Принять неизбежное

Несмотря на ложь, что ты говоришь, Твоё сердце принадлежит мне. Моя любовь лишь ждет, Чтобы превратить твои слезы в лепестки роз. ~Skillet «Whispers in the dark»

Желая еще раз обойти ходы судьбы, Гермиона Грейнджер и Драко Малфой снова попробовали торговаться с судьбой. * * * Малфой снова пробовал забыться. Пробовал искоренить из памяти эти стоны, этот запах, эти неумелые движения. Но каждый раз было не то и не так. Ни одна студентка не заводила его так, как она. И он злился. И сейчас глупая Пэнси пыталась как-то его оживить. Водила руками по торсу, но когда коснулась ширинки на брюках, неожиданно услышала голос: — Нет, Пэнс, не сегодня. — Что? — девушка вытаращила глаза, шокировано смотря на парня. — Я устал. Драко резко встал, от чего слизеринка пошатнулась, но устояла. В ее глазах плескалась боль и обида. — Ты кого-то нашел? — шепнула она, смотря как блондин надевает рубашку. — Что? Нет, просто уходи. — Значит, нашел. И Паркинсон выбежала из комнаты, давясь слезами. — Твою мать! — крикнул Малфой, хватая бокал и кидая его в стену. Звон разлетелся по комнате, отрезвив Драко. Ты кого-то нашел? Нашел, Малфой? Тебя возбуждает чертова грязнокровка, чертова гриффиндорка, чертова подружка шрамоголового. Что бы сказал Люциус? Скорее всего пустил бы аваду, не вдаваясь в подробности. Но его нет. Кто теперь может помешать? — Никто, — шепнул Драко, опускаясь на постель. Щелчок двери заставил Малфоя вздрогнуть. В проеме стоял Забини с бутылкой огневиски в руках. — Почему Пэнси бежала так, словно увидела Дементора? — спросил Блейз, ставя бутылку на стол. — Я ее выпроводил. Забини задумчиво хмыкнул, потом наткнулся взглядом на разбитый бокал, перевел взгляд на друга и, присвистнув, достал два других бокала, разлив в них огневиски. Драко, выдавив улыбку, чокнулся с другом и выпил все содержимое, чувствуя, как напиток прожигает горло. Повторил. — Драко, ты все еще не хочешь сказать, что происходит? — Я не знаю, Забини, — честно ответил Малфой, потирая переносицу. — Давай я начну. Ты на кого-то запал. — Ни на кого я… — Хорошо, хорошо, — прервал его мулат, капитулирующе поднимая руки. — Тебе надоели все женщины, но за гриффиндорским столом сидит некто, кто заставляет тебя постоянно бросать туда взгляды. — Что? Забини, ты… — Драко, милый Драко, обманывай, кого хочешь, но не меня. И Малфой понимал, что друг прав. Блондин попался, был схвачен, не смог сдержать себя. Не смог спрятать происходящее. Глубоко вздохнув, он выпил еще огневиски и произнёс: — Допустим, ты близок к истине, черт тебя дери. — Наконец-то, — Забини победно улыбнулся, откидываясь в кресле. — Кто она, не скажешь? Малфой отрицательно покачал головой. — Ладно, все равно скоро увижу, — Блейз подмигнул, увидев на лице блондина промелькнувшее негодование. — Драко, почему ты не можешь откинуть все и просто делать то, что хочется именно тебе? Ты и так слишком долго думал только о других, а не о себе. — Ты давно в психологи ушел? — удивился блондин, нервно заламывая пальцы. — Нет, просто я понял, что от жизни надо ловить каждый момент, который доставляет удовольствие, ведь она способна измениться буквально по щелчку, — Забини демонстративно щелкнул пальцами. — А сейчас в твоей жизни даже нет того, кто сможет что-то запретить, а на других и плевать. Я в любом случае за тебя, даже если это гриффиндорка, — Блейз улыбнулся, подмигнув. — Они тоже бывают интересными. — Откуда ты знаешь? — Я староста школы, дурень, иногда тусуюсь с Грейнджер. От ее имени Малфой напрягся и снова выпил порцию огневиски, пряча свое волнение. — Она очень умная, серьезно. Но при этом интересный собеседник. — Я