Коллекционер

- Миша, куда ты меня ведешь? - Джамиль едва поспевал за юрко ускользающим через кусты актером. - Сейчас, погоди... Скоро сам все увидишь. - Почему ты не хочешь мне сказать? - араб не мог понять, зачем Коллинз держит свои планы в секрете. Тем более, что это перестанет быть тайной через несколько минут. - Тебе что, никто раньше не делал сюрпризы? - Миша даже обернулся на хозяина. - Нет. Зачем? - Шутишь? - мужчина остановился, пристально взглянув на Джамиля. - Знаешь, что я тебе скажу? Поганое у тебя было детство, вот что. Араб бы поспорил с ним, считая, что родители хорошо его воспитывали, если бы это имело хоть какой-нибудь смысл. Джамиль лучше Коллинза понимал, насколько велика пропасть между их культурами, когда как актер относился к жизни довольно непринужденно, одинаково открыто относясь к любому встречному. В нем тесно сплелись какая-то восторженная детская непосредственность, легкость и в то же время решимость в своих намерениях, что придавало прекрасному облику особый дивный шарм. С ним Джамилю было легко. Миша казался ему честным в своих поступках и словах. По лицу можно было легко прочесть его эмоции, и мужчина, не стесняясь своих желаний, смело делал что хотел, не заморачиваясь на чужих мнениях. Миша был сердечным и теплым. И стены, оборону которых араб держал уже не малое количество лет, рассыпались на булыжники от одной только искренней, располагающей к себе улыбки. Воистину, пропела под ними иерихонская труба в облике Миши Коллинза. Джамиль был счастлив, что Миша принял его. Он и сам не знал, что бы ему пришлось предпринять, откажись актер идти с ним на контакт. Араб искренне полагал, что такого человека грешно лишать свободы. Все равно что срезать крылья ангелу и бросить умирать от горя и тоски. Но причины, по которым Коллинз был так к нему расположен и добр, понять пока не получалось. Собрав на актера пухлую папку с досье и фотографиями, Джамиль был прекрасно осведомлен, с кем имеет дело. И ему хотелось довериться, снять с себя железную маску, стать, наконец, собой, не переча внутренним установкам. - Мы пришли, - торжественно объявил Миша, останавливаясь. - Ну как тебе? Хозяин с легким недоумением осмотрелся, скользя взглядом по садовым кустам и небольшому пространству, где они стояли, и вернулся к сияющему, как новенький четвертак, Коллинзу. - Это просто поляна. Я не понимаю, о каком сюрпризе шла речь и что я должен оценивать? Вопрос почему-то вызвал у актера смех. - Сейчас увидишь, - пообещал он, подходя к арабу ближе. Он приобнял его, двинул ногой, ставя Джамилю подножку, и придержал, аккуратно укладывая на траву и опускаясь рядом с ним следом. - Смотри. Джамиль посмотрел на развернувшуюся перед ним панораму звездного неба. Он почувствовал, как рядом устроился Миша, тоже, очевидно любуясь этой жемчужной россыпью. Удивительно. Повернувшись на бок, Коллинз положил свою ладонь арабу на грудь. - Нравится? - Завораживает, - честно ответил его хозяин. Мужчина кивнул, возвращаясь на землю, и они некоторое время лежали в тишине. - Миша... - М?.. - Зачем... Зачем ты это делаешь? - Делаю что? - Почему ты так... ведешь себя? - Тебе не нравится? - Мне... Я удивлен. Я бы не смог жить, потеряв свободу. Я предпочел бы смерть служению. - Думаешь, мне неприятно общаться с тобой и я себя заставляю, потому что ты мой хозяин? - Не совсем... А как на самом деле? - Джамиль повернул голову, рассматривая в сумраке профиль Коллинза. - Зачем тебе? - Мне важно знать. Я бы не хотел... причинить тебе вред. - Ладно... Я думаю, ты имеешь на это право, - согласился Миша. - Основная причина в том, что ты мне тоже нравишься, Джамиль. Хотя твоя закомплексованность местами весьма даже