Глазами Люцифера

Тренировки продолжались и становились всё сложнее. Благодаря моей подготовке, я с легкостью справлялся со всем, что преподносил отец. Это касалось не только занятий, но и его выходок в мою сторону: чем старше я становился, тем строже Сатана был ко мне. Но не только он менялся: с каждым годом своей жизни мне было легче переносить его слова в мою сторону. Не знаю, что этому поспособствовало. Возможно это просто взросление, а возможно, моя душа становилась чёрствой и походила на его. Иногда я позволял себе грубить ему в ответ, за что он наказывал меня. Но я понимал, что заслужил это. Время оставляло на мне всё больше шрамов, я обрастал невидимой коркой, неприступной бронёй, через которую невозможно было достучаться. Сидел ли тот прежний Люцифер внутри меня? Я почти потерял надежду найти его, да и не видел в этом смысла. Единственное, что не изменилось, так это то, как я дорожил Мими. Мне не хотелось, чтобы отец знал, что она моё слабое место. Для него я становлюсь тем, кем ему нужно. «А кем стать, чтобы было нужно мне?» Она замечала, что я стал более агрессивным, хоть и пытался это скрыть. — Люцифер, я прекрасно понимаю твоё состояние, но прошу, не закрывайся от меня. Как твой друг, я хочу помочь тебе, — она взяла меня за руку и посмотрела глазами, полными сожаления. От этого жеста моё сердце ёкнуло. «Волнуется». Но я резко отдернул эту мысль от себя как что-то грязное, пытаясь сопротивляться чувствам, нахлынувшим от её слов. Не знаю, зачем отталкивать Мими от себя. Мне казалось, что ей будет лучше, если я буду держать дистанцию между нами. Так она не погрязнет в этой пучине вместе со мной. — А чем ты мне поможешь?, — я рассмеялся, — всё хорошо, Мими, правда, — мои глаза загорелись и я улыбнулся ей, стараясь выдавить из этой улыбки всё то живое, что осталось во мне, как бы давая ей понять, что всё в порядке. — Ты стал таким...отстранённым. Зачем ты это делаешь? — красные глаза пристально смотрели на моё лицо, в попытке найти там ответ. Ни один мускул не дрогнул, и я произнёс: — Я ничего не делаю. Мими резко поднялась. Она чувствовала, что я говорю ложь и это раздражало её. — Прекрати мне врать!, — руки нервно поднялись в воздух. — Я не вру. — Нет, врёшь!, — тонкий палец тыкал мне в грудь, — я по-твоему слепая? — По-моему да, — ответил я холодным голосом и сразу же понял, что только что произнёс. Она выпрямилась и безразлично посмотрела на меня, словно её эмоции выключились. — Спасибо за обесценивание моих чёртовых чувств, Люцифер, — она направилась к двери. — О каких чувствах ты говоришь? — недоумение окатило меня дрожью. — Кто ещё тут из нас слепой? — не дождавшись ответа, дьяволица вышла. Когда дверь захлопнулась, я остался в смятении. Мне не хотелось грубить ей, но я так надеялся, что она настоит на том, чтобы я рассказал, какой бардак творится в моей голове, чтобы связала меня и насильно заставила признаться, потому что по-другому я бы не смог выдавить это из себя. Но вместо этого она ушла, оставила меня. Похоже, её чаша терпения наполнилась до краёв, а моя вот-вот была готова расколоться и политься. Но было слишком поздно. Идиот, — ладони накрыли лицо, — не умеющий следить за своим языком придурок!, — я взял первую попавшуюся под руку вазу и швырнул в стену и та с треском разлетелась по комнате. Когда я разрушил свою комнату в тот раз, мне приходилось жить в гостевой, хоть и с того момента прошло уже много времени, отец все равно не будет рад, чтобы я делал это периодически. Присев на кровать, голова была заполнена мыслями о Мими, о её словах. Моё обещание не давать подругу в обиду провалилось с треском в большую яму, и  я задумывался, смогу ли всё вернуть оттуда. Мне было тяжело признать, что я нуждался в её присутствии. Мне казалось я не заслужил