом нацеливается на своего вожака. Антон оказался жёстче, чем Андрей — робкий от неопытности и, в целом, более выебистый, чем действительно сильный. Уж этот юноша прекрасно знал свою немалую силу и привык, чтобы все вокруг склоняли перед ней головы. А теперь сам склонился, ссутулился, вжимаясь грудью в собственные локти, чтобы подавить непрошенные стоны. Сам довольно молчаливый в постели, Макс мог бы понять, но Антон прятал их нарочно, его тело нуждалось в звуковом выражении удовольствия, и запирать его внутри просто жестоко. Ухватив парня за шею, дикий поднял его, едва заметно прижал пальцами горло, он вдохнул полной грудью и едва не захлебнулся низким стоном от следующего толчка. Попытался найти, на что опереться, облизывая искусанные губы, и, в итоге, вцепился когтями в Максима, прогибаясь и прижимаясь затылком к его плечу. Послушно повернул голову, подставляясь под поцелуй, куснул чужие губы и снова сладко застонал. О, эти честные звуки дразнили не меньше россыпи родинок. Ласково погладив напряжённый живот, Макс подгадал момент и крепко, в кровь укусил его за сгиб шеи, с тихим шлепком вбиваясь глубже. Антон почти вскрикнул, часто выдыхая и жмурясь. И дикий притормозил бы, если бы каждый выдох не мешался со стоном, если бы он не откинул голову, предлагая всю шею. Но ради этого колючего, хоть и очень отзывчивого парня он даже позволил волку выпустить свои клыки. Когда Андрей с Аней вернулись в квартиру, которая стала домом их стаи, там пахло сексом, кровью и альфами. До отрешенности довольный Антон валялся в гостиной на диване, искусанный, помеченный, с глупой полуулыбкой и поволокой во взгляде. А в ванной шумела вода, выдавая местоположение вожака и то, что они вот только недавно закончили. Девушка нахмурилась, но ничего не сказала. Если этот шикарный страстный дикий окажется исключительно по парням, она расстроится. Но это ведь сперва нужно проверить. Макс вышел из душа невозмутимый, как и всегда. Но теперь их не могло обмануть его внешнее умиротворение, они чувствовали, что внутри он как перетянутая струна. — Нам звонили, — объявил вожак, вытирая волосы полотенцем, — вечером придут охотники, заодно разберутся с вашей учебой. Мы надеемся, что вы будете паиньками. И, не особенно распространяясь о деталях, ушел в магазин, чтобы купить продукты к ужину. Аня решила, что для повышения их общей адекватности в глазах охотников нужно привести квартиру к состоянию, отличающемуся от "мы вчера переехали, было полнолуние, так что нам похер", так что выдала парням указания и тряпки. И если Андрей, хоть и ворчал, но взялся за дело, то Антон был просто никакой. — Да что он с вами там сделал! — в сердцах фыркнула девушка, отчаянно завидуя. Шутка ли — затрахать обоих парней до состояния довольного киселя. — Ну, понимаешь... — Андрей попытался объяснить и забуксовал, почесывая затылок. — Ты привыкаешь быть доминирующим альфой, а потом тебя раскладывают, как подростка, и ебут до потери сознания хорошо, — более многословно пояснил Антон, все же вставая и морщась, потёр поясницу, — отдавать контроль, оказывается, охуенно. И от такой лестной характеристики Аня начала завидовать ещё больше. Действительно, с Максом было сложно спорить, даже возражать ему не хотелось, потому что и до образования стаи от него просто веяло мощью, поневоле признаешь авторитет. Поджав губы, она решила, что сегодня же прояснит для себя, рассчитывать на зарекомендовавшего себя в качестве любовника вожака или забить уже и не метаться в сомнениях. Немного прибрав в комнатах, они вдруг сцепились, кто где будет спать. На спальню, которую выбрал для себя вожак, и на комнату Ани даже не думали покушаться, но вот за право обладания последней оставшейся кроватью и повинность спать на диване в гостиной грызлись ожесточенно и местами даже аргументированно. У девушки даже заболела голова от их рыков, поэтому она написала вожаку, чтобы он решил вопрос и поставил точку. — Макс сказал, что купит ещё одну кровать, и вы будете жить в одной комнате, а гостиная останется гостиной, — зачитала она, весьма довольная его вполне мудрым решением. Все же, диван ей представлялся местом сбора стаи, чем-то общим, для всех. Да и вообще, с чего они решили, что кому-то придется спать одному? Разве что, если будет наказан, потому что, хоть Максим и ворчит, спать кучей ему тоже нравится. Второй виток срача она решила пропустить. Особенно с учётом того, что мающийся болью в заднице Антон стал