раздражает. Знаешь, со мной ты можешь не бояться сделать что-то не так или что-то не то. Можешь расслабиться и перестать играть холодного непрошибаемого магната. Оставь это публике. Я не собираюсь высмеивать тебя. У всех есть недостатки. У меня их полно! Но я не стесняюсь их. Я превращаю их в достоинства. Смекаешь, о чем я? Не все принимают то, чего ты стыдишься, действительно за недостатки. У людей свое мнение на любую вещь, будь то черта характера или что-то физическое. У Дженсена, к примеру, кривые ноги. А девчонки его обожают даже больше, чем хотелось бы... В целом, я о том, что либо окружающие принимают тебя таким, какой ты уродился, либо нахер таких знакомых! Так что я не служу тебе, нет. Это пахнет чем-то другим, - Миша посмотрел на араба, улыбнувшись. - Если только любовь станет храмом, тогда я - ее верный служитель. Джамиль смущенно отвернулся к звездам. - И все же... как ты справляешься с осознанием того, что являешься пленником в моем доме? - Ты ошибаешься. Ты можешь запереть меня в комнате или даже заковать в кандалы, но это ни на минуту не сделает меня рабом. Да, чего уж тут, меня нагло украли прямо из самолета, продали на аукционе, как вещь, все так. Только вот свобода — она внутри нас. Многие свободные люди на самом деле заложники своих привычек, зависимы от придуманных обстоятельств, от других людей. Они живут в страхе, стрессе и недовольстве, что кто-то распоряжается их жизнью — супруг, работодатель, общественное мнение... И вместе с тем не хотят ничего менять. Боятся придумать способ обрести внутреннюю свободу и независимость, предпринять и сделать к ней первые шаги. В конце концов, это очень удобно, когда кто-то другой обо всем заботится. О том, чем тебе питаться, во что одеваться и какую музыку слушать. Не надо напрягать мозги. Таким не нужен даже ошейник. Безотчетное рабство. Свобода духа, она другая. Это, прежде всего, освобождение от стереотипов. Это способность не навешивать ярлыки на все подряд. Именно этим я и занимаюсь — я предлагаю людям делать хорошие, может, немного безумные поступки, толкаю их на путь творчества и осознания своих способностей. Я говорю — ты это можешь! И знаешь что? Люди меняются. Они перестают зацикливаться на мелких семейных ссорах и последних альбомах Бибера. Они выходят на улицу и делают то, чего обычно они и сами от себя не ожидают. Переступают рамки своей зоны комфорта и становятся чуть более открытыми и чуть более свободными. Понимаешь, Джамиль, нельзя человека пленить, если только он сам не позволит этому случиться. Я не знаю, что будет завтра, и не знаю, как долго пробуду у тебя в гостях... Быть может, что всю свою жизнь. Но стану ли я менее свободным? Не думаю. - Я бы наложил на себя руки, если бы со мной такое произошло, - после длительной паузы подал голос араб. - Да ты просто трус, Джамиль! - Нет, я... - Только трус сбегает с поля боя, не пытаясь сражаться! - Я никогда не отступал перед врагом! - Джамиль сел, пораженный таким внезапным обвинением. - Вся наша жизнь — борьба! Спасуешь перед чьей-то прихотью? - Нет, вообще-то... - Джамиль умолк, задумываясь. - Миша, я понял, ты просто очень сильно любишь жизнь, и приспосабливаешься под обстоятельства. Это не позиция сильного человека. - Ты опять ошибся, Джамиль, - вздохнул Коллинз. - И почему же? - Однажды ты сам поймешь почему. - Ты мне не скажешь? - Нет. - Но почему? - Потому что это будет выглядеть, как оправдание и выгораживание себя, а это не так. Это нужно просто понять. И ты дойдешь до этого сам. Скажу лишь, что всегда, при любых обстоятельствах, нужно оставаться собой и поступать в согласии со своими убеждениями. Только так тебя ничто не сломает. И с приспособленчеством