Глазами Люцифера

В голове возникал лишь тот миг. Из носа не выходил её сладкий запах. Почему она меня так пленит? Почему не отвергнет того, кто весь в шрамах? Так я и проводил свою нынешнюю жизнь: сначала в мимолетном наслаждении, а потом в ужасных муках. Но как от них избавиться, я так и не нашёл способа. Зайдя в госпиталь при школе, я нашёл только одну лазейку. — Люцифер, вы уверены? — спросила тонким голосом медсестра, — Эти таблетки опасны, хоть и поначалу так не кажется. — Это уже касается лично меня, — я забрал флакон из её рук и вышел, не попрощавшись. Самые сильные обезболивающие были у меня в ладони. Надеюсь, это поможет мне на первое время, пока я не найду окончательное решение. В коридорах томилось молчание. Я прижался к колонне, оглядывая сверху территорию школы и наслаждаясь тишиной. Близились дожди, и небольшая сырость уже веяла в воздухе, отдавая свежестью и холодом. Такие моменты умиротворения стоили того, чтобы жить вечность. В небе, сквозь туманные облака, просачивалось солнце. Я сразу вспомнил о Маме. Как я давно не был у тебя? Тоска сдавила грудь, и я решил отправиться туда, где, мне казалось, мы вновь воссоединялись. Горы, всё такие же великие, неизменные в любое время года, прятались за белым одеялом. Тёплый воздух паром выходил изо рта, и я спустился на самый край возвышенности. Было странно, но, чем ближе я был к небесам, тем, мне казалось, я находился дальше от Матери. И только лишь спускаясь сюда, на Землю, мы опять были вместе. — Знала бы ты, как же мне жаль, и как воет моё сердце. Горы выслушивали всю мою боль, но всё равно оставались здесь, так навечно. Возможно, мне хотелось бы, чтобы Жаклин была как эти горы. Всегда рядом. Так я просидел довольно долго, наслаждаясь и разговаривая в пустоту, ведя неразборчивые монологи с возвышенностями. Краем уха я услышал водоворот. Меня смутило это, ведь я не собирался возвращаться домой. Никто не должен узнать об этом месте, поэтому я скрылся под склоном и притаил дыхание. Практически прямо на то место, где я сидел, кого-то выбросило. Когда этот кто-то начал беспрестанно ворчать, бормоча себе под нос проклятия, я понял, кто это был. Вики. Уже не опасаясь, я тут же вылетел из под низа и приземлился рядом с ней. Было видно, как она не ожидала этого, и, подскользнувшись, полетела вниз. Девушка испугалась меня и бросилась прямо с высоты. Все произошло в одно мгновение. Резко прыгнув за ней, я еле успел поймать девушку в свои руки. — Что ты здесь делаешь? — с отдышкой спросила она. — Тот же вопрос я могу задать и тебе. Немного придя в себя, она оглядела мои руки, держащие её, и резко выскользнула из них, расправив крылья. — Я направлялась с задания и случайно попала сюда, — обвиняюще произнесла она. — Случайностей не бывает, непризнанная. Ты думала обо мне и водоворот отправил тебя сюда. Девушка смутилась, а затем пришла в недовольство. — Ничего я не думала о тебе! — крикнула она и полетела вверх. Я улыбнулся и полетел вслед. Когда мы приземлились на край горы, то я заметил, как она дрожит. — Пусти тепло по всему телу, так ты согреешься. Сморщив в недовольстве нос, Вики послушалась и сделала так, как я говорю. Уже расслабившись, она переспросила: — Почему ты здесь? Я отвернулся, чтобы не встречаться с ней взглядом. — Мне тут нравится. — Демону, который всю жизнь живёт в жарком Аду, нравится в холодных горах? — Оксюморон. Повисло молчание. Каждый думал о своём, но эта тишина не казалась неловкой. Наоборот, вполне уместной и даже приятной. Я старался сконцентрироваться на своём теле, изучая его рядом с ней. Когда ты знаешь, что в твоём кармане лежат таблетки, которые спасут тебя, страх находиться с ней по-тихому уходил. Водоворот выкинул