такого друга в своей жизни, как Мими. Даже больше: мне было чуждо то, что она хотела помочь и поддержать такого как я. Вернётся ли она? Сможет простить меня за моё отвратительное поведение? Я сам виноват в том, что заставлял её волноваться и прекрасно это понимал. ...... В один из дней я читал в библиотеке. Громадные стеллажи, простирающиеся в высоту. Запах сырости, старой бумаги и чернил наполнял меня приятными воспоминаниями от уже прочитанных мною историй. Задумавшись о том, сколько ещё предстояло прочесть, улыбка проявилась на моём лице. Оставались ещё десятки тысяч книг, которые смиренно покоились на полке, в ожидании, что их наконец-то откроют. Многие из них были написаны древним языком, из-за чего я не мог понять некоторые слова и подходил к отцу, чтобы он мне их перевёл. Сидев за очередной книгой, я почувствовал на себе взгляд сбоку. Когда я поднял голову, то заметил отца. Он был одет в костюм и белоснежную рубашку. Сатана всегда выглядел безупречно. Медленно пройдясь по библиотеке, словно видел её в первый раз, спросил: — Прячешься за книгами, чтобы я не заметил тебя и не позвал заниматься, Люцифер?, — его голос прозвучал с ноткой иронии. — Мы сегодня уже виделись, — коротко бросил я и опустил глаза в книгу, делая вид, что читаю, хотя на самом деле продолжал наблюдать за ним. Отец сел напротив меня и замолчал. Я тоже не говорил ни слова, в ожидании, что он начнёт диалог. Так мы просидели в тишине мучительно долго. Тогда я посмотрел на него и заметил, что всё это время он пялится на меня. — Ты что-то хотел? Я ничего не натворил на этой неделе, — мой тон был максимально серьёзный. Он усмехнулся. — Ждёшь от меня только наказаний? — Да. Он удивился моему ответу, хоть и попытался это скрыть. — Прибереги свой сарказм на потом, Сын. Голос отца казался таким непривычно добрым, отчего я напрягся ещё больше, в ожидании подвоха. — Люцифер, пришло время признаться тебе в том, что я ошибался насчёт некоторых вещей. Я отложил книгу, внимательно слушая каждое слово, которое он хочет сказать. — Правители тоже могут совершать ошибки, но моя проблема в том, что признавать этого я не умею, — он сложил руки вместе и продолжил, — Демьян поговорил со мной, вразумил, правда я чуть не сделал из него кучку пепла за такую смелость. Сам того не заметив, улыбка появилась на моём лице. — О чём вы говорили? — Он пытался объяснить мне, какую важную роль сыграло бы твоё поступление в школу. Мои глаза округлились от услышанного. С момента того сна о школе Ангелов и Демонов прошло уже более двух лет. Я уже совсем потерял надежду на то, чтобы поступить туда, и просто смирился с тем, что остаток жизни мне придётся провести в Аду. Демьян рискнул своей жизнью ради меня, какого-то мальчишки. Мне захотелось накричать на него за такую легкомысленность. Я не стоил таких рисков. — Как объяснилось?, — меня распирало от любопытства, но показывать этого я не собирался. — Как считаешь сам?, — глаза отца хитро смотрели на меня. Да что с ним такое?! — Никак. — Почему? Я набрал в рот как можно больше воздуха и сказал: — Потому что я не собираюсь оправдывать свои ожидания. Он прыснул, явно получая удовольствие от моих ответов. Отец выращивает себе бесчувственную машину и как же забавно, что у него это выходит. — К тебе приходило письмо из школы, но я не говорил тебе об этом. — Когда?, — мои широко распахнутые от удивления глаза смотрели на него. — Почти три года назад. Его голос отдалялся в моей голове эхом. Всё это время он молчал, чтобы я не взбунтовался. Просто прекрасно. Скрывая эмоции за обыденной маской, я задал вопрос, на который ждал ответа всю свою жизнь: — Какое твоё окончательное решение? — Ты собираешь вещи и улетаешь учиться. Через неделю у всех учеников кончаются каникулы, так что у тебя есть