Не идите за бродячей кошкой

      Мелкий Тсуна терроризировал меня каждый день. Не знаю, когда это началось, но однажды я пришла со школы и обнаружила полностью перевернутую с потолка до пола комнату. Все мои вещи были раскиданы на полу и выглядели они так, будто их из одного места вытащили. Школьные тетради были расписаны цветными фломастерами, а пособия по языку беспощадно разорваны в клочья. Ко всему прочему из моей кровати он сделал кладовку для своих игрушек. — Мама, я требую, чтобы в моей комнате поставили замок, — мрачно заявила я, спустившись вниз, где она хлопотала над ужином. — Что случилось, милая? — Нана удивленно приподняла брови, с недоумением смотря на мое раздражённое лицо. — А ты не видела? — спросила я, хмуря брови. Мне казалось, что ещё чуть-чуть и я точно начну кричать. — Нет, — кратко ответила та, ожидая, когда я всё-таки скажу, что произошло. — Где Тсуна? Что он делал целый день, пока меня не было? Моя комната превратилась в мусорку! — злобно прошипела я, всё ещё сдерживая в себе жгучее желание наорать на кого-нибудь. — Что? — брови Наны мгновенно взлетели ко лбу. Она тут же оставила свои дела и отправилась проверять мою комнату. — Какой ужас! — послышался громкий крик мамы, на что я закатила глаза. Видать, она увлеклась какими-нибудь хлопотами, а Тсуна почуяв, что за ним никто не смотрит, пошел вершить творческий беспорядок, ибо он художник и он так видит. В прошлый раз мелкий разрисовал телевизор, пока Нана была занята бельем. — Дети — цветы жизни, — прошептала я, поглощая прохладный сок. Злоба постепенно стихала, а на смену ему пришло слабое понимание. Будь у меня детское сознание, то я бы что похлеще, наверное, выкидывала бы. Будучи Ирэн я так себя и вела, о чем мне постоянно напоминали. Нана спустилась бледная. Ее немного потряхивало от увиденного. Ну да, когда первый ребенок растёт абсолютно спокойным, то и от второго подсознательно ожидаешь того же, но Тсуна был очень активным ребенком. Наверное, все дети такие. Нужно же как-то познавать мир вокруг. — Завтра вызову мастера, поменяем тебе дверь, — устало вздохнула та и опустилась на стул рядом со мной. — В какой раз поражаюсь, как же с тобой мне было легко. — Папа говорит, что я в бабушку пошла, — пожала плечами, выдавая нелепую теорию о моем спокойствии. — К тому же Тсуна мальчик, а им свойственна подобная непоседливость и шкодливость. Запиши его в какую-нибудь секцию, его там сразу укротят. Хотя с его сопливостью он домой проситься будет. — Хикари! — мама укоризненно взглянула на меня. — Что? Его уже соседские детишки маменьким сынком кличат, — хмыкнула я, наливая в стакан жасминовый чай, который любила Нана. Отец его килограммами домой завозит. Как бы у мамы аллергия так не образовалась. Иемицу меры просто не знает. — Спасибо, милая, — улыбнулась она и сделала маленький глоток горячего напитка. — Нужно пойти проверить, что он там делает. — Я сама, мам, а ты отдыхай, — тут же вскочила я и приобняла её за плечи, усаживая обратно на стул. Нана ласково погладила меня по руке, как бы выражая благодарность.       Поднималась я в его комнату с неким опасением. Я очень ценила личное пространство и никогда не заходила в его комнату. Да, он еще маленький, однако я считала, что Тсуна будет брать с меня пример. Оказалось, просчиталась, но ничего… всё еще впереди.       Остановившись возле его комнаты, осторожно постучалась. Ответа не последовало, тогда я чуть прислонилась ухом к двери, пытаясь уловить хоть какие-нибудь звуки. — Подозрительно тихо, — прошептала я и всё-таки решила войти в комнату. — Тсуна? Мелкий, как оказалось, уснул за очередным творением своего художественного шедевра. Сон его сморил прямо на полу в окружении мягких игрушек. Судя по всему, преданные фанаты его беспорядочного творчества. Тяжело вздохнув, убрала из-под его рук толстый альбом и целую батарею разноцветных карандашей. Мелкий немного завозился и зачмокал губами. — Смешной какой, — хмыкнула я, наблюдая за его копошениями. Тсуна был поразительно похож на Нану. С такими же большими шоколадными глазами, которые скорее напоминали оленьи. С хрупкими, тонкими