Дневник Тронутой / Diary of a Madwoman

***

— С каких пор ты игнорируешь очевидное? — Очевидное? Тео, ты её слышал? Тронутая несёт полнейшую чушь! — А разве со мной ты не настоящий? По мне так на все сто процентов. Она дело между прочим сказала, тебе стоит прислушаться, Борис. Я кстати, Теодор, приятно познакомится лично. — Протянул ладонь парень, поворачиваясь на переднем сиденье. — Не парься, я в курсе о тебе и не осуждаю, так что пожмём друг другу руки. — Я Мюр, — сомнительно протянула в ответ руку девушка. — Все вы знаете только то, что вам угодно знать, но никто не знает правды. — И какая же правда? — К вам обоим она не имеет никакого отношения, тем более сейчас это не имеет никакого значения. — Оставь её, Тео, не видишь, — она же Тронутая, о чём с ней говорить. — Придурок, — тихо фыркнула девушка и повернулась к окну. — Чё ты там сказала? — Сам оставь её, Борис. Наши планы ещё в силе? — О да, малыш, горячие источники и пиво ждут нас. — Супер! — дал пять Тео Борису, не скрывая довольной улыбки. — У меня ещё есть с собой немного, — прошептал Борис, придвинувшись к креслу Тео. — Смотри не спались, — прошептал ему в ответ парень. — Боже, — укоризненно глядя на ребят, пробормотала Мюр. 10 ноября. 2018 год. 18:30.       Мы уже полчаса сидим в холле гостиницы в ожидании нашего размещения. Мисс Байерс пытается наладить всё мирно, но, видимо, для администратора толпа детей, свалившихся ему на голову, не самая лучшая награда за плодотворный рабочий день.       Место действительно потрясающее и очень атмосферное, думаю, здесь дорого. Аккуратные небольшие кресла, изящные колонны с узорами; тёмные стены и более тёмный пол создавали очень уютную атмосферу; не было ничего лишнего, и каждая деталь подчёркивала помпезность этого места. Понимаю опасения администратора и владельца, особенно когда они украдкой поглядывали на громко говорящего Бориса и его компанию. Я бы тоже волновалась за сохранность имущества и за спокойное пребывание гостей в этом здании.       Не знаю, как в этот раз нас буду расселять, надеюсь, что не также по карточкам: получится фиаско. Ведь заселять парней и девушек вместе противоречит морали, мы же ещё как-никак дети; надеюсь, школа предусмотрела это.       Я так нервничаю сегодня, несколько раз чуть было не сорвалась — приступ снова подступал к границам, но я держалась изо всех сил. Взяла как можно больше успокоительного с собой, чтобы не случилось чего. Возможно это из-за смены привычной обстановки и весьма сомнительной компании.       Мои родители вчера вечером устроили мне скандал. Я рассказала им о том, что уеду на месяц, и их реакция была неоднозначной. Мама толкнула меня, отчего я отлетела прямо на крючок на стене и распорола бедро. Отец тоже не отставал: сначала просто громко кричал, а потом начал хватать за руки. Пришлось, сдерживая слёзы, сквозь ком в горле звонить мисс Байерс поздним вечером, чтобы утром она снова оповестила их о моём долгом отсутствии. Когда я уходила сегодня, они спали; сомневаюсь, что они вообще будут замечать моё отсутствие.       Не понимаю, почему они так меня возненавидели. Я не хотела смерти Джеймса, я любила его, он был самым лучшим братом. Погибни бы я в той аварии вместо него, всё было бы гораздо лучше…

***

— Тронутая, и что ты тут записываешь? — ухмыльнулась и неожиданно выхватила дневник из рук Мюр местная стерва Молли. — А ну верни, живо! — крикнула и подскочила Мюриель, привлекая всеобщее внимание вокруг. — «Погибни бы я в той аварии вместо него, всё было бы гораздо лучше…» — о чём это… — прочитала Молли, сменившись в лице и теряя уверенность. В холле повисла гнетущая тишина, и все уставились на девушек. — Не твоё дело! — наконец выхватила свой дневник Мюр и спрятала под замочек. Ей повезло, что она недавно выпила успокоительное, иначе сейчас снова бы повторился её приступ. Девушка была ужасно зла, и невозможно было не заметить её румянец на бледной коже. Она окинула всех взглядом и заметила Павликовского, который таращился на неё вместе с Теодором, но в их взглядах читалось нечто отличное от других. Сочувствие?.. — Подойдите все сюда! — внезапно раздался голос мисс Байерс. — Сейчас будете заселяться!       Все потеряли интерес к происходящему и направились к стойке администратора. Лишь Борис продолжал смотреть на Мюр странным взглядом, пока Декер не потянул его за плечо с собой. Девушка смахнула выпавшие пряди с лица и уселась обратно в кресло. Её переполняли эмоции от смущения до злости. «Нужно быть аккуратнее, иначе все узнают, — крутилось в голове у Мюр. — И почему это, интересно, он так пялился на меня, словно… словно ему не всё равно! Что за бред!" — подумала девушка и тут же отмахнулась от этой мысли. Из долгих раздумий её вывел голос мисс Байерс: — Мюр, детка, ты в порядке? — осторожно прикоснувшись к плечу, сказала женщина. — Ох, да, простите, мисс. — Встала на ноги Мюр. — Твоя комната, вот ключи, держи, — протянула учительница ключи необычной формы с карточкой с номером 1313. — У тебя одноместная комната, на самом верхнем этаже, также большинство ребят будут жить там…. Тебе не о чем беспокоиться. Если что моя комната будет этажом ниже, ты всегда можешь поговорить со мной, хорошо? — Конечно, мисс, спасибо. Я, пожалуй, пойду. Очень устала. — Девушка взяла ключ и направилась к лифту. Так как все уже разъехались, она со спокойной душой вошла в него и хотела нажать на кнопку, как вдруг внутрь забежал Борис, а следом за ним Тео. «Чёрт, за что!» — пронеслось в голове у Мюр, и она скривила губы, гордо задирая голову. — Какой этаж, Тронутая? — Тринадцатый. — Вот так везение, нам тоже. — Да, нас заселили в один номер, взяв с нас обещание, что мы не будем шуметь и громить его. — Очень, кстати, в этом сомневаюсь, — весело ткнул Тео в бок Борис. — Очень здорово, поздравляю. — Звучишь неубедительно, чем-то расстроена, Янг? — саркастично спросил Борис. — О, ты что, Павликовский, неужели по мне не заметно, что я всегда в прекрасном расположении духа! — выпалила раздраженная Мюр, поворачиваясь к парням со своим каменным лицом, закипавшим от злости. — Мой этаж. — Она шагнула наружу и повернула направо. — Вот так совпадение, — сказал Декер, поворачивая ключ в двери рядом с Мюр, — мы соседи! — Надеюсь, повеселимся, — снова мерзко улыбнулся Павликовский и вошёл в номер вслед за Тео, захлопывая дверь, оставляя Мюр в негодовании и непреодолимой печали. — Просто потрясающе, что может быть лучше, чем Павликовский по соседству! — прыснула девушка и также вошла в свой номер.