время. Испугавшись того, что это может быть очередной сон, я начал быстро тереть глаза руками, но всё было взаправду. — Отец, почему ты позволил?, — мои брови предательски поднялись, я до сих пор не верил, что он не шутит со мной. Тут он поднялся, подошёл ко мне и положил руку на плечо: — Я доволен результатами наших совместных тренировок. Ты будешь эталоном для демонов, покажешь им уровень, к которому им всем стоит стремиться, — поняв, что он сказал лишнее, грубо добавил, — Считай это моим поощрением, Люцифер. Безусловно, он понимал, что важнейший аргумент в пользу моего поступления являлись угрозы со стороны самой школы, но даже здесь отец хотел показать мне свою значимость в этом решении. Я встал, как бы давая понять, что этот тяжёлый разговор окончен. Перед выходом я остановился и повернулся к отцу. Тот следил за каждым моим движением, точно хищное животное за добычей. — Спасибо, Отец. На его лице промелькнуло что-то на подобии улыбки, а в глазах промелькнуло одобрение. «Сегодня какой-то праздник или что?». Я и не ожидал, что он что-то ответит, так что просто пошёл в комнату с книгой в руках, в надежде дочитать то, на чём меня остановили. Остановившись перед дверью, я поймал себя на мысли, что совсем недавно перестал испытывать мучение открывать её. Я подрос, и теперь моя рука крепко держалась за ручки. «Я вырос, только вот от меня почти ничего не осталось с того времени», — подумал я, когда входил в комнату. Меня встретила приятная тишина. Честно признаться, когда я жил в гостевой, то очень скучал по ней. Эта вынужденная смена места раздражала меня, я не любил что-то менять в своей жизни, но и возражать не смел, так как понимал, что поспособствовал этому сам. «А смогу ли привыкнуть к новой комнате в школе?», «Смогу ли подружиться с кем-нибудь?», «А вдруг дети не смогут принять меня?» — У них нет выбора, — лукавая улыбка налезла на моё лицо от произнесённого вслух, — я-сын Сатаны, и они не посмеют не принять меня. ............... Я стоял в куче чернокрылых демонов, пытаясь совладать со своим волнением. На меня смотрели, как на какой-то экспонат. Похоже все знают, кто мой отец. Я осмотрелся: перед нами возвышалось то самое здание из моего сна. Удивительно, как я это не забыл. Чуть дальше стояли ученики с белоснежными крыльями — это были ангелы. Я никогда не видел их, только один раз мне удалось застать одного, но это было так давно, что кроме белого пятна я уже ничего и не вспомню. Их крылья буквально светились и я поймал себя на мысли, что смотрю на них неприлично долго, поэтому отдёрнул себя в другую сторону. Школьный двор был усеян множеством экзотических растений, из-за чего в нос ударяли приятные запахи цветов. — Смотрите, это сын Сатаны! — Я слышал, отец запретил ему обучаться в школе. — А почему он здесь? — Не знаю, может папочка позволил выйти на волю. Толпа вокруг него засмеялась. Волнение резко сменилось злостью, когда я развернулся и начал искать глазами, кому принадлежали эти слова. Медленно пройдясь по всем тяжёлым взглядом, я заметил, что многие отводили глаза, но только один нагло смотрел прямо на меня. Я сразу понял, что это говорил он. — Что, боишься что твой отец услышит и тебя опять запрут в аду до конца своей жизни, Люцифер? — наглый вид рыжего мальчишки начинал злить меня ещё больше. Откуда он знает моё имя? — Как тебя зовут? — мой голос прозвучал словно железо. Он оглядел меня и усмехнулся. Я сжал кулаки так, что пальцы начали неметь. — Какая тебе разница, дикарь? — в толпе кто-то засмеялся. Вокруг нас начало образовываться кольцо, сжимая нас двоих в круг. Куча красноглазых демонов смотрели на нас, в ожидании представления. Я подошёл к нему вплотную и произнёс голосом, который я не смог принять за свой: — Имя, — тело напряглось, из-за чего