Необычное знакомство

      Стив Роджерс стоял на кухне, дожидаясь, когда закипит чайник. Он собирался заварить себе немного чая, чтобы выпить его со своими любимыми кремовыми пирожными, а потом почитать какую-нибудь из множества книг его личной библиотеки. А вечером можно было бы отправиться в соседний парк: посидеть на скамейке, погулять, купить булочку в местном киоске и покормить уток, что плавают в озере. Да, как хорошо, что у него сегодня выходной и он может так здорово его провести. Чайник засвистел, что говорит о том, что тот уже закипел, Стив выключил плиту и, взяв чайник с помощью прихватки, налил некоторое количество кипятка в приготовленную заранее чашку с заваркой из вкусных трав и, пока те завариваются, отправился к холодильнику, чтобы достать пирожные. Но только он успел переложить их из упаковки на тарелку, как со стороны гостиной послышался какой-то странный звук.       Как будто бы скрипнула дверь балкона, что-то упало, и Роджерс вздрогнул: наверное, дверь опять слишком широко открылась от ветра и задела вазу, что стоит неподалёку. Он ведь давно собирался её оттуда переставить, да всё никак руки не доходили, хотя, раз он сейчас свободен, может быть, этим и заняться, как раз за это время и чай заварится, и пирожные немного после холодильника согреются. Приняв решение, Стив уверенным шагом отправился в гостиную, но когда он туда зашёл, то замер на пороге комнаты широко, открыв рот от удивления. Около открытой двери балкона стоял высокий мужчина. Тёмные волосы длиной до плеч, волевые черты лица и натренированное стройное тело, которое было можно прекрасно рассмотреть со всех ракурсов потому, что из одежды на мужчине были лишь чёрные трусы-боксеры. Он стоял, чуть нагнувшись к лежавшим около его ног осколкам бывшей вазы, и выражение его лица было одновременно виноватым и растерянным, и, кажется, Роджерса он и не заметил. Сам Стив замер на месте, вдруг потеряв возможно двигаться и говорить от шока, а когда он всё же наконец пришёл в себя, то громко закричал: — Эй, ты кто такой и как сюда попал?! Да ещё в таком виде! Я сейчас полицию вызову!       Мужчина резко повернулся в его сторону, и, судя по выражению его лица, он был напуган и шокирован ничуть не меньше Стива. Он поднял руки вверх, как бы давая понять, что Роджерсу ничего не угрожает. — Прошу вас, не нужно вызывать полицию. Я попал в вашу квартиру не со злым умыслом, просто у меня такие обстоятельства получились… Я могу всё объяснить. — Ну уж попробуйте, — сказал Стив. — Дело в том, что я любовник вашей соседки сверху, Наташи, — ответил мужчина. — Мы с ней часто встречаемся здесь, когда её мужа нет дома, так было и в этот раз. Но только мы успели раздеться, как в замочной скважине завозился ключ, а он был только у мужа, значит, он вернулся домой раньше обычного, а тут я.       Мужчина вздрогнул, вспомнив этот момент, но всё же смог прийти в себя и, глубоко вздохнув, продолжил: — Сначала Наташа думала меня в шкаф спрятать, но я там не поместился, и тогда она меня на балкон послала. Но я подумал, что её муж может туда случайно зайти, и решил попробовать по нижним балконам вниз спуститься: я в своё время альпинизмом занимался и думал, что справлюсь, да смог только на ваш балкон забраться и чуть было с него не упал — вот и пришлось внутрь залезть. Вот такая вот история…       После рассказа мужчины всё вроде бы стало ясно, но всё же Роджерс не был уверен, что стоит в эту историю верить: уж больно это всё странно звучало. Хотя, с другой стороны, это было похоже на правду. Его соседку сверху действительно звали Наташей, девушкой она правда была