Not like everyone else

Утро. Все на тренировке. Юнги и Хосок отдельно от остальных оттачивают стрельбу. Ещё в начале тренировки у парней завязался спор на счёт того, кто лучше стреляет. В процессе не один из них не собирался уступать. От цели уже и живого места не осталось, но никого это не волнует. Несколько десятков раз перезаряженый магазин пистолета. Непрерывные звуки выстрелов. Ощущение, будто находишься на поле боя, в самом огне. Адреналин... Как же Юнги нравится это чувство. Оно заставляет познать весь вкус жизни. Хосок же наслаждается другим: он сейчас рядом с любимым человеком, пусть и не любим в ответ, и всё равно, этот миг — это также адреналин, вот только в его чувствах к Мину, в напряжённой атмосфере между ними двоими, которые не желают проигрывать друг другу. Противостояние... Всё вокруг не имеет значения; сейчас они сосредоточены на цели, своих чувствах и ощущениях. Чон несколько раз засматривался на Юнги, когда перезаряжал пистолет: от него невозможно отвести взгляд. Эта картина завораживает: восторг в глазах, тёмные омуты, в которых проглядывает бешеное чувство мести. Как же это восхитительно. В мыслях Хосок надеется, что такую красоту никто, кроме него самого, не увидит.

********

После окончания тренировки всех вызвали в главный корпус на собрание. Юнги узнаёт этот коридор. Помнит, где какой кабинет, где выход... В голове он уже долго вынашивает грандиозные планы, которые, сто процентов, будут воплощены в реальность. Каким способом? Потрясающим и кровавым. Он ведь не зря вернулся к прошлой жизни. Раз так — то нужно же оправдать ожидания. А ведь то, что было раньше намного хуже того, что сейчас. Раньше было пролито много крови, как своей, так и чужой. Раньше жили в аду, и учились выживать с самого детства. Либо ты, либо тебя...

*********

После того случая, как Юнги исчез, Чимин и Тэхён продолжили своё путешествие вдвоём. Так прошло ещё несколько дней, пока они не прибыли к нужному им месту. Парни, которым, как оказалось, нужно в один университет, направились в отель возле вокзала, на время отселиться там. — Меня вся эта ситуация, касаемо Юнги напрягает, — начал Тэхён, — он ни с того, ни с сего, просто исчез. И вещи также! Он ведь не заходил в купе! Что и как вообще произошло? — В полном непонимании Тэ. — Меня это тоже волнует. Ты помнишь: ему тогда стало плохо и он вышел в коридор, также он почти ничего не съел за завтраком. — Мы не знаем, что с ним, и как он, да и Намджун отказывается помогать, мол, у него много других дел. Бесит! — Раздражается Ким. — Нам остаётся только надеяться, что с ним всё хорошо, ведь помочь мы никак не можем. — Расстроился Чимин. — Ну чего ты скис? Всё будет с ним в порядке. Он ведь сильный и умный — такие не пропадают. — Попробовал подбодрить друга парень. — Хочется в это верить...