я ощущал по нему лёгкую дрожь. Заметив мой настрой, некоторые ученики поняли, что со мной лучше не спорить. Но мальчишке, стоявшему напротив меня, было абсолютно всё равно. Он выглядел расслабленно, словно ему ничего не угрожает. Гнев начал наполнять меня и глаза загорелись от желания поставить этого идиота на место. Он наклонился к моему уху и прошептал с улыбкой на лице: — Пошёл ты. Моё терпение лопнуло, слово шар проткнутый иглой и неконтролируемая вспышка гнева накрыла меня. Я взял его за шею и поднял вверх. Теперь он не выглядел таким беззаботным, каким был секунду назад. — Думаешь, сможешь разговаривать со мной в таком тоне, уродец? — я резко опустил руку и он камнем свалился на землю. Казалось, что от ярости из моих ноздрей выходил пар. Он попытался встать, но я пнул его, отобрав эту возможность. Краем глаза я заметил, что теперь за нами наблюдали ещё и ангелы. Просто чудесно. Ещё и всей школы мне не хватало для полного аншлага. Похоже, я разозлил своего соперника не на шутку. У меня не было страха, я чувствовал, что физически сильнее каждого из этих демонов. Но только один рискнул проверить это на своей шкуре. — Думаешь такой весь из себя крутой? — поймав момент, он резко набросился и повалил меня. Не сразу поняв, что происходит, в мою челюсть прилетел кулак. Я зарычал и начал наносить ответные удары. Ощущение силы и мощи в руках было непривычно приятным. Всё это покоилось во мне, в таком ещё не совсем взрослом теле. Эта сила была намного больше меня, из-за чего я не мог совладать с ней. Схватив мальчика за одежду, я перевернул его и оказался сверху. Замахнувшись кулаком, со спины послышался чей-то крик. — Сейчас же прекратите! — мы обернулись и я заметил того самого Геральда из сна. Он направлялся к нам быстрым шагом, а его чёрная мантия развивалась по ветру. Мы резко отпрянули друг от друга, встали и начали отряхиваться, заметая следы произошедшего, но ссадины и царапины всё равно выдавали нас. Когда мужчина подошёл к нам, на его лице читалось недовольство. — Все разошлись, тут вам нечего смотреть! — толпа немного потупилась, не хотев расходиться, — Быстро! — резко крикнул Геральд, отчего мы с моим соучастником подпрыгнули. Повернувшись к нам, он спросил: — В первый же учебный день устроить драку недопустимо даже для демонов! Что вы себе позволяете? — я смотрел ему в глаза, не зная, что ответить. Малолетний придурок решил разозлить меня, думая, что ему ничего не будет? Словно прочитав мои мысли, мужчина спросил: — Люцифер, что произошло? — Мы просто....повздорили, вот и всё, — ответил я и глубоко вздохнул. — Есть на это какие-то  причины? — Геральд пристально смотрел на меня. Мне хватило смелости не отвести взгляд. — Нет. Просто не так поняли друг друга. Больше, конечно, он не понял, — я головой указал на мальчишку, — простите его за такую недалёкость, — он обиженно выдохнул и нахмурил брови. От этого жеста я улыбнулся, чувствуя удовлетворение внутри. — Айзек, это правда? «Так вот как его зовут. Айзек». — Да.... — он прокашлялся и ответил увереннее, — да, учитель, правда. Мы простояли некоторое время молча, под настороженным взглядом Геральда, будто он надеялся, что так мы расскажем правду. Но я и Айзек стояли как вкопанные. — К вашему счастью, я бы не хотел наказывать Люцифера в первый же день, — он перевёл взгляд на мальчишку, — но ты, Айзек, — тяжёлая рука тыкала его в грудь, — испытал моё терпение уже сполна, так что сегодняшнее везение тебе не сойдёт с рук в следующий раз. Ты понял меня? — Да, — виноватые глаза смотрели на учителя. Я усмехнулся от его жалости. — Можешь быть свободен. Когда Айзек удалился, мы остались вдвоём. — Не говорите отцу, пожалуйста, он убьёт меня. Геральд удивлённо посмотрел на меня. Не знаю, что его удивило, мой серьёзный тон