это не имеет ничего общего. - Я никогда не встречал людей, подобных тебе. - Я знаю! - Коллинз расплылся в улыбке. - У тебя есть компас? - Нет. - Ладно. Тогда ориентируйся по звездам. От Кассиопеи в сторону полярной звезды до первой большой туманности, оттуда направо. - И что там?.. - Джамиль задрал подбородок, пытаясь найти это место на ночном небе. - Ну... Что ж. Там ты встретишь меня. Миша уловил удивленный взгляд хозяина и потянулся к нему, чтобы поцеловать. Араб ответил, приобнимая мужчину за плечи. Поднимаясь по трапу на борт маленького частого самолета, Миша с удивлением обнаружил, насколько сильно он на самом деле нервничает. Большая земля. Континент. Несмотря на свои обещания, разум малодушно подсовывал Коллинзу схемы побега и обманчивые отговорки. Искушение, на самом деле, было очень велико. Актеру пришлось буквально уговаривать себя не делать опрометчивых поступков, и не только из-за следящего устройства. - Миша, все в порядке? - Джамиль, сидящий рядом, перевел взгляд с барабанящих по подлокотнику пальцев актера на его лицо. - Да... Да, все отлично. - Коллинз неловко улыбнулся. - Просто... нервозность. Черт... Прости, я... Я правда очень нервничаю... У тебя есть мятные конфетки? Знаешь, карамельные такие? Джамиль подозвал стюарда и расспросил его, тот что-то ответил, пожимая плечами, а потом вытащил из кармана початую пачку «Ментоса», протягивая ее актеру. - Спасибо, - выдавив себе на ладонь два кругляшка, Миша вернул его владельцу. - Может быть, воды? - поинтересовался Джамиль. - Ты меня еще за ручку подержи, - фыркнул актер и едва успел отдернуть руку. - Я пошутил. Так. Все отлично. Лететь пришлось около часа, и все это время Миша взвешивал шансы на побег. Как бы не нравился ему хозяин, эта мысль не давала Коллинзу покоя, заставляя дрожать и нервно потеть. Однако, по прибытию в аэропорт, он даже обрадовался, что не успел придумать достаточно хорошего плана и убедиться в его эффективности настолько, чтобы решиться на какие-либо действия. И дело даже не в том, что они оказались в стране так называемого третьего мира. Вовсе нет. Просто каждый второй гражданский, включая женщин и детей, спокойно носил за спиной калаш, словно оружие было предметом их гардероба. И все они косились на американца весьма недобро, рассматривая его, как нечто уродливое. - Миша, пожалуйста, прикрой свое лицо платком, - Джамиль, очевидно, заметил эту нехорошую тенденцию. - И постарайся не смотреть на людей открыто. - Мне здесь уже нравится, - брякнул Коллинз, заставив Джамиля остановиться и обернуться к нему. - Не самое лучшее время для сарказма, - наконец отозвался араб. - И, будь добр, постарайся не привлекать внимание американской речью. - Как прикажете, мой господин, - ответил Миша таким тоном, чтобы Джамиль еще долго мог испытывать неловкость. Напряжение немного спало, когда они, наконец, смогли сесть в авто. Транспорт начал медленно пробираться через переполненную людьми улицу. - Где мы? - Миша буквально прилип к тонированному стеклу, рассматривая прохожих. - Сирия? Египет? - Пакистан. - М. Гостеприимное местечко... - Здешние люди не верят в бескорыстие, - Джамиль аккуратно взял руку актера в свою и начал нежно поглаживать его пальцы. - Так что будь предельно осторожен. Не пытайся никому помочь, даже если очень захочется. Особенно, если очень захочется. Коллинз оторвался от окна, посмотрев на араба своим самым честным взглядом, затем перелез к нему на колени и склонился, глубоко целуя и обнимая за шею. - И ты вырос в подобной среде? - поинтересовался актер, утыкаясь лбом в лоб хозяина. - Нет. У нас все было не настолько плачевно, - Джамиль потянулся к губам Коллинза, а тот в свою очередь