понял, — как-то резко выпалил Драко, заставив мулата скептично взглянуть на блондина. Черт, догадается ведь. — Может, тебе и Поттер нравится? — С ним не общался, но он тоже не глупый вроде. — Мерлин, Забини, а мы тебя не потеряем? Среди гриффиндорцев? — Не дождешься, — они посмеялись. Блейз, подумав, продолжил уже серьезно: — Правда, Драко, забудь, кто и что подумает, если эта девушка ответит взаимностью, почему бы не рискнуть. Что ты потеряешь? Все люди, которые, действительно, твои друзья и близкие, будут на твоей стороне. Миссис Малфой вообще будет счастлива, если ты будешь с кем-то счастлив. Война все изменила, Драк. Стоит этим воспользоваться и жить на полную катушку. И что-то изменилось. Блейз был прав. Что потеряет Малфой? Ничего. Будет ли Нарцисса против? Определенно, нет. Она никогда не поддерживала идеи отца и Темного Лорда. Сможет ли ему кто-то запретить? Нет. Ведь старший Малфой умер почти сразу после войны, не выдержал тюрьм Азкабана. Теперь Драко является главой семьи Малфоев. Теперь он сам хозяин своей судьбы. — Забини, я порой совершенно не понимаю, откуда ты такой. — Очаровательный? — Блейз улыбнулся, гордо подняв подбородок. — Да. Они чокнулись, каждый думая о своем. * * * Гермиона, по наставлению Джинни, решила дать Эрни последний шанс и сходить с ним на прогулку. Если и в этот раз он ей надоест, то гриффиндорка скажет ему все, как есть. Сейчас они шли в сторону Черного Озера. Уж очень убедительно пуффендуец звал ее туда. Мол, там красиво, звездное небо и все такое. Идя рядом, парень твердил про их игру с Когтевраном. Но мысли Гермионы были не здесь. Они то и дело возвращались к Малфою. К его губам, прохладным рукам, мятному запаху. Грейнджер вновь хотела ощутить это. Почувствовать тяжесть его тела на себе. Каждый раз натыкаясь на него в Большом Зале, она невольно сжимала ноги и краснела от вечно всплывающих воспоминаний. Да, черт возьми, Драко смог оживить ее сердце. Не замечая, Гермиона стала красиво укладывать волосы, чаще надевала юбку, наносила помаду. Для кого? Мозгом убеждала, что для себя, но сердце твердило обратное. Сейчас из-за холода, Гермиона шла в юбке до колен, теплых колготках и длинной куртке. Согревающие чары сильно помогали, за что она в который раз была благодарна существованию магии. Они подошли к озеру, и Грейнджер сунула руки в карманы куртки. Неожиданно Эрни подошел и перекинул руку, обнимая девушку за плечо. Ничего. Ни одна клеточка внутри Гермионы даже не шелохнулась. Она попыталась аккуратно высвободиться из его объятий, но парень неожиданно наклонился и прижал свои губы к ее. Гриффиндорка сжала губы и, упершись руками в его грудь, попыталась оттолкнуть парня. Но он лишь сильнее прижал ее. — Эрни, я не хочу, отпусти. — Брось, Гермиона, мы так долго гуляем, — его губы касались ее щеки, вызывая в девушке злость и отвращение. Решив пойти на крайние меры, Гермиона взмахнула коленом и ударила парня, заставив его немного согнуться и отпустить ее. Девушка тут же развернулась и почти побежала от озера, как вдруг в глазах заплясали звезды от боли. Эрни резко дернул ее за волосы, припечатывая к дереву. Дрожа, Гермиона судорожно пыталась достать палочку, но Эрни, заметив это, схватил ее за горло, слегка придушивая, выхватил древко и откинул в сторону. Готовая разреветься, Грейнджер пыталась махнуть ногами или нанести удар рукой, но, рыкнув, пуффендуец стукнул ее голову о дерево, а после и вовсе дал пощечину, от чего девушка притихла, всхлипывая. Теплая струйка крови потекла из ее носа, пачкая одежду. — Я возьму тебя, долбанная Грейнджер — недотрога. И выполню условия пари. — Что? — Ты правда думала, кто-то просто так будет якшаться с такой, как ты? Ближе учебника никого не подпускаешь, форм нет, вечно блещешь своими знаниями. Вот и посмотрим, какие у тебя знания. Эрни резко дернул ее куртку, от чего та порвалась, открывая вид на свитер. — Еще и надела миллион одежек, заучка. Гермиона, плача, вновь попыталась дернуться и крикнуть, за что получила еще одну пощечину.  