интересной и при наличии мужа строила глазки многим из соседей мужчин, притом и Стиву, — так что вполне возможно, что у неё может быть любовник, которым и является этот мужчина. Но даже если всё это так, то всё равно непонятно, что теперь делать? Немного подумав, Роджерс заговорил: — Ну, допустим, я поверил в вашу историю. Но это не значит, что я рад видеть вас в своей квартире… — Конечно, я понимаю. Только вот как мне выйти на улицу и добраться до дома в таком виде? Я одеться, когда убегал, не успел, а Наташа куда-то мою одежду засунула. Конечно, по улицам много фриков ходит, но всё равно меня дрожь пробирает, как представлю, что мне придётся по городу до дома в одних трусах идти.       Конечно, Стив мог бы сказать, что это не его проблемы, и выпроводить мужчину восвояси, но тот выглядел настолько несчастным, что Роджерсу невольно стало его жаль, и он, себя за это ругая, заговорил: — Если хотите, я могу дать вам свои старые вещи. Конечно, я не уверен, что у нас с вами один размер в одежде, но всё уж лучше, чем идти почти голышом. — Ох, я был бы вам очень за это благодарен! — с радостью в голосе ответил мужчина.       Стив кивнул и, быстро сходив в свою спальню, вернулся оттуда с футболкой и спортивными брюками в руках. Те немного выцвели после стирки и чуть растянулись, но на мужчине, как ни странно, смотрелись очень неплохо, и тот был явно доволен. — Ох, как хорошо. Большое вам спасибо, если нужно, я могу потом вам одежду вернуть… — Не нужно, я всё равно собирался всё это выкинуть, так что она мне не нужна. — Ну что ж, тогда я больше не буду вам мешать и пойду, — кивнул мужчина. — Ещё раз спасибо вам!       Роджерс кивнул, проводил мужчину до порога и, закрыв за ним дверь, прислонился к ней спиной. Вот это, конечно, интересная ситуация вышла! И он до сих пор был в неком шоке от неё, но и одновременно, как ни странно, даже испытывал некую зависть к Наташе. У неё и муж есть, и любовник симпатичный, а Роджерс вот уже пять лет как один, и никакого прогресса в изменении личной жизни пока не наблюдается. Вот если бы у него кто-то появился, он бы точно никогда этому человеку не изменял и сделал бы всё, чтобы он бы с ним счастлив, но пока с отношениями везёт кому угодно, но не ему… Ну да ладно, нечего об этом думать, а лучше всё же пойти на кухню и выпить чая: после всего произошедшего ему нужно прийти в себя.

***

      С того случая прошла неделя. Жизнь Роджерса вернулась в прежнюю колею. Он ходил на работу в ресторан, где занимал должность администратора, занимался бытовыми делами, выходил на прогулки в парк. И вроде бы сегодняшний день ничем от остальных не отличался: он шёл с работы, зашёл по дороге в супермаркет, где купил продукты, — всё как обычно, кроме того, что ему почему-то не особо хотелось возвращаться домой. Сегодня одна из сотрудниц ресторана начала хвалиться тем, что её парень сделал ей предложение и скоро у них будет свадьба; Стив искреннее за неё порадовался, но в тоже время немного ей позавидовал. Ей было к кому вернуться домой, а вот его там никто не ждал, и возвращаться в пустую квартиру не особо хотелось. Но, как время ни тяни и медленно ни иди, до цели всё равно доберёшься, и вот он приехал на лифте на свой этаж, открыл дверь квартиры ключом и зашёл внутрь, и неизвестно почему у него снова появилось ощущение, что в квартире он не один, и тут он ещё вспомнил, что, кажется, когда уходил на работу, забыл по оплошности закрыть балкон. Осознав это, Роджерс как-то автоматически повернул в гостиную, и там его ждал сюрприз; неизвестно почему, но в этот раз он не удивлён, увидев его. Уже