Сага о Луносветском оружейнике. Приручи свои кошмары часть II

      Корисай согнулся в приступе рвоты и извергал на каменные плиты Подгорода свой обед.       — Я, конечно понимаю, что тут запашок тот ещё, но впервые вижу такую бурную реакцию еще на входе. Мы ведь даже в каналы не спустились, — Най, придерживая двух коней, с насмешкой наблюдал за позеленевшим эльфом и впервые радовался, что сам он мертвый.       — Да это не запах, — охотник утер рот рукавом, — у меня на телепортацию всегда такая реакция.       — Уууу, мой дорогой ученик, да ты просто идеальную жену себе подобрал, — Найелар улыбнулся еще шире, вспоминая любовь чародейки к телепортациям. — Ладно, выйди пока за пределы города, там подожди.       Оружейник сунул поводья в руки Корисая и спустился в Подгород.       Найелар вышел из руин некогда прекрасного города через пару часов, с облегчением отметил, что ученик жив-здоров и не вляпался в очередную историю. Корисай спокойно сидел на траве близ перекрестка и считал ворон, которых здесь было немало.       — Всё, садись, поехали, — запрыгнув в седло, Найелар пустил коня легкой рысью.       Они проехали молча около десяти километров, но потом размышления оружейника были прерваны.       — Най. Нааай…       — Да какой я тебе Най?! Это Тисс меня так может звать. Для тебя я учитель, господин-оружейник, мастер, Найелар.       — Господин-учитель-мастер-Найелар, какого хрена мы не на крылобегах едем? Я все яйца уже об арчак* отбил.       — Расслабь поясницу и не наклоняйся вперед.       — Всё равно трясет. На крылобеге не так.       — Да потому что у лошади четыре ноги, а у крылобега две!       — Зачем нам вообще эта маскировка с лошадьми? Неужели нельзя прикинуться людьми, сидя на крылобеге?       — Нельзя. Хрен с тобой.       Найелар натянул повод, переводя своего коня на шаг. Кор облегченно выдохнул, привстал на стременах, поправляя штаны. Оружейник тем временем снял сумку, достал из неё небольшую баночку, открыл и начал намазывать на лицо маслянистое содержимое.       — На… Господин-оружейник. А что это вы такое на лицо мажете? — Охотник потянул носом. — Какими то вытяжками попахивает. Кажется, златошип и магороза… И легкий шлейф корня жизни       — Крем.       — От морщин?       Корисай призаткнулся, одаренный убийственным взглядом оружейника. Но ненадолго.       — Мне Тисс показывала. У неё всякие есть — от морщин, от покраснений, от сухости.       — У меня раздражение, — Найелар, закончив с лицом, закрыл баночку и убрал обратно в сумку.       — От бритья?       — От тебя, идиот!       — И что, крем помогает?       — Это для кожи, — Найелар закатил глаза, понимая, что жажда познаний ученика граничит с безумием и проще удовлетворить его любопытство. — У отрекшихся взял. Они используют всякие бальзамические масла, чтобы остатки мертвой плоти дольше держались. После смерти перестают выделяться всякие естественные жидкости и смазки, знаешь ли.       — Кстати, на тему естественных жидкостей… Давай остановимся на пару минут?       — Через десять километров, — Най снова пустил своего жеребца широкой рысью. Корисай только простонал, когда его конь побежал следом, совершенно не интересуясь мнением всадника.       С наступлением сумерек Корисай услышал долгожданную команду «Привал» и сполз с седла на землю.       — А что у нас на ужин?       — Я не нуждаюсь в еде, — Найелар пожал плечами. — Ты с такой гордостью рассказывал, что научился выживать в лесах, думаю, самое время продемонстрировать свои умения. А пока напои лошадей, спутай, расседлай.       — Какой же ты жестокий, — Корисай поднялся с травы и повел лошадей к ручью.