Рука парня пробралась вниз, он больно сжал ее бедро, ягодицу. — Не тронь, урод! — всхлипнула Гермиона, чувствуя, как парень пытается разорвать ее одежду. Ком паники заставлял девушку задыхаться от слез, боль в голове лишала возможности полноценно двигаться. Ему почти удалось порвать вещь, как вдруг раздался ледяной, как сталь голос.  Голос, от которого у Грейнджер внутри все ожило. — Отойди, ублюдок. — Кто бы ты ни был, лучше отвали, — произнес Эрни, сжимая горло Гермионы, не замечая, что та уже почти задыхается. — Тебе, блять, лучше не знать, кто я. Гермиона почувствовала, что рука на горле исчезла, что кислород вновь поступает в лёгкие. Не удержавшись, она упала на землю, откашливаясь и болезненно вдыхая такой необходимый воздух. Слезы ручьем текли из глаз, когда она пыталась разглядеть, что происходит. Эрни был прижат к дереву, пока Драко яростно ударял его по лицу. Тот уже захлебывался кровью, пытаясь отпихнуть разъяренного блондина. И Гермиона, утирая кровь перчатками, прохрипела: — Драко… Слизеринец замер, тормозя свой кулак в сантиметре от лица пуффендуйца. — Он того не стоит… — Проваливай, ублюдок. И тебе лучше не попадаться мне на глаза, — прошипел Малфой, откидывая Эрни в сторону. Тот почти сразу вскочил и, опираясь о деревья, поковылял в сторону Хогвартса. Драко подошел к Гермионе, сел на корточки, аккуратно поднимая ее лицо за подбородок. Щека уже стала лилово-фиолетовой, нос кровил, а на шее проступали еле заметные отметины. Девушка прикусила губу и, встретившись с Драко взглядом, вдруг разрыдалась. Так банально, так по-девчачьи. Совсем не как привычная стойкая Грейнджер. Что-то внутри Малфоя загорелось. Она же просто девушка, такая же раздавленная, как он. Пережившая войну, пережившая фактическую потерю родителей, пытки его тетки, его издевательства. — Прости, — неожиданно вырвалось из груди Драко такое простое, но такое нужное слово. Она поняла. Все поняла. И неожиданно прижалась к парню, вдыхая запах мяты, ощущая, как холод проникает внутрь, однако дрожь утихает. — Тшш, Грейнджер, тшш, больше он и близко к тебе не подойдет, слышишь? — он гладил ее по волосам, держал за талию, все больше привязываясь. — Тебе нужно к мадам Помфри. — Но она сразу поймет… — Я сам все расскажу, идем. Малфой встал и, взяв девушку за руку, помог ей встать. Ноги предательски задрожали, и Малфой, привычно фыркнув, подхватил гриффиндорку на руки. — Я смогу дойти. — Да, к следующей зиме. Помолчи лучше. — Моя палочка. Он закатил глаза, вновь поставил девушку на землю, достал палочку и произнес: — Акцио. Аккуратное древко тут же прилетело ему в руку, и, отдав Грейнджер вещицу, он вновь поднял ее. Совсем легкую. Малфой смотрел четко перед собой, прижимая хрупкое тело. Гермиона неуверенно обвила его шею руками, значительно облегчив всем задачу, и, положив голову ему на плечо, поняла, что привязанность растет. Что судьба играет с ними не просто так. Студенты дошли в полной тишине, солнце давно спряталось за горизонт, уступая место полной луне. — Я в Башне сама управлюсь, — произнесла Гермиона, пытаясь сползти с рук блондина. Он вовсе ее проигнорировал, завернув в сторону медкабинета. — Малфой! — девушка дернулась. — Мерлин, Грейнджер, ты идешь к Помфри! — рявкнул парень, отчего гриффиндорка сжалась, надувая