Не идите за бродячей кошкой

      Едва проснувшись, я ожидала увидеть знакомую мне поляну в парке, однако вместо этого очутилась в совершенно другом месте. Я смотрела прямо на деревянный потолок и не понимала своего местонахождения. Попытка хоть как-то пошевелиться была с треском провалена, ибо тело было плотно закутано и не давало даже шанса на хоть какое-то телодвижение. Так, спокойствие, только спокойствие! Это всё мне только кажется. Я сейчас закрою глаза и очнусь в парке, а потом потихоньку пойду домой и забуду об этом, как о странном сне. Однако, мои ожидания не оправдались. Сколько бы я не пробовала, обстановка не менялась, что меня несколько напрягло.       Ситуация стала ещё непонятней, когда надо мной склонилось мужское лицо, которое ещё недавно напугало меня до смерти. Он с искренним умилением смотрел на меня, разве что слюни не пускал. Такое поведение для меня было странным. Ясно, что он был отцом этого тела, в которое то ли меня ветром занесло, то ли эта дрянная кошка постаралась. Удивительным было и то, что я как-то флегматично отнеслась к этому, хотя и было некое волнение, которое в мгновение ока улетучилось, стоило увидеть этого мужика.       Он был необычным. Мужчина обладал довольно суровой наружностью. Я бы сказала даже бандитской что ли… У него были светло-карие глаза с выраженным золотистым оттенком, над которыми нависали тонкие брови. Блондинистые волосы небрежным ёжиком торчали во все стороны, а небольшая бородка в купе с идиотским выражением лица придавала поистине нелепый вид. Не красавец, но виделось в нем что-то притягательное. И я не про внешность. Не понимаю, почему такой яркий контраст.       Взглянув на него ещё раз, насторожённо замерла и напряжённо уставилась в ожидании того, что меня в очередной раз небрежно поднимут на руки. Но вместо того, чтобы сделать это, мужик беспардонно ткнул пальцем в пухлые щеки и тут же засветился, словно первые звезды на небе. Зыркнула на него своим самым недовольным взглядом и попыталась выдать звуки, но вместо них вышло совершенно непонятное бульканье слюней. Фе. Противно. — О, моя малышка пытается говорить! — Умиленно заверещал тот. — Нана! Нана! Наша дочь гений! — тут же завелся мужик и радостно ускакал на поиски жены, дабы она убедилась в моей гениальности. Боже мой, куда я попала? — Наслаждаешься? — раздался ленивый голос рядом, и перед лицом тут же всплыла мордочка знакомой кошки. — Что ты сделала? И как мне вернуться обратно? — задала я самый интересующий меня вопрос и удивлённо приподняла брови, осознав, что вполне себе нормально говорю, а не выдавливаю из себя слюни. — Мм, вернуться не получится, — ответила кошка, махая своим хвостом. — Эта девочка должна была умереть сразу после рождения. — Мне это уже не нравится, — напряженно произнесла я, мрачно ожидая ответа. — Это было бы скучно просто проводить её на перерождение, — задумчиво протянула кошка и, словно человек, преподнесла лапу к подбородку. — Я так давно выполняю эту работу, что мне это несколько осточертело. Столько столетий прошло и всё одно и то же. Даже поклонения в честь меня быстро надоели. Наблюдая за человечеством, я вдруг внезапно задалась вопросом… а что, если души из разных вселенных поменять местами? — То есть ты этого не знала и начала экспериментировать как сумасшедший ученый?! — возмутилась я и попыталась схватить наглую животину за хвост, но я всё ещё находилась в неудобном положении. Из всего доступного мне действа я могла только говорить. — Гордись тем, что ты первая! — оскорблённо прошипела кошка. — В каком смысле первая?! А если что-то пойдет не так?! — сразу же забеспокоилась я. — Да всё будет нормально. Чтобы я, да накосячила?! Я существую столько сколько ты своим мизерным умишком и не способна понять! — уязвленно