********

— Многие из вас новички, но вы должны знать и быть готовыми: скоро начнётся война с вражескими организациями. Их много. Они все сильные. Вы должны продолжать тренироваться и показывать лучшие результаты. От вас самих зависят жизни как ваши, так и остальных. Нам объявили войну, и кто его знает, когда они нападут. Поэтому, готовьтесь, тренируйтесь, и всегда будте на связи с руководящими. А также: в последствии противостояния между организациями выросло число шпионов, поетому вас будут периодически проверять, тех, кто откажется от проверки — убить, тех, кто ослушаются главних — наказания. Поблажек не будет. Все одинаковы, и наказаны все будут одинаково. После сообщения главнокомандующего, парни направились по комнатам. Многие нервничают от предстоящей войны. Стоит ужасный гул. Некоторые уже собираются сбегать, собирают чемоданы. — Что ты делаешь? — Спрашивает Юнги парня, который складывает свои вещи. — Скоро война. Я боюсь. А если я умру? А если меня заберут в плен? Ты представляешь, как это ужасно?! — Надрывисто шепчет тот. — Ты знал, на что идёшь. И сам сюда пришёл, так почему сейчас ты так говоришь? — Задался вопросом Мин. — Я не знал, что придётся воевать. Я хотел заработать деньги и сбежать. Я не хочу туда. Уж лучше я умру, чем пойду на войну! — Закричал. — Так ты и так сдохнешь на войне! Только с пользой. — Засмеялся. — Чего ты смеёшься? Поехавший? Ты ненормальный, если не боишься войны! — Кричит. — Я родился на войне. Я вырос на войне. И я живу на войне! — Смотрит в упор. — Ты же так клялся в верности своей организации. Так что же произошло? Где твоя верность? Где твои обещания? Как только услышал про то, что возможно сдохнешь, так сразу язык в жопу засунул. — Ты мне никто, чтобы говорить о том, какой я хороший или плохой! — Да ты сам никто! Я не удивлюсь, если ты окажешься предателем. — Мне всё равно на твои слова! Я решил — я ухожу. — Ну и вали! Тебя и так прикончат. Только крысы так поступают. — Психонул Юнги. — Крыса здесь ты! Непонятно кто и непонятно откуда явился, весь такой из себя крутой, сильный. Да слабак ты! Ещё и на бабу похож! Ты поетому всем и нравишься, что у них давно баб не было! — Орёт он на Юна. — Знаешь: крыса везде себе яму роет. Вот ты её и вырыл... Секунда, и уже придавленный к полу парень визжит от страха. Юнги налетел на него с ножом, который ударил в пол, возле его головы. Каких же усилий Мину стоило того, чтобы не прибить этим ножом самого парня. Остальные, немного замешкавшись, быстро среагировали и оттянули их друг от друга. Парень успокоился и теперь в наглую смотрит, специально провоцируя злого как волка Юнги. А Цубаки, не сумевший удержать младшего, пропустил тот момент, когда Юн вырвался и снова налетел на парня. На этот раз парня оттягивали двое. Цубаки рывком на себя отдёрнул Мина, а тот, воспользовавшись ситуацией, с размаху врезал ногой по голове парню, но тот успел, хоть и не сильно, но заблокировать и облегчить удар. — Что такое? Правда уши режет? — Усмехается тот. — Сейчас я тебе уши порежу! — Рычит Юнги. — Ану! Давай! Тебя же всё равно не отпустят. — Дебил, закройся! Иначе мы его не удержим. — Говорит Цубаки. — Так отпускай! Я его не боюсь! — Продолжает парень. — Хах, ты смотри: войны боится, а меня — нет. Лучше бы наоборот делал. А то только пиздеть и умеет. — Смеётся Мин. — Ты — слабак, зачем тебя боятся? Я только притворялся, что испугался. И тем более, с ножом каждый дурак может, а ты попробуй уложить меня врукопашную, так я тебе череп сломаю. — Я же говорил: только языком и треплет. В другом месте им работать будешь. — Ухмыльнулся Мин. — Сука! — Теперь уже в бешенстве второй. Он бежит прямо на Юнги, занося руку для удара. Цубаки с парнем, который держит Юна, пытаются развернуться, чтобы он не попал в Мина, но у него, видимо, совсем другие планы. Юнги налегке вырывается из хватки парней и, подняв с пола нож, направляется к парню. Тот, увидев, что Мина никто не держит, пятиться назад. — Не боишься. Так почему отступаешь? — Прожигает его взглядом. Парень застыл на месте, будто бы врос в пол. Его бешено колотящееся сердце отдавало удары в голову. Вся жизнь перед глазами несётся. Он оглядывается — все стоят, ничего не делают, никто не собирается его спасти от смерти в человеческом обличии. Он близко. Сердце пропустило удар. — Что??? Тут к Юнги подбегает вошедший в комнату Хосок, и тянет, вжимая его в себя со спины мёртвой хваткой. Юнги дёргается, кричит, чтобы его отпустили и дали наконец-то прикончить "мразоту". А парень, который всё это время был как вкопанный, валится на пол на колени. — Хосок, держи его крепче! Он может вырваться. — Кричит Цубаки.

Спустя пол часа

Все наводят порядок в комнате. Парня отвели к врачам. Хосок до сих пор держит Юнги, сидя на кровати. Цубаки, с бутылкой воды, рядом с ними. — Отпусти, я успокоился. — Похлопал Хосока по руке Юнги. — Точно? — Боится его отпускать Чон. — Точно. — Уверяет его Мин. — Если будешь дальше бесится — вырублю. — Хорошо. Хосок осторожно отпускает Юнги, готовясь в любой момент схватить его обратно. Юн, после того, как его отпустили, падает на кровать Хосока, потягивается, и начинает скулить о том, что у него всё болит. — И это, между прочим, из-за твоей мёртвой хватки. Спасибо, что хоть рёбра не попереламывал. — Всегда пожалуйста! — Улыбается Чон. Тут парень скручивается и бьёт себя по груди. — Юнги, что с тобой? Юнги... — Тараторит обеспокоенный Хосок. — Блять! Быстро его к врачам! — Скомандовал он Цубаки, и они, подхватив младшего под руки, потащили его на выход, сопровождаясь заинтересованными взглядами остальных присутствующих. — Ну и куда тебе такое творить со своим то здоровьем!? — Больше утверждает, чем спрашивает Чон.