губы. Казалось, с этой физиономией она становилась милее. Драко поставил ее на ноги лишь у дверей кабинета, но при этом держал за локоть. Он постучал и завел ее внутрь. — Кого там принесло в неположенный… — врач вышла из своего хранилища лекарств и, увидев лицо Гермионы, ахнула, не закончив фразу. — Бедняжка. Скорее садись сюда. Малфой молча подвел гриффиндорку к кровати, помог взобраться и тенью встал у стены. Мадам Помфри, засуетившись, стала доставать всякие бутылочки и тюбики. — Как же ты так? Она подошла к девушке и, взяв за подбородок, приподняла ее лицо, тут же ахнув еще громче. — Кто это сделал? — кажется, она увидела следы от удушья. — Безобразие! Мамочки! Как? — она посмотрела на Драко. — Мистер Малфой, что вы знаете об этом? — Мадам Помфри, он мне помог, — прошептала Грейнджер. — Я догадалась, мисс Грейнджер, раз вы пришли с ним, но я обязана знать все обстоятельства. Гермиона выдохнула, заламывая пальцы, но ее прервал Малфой. — Я сам, Грейнджер. Пока Драко вел повествование о происшествии, мадам Помфри пыталась хоть как-то спасти лицо Гермионы. Мази и какое-то зелье сняли боль и оказали охлаждающий эффект на синяк. Вокруг шеи мадам Помфри намотала ей бинт с каким-то зельем. Гермионе сразу стало легче. Выслушав слизеринца, мадам Помфри о чем-то подумала и сказала: — Так, вам, юная леди, как минимум два дня покоя и никаких уроков. Вот это принимайте по утрам, а это на синяк вечером. — врач дала девушке пару скляночек. — А с тем мальчишкой я разберусь и доведу все до профессора Макгонагалл, не волнуйтесь. Мистер Малфой, вы… — Провожу ее до Башни, — кивнул Драко, уже стоя около двери. — Мадам Помфри, а на уроки точно нельзя? Я прекрасно… — Мисс Грейнджер, я знаю всю вашу тягу к знаниям, но сейчас позвольте мне решать. — Хорошо, — поникла Гермиона, подходя к Малфою. — Спасибо, мадам Помфри. Та кивнула, и ребята ушли. Гермиона шла молча, крепко сжимая скляночки. Драко шагал неподалеку, сунув руки в карманы мантии. — У тебя такой шанс пропустить уроки, а ты все равно рвешься. Ты и так зубрила, куда еще? — спросил Драко, косясь на девушку. — Затем, Малфой, — фыркнула девушка. — Чтобы не растерять свой результат. Все, чего я добилась — это долгий и усердный труд. И вообще, ничего просто так не дается. — Да, я знаю, — как-то странно ответил Драко, явно о чем-то задумавшись. Когда ребята почти подошли к Башне, у Гермионы мелькнула безумная мысль. В знак благодарности пригласить Малфоя на чай. Совсем с ума сошла. — Малф… — она не закончила, так как взгляд наткнулся на рыжеволосую девушку, которая выжидающе стояла у портрета Башни. Та, завидев Гермиону, радостно махнула рукой и направилась к ней, но, увидев блондина, замерла, недоверчиво щурясь. — Малфой? — Уизли. Что ж, довольно-таки теплое приветствие. Верно? — Гермиона, ты не хочешь, — она не договорила, так как вгляделась в лицо магглорожденной и ахнула. — Мерлин, Гермиона, что с тобой? Ты… — Джинни, я все объясню в Башне, — прервала ее Гермиона. — Я вижу у тебя есть недокомпания, поэтому… — Малфой махнул рукой и, развернувшись на пятках, отправился в подземелья. А Гермиона, ведомая странным чувством, подбежала к парню, перегородив ему дорогу. — Драко, спасибо. Она жутко хотела прижать парня к себе, ощутить запах мяты, но руки были заняты дурацкими склянками. Тот лишь кивнул и, обогнув ее, окончательно растворился в темноте Хогвартса. А Гермиона, понимая, что ее ждет серьезный разговор, тяжело выдохнула и под пристальным взглядом Джинни зашла в Башню. * * * Как и в любой школе, сплетни в Хогвартсе разнеслись со скоростью ветра. Почти каждый второй знал об ужасном Эрни, бедной Гермионе и