Потерянные во тьме

      Вечер того же дня. Анго как обычно выходит из здания. Работа на сегодня закончена, а завтра снова придется перебирать кучу бумаг. Ещё столько проблем из-за Черной розы. У работников просто голова кругом. Мужчина смотрит только в землю, инстинктивно направляясь в сторону дома.       Буквально через секунду его со спины хватает человек, крепко прижимая к себе всей рукой за горло. От такого резкого движения очки падают на землю, отскакивая от нее один раз куда-то в сторону, к удивлению, они даже не разбились. А к виску нападающего уже приставлено дуло. Но Сакагучи быстро понял, что его вовсе не душат, хватка не такая крепкая. – Все так же быстро реагируешь, – ухмыльнулся Дазай, отпуская Анго из своих рук. Он был уверен, что его узнали, именно поэтому мужчина так быстро не прибил его парой пуль. – А если бы я выстрелил? – нахмурившись, ответил Сакагучи, убирая пистолет обратно и скрестив руки на груди. Его необдуманные поступки часто выводили мужчину из себя. Нет, Осаму вовсе не глуп, но иногда ведёт себя как ребенок.       Внимание на себя тут же перетянул черный пиджак на нем. Анго уставился на вещь, даже не в силах что-то сказать. Осаму вопросительно выгнул бровь, наблюдая за такой реакцией знакомого. – Говори, зачем пришел, – быстро сказал мужчина, отворачиваясь в сторону. После чего присел в поиске очков, благополучно потерявшихся даже тут. Или это просто совпадение, или Дазай снова решил примкнуть к темной стороне. – Почему сразу зачем? Может я пришел проведать старого друга, – наигранно сделав обиженный вид, ответил Осаму, пожимая плечами. Его даже не смущало, что за его концертом не смотрят. – За всё время после ухода из Портовой Мафии сколько раз ты явился просто так? – тяжко вздохнув, спросил Анго и снова надел свои очки, которые наконец нашел, перед этим протерев стекла от пыли. – Ммм, дай подумать, – приставив палец к подбородку, сказал Осаму. Анго лишь ухмыльнулся, он знал, что вспоминать там нечего, – один раз! – с радостной улыбочкой ответил он. – И когда это было? – Сакагучи вопросительно вскинул бровь, вставая с земли. Такое его явно удивило, неужели просто забыл? – Месяца четыре назад. – Четыре... – задумчиво повторил мужчина, пытаясь вспомнить хоть что-то похожее. – Да-да, четыре, – снова закивал Осаму, наблюдая за старым другом. – Аа... Да ты просто мимо проходил! – повысил голос мужчина, стараясь все ещё держать хотя бы примерно серьезный вид, и закатил глаза. – Ну просто так же, – сделав предельно честный вид, ответил парень, смотря прямо на Анго. – И не поспоришь, – вздохнув, протянул мужчина, – но все же говори, что нужно.       Дазай шагнул вперёд, молча приглашая собеседника идти за ним следом. Все равно Анго двигался в направлении своего дома, так что он решил, лучше говорить по пути и проводить немного. Сакагучи послушно следовал за шатеном, поравнявшись с ним за несколько шагов. – Во-первых, снова прикрывать меня, пока я в Мафии, чтобы я без проблем вернулся в Агентство, во-вторых, и саму Портовую Мафию, как раньше, – спокойно заговорил он, будто беседовал о повседневной жизни. Анго встал как вкопанный, прожигая Осаму взглядом, что заставило парня остановиться. Все же, Сакагучи угадал, шатен теперь в Мафии. – Что, не сделаешь? – стоя спиной к мужчине, спросил он. Наконец повернулся к Анго, ожидая хоть какого-то слова со стороны собеседника. – Я не желаю снова покрывать вас всех, – через минутную паузу серьезно ответил Сакагучи, нахмурившись и поправив свои очки, которые немного сползли с переносицы. – Но ведь без Мафии вы все равно не справляетесь, – Дазай сделал несколько шагов в направлении мужчины, – или добровольно все равно не хочешь?       