её ко мне, потому что она думала обо мне. «Думала...» От этих мыслей дыхание начало сбиваться, но я старался прийти в себя. — Не сознаешься кое в чём? — Нет, — недовольно буркнула она. Я рассмеялся. — Впервые слышу, как ты смеёшься. Я развернулся к ней, представ в равнодушном обличии, словно до этого смеялся кто-то другой. — Такого никогда не бывает. — Ты никогда не смеёшься? — Нет, — я опять устремил взгляд в даль. — Но это же ужасно! — удивлённо воскликнула она, махая руками. У меня не нашлось слов, чтобы ей ответить. — Почему ты всегда такой серьёзный? Хотел бы я честно признаться в том, что творится со мной на самом деле. Но я не буду этого делать. В голове созрел план. — Давай ты ответишь на мой вопрос, а я отвечу на любой твой. Немного призадумавшись, она согласилась: — Хорошо. — Зачем ты нарисовала мой портрет? Голубые глаза округлились, на что я вновь улыбнулся. — Я жду твоего ответа, — хитро произнёс я. — Не рисовала я тебя, с чего ты взял вообще? — Увидел рисунок на кровати. — Ты рылся в них?! — она толкнула меня, возмущаясь. — Да. — Какое ты права имеешь копаться в моих вещах?! — её злоба, такая детская, казалось мне до безумия забавной. — Скажи спасибо, что не полез в ящик с трусиками. — Наглец! — она ударила меня в грудь, довольно сильно, после чего отпрянула, боясь моей реакции. Я ответил ей спокойствием и безразличием. — Ты тянешь резину, непризнанная. Тяжело вздохнув, она произнесла: — Захотела и нарисовала, что с того? Минута размышления. — Ничего, — её ответ меня...расстроил? Почему я ожидал большего? — Так почему же Люцифер, страшный и большой, никогда не смеётся? — У меня много дел, мне некогда заниматься такими глупостями. — Ты считаешь меня глупостью? — спросила Вики, морщившись. — Нет. И никогда не считал. Она подошла ближе, встав прямо передо мной, заглядывая в мои глаза. Мне хотелось дотронуться до неё. До этой сладкой кожи, вдохнуть этот запах. Она была очень близко и одновременно я сам делал её далеко от себя. Рука рефлекторно сжала пузырёк в кармане. — Ты не просто так нарисовала меня, — продолжил я, — и не просто так водоворот выкинул тебя сюда. Я говорил это, и следил за её реакцией. Вики молча слушала, в ожидании того, что я скажу дальше. Голубые глаза затмили всё, и я не видел ничего, кроме них. — Если тебя влечёт ко мне, то зря. Ты не в моём вкусе, — после этих слов, в виске отдалась лёгкая боль. Девушка ухмыльнулась. — Всех ли девушек, которые не в твоём вкусе, ты целуешь в лоб на прощание? — ответила она, делая шаг ближе, — Всех ли девушек, которые не в твоём вкусе, ты застаёшь в одном полотенце и прижимаешь к стене? — Вики приблизилась вплотную, прижимаясь к моему телу, — у всех ли девушек ты роешься в вещах, чтобы найти что-то про себя? Её губы были в сантиметре от моих. Нёжный, дурманящий аромат вбился в ноздри, опьянил и закружился в воздухе. Ещё чуть-чуть, и пузырёк в моем кармане лопнул бы от напряжения. Мы не отводили взгляда друг от друга. Казалось, сейчас сердце выскочит из моей груди. Также билось и её. Порыв, вновь тот же, заставлял меня думать о неприличных вещах. — Дьяволица, — прошептал я в губы Вики, и притянул к себе. Впервые я пробовал её губы на вкус. Сладкий, лёгкий поцелуй, оставшийся практически незамеченным. Я отпрянул, смотря на реакцию девушки. Как бы не было тяжело устоять от этого, я бы сделал это, если бы она сказала нет. Но она ответила. Запустила руки в мои волосы и слегка надавила на себя. От сильного желания, я еле держался на ногах. Я положил руку на талию, а другую между лопаток, ещё больше прижимая её к себе. Нам не хватало воздуха, и мы, точно жадные звери, впились друг в друга, углубляя поцелуй. Бабочки блуждали по моему