таинственном спасителе. Каким образом Малфой сохранил свое имя в тайне, Грейнджер не понимала. Чертов хитрец. Конечно, разве такой как он захочет портить себе репутацию. Через четыре дня бурных обсуждений ситуация замялась. А главное — гнев Джинни Уизли угас. Каждый раз видя Эрни в коридорах, она хотела наброситься на него, и однажды у девушки почти получилось, но Гермиона вовремя сообразила ее утащить. Уизли не была болтлива, от того Малфою было проще остаться скрытой во мраке личностью. Рон по темпераменту был похож на сестру, поэтому Гермионе тоже не раз приходилось его одергивать, когда тот встречал Эрни. Гарри первые дни поддерживал друзей в желании проучить пуффендуйца, но по просьбе Гермионы перестал. Он видел синяки на лице парня и верил, что ему и так досталось. А еще его исключили из команды по квиддичу, что стало для него сильным ударом. Благодаря стараниям мадам Помфри, на лице Гермионы остался лишь маленький синяк на щеке. Но теперь Грейнджер пугал факт, что Джинни о чем-то упорно размышляла, все чаще спрашивая у магглорожденной про Малфоя. Та ловко уходила от вопросов, но понимала, что так не сможет быть вечно и ей придется рассказать. Рассказать что? Что-то есть? Отвлекаться от назойливых мыслей ей помогала учеба и прогулки на свежем воздухе. Однако Гермиона открыла новый способ расслабиться и выкинуть ненужные мысли из головы. Ванная старост оказалась просто волшебной. Ее аура снимала все напряжение и буквально очищала голову Грейнджер. Сегодня она провела почти час, отмокая в теплой ванной и читая учебник по травологии. Скоро было время Блейза, и девушка решила, что пора вылезать из ванной. Неохотно выйдя из теплой воды, она тут же обернулась полотенцем, ведь прохлада комнаты окутала ее, вызывая мурашки по телу. Она потянулась за палочкой, как вдруг услышала, что портрет ванной комнаты сдвинулся. Кто-то зашел. Паника захлестнула Гермиону, и вот она почти взяла палочку, как вдруг услышала: — Грейнджер? Девушка резко развернулась, придерживая полотенце, которое и так бы не упало. Сердце зашлось в бешеном ритме, лицо покраснело. Да, полотенце закрывало нужные места, но недостаточно. — Малфой, какого черта! Тебя не учили стучаться?! Что ты тут вообще делаешь? — девушка запиналась, захлебываясь волнами негодования. — Мой друг — староста школы, если не забыла, — Драко ехидно улыбался, оглядывая девушку с ног до головы. — Это очень удобно. Он сказал тут никого не будет. — У нас есть чертов график! Сейчас мое время! Мерлин, Малфой, выйди! — Неужели великая всезнайка запуталась в своем же графике? Гермиона отметала эту идею, не желая признавать поражения. — Малфой, выйди! Мне нужно одеться. — И не подумаю, Грейнджер, — он фыркнул и принялся…расстегивать рубашку. — Я хочу принять ванную. — Мерлин, М…Малфой! — девушка дрожала то ли от холода, то ли от злости. — Чертов хорек, выметайся! Она шагнула вперед, замахивая руку, но Драко резко перехватил ее запястье и дернул на себя. Капли с тела Гермионы намочили его одежду, когда ее хрупкое тело впечаталось в голую грудь Малфоя. Кажется, температура в комнате повысилась на 30 градусов, заставляя кожу Грейнджер гореть. Она дернулась и подняла глаза. Малфой пристально глядел и неожиданно втянул носом воздух, от чего уголки его губ легонько приподнялись. В глазах плясали чертики, а вторая рука неожиданно пробежалась вдоль ее спины. — Что ты делаешь? — выдохнула Гермиона, не способная совладать с парализованным телом. — То, что хочу, — также выдохнул Драко, поглаживая ее руку. Он был доволен. Кожа оказалась такой же мягкой, как он представлял. Нежной, хрупкой, покрытой множеством мурашек. Веки Грейнджер