Внутри он сам себе кричал: "Остановись!" Вот так вот обращаться с человеком, который все время был рядом во времена Мафии. Но разум всегда был сильнее, холодный и расчётливый. Поэтому парень добивался всего, что ему нужно. Неважно, какими жертвами, как, что ему придется сделать. Добивался, несмотря на других людей. – Да ты... – Анго сжал кулаки, его руки чуть подрагивали от напряжения. Он всегда знал, насколько далеко может зайти этот человек, – Ты всего лишь предатель, который будет метаться туда и обратно. Поверить не могу, что Сакуноске попытался изменить такого, как ты. Гнилое яблоко уже не исправить.       Дазай медленно погружался в свои мысли. Будто спал, но отлично слышал все слова. Внимательно прослушивал все, пока прошлое мелькало у него в голове. Перед его глазами часто всплывали картины из Мафии, как было и сейчас.       Очередное задание уже подходило к концу, остался буквально один человек, который сейчас и сидел перед Дазаем на коленях, дрожа от страха. Он вовсе его не знал, но слова отчётливо врезались в память, и часто буквально встревали в реальность, мешая нормально жить. Он хотел бы все забыть навечно, но это невозможно. «—Чудовище! Дьявол! Монстр!»       Дазай лишь улыбался в ответ. Скрывая за ней дикую боль. Тихо умирал за улыбкой, оставляя лишь расчетливую оболочку. Больше нет сил сражаться, поэтому он медленно сдавался тьме. От судьбы не сбежишь. И это он считал своей судьбой. Всегда.       И он выпускает несколько пуль в грудь человека, заставляя замолчать. Теперь он больше не говорит не слова, падая на холодный бетон. А Осаму, будто ничего не было, уходит обратно в Мафию.       Помнится, ему часто предвещали гореть в аду. Но они сами не понимали, что это давно сбылось. Ведь такое место для человека найдется даже на земле.        Но он наконец пришел в себя, ведь собеседник ждал хоть каких-то действий в ответ. – Ты сам оказался предателем, – лишь ответил Дазай, скрестив руки на груди, – тем более, я не спрашивал твоего мнения – Но я изначально был на одной стороне, – тяжело вздохнув, Анго продолжил, – ладно, я буду покрывать Мафию, снова.       Он вновь решил дать этому человеку все, что тот захочет. Как же бесила его самоуверенность. Все равно Дазай этого добьется, а без Мафии действительно трудно. Губы Осаму тут же расползались в ухмылке. Он взял то, что хотел, не только по приказу "босса", но и для себя. – Это ещё не всё, – чуть ли не мурлыкая, шатен вывел из своих мыслей Анго. – Мм? – только и смог услышать он со стороны Сакагучи. – Мне нужны данные об остальных организациях в городе, главное – о Чёрной розе, – уже более серьезно проговорил тот. – Ты же знаешь, что я не могу передавать такие сведения, – стиснув зубы, прошипел мужчина. – Мне их выкрасть? –снова хищно улыбнувшись, сказал Осаму. – Тебя убьют после этого. Если так нужно, я могу дать базовые, но не все, – на самом деле Анго знал, что парень добьется и этого, если дать возможность, только вот получит далеко не он. – Ладно, и этого будет достаточно, – ответил Дазай. Естественно, что больше данных было бы намного лучше. Но тогда все было бы слишком просто для Огая. Тем более у Осаму были свои цели. – Теперь я ухожу, – тут же, обойдя фигуру Дазая, он направился в сторону своего дома. Проходя мимо шатена, Сакагучи быстро сунул тому в руку флешку и больше не обернулся.       Осаму повернулся, чуть покрепче сжав только что данный предмет, и стоял, смотрел на удаляющуюся фигуру Анго. Снова он за свое, как в Мафии, так же разговаривает с людьми. Идёт по кругу. А как известно, у этой фигуры конца нет.       