***

      Волчица подошла к раскидистому дереву. Из укрытого под корнями логова тут же показались несколько волчат, которые, радостно повизгивая, обступили свою мать. Некоторые, по старой привычке, тыкались в отвисшие, но почти пустые соски, а те, что поумнее встали перед мордой волчицы, повизгивая и перебирая лапами от нетерпения. Хищница опустила голову. От напряжения ребра, и без того заметные, стали еще больше выпирать наружу. Несколько раз содрогнувшись в спазмах, волчица срыгнула небольшую ящерицу, которую ей удалось поймать сегодня. Волчата с радостью накинулись на предложенный им обед, не обращая внимания на мать, которая обессиленно упала и прикрыла глаза. Охотиться без стаи было тяжело, каждый новый день был испытанием для изможденной голодом волчицы.       Ноздри дернулись, волчица приоткрыла глаза, приподнялась на передних лапах. Она чуяла еду, причем, достаточно близко. Запах лошадей отдавал чем-то странным, пугающим, но голод и необходимость выжить были сильнее.

***

      — Ничего себе! — Кор с восхищением рассматривал ружье, пока Найелар собирал примитивные шашки динамита.       — Я слышал, эту штуку, которая взрывает, её из камня добывают, да?       — Ну если объяснять для таких, как ты — то да. Если объяснять для более умных, то в горной породе встречаются вкрапления или кристаллы желтого и серо-желтого цвета, вот именно их и перемалывают для взрывчатого вещества. Что, решил тоже овладеть искусством инженерии?       — Да нет, зачем мне? Я прекрасно владею искусством снятия шкур.       — Ага, особенно тех, что в борделе и со скидкой, — Найелар усмехнулся.       — А что, там скидки бывают?       — Конечно. И карта постоянного клиента, — оружейник оскалился в улыбке.       — Опять шутки свои шутишь, — Корисай разочарованно вздохнул. — А правда, что ты хочешь меня усыновить?       — Конечно. Я же всю жизнь мечтал иметь сына-идиота!       — А это… Когда снова пороть будешь, я же, надеюсь, не должен орать что-то типа «да папочка»? А то о ваших вкусах всякие слухи в Луносвете ходят. Эм… господин-оружейник, а вы что на меня таким взглядом нехорошим смотрите?       — Да вот думаю, сейчас тебе по зубам съездить, или потом.       Найелар встал, зарядил ружьё и сунул в руки своему болтливому ученику.       — Лошади беспокоятся, иди посмотри, в чем дело.       — Да из меня стрелок-то…       — Я видел, как лучники стреляют с закрытыми глазами. Сердцем целься. Ушами целься. Тебе не отсутствие глаза мешает, а то, что ты себе в голову вбил по поводу своей ущербности. Взял ружье и вперед на обход территории!       Корисай, вздохнув, но всё же задумавшись о словах оружейника, пошел в сторону лошадей — те и впрямь вели себя взволнованно.       Эльф замер, прислушиваясь. Некоторое время было тихо, лишь всхрапывали и фыркали перепуганные кони. Но потом он заметил серую тень в кустах и выстрелил. Послышалось короткое взвизгивание и тень скрылась в лесу.       — Всю округу на уши поставил, — оружейник подошел и забрал ружье. — Иди спать.       — Там вроде волк был. И я попал, кажется.       — Дорогой мой ученик, ты «попал» еще в тот день, когда связался с Тиссеей. Утром посмотришь, кого ты там застрелил.       Проснувшись рано утром, Корисай пропустил мимо ушей комментарий Найелара о том, что на тренировки так вставать надо было, наспех оделся и ушел искать следы вчерашнего зверя.       Найелар, покачав головой, в очередной раз убедился, что любопытство его ученика опять одержало верх над здравым смыслом. Достал припасенное вяленое мясо дракондора, нанизал на палочки и поставил над тлеющими, но еще горячими углями кострища.       Корисай вернулся спустя полчаса.       — Это была волчица… Умерла возле логова. И тут это… Такое дело… Найелар понял, что охотник преподнес ему очередной сюрприз, заметив копошение и попискивание под рубашкой у Корисая. Эльф сел у костра, вытащил из-за пазухи волчонка и положил на колени.       — Остальных убил?       — Нет, как можно таких маленьких…       — Поздравляю, ты обрек их на долгую и мучительную смерть. Ешь, нам выезжать скоро.       Корисай, заметив мясо, тут же приступил к завтраку, пытаясь накормить не только себя, но и голодного, трясущегося волчонка.       «Теперь у меня два щенка» — подумал Найелар.