дрожали, ноги приросли к кафелю. Запах глинтвейна и меда вновь окутал Малфоя. — Малфой, уходи, — выдавила Гермиона, пытаясь отстраниться. — Ты не хочешь этого, Грейнджер. — Я… — Давай, скажи мне, чего ты хочешь, — его голос упал на пару тонов, отчего разум Гермионы буквально покинул ее. Соберись, тряпка. Она кляла себя. Давай, отойди, отлипни. Ты ведь этого хочешь. — Так нельзя, Малфой. — Ты просто трусиха. — Я? — воскликнула Гермиона. — Кто угодно, но только не трусиха! — Неужели? — Драко заговорщически поднял бровь, сжал губы, раздумывая. — Маленькая трусиха. Рассердившись, Гермиона сжала губы и, приложив все свои усилия, толкнула парня в грудь, намереваясь скинуть в ванную. Но она не учла одного. По всем физическим параметрам Драко превосходил ее во всем. От неожиданности он действительно повалился назад, но успел обвить талию Гермионы рукой, утягивая ее за собой. Вскрик девушки утонул в воде, когда она осознала всю свою оплошность. Грейнджер не успела вовремя задержать дыхание, от чего вода залилась в рот и в нос, и она почти потеряла ориентир, но цепкая хватка вытащила ее на воздух. Кашляя и хватаясь за края ванной, Гермиона выплевывала мыльную воду. — И вновь ты потерпела крах, — шепнул над ее ухом Малфой и отплыл. «Чертов хорек,» — пронеслось у девушки в мыслях. Драко буднично остановился на ступеньках и, повернувшись к ней спиной, стянул с себя рубашку, демонстрируя идеальный рельеф спины, от которого у девушки образовался ком в горле. Затем его руки опустились к брюкам. Спохватившись, Гермиона отвернулась, чувствуя, как щеки заливает краска. Чувствуя, как внутри живота образовывается узел. Она услышала, как парень вновь залез в воду и повернулась. Драко полулежал на воде к ней спиной. В голове гриффиндорки созрел план. Делая вид, что идет к ступенькам, Гермиона резко подпрыгнула над водой и со всей силой надавила на плечи парня. Тот, не успев среагировать, ушел под воду, а Гермиона, наслаждаясь триумфом, продолжала удерживать его, пока не почувствовала руку, которая обвила ее талию и тоже вновь затянула под воду. Малфой вывернулся и перехватил ее руки, выплывая наверх. — Утопить меня хотела, Грейнджер? — Пусти, Малфой! — девушка дергалась, пытаясь вырваться из цепкой хватки парня, но тот лишь плотнее прижал ее, давая ощутить прохладу его тела. — Ты дрожишь. — Неправда. Их голоса стали шепотом, каждый боролся со своими демонами внутри. Чего ты хочешь. — Твою мать, Грейнджер. — выплюнул Драко и впился поцелуем в ее губы. Он почувствовал, как девушка вздрогнула, однако не отстранилась. Малфой слегка надавил, и девушка податливо раскрыла губы, позволяя парню исследовать ее рот. Тело Драко среагировало в одну секунду, физически давая осознать, как сильно он хочет девушку. Та, в свою очередь, неуверенно обвила шею парня руками, одной из них зарываясь в мокрые волосы. Робкий поцелуй перерос в страстный, ненасытный, в тот, который украл у них весь воздух и возможность здраво мыслить. Малфой медленно подкрался к полотенцу, которое все еще скрывало девушку, и, слегка дернув, заставил его спасть с тела Гермионы. Пена на воде лишала Драко возможности целиком увидеть тело Грейнджер, но оно было удивительным. Гриффиндорка не отличалась пышными формами, которые обычно предпочитал Малфой, но в ней было что-то особенное, что-то изящное и утонченное. Она издала стон, когда прохладная ладонь парня сжала ее грудь, заставляя его хотеть ее еще больше. Взять ее так, чтобы с утра она не смогла встать. Но это ни одна из тех девиц, это чертова Грейнджер. Одной рукой он обвил ее талию и, не разрывая поцелуй, подплыл к ступенькам, усаживая гриффиндорку чуть