или такая наглость. — Хорошо, но взамен тебе придётся кое-что сделать, — он улыбался, не оставляя мне шансов. Я был готов перепахать футбольное поле, лишь бы отец не узнал о сегодняшнем происшествии. Хотя, если ему рассказать, как я круто сделал этого идиота, то возможно даже не стал бы меня бить. Но мне не хотелось искушать судьбу. — Что же? — Ещё не придумал, — уголки губ извились в хитрой улыбке. — Это тот случай, когда у меня нет выбора. Я согласен. Он рассмеялся. — Да, Люцифер, — он положил руку мне на плечо, так по-отцовски, — сразу видно, кто тебя воспитал. Я непонимающе посмотрел на мужчину. Он улыбнулся и пояснил: — В тебе есть стержень и чувство долга. Такие качества имеются далеко не у всех. Но у сына Сатаны они определенно должны быть, если ты хочешь занять его место. Мы стояли посреди школьного двора, общаясь так по-дружески, что мне стало тепло внутри. Отец никогда не разговаривал со мной, так что для меня это было в новинку. Мы даже не заметили, что остались совершенно одни. Будто что-то вспомнив, Геральд дёрнулся, вскинул руку вверх и сказал: — Пошли скорее, мне нужно показать тебе твою комнату, первый урок начинается через несколько часов, мы должны успеть уложиться. Когда мы шли по серым монотонным коридорам, я начал вспоминать знакомые очертания из своего сна. Дежавю яркими моментами всплывали у меня в голове, словно это всё происходило совсем недавно. Воспоминания казались такими же реальными, как и сейчас. Геральд долго вёл меня по коридорам и вот мы наконец-то остановились у двери. — Что за дверь? — я жадно оглядывал её, стараясь вспомнить. — Твоя комната, — он потянул за ручки и пригласил пройти первым, — Добро пожаловать в школу Демонов и Ангелов, Люцифер. Когда я вошёл в комнату, я застыл в оцепенении: это было она! Та самая, из моего сна! Я узнал её полностью, каждый сантиметр этого пространства был мне уже знаком. Волна удивления прошлась по мне, взбудораживая кровь. Мне вспомнилось, как я хотел остаться здесь, но отец не хотел пускать меня, но теперь я стою в комнате, которая мне снилась. — Раскладывайся, расписание я оставил тебе на столе. Первые уроки всегда лёгкие, так что тебе не о чем волноваться, — он погладил меня по макушке, — ах, да. Кабинет 1038. Не опаздывай. — Хорошо, — Геральд вышел, оставив меня одного. Я так и стоял посреди помещения, боясь двинуться, словно всё исчезнет если я пошевелюсь. Моя новая комната располагалась на солнечной стороне и мне было непривычно от такого количества света, отчего я немного щурился. В аду нет солнца, только лава и огонь освещали тёмный мир. Мне удалось разложить все вещи по местам. Оглядев проделанную работу, я облегченно вздохнул : комнате царил порядок. Я всегда любил чистоту и никогда не позволял себе нарушать это правило. Только не это. — Как странно, — я усмехнулся, — навожу порядок вокруг себя, лишь бы не делать его в голове. Во избежание опоздания, я вышел пораньше, чтобы на поиски нужного кабинета было время. Но даже это мне не помогло: школа оказалась намного больше, чем я предполагал. В поисках нужной двери я заплутал в совсем другое крыло. Здесь были белые мраморные стены, по их краям возвышались длинные колонны, украшенные с двух концов резными капителями, а потолок был разрисован картинами из библий, на которых изображены священные люди. Похоже, это был корпус ангелов. От белоснежных оттенков начинали болеть глаза, и когда я начал тереть их руками, в меня кто-то врезался. — Смотри, куда прёшь! — прошипел я. — Я смотрел, в отличии от тебя, — это был ангел. Мне захотелось нагрубить ему, но я почувствовал в нём что-то такое, чего не было у того идиота-Айзека. Поэтому я просто промолчал и не стал продолжать. — Мне нужен кабинет 1038. Не знаешь, где он? — решил спросить я, пользуясь