Через некоторое время он уже был дома, Огая на месте ещё не наблюдалось. Тихо зайдя в квартиру, ключи от которой так ожидаемо лежали под ковриком, он сел прямо напротив зеркала. Мори точно оставил их там, чтобы Дазай нашел. Полутьма комнаты встретила его. Он не стал зажигать свет. Не видел в этом смысла. Тьма даже успокаивала, правда немного клонило в сон. Но спать он не хотел, сны ему уже давно были не нужны.       Дазай сам не понял, зачем подвинулся ближе к зеркалу, в полутьме было даже интересно смотреть, но только первое время. Шатен сначала поправил волосы, которые растрепались, а потом долго всматривался в свое же лицо.       Он видел там только себя, что и было ожидаемо, обычное зеркало же. Осаму медленно провел по своей щеке рукой, усмехнувшись где-то внутри себя. Он правда сейчас проверяет, движется ли отражение за ним? Но оно просто повторяло.       Парень из-за темноты думал, что в зеркало словно он из прошлого. Тот самый человек, которым он был ранее. И сейчас почти такой же. От которого он так все время хотел убежать. Но ничего не получалось. Прошлое душило его, не давало покоя и во снах. – Прочь! – крикнул он, отпрыгнул куда подальше от зеркала. Его слова эхом разнеслись по всей пустой квартире, снова оставляя его в полнейшей тишине. Отражение так же отпрыгнуло. Ну а что ему ещё делать прикажете?       Дазай ходит по одному и тому же кругу, не может свернуть в сторону, все повторяется снова и снова, свет и тьма. Но из тьмы он никогда не сможет выйти, ведь она живёт уже в нем. Даже тут обязательно будет конец. Он должен быть! Если он конечно сможет дойти до финала, который придется сыграть самостоятельно, чтобы завершить весь круговой концерт. – Я уже давно мертв внутри... – шепчет шатен в зеркало, снова медленно подходя к отражению, заглядывая в глаза самому себе. Тусклые и темные не только от освещения.       Довольно жертв всего этого представления, да он сам как жертва. Зря, что не многие этого понимают. Он давно затерялся во тьме.       Осаму судорожно достает свой телефон. Яркий свет освещает его лицо, ослепляет на несколько минут. Но он быстро ищет номер Огая. Набирает ему сообщение. Клацает пальцами по экрану, спешит, промахивается мимо букв, но исправляет.       "Флешка на столе, там информация обо всех преступных организациях Йокогамы"       Он отправляет первое сообщение и застывает, смотря в экран. Информацию по-любому нужно отдать, Мафия должна восстановиться для блага города. Но тут же Осаму набирает следующее, более короткое.       "Я проигравший в войне с собой."       Снова нажимает отправить и откидывает телефон в сторону. Снова подсаживается к зеркалу, достает свой пистолет. Он всегда носил его с собой, мало ли что. Понадобится на задание, например. Щелчок. Шатен заряжает свое оружие. Этот звук эхом проносится по комнате, кажется настолько громким, что оглушает. Что бы он ни делал, его ожидает тот же самый сюжет. Пора прервать круг.       Дазай подносит пистолет ко рту. Предохранитель уже снят. Дуло оказывается в зубах. Холодно... Он просто сжимает холодное железо от страха. Но пальцы ложатся на курок. Шатен медлит. Оказывается, так сложно лишь нажать.       С дивана слышится звук уведомления. Наверное, Мори ответил на недавнее сообщение Осаму. Из-за этого шатен слабо улыбнулся, разжимая дуло и просовывая его ещё дальше в глотку. Почему-то навернулись слезы, которые застилали непроглядной пеленой глаза. Он теперь видел лишь размытые темные пятна. Тихие всхлипы вырвались из этого тела. Он словно один везде, ничего не слышит и не видит.       