Долгая дорога к чувствам

       Наступила ночь. Мерный стук колёс, полумрак и... шорох. Гермиона перевернулась на другой бок и прикрыла уши. Не помогло. Шорох и выдохи все равно раздавались сквозь ладонь.       Она вновь перевернулась на спину и посмотрела на верхнюю койку. Экстремалы решили скрасить свой вечер, абсолютно забыв, что могут не давать своим соседям уснуть.       Том будто бы специально свесил руку с кровати прямо так, чтобы она смогла до неё дотянуться. Интересно, а он спит? Гермиона протянула руку, обхватывая ладонь, и почувствовала, как он погладил пальцами кисть. Она улыбнулась, провела волну и сделала линию вбок, как раз в сторону этой парочки. Том вывел на кисти плюс. Гермиона легонько задела ногтем кожу и вновь провела линию вбок. На руке опять вывелся плюс.        Их тактильный диалог был приятным (они часто так говорили на уроках. До ссоры...), но очень ограниченным в плане знаков. А так захотелось поговорить. Бессонница мучала, эти охи-вздохи резали слух, пробуждая совсем не нужное сейчас чувство возбуждения. Разговаривать вслух они не могут. Наверх к нему она не полезет. А может....       Гермиона дёрнула его руку вниз. Том заинтересованно вывел вопросительный знак. Она прочертила линию до окна. –Если ты хочешь выпрыгнуть от них в окно, то это не лучшая идея. –раздался его шёпот сверху.        Гермиона улыбнулась и начертила смайлик. –Я просто хочу поговорить. –А что тебя не устраивает сейчас? –Слишком мало знаков.        Том отпустил её руку. Гермиона замерла. Он обиделся? В глазах заблестели слезы. Но ведь.. но ведь она ничего такого не..        Кровать под ногами прогнулась. В свете мелькнувшего фонаря свернули знакомые чёрные глаза. Гермиона выдохнула и села. Он не обиделся.        Прижавшись щекой к его груди и ощущая руку на талии, она смотрела на бегущие за окном поля, деревья и фонари. Так в молчании прошла ночь, перед рассветом их сморил сон, и они не заметили, как уснули в объятиях друг друга.