Коллекционер

Миша размышлял бОльшую часть полета, и по прибытию уже верил, что все трудности теперь позади, что он - черт возьми! - справился с этим. Непонятно, в какой именно момент пришла эта уверенность, но с тех пор как появилась надежда о щедром выкупе, о том, что кто-то узнал его и вернул свободу, эта самая мысль быстро внедрилась в его сознание, пуская корни, и по прибытию Коллинз был убежден, что выйдет из самолета полноправным гражданином. Он лишь ждал теперь момента поблагодарить неизвестного спасителя. Волнение лишило актера чувства голода, и он вежливо отказался от легкого аперитива, предложенного стюардессой, за что поймал на себе обеспокоенный взгляд Азиса и жестом уверил его, что все прекрасно. Первые признаки беспокойства вернулись к мужчине, как только он ступил на трап в очередном маленьком частном аэропорту. Но Миша отмахнулся от них, делая себе замечание о паранойе и мысленно ставя галочку записаться к психологу. У них на студии в Ванкувере работала очаровательная барышня с большими серыми глазами Бэмби, как раз по данному профилю. Ходили даже слухи, что для нее это было немного больше чем обычная работа, потому как она была самым настоящим фанатом шоу и втайне гордилась тем, что волею судьбы причастна к его производству. Вот именно к ней и надо было бы попасть в первую очередь. В конце концов, действительно понимающий, в том самом смысле, специалист встречался редко. А Джеи так и вовсе иногда заглядывали к ней в профилактических целях, выкладываясь в беседе через свои образы, и получали полный психологический портрет своих героев, который потом использовался парнями для корректировки поведения Сэма и Дина в той или иной ситуации, изменяя сценарий в пределах разумного. Полезно, если хочешь, чтобы твой персонаж рос духовно и менялся под «ударами судьбы». О чем, кстати, часто забывали сами сценаристы. Наверное поэтому во всем отснятом шоу взрослели только братья Винчестеры, когда остальные персонажи проявляли завидную статичность. Миша усмехнулся. Он, конечно, никогда раньше не был в кабинете их местной «Бэкки». - Думаете о чем-то приятном? - Азис отвлек актера от воспоминаний. Он сидел рядом с ним на заднем сидении авто, едущему по не ровной дороге, отчего машину качало из стороны в сторону. - Просто мечтаю попасть на сеанс к психологу, - признался мужчина, отрывая взгляд от окна и посмотрев на сопровождающего. - Ну, знаете, после всего что было. - Понимаю, - кивнул араб. - Наверное, это очень тяжело, осознавать, что теряешь что-то такое важное, как свобода. - Я не терял ее, - возразил актер и, чуть помедлив, добавил. - Просто переживаю, чтобы паранойя не замучила. - Уверяю, вам больше нечего опасаться, мистер Коллинз. Здесь вам ничего не грозит. Миша кивнул, вновь отворачиваясь к окну и рассматривая густые зеленые заросли. Когда кортеж подъехал к внушительного размера особняку, на улице шел проливной дождь такой силы, что за его шумом невозможно было расслышать шагов и с трудом определялись голоса. На крыльце уже ожидало несколько слуг с зонтами. Они быстро подбегали к машинам и сопровождали прибывших к дверям. То же случилось с Мишей и Азисом — их провели до прихожей, где уже другие слуги поменяли их уличную обувь на домашнюю. Актеру некогда было вникать в привычки этого дома, пока его переобували и накидывали на плечи халат. Все свое внимание Коллинз устремил на человека, отдавшего за его жизнь целое состояние. Тот же в этот момент, омыв руки в поднесенной к нему медной чаше, стремительно скрывался из вида. И только Миша хотел было двинуться за ним, как путь ему преградила рука Азиса. - Сэр, прошу вас, сюда, - сказал он. - Я покажу вам вашу комнату. - Почему он меня избегает? - хмурясь, в лоб спросил Миша без всяких обиняков. - У меня есть к нему несколько вопросов. - Уверяю вас, господин Джамиль обязательно уделит вам время сегодня вечером. - Точно? - Да. Он хотел поужинать в вашей компании. - Окей. Веди, куда хотел. Комната, которую выделили для Коллинза находилась на первом этаже и оказалась угловой, с большими окнами, на которых были арабские резные наличники. Стекло в них даже не предусматривалось, а при желании, можно было затенить окно, закрыв деревянную створку. Современная широкая постель занимала угол комнаты между окнами, и была больше похожа на округлое гнездо с множеством подушек, пледов и покрывал. У стены стояла удобная