руками, которыми он крепко хватал игрушки. Единственное, в чём он напоминал отца — беспокойная шевелюра с немного жесткими волосами. Посмотрим каким он станет через пару десяток лет. — Вот ты тяжеленный, а на вид будто и не весишь ничего, — пропыхтела я, поднимая его безвольное тело. Каких трудов мне стоило перенести его на кровать. Оказалось, что он напихал всякие мелкие камешки в свои огромные карманы. Нафига они ему сдались? Пришлось тратить время на переодевание в чистую и домашнюю одежду. — Нээ-сан, — сонно протянул Тсунаеши, слегка приоткрывая глаза. — Спи давай, — прошептала я, накрывая его теплым одеялом. — Прости, Нээ-сан, — детские ручки схватили меня за рукав рубашки. — Ничего, мелкий, в следующий раз так не делай, хорошо? — Хорошо, — слабо кивнул головой тот и еще раз дернул рукав на себя. — Поспи со мной, пожалуйста. — Тсуна состроил умилительно-просительную мордочку, от чего я только вздохнула, понимая, что не смогу ему отказать. — Двигайся давай, — шкодник тут же повеселел и гусеничкой сдвинулся к стенке. Только я улеглась в кровать, как мелкий сразу же прижался поближе, поудобнее устраиваясь на моём плече. Невольно хмыкнув, накрыла нас одеялом и крепко обняла довольного братика. Внезапная трогательность приятно удивила меня. Засыпала я с мыслью, что день, в принципе, выдался неплохим.       Утром я проснулась от странного чувства, что на меня кто-то пристально смотрит. С неудовольствием разлепив глаза, натолкнулась на огромные голубые глаза, которые взирали на меня со слабой долей любопытства и неким недовольством. — Ты кто такой?! — тут же напряглась я, краем глаза зацепив армейский камуфляж. — Кто в такой час спит — кора?! — Кто ты такой и что ты забыл в этом доме?! — повторила я, пытаясь спрятать мелкого в ворохе одеяла. Наглый блондин наблюдал за этим с издевательской насмешкой, вызывая во мне огромное раздражение. — Тучка! — прогремело где-то внизу. — Папа? — удивленно прошептала я. — Папа, помоги! Здесь какой-то незнакомый мужчина! Папа, папочка, он распускает руки! Вызывай полицию! — Что?! Что за бред ты несешь — кора?! — возмутился блондин, взирая на меня с удвоенным недовольством. Снизу послышался громкий грохот вперемешку с отборной итальянской руганью. Хлипкая дверь буквально врезалась в стену, почти разбиваясь в щепки. В образовавшейся дыре виднелась огромная фигура отца. Иемицу внимательно оглядел комнату, останавливая свой взгляд на застывшем блондине. — А, Колонелло, — отец тут же расслабился, завидев, по всей видимости, знакомого. — Колонелло? Прости, папа, но, какого хрена, этот merda забыл в комнате Тсуны?! — Ах, моя угрюмая тучка, не сердись на папу, — тут же разулыбался блондин, с каким-то нелепым выражением лица смотря на то, как я прижимаю к себе уже неспящего братика. — Нээ-сан, что происходит? Что за шум? — вяло пробурчал мелкий, стаскивая с себя одеяло. — Отец вернулся, — тяжело вздохнула я, откидываясь обратно на мягкую подушку. — Папа! — обрадовался Тсуна. Мелкий тут же подлетел, нагло ступая по моему животу. Почти на реактивной тяге преодолел небольшое расстояние и прыгнул в широкие объятия радостного от такой реакции отца. — Тсуна, мелкий ты гаденыш, я тебя цыганам продам, — раздражённо прошипела я, потирая пострадавший живот. — Могу дать контакты, — подал голос наблюдающий за счастливым воссоединением семьи блондин. — Хикари, очень приятно познакомиться, — хищно улыбнулась я, протягивая ему руку. — Колонелло, взаимно, — в такой же манере ухмыльнулся тот и пожал руку. Мелкий услышавший мою угрозу тут же заверещал, волчком вертясь в объятиях Иемицу. Я продолжила нагнетать, показательно набирая продиктованный номер, от чего Тсуна становился ещё громче. Отец недовольно скривился от громкого визга мелкого, который орал ему прямо на ухо. — Тсунаеши, прекрати, — Иемицу мягко пожурил своего ребенка и перевёл взгляд на меня, укоризненно качая головой. Я лишь пожала плечами и утратила к прибывшему отцу интерес. На данный момент мне был интересен другой блондин, который был связан с Иемицу. Что-то подсказывает мне, что будет интересно. Продолжение следует…