единственным шансом попасть на урок. Этот ангел изучал меня, будто размышляя о том, стоит ли мне ответить. Спустя неприлично долгую паузу, сказал: — Пойдёшь направо, поднимешься по лестнице, пятая дверь с конца. Удачи в поисках, — парень поспешно удалился. Стоя перед нужной дверью, я сгорал от предвкушения, что же меня ждало за этой дверью. Когда я вошёл, все разговоры, которые я слышал снаружи, утихли. Передо мной сидело около 100 человек и все смотрели только на меня. Сбоку послышался нежный голос: — Люцифер, здравствуй, очень приятно тебя видеть, — я повернул голову и заметил очень милую женщину, которая была одета в такую же мантию, как и Геральд, только её отличалась белым цветом. Она была ангелом. —...Здравствуйте, — ответил я с паузой. Тот парнишка решил подшутить надо мной и послал меня на урок Ангелов? Что за чёрт? Заметив моё недоумение, женщина улыбнулась: — Ты наверное думаешь, что ошибся дверью. — Да... — я оглядел присутствующих, пытаясь найти среди них демонов, — думаю, что ошибся. — Всё хорошо, демоны тоже приходят ко мне на уроки, — она потянула мне свою изящную руку, — кстати, меня зовут Мисселина. Я преподаватель ангельского факультета, — улыбка с её лица не сходила, что меня пугало. Я не привык к таким радостным лицам, поэтому мне показалось, что её эмоции были фальшивыми, — чтобы являться настоящими демонами, нужно быть всесторонне развитыми, это касается истории происхождения двух сторон. Я так и продолжал стоять у двери, как парализованный. Благодаря книгам я прекрасно знал историю демонов, но что касается ангелов... про них я читал не так много. Продолжая вглядываться в лица присутствующих, я заметил Мими. Всё это время она смотрела на меня в полнейшем шоке. Мы не виделись с того дня, как она ушла от меня. Я понял, что это мой шанс и направился прямо к ней. Я шёл медленным, осторожным шагом, словно боясь её спугнуть, и чем ближе я становился, тем больше дьяволица съёживалась за столом, будто стесняясь меня. Что с ней происходит? Весь урок мы молча слушали Мисселину, но я ждал, что Мими что-нибудь скажет мне. Я чувствовал, что она тоже ждёт от меня первых слов, но что мне нужно сказать? Впутывать её в наши дела с отцом небезопасно, а врать я не хотел из своих принципов. Поэтому всё, что мне оставалось, так это молчать. Мне показалось, что сейчас всё же не лучшее время для разговора, поэтому я сосредоточился на занятии. Вскоре я совсем увлёкся и забыл о наших разладах с подругой. Мисселина рассказывала нам о первых древнегреческих богах. — Никто не знает, существовали ли они на самом деле или это всё фантазия людей, — она облокотилась обеими руками на стол, — Шепфа не давал никаких объяснений и скорее всего мы с вами никогда не сможем об этом спросить. Переговоры с создателем могут вести только его приближённые — Серафимы. Когда раздался звонок, Мими собрала вещи и вылетела из кабинета. Все вопросительно посмотрели на меня, словно я дам какое-то объяснение. Вместо этого я рванул за ней в коридор. Она всегда быстро бегала, поэтому мне удалось схватить её за локоть только в конце коридора. — Мими! Глаза девочки смотрели на меня с ненавистью. — Что случилось? — в моем голосе слышались нотки тревожности. Я правда переживал, что могу потерять её. — Ты правда не понимаешь? — она нервно отпустила руку. Я позволил себе отпустить её. — Слушай, я не знаю, что такого натворил, но мне очень хочется узнать. Давай поговорим! — вокруг нас проходила тысяча учеников, из-за чего приходилось крича. Выражение лица Мими тут же поменялось. — Хорошо... — она смущенно опустила глаза вниз, — У меня сейчас занятие. Увидимся  позже. — Да....приходи ко мне сегодня! — я крикнул ей вслед, в надежде что она услышит. — До встречи! — дьяволица помахала рукой и исчезла в толпе.