конторка, вертящееся компьютерное кресло, что-то вроде ларя — непонятно зачем. С другой стороны находился открытый шкаф с зеркальной дверцей, в нем было несколько комплектов мужской одежды и парочка тканых халатов. За маленькой панельной дверью, очень неприметной, чтобы, вероятно, не портить классический арабский интерьер, находился крохотный туалет. - А ванна?... - рассеянно поинтересовался Коллинз, больше привыкший к совмещенным американским санузлам. - Ванны нет, - разочаровал мужчину Азис. - Зато есть купальня. Немного дальше по коридору. Хотите взглянуть? Миша посмотрел на араба усталым взглядом. - Или мы можем сделать это позже, - предложил сопровождающий. - Я могу устроить вам экскурсию по дому, саду и окрестностях, например, завтра? Уже знакомое чувство беспокойства опять шевельнулось где-то в душе, оставляя неприятный осадок. Но актер промолчал, уже так просто не отмахиваясь от этого ощущения, а решив разрешить все сомнения сегодня за ужином. Он понимал, что из Азиса ничего не вытянешь - он ответит так, что обойдет все острые углы, оставив висеть вопросы в воздухе. Вероятно, этот араб и сам не знает, что на уме его господина, и не хотел бы невольно обмануть ожидания гостя. - Ладно, - вздохнул Миша, проходя вглубь комнаты и садясь на край кровати, провалившись в мягкую перину сантиметров на десять. - Сколько у меня есть времени до ужина? - Два часа. Может, чуть больше, - осведомил сопровождающий. - Спасибо, - поблагодарил актер, откидываясь спиной на плед и закрывая глаза, пытаясь преодолеть легкое головокружение. Азис коротко поклонился, замер на секунду, и вышел, закрыв дверь. Коллинз внутренне напрягся, ожидая услышать звук поворачиваемого замка. Ждал довольно долго, но этого так и не произошло. Миша неожиданно легко поднялся с постели, бегло осматривая стены и потолок на наличие камеры и, так ничего и не обнаружив, подошел к двери. Оказалось, что в ней нет ни врезного, ни какого-либо еще замка. Только ручка. Коллинз потянул ее на себя, приоткрывая, закрыл, открыл еще раз, наслаждаясь такому простому и такому важному действию. Будучи по природе довольно азартным, актер снял домашнюю обувь, сунув ее под кровать, и, сбросив халат на подоконник, вылез через окно. Он скрылся в серой дождливой дымке, шлепая босыми ногами по лужам на мелком гравии. Сад вокруг дома оказался большим и ухоженным. Миша нашел среди туй небольшую зеленую площадку с низкими каменными скамейками и чашей неработающего фонтана. Он уже намеревался отправиться дальше, как небо вдруг сделало кульбит в глазах Коллинза, и актер оказался сидящим на белом камне скамьи. Промокнув до нитки, мужчина решил вернуться, чувствуя неприятный холод. Он хотел проверить две вещи: первое - найти границы сада самостоятельно и оценить эту «крепость» на неприступность; и второе - посмотреть, какова будет реакция гостеприимных хозяев на его такой своевольный побег. Пусть с первым вопросом актер пока не разобрался, но второй мог прояснить сейчас довольно интересный момент о его положении в этом доме — чувство скованности никак не хотело отступать, терзая душу сомнениями и подталкивая проверять и проверять, пока разум окончательно не убедиться в личностной свободе своего хозяина. Миша влез в окно своей комнаты, ожидая увидеть там разгневанных людей, но к своему облегчению, никого не обнаружил. Переодевшись в сухое, он завернулся плотно в халат, желая согреться как можно быстрее. Эта выходка подняла Коллинзу настроение. Значит, здесь можно вот так вот просто уйти, оставшись совершенно незамеченным, никаких камер, никаких замков. Никаких ограничений. Последние сомнения должны были развеяться уже этим вечером, когда он, наконец, сможет поговорить с загадочным мистером «Икс» всего арабского олигархства — господином Джамилем. Джеем. Мише понравилось. Он усмехнулся, представив Дженсена в чалме. Важного такого, на пегой лошади, и чтоб руки в перстнях. Актер перевернулся, улыбаясь узорчатому потолку, и продолжил фантазировать. Джареду бы пошел такой наряд, а вот Дженсену все-таки ковбойка больше к лицу. И все же, было бы интересно снять серию СПН в стиле жаркого востока. А что такого? Они и раньше прибегали к подобным пародиям. Нужно будет предложить сценаристам. Миша хохотнул — и индийскую версию в порядке эксперимента. С танцами. Индийская рок-опера, с гитарами и барабанами. Коллинз представил себе основной состав в подобном