праздновал очередную победу — его трусливый партнер целуется с ним в машине посреди исламского общества. - Водитель, Джамиль, - выдохнул Миша, немного отстраняясь и заглядывая в темные глаза. - Он мой... И смотрит на дорогу... - Все равно рискованно, - шепнул американец. - Я хорошо его знаю, он промолчит... Едва араб успел договорить, актер прильнул к нему, простонав в поцелуй. Хозяин смущенно залился краской, но не оттолкнул от себя горячего Коллинза. Место, в котором они оказались, больше походило на временный стадион с деревянными помостами и ограждениями. В центре, на достаточно большом открытом пространстве, находились ярко украшенные лошади, с разноцветными ленточками и перьями, с бубенцами и красочными попонами, вокруг каждой из которых толпилось человек семь-восемь, и у большинства в руках были музыкальные инструменты. - Какие кони, Джамиль! Что сейчас будет? - Миша буквально норовил свеситься через перила, чтобы оказаться в первых рядах, восторженно глядя на горячих скакунов, сверкающих пестрыми нарядами. - Праздник танцующих лошадей, - араб вцепился в одежду Коллинза. - Сейчас начнутся соревнования. Победителя ждет солидный денежный приз. - Я думал, это просто название! Ты серьезно?! Прям танцевать?! - Сейчас все сам увидишь, - Джамиль облокотился на перила, крепко держа в кулаке ткань туники американца. Участников вызывали по одному, и тогда окружающие лошадь люди начинали играть, отбивая ритм на барабанах, выводя флейтами трели и залихватски насвистывая, скакуны, чуть только заслышав музыку, принимались отплясывать что-то невероятное! И было в их движениях столько грации, мощи и импульсивности, что оторваться от этого зрелища было крайне сложно. Как и определить победителя. Миша не представлял, как можно было выбрать среди этой красоты кого-то одного. - О Господи! Джамиль, я даже представить себе не мог, что такое бывает! - Тебе понравилось? - Не то слово! Слушай, а как их этому учат? - Я никогда не интересовался процессом. Скорее всего, их обучают на слух. Каждый отдельный звук означает определенное движение. Данный вид состязаний — национальная особенность пакистанцев. Толпа ликовала, приветствуя лошадей, занявших первые три места. Кое-где слышались выстрелы в воздух, но это, похоже, никого не пугало. - Джамиль, ты обещал, что мы... Вытащим из меня эту штуку, - напомнил Коллинз, когда праздник закончился и люди начали расходиться. - Да, но мы будем делать это не здесь. - Опять полеты? - Тебя это беспокоит? - Вовсе нет. Обожаю перелеты. - Не волнуйтесь, мистер Коллинз, встаньте прямо, задержите дыхание.... - рентгеновский аппарат загудел, двигая рамку и запечатляя строение скелета известного киноактера. - Все. Можете одеваться. Миша подошел к стулу со своей одеждой. Времени было мало, так что следовало поторопиться. - Вы меня знаете? - в голосе мужчины слышалась надежда. - Да, сэр. Вы... до сих пор в розыске... Меня зовут Ричард Барнос, и я обязательно сообщу полиции... - Погоди... Погоди, Рич! Ты знаком с Джамилем?.. - врач кивнул. - Слушай, приятель, надо обстряпать все так, что бы его не коснулось, понимаешь? - Миша с надеждой посмотрел на мужчину в халате. - Но... что? Мистер Коллинз, если это он вас похитил... - Миша, - араб распахнул дверь. - Все в порядке? - Да! Да, Джамиль, уже иду... Актер, пряча глаза от Ричарда, поспешил выйти из кабинета. __________________________ Пакистанские танцующие лошади - http://vk.com/video56293325_159726792 http://s53.radikal.ru/i140/1103/61/f089e52effd3.jpg http://s003.radikal.ru/i201/1103/69/4b190110dddf.jpg http://s15.radikal.ru/i189/1103/5c/896e51e9e719.jpg http://attachments-blog.tut.by/62446/files/2012/07/marwari-0174.jpg