выше него. Его руки исследовали каждый изгиб ее тела, заставляя то дрожать и гореть. Не способная справиться с новыми ощущениями, Гермиона цеплялась за бортики ванной, запрокидывая голову назад и открывая вид на изящную шею, которую блондин тут же принялся целовать, всасывая нежную кожу. Малфой слегка раздвинул ее ноги, но неожиданно наткнулся на легкое неуверенное сопротивление. Подняв взгляд, увидел распахнутые глаза девушки, которые излучали страх. Драко наклонился, взял ее за подбородок и, смотря прямо в глаза, произнес: — Я не сделаю тебе больно. А Гермиона сделала то, что нельзя было вернуть. Шагнула навстречу пропасти. Навстречу неизвестности. — Я тебе верю, — выдохнула Грейнджер и поцеловала Малфоя. Тот улыбнулся и, дернув девушку, усадил ее на самый край ступеньки, заставляя облокотиться спиной о ступеньки. Не самая приятная и удобная позиция, однако ни тот, ни другая не замечали легкого дискомфорта. Были только они. Он и она. Огонь и лед. Поцелуи Малфоя сместились на грудь девушки, заставляя ее почти кричать его имя, и, опустив руку, он медленно вошел в нее пальцами, неотрывно наблюдая за реакцией девушки. Та покраснела, взгляд помутнел, костяшки пальцев побелели от того, как сильно она сжимала бортики. Да, девочка, я заставлю тебя выкрикивать мое имя. Драко резко вышел, заставляя ее хныкнуть, но тут же устроился между стройных ног, ловя ее взгляд. — Смотри на меня, Грейнджер. Та послушно заставила себя поднять мутный взгляд, кусая губу. — Малфой, — простонала она, сама поддаваясь бедрами вперед. Не то. — Что, Грейнджер? — шепнул блондин, застыв. — Пожалуйста. — Что? — Драко, черт возьми! — выкрикнула девушка, чувствуя, как волна негодования захлестнула ее. А парень, услышав то, что он хотел, резко вошел внутрь девушки, растягивая ее на всю длину. Гермиона всхлипнула, ногтями впиваясь в плечи парня. — Тсс, Грейнджер, — шептал Драко, носом утыкаясь в висок девушки. Он давал ей привыкнуть к новым ощущениям, пока она сама не двинула бедрами, морща лицо от ощущения легкой боли. Сдерживая себя, парень начал аккуратно входить в девушку, наблюдая, как она теряет рассудок, как отчаянно цепляется за его плечи; слушая, как она прекрасно стонет, шепча его имя. Чертова бестия. Чертова Грейнджер. — Быстрее, — попросила Гермиона, а Малфой тут же подчинился. Сейчас он готов был сделать все ради этой заучки. Быть внутри нее было невероятным ощущением для слизеринца. До этого он и не думал, что какая-то девушка способна настолько снести его крышу. Что Грейнджер способна. Эта угловатая, глупая, чересчур занудная гриффиндорка заставляла парня дрожать и балансировать на грани взрыва. Как неожиданно она сладко вскрикнула, запрокидывая голову назад, а Драко застонал вслед за ней, чувствуя, как внутри что-то взрывается. Что-то новое рождается. Девушка обмякла, жадно хватая ртом воздух, пока Драко оставлял мелкие поцелуи у нее на щеке, на виске. Сладкая, как гребаный мед. Горячая, как чертов глинтвейн. Подняв взгляд, он наткнулся на карие блюдца. И увидел в них…панику, граничащую с осознанием. — Мы… — шепнула Гермиона, неверяще. — Да, — ответил Малфой, не вставая, прижимая ее своим телом. — Что будет дальше, Малфой? — Я не знаю. Не знаю. Драко видел, что девушка сдерживала слезы, когда слегка толкнула его в грудь. Парень освободил ей путь, и Гермиона, спотыкаясь, вылезла из ванной, схватила палочку, призвала свою одежду, надела прямо на мокрое тело. Она дрожала. Он видел, как дрожали ее руки, как тряслись ее распухшие губы. Но он сидел. Они ведь никто друг другу. Верно? Гермиона, схватив свою сумку, почти вылетела из ванной, а Драко остался один, шепча ее имя.