раздражительным почти как вредный Андрей. Вожак вернулся почти перед приходом охотников, нагруженный пакетами и свертками. Купил, оказывается, скатерть, немного посуды, большую коробку пирожных на десерт, кучу продуктов. Отдал распоряжения, что и как приготовить, а сам снова отправился в душ. Они заметили, что он любит поплескаться, вечно подолгу в ванной торчит. Аня вручила Андрею рыбу, чтобы почистил и замариновал, Антон по ее указке перемыл новую посуду, вытер и расставил по шкафчикам и столу, укрытому новой скатертью. Ее, действительно, не хватало, потому что столешница, хоть и деревянная, вид имела довольно потасканный. Сама девушка сделала рис с овощами и быстренько нарезала салат. Разумеется, все это в количествах, соответствующих аппетитам четырех альф. Неторопливо вытираясь, Макс довольно жмурился, через стену слушая юную командиршу. Из всех его щенков самые большие яйца, однозначно, были у нее, сварливость парней не могла его обмануть, они тоже сильные, хотя и легко поддаются. Но Анна была самой смелой, самой решительной, самой практичной и серьезной, и очень ему этими качествами нравилась. Эдакий заместитель вожака, хрупкая и тонкая генеральша, лихо прячущая за большими блестящими глазами и общей миловидностью стальной характер. Аня не хотела больше ждать. Ей нужно было получить ответ, чтобы успокоиться и выбрать дальнейшую линию поведения. Поэтому пошла следом за Максимом в его комнату и, стараясь не стушеваться под тяжёлым вопросительным взглядом, обняла его, ненавязчиво поцеловала. И едва не застонала от облегчения, когда дикий мягко зарылся пальцами ей в волосы, поцеловал даже с претензией на нежность, пусть и властно. — Что ты? — шепнул он, почесывая ее за ухом. Девушка только прижалась ближе, снова вжалась в его губы. — Давай позже, милая, — отстранившись, Макс легонько шлёпнул ее по ягодице, — сейчас некогда. Она кивнула, буквально сияя, поскакала обратно на кухню. Мужчина тяжело вздохнул и рыкнул на волка, требующего срочно трахнуть сочную девочку. Во-первых, охотники на пороге. Во-вторых, как и всякий старый оборотень, он испытывал проблемы с выносливостью. Спал больше, чем в юности, быстрее уставал, а между активными оргазмами тело требовало перерыва в несколько часов, лучше — со сном. Иначе отсыпаться придется не меньше суток. А ему не хотелось показывать им свои слабости. Особенно Антону, который явно не оставил свои сепаратистские замашки. Охотник пришел один, без оружия, даже без ножа. Вежливо улыбнулся, дождался приглашения войти и совершенно не боялся. — Меня зовут Леонид, я курирую диких альф и их стаи в Москве, — протянув руку сперва вожаку, после человек поздоровался с остальными альфами. — Стальные, значит, яйца, — тихо хмыкнул Максим, приглашающе повел рукой, — поужинаете с нами? — Если можно, просто чай, — спокойствие и улыбка были естественными и натуральными, выдавали многолетнюю привычку работы с опасными подопечными, — и давайте менее формально, если вы не против. Охотник аккуратно, не слишком пристально осматривался, осмотрел и щенков. Убедился, что они, в самом деле, знакомы недавно, но довольно близки, в стае нет напряжённости, они не боятся и не заискивают перед вожаком. Выдав всем психологические тесты, Леонид невозмутимо потягивал чай с конфетой, наблюдая за процессом дачи ответов. Но больше его интересовало само поведение оборотней. Они не были раздражительными и дерганными, даже дикий был вполне спокоен, хотя и выглядел довольно строгим. — И много в городе диких? — поинтересовался Макс, переворачивая лист с целым блоком вопросов об эмиссаре, которого у них не было. — Ты седьмой, — альфа хмыкнул, — но действительно проблемных нет, все вполне адекватные. Обсудив желаемое образование и прочие детали жизни новой стаи в городе, Леонид попросил обращаться к нему или к дежурным охотникам по любому вопросу, собрал свои бумаги и откланялся. Оборотни поужинали, повыбирали, что ещё из мебели и техники нужно заказать, а потом приползли все скопом к вожаку в комнату и мешали ему отдыхать, болтая, смеясь и ругаясь. Макс пытался читать, порыкивал на не в меру разошедшуюся молодежь, но выгнать рука не поднималась. Потому что они возились, будто не в силах лежать на попе ровно даже минуту, и все время норовили прилечь так, чтобы касаться его. Прислониться, положить руку, потереться. Волк мягко урчал, довольный прикосновениями и теплом, а Максиму не хотелось расстраивать всех четверых.