телу, и это необычайное чувство, которое я прятал, пытался забыть, вспыхнуло, когда она поцеловала меня. Мне казалось, что я сломаю ей рёбра: так сильно я прижимал девушку. Не контролируя себя, я прикусил её губу, спускаясь с поцелуями ниже. Страстно, нежно, незабываемо, я оставлял поцелуи на уголках губ, на шее, ключице. И она позволяла мне это сделать. Я услышал её сладкий стон, измождённый вздох, в котором чувствовалось то же желание, что таилось и во мне. Мне было мало, так чертовски мало, что я готов был стоять здесь всю вечность, наслаждаясь её прекрасными губами. Запустив язык в её рот, она сжала волосы на моей голове так, что мне казалось, что она их оторвёт. Руки хотели предательски спуститься ниже, но я продолжал держать дистанцию, останавливаясь на пояснице. Я прорычал ей в рот и понял, что так не может продолжаться. Осторожно отпрянув, я отвернулся, чувствуя ужасную боль в голове. Когда тело едва не скрючивало, я произнёс, не смотря на Вики: — Если у тебя будут из-за этого проблемы, говори, что виноват я, — водоворот возник над моей головой. — В каком смысле? — возмущённо произнесла она. — Лучше забудь этот день, Непризнанная, — я прыгнул в водоворот, параллельно заглатывая пилюли. Я опрокинулся о холодную стену и мечтательно уткнулся в одну точку. Мне ни разу не доводилось чувствовать того, что я ощущал с этой девушкой сегодня на горе. Даже не смотря на то, что об этом месте никто не должен знать, я был совершенно не против приоткрыть Вики этот занавес. Но нужно это забыть. На душе была неописуемая лёгкость, которая выбивала из колеи, но при этом воодушевляла. Глупая улыбка не сползала с моего рта, и мне казалось, что я похож на гребаного сумасшедшего. «Почему же ты такая, Непризнанная?» Как долго это странное состояние будет продолжаться? Нужно забыть... — Люцифер!!! — я развернулся и заметил разъярённого Дино, мчащегося в мою сторону. Я остался на месте, совершенно не боясь его. Разгорячённый, совершенно не контролирующий себя, он прижал меня к стене с огромной силой, так, что я оставил на ней вмятину. — Что? — всё это время моё лицо оставалось равнодушным, абсолютно не выражая никаких эмоций. — Ты сука! — крикнул он и замахнулся кулаком. — Я знаю. — А-а-а! — Дино ударил меня в челюсть. Я сплюнул кровь на пол и спросил: — Удосужишься хотя бы объяснить, за что? — Ты всегда забирал у меня всё, чего я так желал! — рычал он, нервно махая руками, — ты забрал мою репутацию, победные места. Я думал тебе хватит этого, но нет! Ты решил забрать у меня ещё и девушку! — на последнем слове он сделал особую интонацию и ударил вновь. Только сильнее. Сопоставив в голове факты, я рассмеялся. — Почему ты смеёшься?! — кричал он, нанося удар за ударом. Впервые я видел Дино таким. У меня не было желания ответить ему, наоборот, выпустить пар в такой ситуации было бы лучшим решением. — Я не забирал у тебя ничего, Дино, — я издевательски улыбнулся. Его это разозлило ещё больше. — Ты думаешь я слепой?! Ты думаешь, я не видел, как она на тебя смотрит? Как тебе это только удаётся, сволочь? — последний удар стал самым сильным. Пытаясь дождаться, пока моя челюсть регенерирует, я произнёс: — Просто ты не трахался со мной. Когда он хотел наброситься вновь, моё терпение подошло к концу. Я сжал кулак и ударил его между рёбер — парень отлетел на 20 метров. Момент застыл перед глазами. Только сейчас я понял, что мои удары никогда не были такими сильными. Осмотрев руки, я хотел найти что-то необычное на кистях. Но увы, это были те же руки, что и всегда. Я скрылся с места проишествия, параллельно вытирая рукавом рот от крови.  