произнесла та и обиженно приподняла мордочку. — Я ни в коем случае не сомневаюсь в твоих божественных и каких-либо способностях, но почему ты экспериментируешь именно на мне?! — уже не сдерживаясь, закричала я, а потом внезапно застыла и подозрительно взглянула на притихшую кошку. — Я что, тоже должна была умереть?! — Нет, — коротко ответила та и начала выводить лапкой вполне человеческие пассы. — Ты просила полную семью, я откликнулась и пришла. Так что, благодари меня, человек и кланяйся в ножки, то есть в лапки, а то со времени последнего поклонения прошло уже несколько столетий. — Я никогда такого не просила! — Но ты думала об этом. — Неправда! — Правда! — Насмешливо хмыкнула кошка. — Сама-то хоть себе не ври. — И не вру! — гнула я свою линию. — Я тебя насквозь вижу, надоедливая девчонка! — Именно поэтому ты поместила меня в семью, где очень странный папаша?! Кошка несколько секунд сверлила меня недовольным взглядом, после чего устало вздохнула: — Вообще-то он очень дорожит своей семьёй и появление ребенка для него настоящее благословление! — У меня есть семья вообще-то. — Именно поэтому ты о ней только вспомнила, — съязвила та и громко зевнула, демонстрируя острые клыки. — Это ведь ты что-то сделала со мной! — абсолютно уверенная в своей правоте, произнесла я и покивала головой, мол это точно все из-за тебя. — И вообще, почему я могу нормально говорить с тобой сейчас?! — Потому что я божество и могу делать всё, что я пожелаю. А так ты находишься в теле младенца и понемногу твоё ментальное сознание будет подстраиваться под нужды детского тела. Со временем, конечно. Дитём ты не станешь, но непоседливость, капризность и прочее будет появляться. Кстати, не волнуйся о своей матушке, вскоре ты о ней вообще забудешь, — махнула лапкой кошка и грациозно выгнулась, выпуская коготки. — А можно нет и я больше не буду возмущаться? — тут же поменяла свое поведение я. — Нет, это необратимо. — как ни в чём ни бывало ответила та. — Ты будешь всё больше и больше привыкать к этому миру и, в конце концов, та, которую ты считала своей матерью, станет для тебя совершенно чужим человеком. И ты смиришься с этим. Уже начала, кстати. Не советую тебе взбрыкивать, а то помещу в какую-нибудь немощную собачонку, которую переедет грузовик. Это довольно популярное развлечение у моих коллег из Японии. Всегда хотелось попробовать. — П-понятно, — закивала я головой, узрев яростный лик кошачьего божества. Теперь я точно осознала, что это сверхъестественное существо, которое не поддаётся человеческой логике и вообще чувствам. Не зря я всегда склонялась к буддизму. Там хотя бы сверхъестественные существа были приближены больше к людям. Боги жестоки и делают только то, что сами хотят. — Утомила ты меня, — вяло прорычала кошка. — Наслаждайся дарованной мной жизнью и не ной. И запомни, что я слежу.       Кошка напоследок окинула меня надменным взглядом и, лениво взмахнув хвостом, исчезла в черном пламени. С исчезновением существа даже задышалось легче, а остановленное время снова начало свой бег. Блин, теперь жить с осознанием того, что кто-то там наверху всё-таки наблюдает за тобой. Чудесно! С этого дня я больше не кошатница!       Пока я предавалась грустным размышлениям, мой отец притащил в комнату мать дарованной мне тушки. В прошлый раз я её как-то не разглядела. Что ж… посмотрим, как я буду выглядеть через пару десятков лет, если доживу, конечно.       