амплуа и едва не свалился с постели от хохота. Актер почти задремал, когда в его дверь постучали. - Господин Джамиль ждет вас за ужином, мистер Коллинз, - Азис вошел в комнату. Он открыто осмотрел Мишу с головы до ног. - Вы выходили под дождь. Я заметил вас в окно из своего кабинета, но подумал, что обознался. - Это запрещено? - повел бровью мужчина, напрягаясь и складывая руки на груди. - Нет. Однако в вашей комнате нет стекол, как в европейских. Можно простудиться, - Миша картинно закатил глаза, и араб продолжил. - Не стоит лишний раз беспокоить господина Джамиля. Если вы заболеете, это начнет волновать его. - Ваш принц хрустальный? - негодующе взмахнул актер руками. - И я не боюсь сквозняков. Азис подошел к конторке и взял из ларца гребень для волос, протянул его Коллинзу. Тот взглянул на себя в зеркало и начал приводить в порядок взъерошенные волосы. - Господин болен, - сказал араб, наблюдая за мужчиной. - Только не говорите, что я сообщил вам, иначе меня линчуют. Я подумал, что вам следует знать об этом раньше, чем господин Джамиль признается сам. Миша усмехнулся, посмотрев на сопровождающего через зеркало и посерьезнел, поняв что тот не шутил, говоря о смертной казни. - Я понимаю. - И лучше бы вам не относиться к нему, как к больному. - Ладно, Азис, я ничего не слышал и ничего не видел. Я готов. Пойдем? Азис повел Коллинза через другие комнаты, пояснив, что так будет быстрее, чем блуждать по коридорам кругами, ведь они и так слишком задержались. Сами комнаты были скорее общего назначения. Спальни и рабочие кабинеты проходными не могли быть по определению. Но вот в одной такой комнате Миша притормозил, восхищенно осматриваясь. Азису пришлось обернуться, ожидая актера в дверях. - Так твой хозяин коллекционер? - зачем-то уточнил мужчина, подходя ближе к рамкам на стене и рассматривая пришпиленных внутри бабочек. Все стены были увешаны такими рамками разных размеров, демонстрируя тысячи крылатых насекомых. - Это... впечатляюще! Они такие... Красивые, правда? - Да. Господин собирал эту коллекцию почти семь лет. Большую часть он словил своими руками. Но некоторые редкие виды купил, так как в природе их почти не осталось. - Незаконно? - Это не имеет значения. Мы опаздываем, мистер Коллинз. Миша незамедлительно отправился дальше. То помещение, в котором оказался актер, сложно было бы назвать обеденным залом. Скорее гостиная — уютная небольшая комната с овальным столом и горящим камином, убранная цветными плотными шелками и текстурной тканью. Стол был сервирован на двоих, и Джамиль уже приступил к ужину. Глянув на полную тарелку араба, у Миши набежала голодная слюна. Он сел на свое место, чуть пошатнувшись и прикрывая глаза, отгоняя от себя муть и темные пятна. Завидев своего гостя, хозяин дома кивнул Азису и хлопнул в ладоши, жуя и рассматривая актера. Через минуту перед Коллинзом поставили порцию овсянки с сухофруктами и большую чашку с компотом из кураги. Джамиль жестом предложил мужчине поесть, покровительственно улыбнувшись. Миша взял в руки ложку, зачерпнул немного каши, задумчиво пожевал, а затем потянулся за солонкой. Араб улыбнулся этому жесту, вернувшись к своей трапезе. Они оба молчали, пока разбирались с основными блюдами, и актер начал разговор первым, обнимая свою чашку с горячим питьем обеими ладонями. - Привет, Джа. Ты говоришь по английски? Хозяин удивленно вскинул брови, переводя взгляд с Коллинза на Азиса. Сопровождающий лишь поджал губы, опустив взгляд. - Меня зовут Джамиль ибн Надир. Для тебя — господин Джамиль, или просто господин. Я очень рад видеть тебя в своем доме, - произнес он с легким акцентом. - Да, спасибо, - Коллинз сделал глоток горячей жидкости. - Когда я смогу вернуться домой? - Ты уже дома, Миша, - развел араб руками, улыбнувшись. - Отныне это — твой дом. Актер моргнул, отодвинул от себя чашку. - Но я думал, что.. - казалось, земля ушла из-под ног. - Что ты подумал? - поинтересовался Джамиль, не дождавшись продолжения. - Я думал, что кто-то узнал меня и решил... помочь, - Миша пристально смотрел на араба, пытаясь понять по бесстрастному лицу что у него на уме. - Я довольно известный актер. Думал, этот кто-то... мой поклонник. Хозяин аккуратно вытер губы салфеткой. - Я впервые увидел тебя на аукционе. Я не смотрю американские фильмы. - И часто ты покупаешь людей как щенков на распродаже? - холодно поинтересовался Коллинз. Азис было