Я никогда не видел смысла притворяться хорошим. И, поэтому, когда я смотрел на Ангелов, то всегда сомневался в чистоте их мыслей. Разве существо способно на такое количество безответной доброты? На спокойствие, рассудительность? До последнего я сомневался в их искренности, пока Дино не убедил меня в этом окончательно. Есть ли смысл притворяться хорошим, когда ты хочешь поступить по плохому? Улыбаться, когда хочешь нанести удар собеседнику? Я всегда считал, что нет. В этом демоны были, как по мне, более искренними и честными, по отношению к себе и окружающим. Какой смысл мне быть дружелюбным, если я недолюбливаю человека? Какой смысл умалчивать о плохих помыслах и продолжать играть в игры? Холодные, прямолинейные, жёстокие демоны никогда не любили ангелов за их приторные речи, от которых вянут уши.  Перед глазами снова возникла она. «Что же у вас было с Дино, что он так взбесился?» Неужели у них отношения? Этого не может быть. Слишком правильный Дино никогда не смог бы нарушить запрет. «В отличии от меня».  В какие проблемы я вовлекаю себя? «Плевать. Главное, чтобы этого больше не повторилось». Боль. Я закрыл глаза, хватаясь за стену и теряя сознание. Снова неизвестность, и лишь лёгкое ощущение холодного кафеля под собой. Кажется, я вновь упал. Снова то бесконечное пространство. В попытках найти того Люцифера, я начал оглядываться по сторонам. Прислушался. Никого. Внезапно белые стены начали окрашиваться в чёрный, словно зарастая сорняком. Вместе с этим кто-то рассмеялся. Тяжёлый, злорадствующий смех, от которого кровь стынет в жилах. Я не мог определить, откуда он. Не мог определить даже, какому полу он принадлежал. Всё менялось в считанные секунды. — Почему ты такой глупый? — сказала пустота. — Покажись, — крикнул я. — Хахаха, — я чувствовал ухмылку в этой интонации, — ты уверен? — Покажись. Предо мной возник Люцифер. Только вид его был устрашающий. У него не было глазниц, лишь чёрная оболочка внутри. Кожа была бледно серая, а конечности покрыты чёрным цветом. Когда он говорил, то жилы по всему телу загорались в цвет пламени. — Когда же ты перестанешь сопротивляться? — заинтересованно спросил второй я. Я хотел ему ответить, но внезапно для себя я обнаружил, что потерял голос. Звуки словно пропадали, не шли изо рта. Присмотревшись к Люциферу ещё ближе, я увидел рога. Прям как у моего отца. Сколько же фраз метались в голове, и ни одну из них я не мог произнести. От этого злость пробирала меня. — Не переживай, — он подошёл ближе, — я слышу всё, о чем ты думаешь. Прими меня, — он схватил мою голову рукой и толкнул вниз с такой силой, что я провалился под пол. Когда я открыл глаза, то увидел перед собой Вики. Моя голова лежала у неё на ногах. Прищурившись, я приподнялся, накрывая лицо рукой. — Что с тобой? — обеспокоено спросила она. Я взглянул на неё. — Не знаю, — ответил я, приподнимаясь. Вики подскочила ко мне, помогая вставать. — Не надо, — я слегка оттолкнул её, — не хватало Сыну Сатаны довольствоваться помощью Непризнанной, — на последнем слове я сделал акцент. Она закатила глаза, но не ушла, чему я был удивлён. — Мне всё равно в ту же сторону, что и тебе. Молча показав вперёд, она едко задела меня за плечо, от чего я пошатнулся. Какая же она вредная. — Как себя…чувствуешь? — осторожно спросила девушка. — Почему спрашиваешь? — Просто интересуюсь. — Я тебе уже говорил, что такие подкаты на меня не действуют? Она остановилась, тяжело выдохнув. — Почему тебе так трудно принять то, что я просто поинтересовалась? Неужели так тяжело понять, что у меня нет в планах получить от тебя выгоду? — Да. — Знаешь что, — она грозно посмотрела на меня, — забудь. Такому эгоисту как ты нельзя проявлять даже капли сострадания, — Вики повысила тон и, свернув, ушла и даже не оглянулась. Я оставил её без ответа.