Увиденное мне, если честно, не понравилось, хотя выглядела она вполне себе мило. Длинные каштановые волосы, переливающиеся на свету. Большие оленьи глаза, в которых плескалась безграничная теплота и забота. Стройная, хрупкая фигура и изящные, тонкие руки, которые бережно освободили меня из плена пеленок. Теперь я могла размахивать руками из стороны в сторону и бить папашу по лицу. Ну, серьёзно. Оно у него реально, как у бандита какого-то, хотя с ним так странно умиротворенно. Но это идиотская лыба раздражает! — Хикари, нельзя бить папу, — строго произнесла Нана, хотя глаза её не утратили приятную теплоту. Папаша стоял рядом и слезливо кивал головой. Ага, ага, конечно, тебе же не больно. Такой здоровый, как медведь. — Моя малышка вырастет сильной, как папа и красивой, как мама! — умилялся папаша и всё порывался отобрать мою тушку у Наны. — Иемицу, дорогой, осторожно, — матушка аккуратно передала меня в медвежьи объятия мужчины, который, вроде и держал меня, словно самое драгоценное сокровище, но настолько неуклюже. На мой недовольный и хмурый взгляд Иемицу начал громко хохотать и нести бред о каком-то тучном небе. Совсем из ума выжил.       Папаша ещё долго сидел со мной и рассказывал сказки. Самое странное, что язык явно чужой для меня, но понимаю его, словно всегда на нём говорила. Неужели это всё происки кошатины? Ну, хоть что-то полезное от этой сущности.       Вообще быть маленьким ребенком для кого-то покажется манной небесной. Лежи себе и спи, кушай да ходи в туалет, но заниматься этим, имея взрослое сознание… такое себе. Тем более вместо еды — ты сосешь грудь, а в туалет ходишь прямо в штаны. Унизительно, но такова жизнь младенца.       Так и проходили мои дни, пока в какой-то момент Иемицу перестал посещать меня и радовать своей довольной лыбой. Мне даже стало как-то беспокойно. Возможно ли, что он оставил нас? Чуткая Нана тут же заметила моё состояние и стала реже оставлять меня одну, даже во время сна. А когда я постучала по книге, которую часто читал мне папаша, тут же облегченно выдохнула и с тёплой улыбкой сообщила, что он уехал зарабатывать деньги на мои игрушки. Я об этом как-то не подумала, но порядком поуспокоилась. Интересно, а где он работает? Судя по всему, мы не бедствуем, и при этом Нана не работает. У меня полно игрушек, всяких развивающих штук для детей. Дом большой и имеет два этажа, много комнат, обставленные качественной мебелью, современная техника. У Наны явно дорогая, хоть и простая на вид одежда. Отец точно занимает какую-то высокую должность. Но рожа у него бандитская. И почему меня это так беспокоит? Есть на что жить и ладно.       Время летело со скоростью света. Я уже могла спокойно ползать по полу и изучать дом уже самостоятельно, хотя Нана редко упускала меня из виду. Стоило мне исчезнуть из её поля зрения, как она тут же начинает нервничать и носиться по всему дому. Приходиться ползать у неё на виду и делать вид, что увлечена игрушками. О, кошатина, а можно было заселить меня в девочку чуть взрослее. Это так утомительно.       Иемицу с того времени как исчез, так и не появился. Во мне снова начало расти волнение, и я всё чаще терроризировала Нану книгой, которую читал отец. Мать, видимо, посчитав, что я соскучилась, лишь умилялась на мои потуги выудить информацию и в какой-то момент просто дала мне трубку телефона, из которой я услышала знакомый голос. — Хикари, малышка, папа тоже по тебе скучает! — громкий, слезливый голос отца заставил меня недовольно поморщиться. А просто сказать было нельзя, что он жив и здоров, и работа у него занимает всё время. Сколько там вахта у него длится? — Дорогой, когда ты возвращаешься? — Нана ничем не выдавала своё беспокойство. Наверное, я и правда накручиваю себя бесполезными мыслями. Если мама спокойна, то ладно.       Утолив своё волнение, продолжила и дальше заниматься своими делами — есть, спать, ходить по нужде. Надеюсь, он скоро вернётся. Дурак, конечно, но семью он видно любит. Наверное, я, действительно, соскучилась. Всё же, я никогда не чувствовала отцовской любви. И правда говорят… всё познается в сравнении. Продолжение следует…