Но дверь открылась. Только вот шатен не обратил внимания. Не включая света, Огай кинулся в комнаты, в поисках Дазая. Найти его было не сложно, всхлипы выдали, хоть и тихие.       Мори быстро влетел в комнату и, не останавливаясь, подбежал к Осаму. Наконец тот заметил босса, но не успел ничего понять, как его руку сильно отдернула чужая крепкая рука. Но пистолета Осаму не выронил. Но дуло хотя бы не смотрело теперь в рот. Из-за такого резкого движения со стороны Огая, пальцы шатена нажали на курок.       Выстрел пришелся в потолок, оставив на нем сильную вмятину. Звонкий громкий звук выстрела ненадолго оглушил. Дазай подрагивал. Мори схватил его со спины обняв за талию. Быстро попятился на диван, перемещаясь на него и усаживая к себе на колени шатена. Пистолет летит на пол, Осаму его отпустил.       Огай кладет свою голову тому на плечо, не отпуская. Чужое дыхание опаляет кожу шатена даже через бинты. Такое сбивчивое от всего этого. По щеке Осаму медленно катится слеза. Руки Мори все равно заняты, да и разомкнуть сейчас их достаточно трудно. Но он видит эту воду. Быстро он касается своими губами щеки Дазая, останавливая все эти капли. Соленые. Он прекрасно ощущает этот привкус на своих искусанных губах. – Я... – пытается хоть что-то сказать Осаму, но слова будто застывают в горле комом. И они снова остаются в тишине. Паренёк слишком шокирован, чтобы хоть немного понимать, а тем более сопротивляться. – Снова пытался убежать, – через несколько минут молчания, продолжает Огай. В ответ тишина. Значит, точно попал. – Зачем ты убегаешь от тьмы? Ты просто создан тут, она уже наполнила тебя. Зачем тебе свет? – тихо продолжает врач, переведя дыхание. – Там я, возможно, смогу найти смысл всего этого, – робко отвечает шатен, голос чуть дрожит, то ли от слез, то ли от всей ситуации. – Ты уже там достаточно, и ничего, – более небрежно, чем до этого, сказал Огай, чуть отстранившись от чужой кожи. – Но... – Дазаю нечего больше поставить, но сдаваться он тоже не хочет. – Ты был избран во тьме, но не там, ты черная звезда, – шепчет на ухо парню босс, ослабляя хватку, а то мало ли раздавит. Чужие руки медленно скользнули по талии шатена, расслабляясь.       Сейчас было легче всего снова вернуть Дазая. Но... Именно сейчас Мори не хотел этого делать, а делал. Просто не оставалось другого выхода. Все, что было сделано до этого нельзя исправить, остаётся только добавлять ещё, окончательно лепить под себя. Но сейчас Огай делал это не для организации, а ради жизни этого парня. Или он все же серьезно убьет себя.       Он неожиданно резко поворачивается. Удивительно, что сейчас в нем столько силы. В этом дрожащем теле, что он даже вырвался из его рук. И Дазай крепко прижимает Огая к себе, стискивал зубы до скрежета. Он снова всхлипывает, чуть ли не душа Мори в своих объятиях. Дазай ненавидит его, определенно ненавидит, но любит, подмечает все, что он старается сделать, поэтому любит одновременно с совершенно противоположным чувством. – Давай, ложись спать, утром поговорим, – с нежной улыбкой промолвил Огай, пытаясь успокоить шатена. – Не хочу я спать... Молю, будь со мной! – вперемешку со слезами раздается крик по квартире. Мори с удивлением ждёт дальнейших действий. – Ты наркоз, – тихо пробормотал шатен, все ещё прижимая к себе темноволосого. Он тоже все понимал. Это всего лишь временное облегчение, но все же... Да босс всегда был лишь мгновением помощи. Но сейчас даже за такое он готов был ухватиться, снова совершить ту же ошибку. Хотел, чтобы он снова был рядом, взял всю боль на себя. Его спокойствие - лишь Огай сейчас.