***

10 ноября. 2018 год. 23:40.       Я никак не могу заснуть. Может быть это бессонница, может сильный стресс.… А ещё синяки ужасно ноют, и лежать на одном месте долго не возможно, особенно болит рана на бедре, не знаю, почему это вдруг она решила заболеть к ночи. У меня был с собой пластырь и мазь, поэтому боль понемногу утихает.       В восемь вечера был поздний ужин, организовали специально для нас. Есть ужасно хотелось на фоне всего произошедшего, поэтому я умяла целую тарелку салата, жареную курицу, какие-то закуски, а также пару яблок и апельсин, — обычно я ем меньше. Это не оправдание…       На завтра у нас день расписан чуть ли не по минутам. Мисс Байерс поделилась со мной нашим планом посещений. В девять посещение музея Байтауна, в двенадцать — Национальной галереи Канады, в четыре часа — Канадский военный музей, в семь часов — Канадский музей истории, помимо этого будет время для ланча. А в оставшееся время, с девяти до двенадцати вроде, можно прогуляться по городу или просто отдохнуть в отеле.       Сейчас у меня за стенкой сидят двое неугомонных парней, которые громко смотрят порно. Думаю, они ещё и травку покуривают, хотя датчики им не позволяют, но это не мешает им пить третьесортное дешёвое пиво. Я могла бы постучать им в стену, или в дверь подолбить кулаком, или даже пожаловаться мисс Байерс, но мне не хочется. Я просто лежу на тёплом полу, укрывшись одеялом, пью спрайт и делаю записи под стоны какой-то порноактрисы, которой явно очень нравится.       На какой-то момент сегодня меня посетила необычная мысль — поцеловать Бориса. Да-да, я даже не помню, когда именно я так подумала и какого вообще хрена. С какой стати мне хотеть целовать Павликовского, этого мерзкого садиста, живодёра, с чёрными кудрями и глубокими глазами цвета шоколада…. Вот чёрт! Ни за что! Он не может понравится мне, да и вообще кому-то ещё!.. Скорее всего…       Ещё мне страшно засыпать, я боюсь увидеть снова те кошмары, мне страшно так засыпать каждый день. Я боюсь видеть его в моих снах, боюсь видеть свою смерть, боюсь видеть Джеймса, я очень боюсь, пожалуйста.… Когда это всё закончиться?

***

      Борис резко подскочил на кровати посреди ночи, на будильнике высветилось 3:26. Он устало потёр глаза, взъерошил кудри и осмотрелся: Теодор мило посапывал на соседней кровати, его волосы беспорядочно были разбросаны по лицу и подушке, а в наушниках играла какая-то неизвестная песня. Он усмехнулся и лёг обратно.       Минута, пять, десять, — Павликовский никак не мог заснуть. Странный сон всё крутился в его голове: он видел Мюр, которая погибает у него на руках, — действительно очень необычно для Бориса. Он повернулся лицом к стене, которая была единой между их номером и номером Мюр, прислонил лоб и замедлил дыхание. Внезапно по ту сторону стали раздаваться всхлипывания и мычания. Брюнет приподнялся на локтях и прислушался лучше, прислонившись ухом к стене. Он не ошибся: Мюр действительно странно вела себя сейчас. В голове промелькнула непривычная для него мысль, — он как будто заволновался. Вдруг, раздался вскрик Мюр, не громкий, но очень страдальческий, и парень отдёрнулся от стены, пытаясь осознать, что происходит. Когда крик снова повторился, и что-то с грохотом упало на пол, Борис соскочил с кровати и, не раздумывая, побежал к Мюр.

***