дернулся к нему, но Джамиль остановил его жестом. - Первый раз. Я редко покупаю что-то. Однажды на подобном мероприятии мне удалось выкупить семейную реликвию, похищенную у нас много лет назад. С тех пор я посещаю аукцион, в надежде найти что-нибудь действительно ценное. - Найти и купить в последний момент, - добавил Миша. - О, прошу меня за это простить. Как только я увидел тебя на экране, сразу же отыскал несколько статей о твоей личности в интернете. Продавец предоставляет крайне мало информации, а меня заинтересовало это предложение. Поэтому я подключился к торгам так поздно. - Да уж! Меня чуть не купил этот маньяк с тростью! - Я уже извинился, Миша. Мне сделать это еще раз? - едва заметно нахмурился араб. Коллинз ответил ему испытующим взглядом. - И кем вы меня считаете? Своим рабом? Игрушкой? Породистой собакой? - наконец спросил он, приподнимаясь над столом и, казалось, заглядывая арабу прямо в душу. - Какой статус вы мне присвоили? - Конечно же ты не вещь и не животное, Миша. И ты не раб. Такое мышление тебе не свойственно. Даже если я захочу, тебя можно сломать, но не превратить в раба. Ты рожден быть и умереть свободным. В этом доме ты - второй человек после меня. Таков теперь твой статус. - И что это значит? - с недоверием спросил актер. - Ты ведь считаешь себя моим владельцем, раз ты купил меня. - Все немного сложнее, Миша, - вздохнул Джамиль. - В моей культуре, причастность к которой ты теперь имеешь, можно купить не только раба, животное или вещь. Можно купить, например, женщину, заплатив выкуп ее родителям. Это вовсе не означает, что теперь к этой женщине будут недостойно относиться. Ты понимаешь, что я хочу сказать? - Не совсем, - ответил Коллинз, садясь обратно на стул. Он чертовски устал, а после ужина его клонило ко сну, но актер твердо решил выяснить все прямо сейчас. - Я не женщина. Мне сказали, что у тебя нет гарема. - Так и есть, - араб задумчиво отвел взгляд. Он продолжил, спустя минуту. - Но, думаю, суть покупки ты уловил, - дождавшись кивка со стороны Миши, Джамиль продолжил. - Ты можешь свободно передвигаться по моей земле и заниматься тем, чем нравится. Ты не должен бояться других людей — только я здесь имею право что-то от тебя требовать. На моей земле есть мужчины и женщины. Я предупреждаю, что супружеская измена карается смертью. Это означает, что тот, кто вступит с тобой в связь, будет казнен. - Ты говоришь «на моей земле». А дальше чья? - А дальше - океан, - Джамиль взглянул Коллинзу прямо в глаза. Актер накрыл лоб ладонью, а потом отер ею лицо, словно снимая с себя маску. - Зачем, Джамиль?.. Зачем ты купил меня? Чтобы держать, как диковинку? Как тех бабочек на стене? У тебя есть все, и теперь решил поиметь еще и приглянувшегося киноактера? Почему ты поступаешь так, чего тебе не хватает? - Миша действительно не понимал, чувствуя легкий приступ безысходного разочарования. - Может быть, потому что я могу себе это позволить? - пожал плечами араб, делая небольшой глоток вина. - Давай я погощу у тебя месяц, а потом ты просто отпустишь меня домой, - мужчина поднял на Джамиля полный тоски взгляд. - Я верну тебе деньги. Буду навещать пару раз в год. Во время хиатуса, например. - Нет, - араб напрягся. - Я не понимаю о чем речь. Дело вовсе не в деньгах. Твой дом здесь, Миша. И чем быстрее ты это примешь, тем лучше для всех. Азис, отведи его в комнату. Сопровождающий подошел к актеру и взял его за локоть, заставляя подняться. - Погоди, Джамиль, мы не закончили! - спохватился Коллинз, вырываясь. - Не сейчас, - хозяин протестующе взмахнул ладонью. - Продолжим наш разговор позже. Азис в этот раз повел актера по коридорам, что действительно оказалось несколько дольше, чем через комнаты, и эта дорога обратно окончательно вымотала несчастного мужчину, последняя надежда которого только что со звоном вдребезги разбилась о соленые воды океана. Сопровождающий помог Мише переодеться, снять обувь и улечься в постель — тот был совершенно дезориентирован. - Воздержитесь от ночных прогулок, мистер Коллинз, - посоветовал он, поправляя одеяло. - Вам нужен отдых, свежий воздух и хорошее питание, чтобы как можно скорее восстановить свои силы. - Зачем? - вяло поинтересовался мужчина, бездумно глядя перед собой. - Куда спешить? - Чтобы угнаться за вашим любопытством, - равнодушно ответил араб. - Спите крепко. И Миша уснул раньше, чем за Азисом закрылась входная дверь.