знакомый ему мужчина стоял посередине гостиной, только в этот раз, помимо трусов, на нём надета ещё и рубашка — он почти одет, только брюк не хватает. Увидев Стива, он ужасно смутился, но сказать ничего не успел, поскольку тот его опережает: — Да, как я посмотрю, вам понравилась моя квартира: уже второй раз в неё влезаете, — ухмыльнулся Роджерс. — Что, снова муж Наташи раньше времени с работы пришёл? — Нет, не он, его мать, — вздохнул мужчина. — Она, не предупреждая, решила в гости к ним приехать, у неё ключей от квартиры не было, и она Наташе позвонила, чтобы та ей дверь открыла; ну, она время немного потянула, а я оделся немного и снова на балкон, и вышло опять так, что к вам в квартиру попал. Понимаю, что плохо это, но так уж получилось, вы простите… — Да уж, вы так у меня скоро поселитесь. Вам бы с Наташей другое место для своих свиданий найти, а то сколько можно по балконам лазить. Ведь можно себе чего и застудить ненароком. — Ну, сегодня я хоть что-то успел надеть, а вот штаны у Наташи остались, но она обещала мне их принести, нужно только подождать немного. — Интересно, и где ты собираешься ждать? Уж, случайно, не у меня ли? — Стив перешёл с мужчиной на «ты». — Понимаю, что это прозвучит немного нагло, но это было бы неплохо, — кивнул мужчина. — Но я понимаю, что ты мне этого не разрешишь, так что пойду в подъезд. Наташа не должна слишком долго затянуть, уверен, она скоро вернёт мне брюки, и я смогу пойти домой в нормальном виде.       Конечно, Стив мог бы просто проводить мужчину до порога и закрыть за ним дверь, ведь его проблемы Роджерса не касались, но неизвестно почему ему снова стало того жалко. Ведь по подъезду может кто-то пройти, а он там будет в таком виде… — Ну ладно, так уж и быть, можешь пока посидеть у меня. — Ох, а ты просто ангел во плоти! Большое тебе спасибо, обещаю, я никак не буду тебе мешать и не задержусь надолго, только Наташу дождусь и сразу уйду. — Надеюсь, что именно так оно и будет, — ухмыльнулся Роджерс. — Хотя, конечно, мне будет спокойнее, если ты будешь находиться у меня на глазах. В прошлый раз ты ничего не взял, но кто знает… Поэтому пошли на кухню, ты там посидишь, а я буду приглядывать за тобой и готовить ужин.       Мужчина пожал плечами, но послушно пошёл вслед за Стивом на кухню, присаживаясь на стул около стола. Роджерс быстро выложил купленные продукты на стол и, немного подумав, решил приготовить макароны с сыром. Некоторое время, пока он занимался готовкой, мужчина за ним наблюдал молча, но потом всё же не выдержал: — Слушай, быть может, тебе чем-то помочь? А то мне, право, как-то неловко от того, что я просто без дела сижу. — Ну, если тебе не трудно, возьми с правого шкафчика у раковины тёрку и натри на ней половину сыра, что лежит на столе.       Мужчина кивнул и довольно шустро принялся поручение Стива исполнять, снова заговорив: — Кстати, я ведь был ужасно невежлив, совсем забыл представиться — я Баки. Баки Барнс. — А я Стив Роджерс. И вот любопытно мне, Баки Барнс, как ты до жизни такой докатился, что приходится по чужим балконам лазить? — Да вот докатился, когда у меня появилась любовница в лице Наташи, — вздохнул Барнс. — Поверь, мне самому ужасно не по себе от того, что я уже второй раз оказываюсь в твоей квартире, но как-то неудачно у меня получается с побегами… — Тогда, быть может, перестать сбегать от любовницы и завести серьёзные отношения, тогда, глядишь, и по чужим балконам бегать не нужно будет? — ухмыльнулся Стив. — Да, чую, долго ты ещё будешь мне это припоминать… И да, появись у меня серьёзные отношения, я бы больше по балконам бегать не стал, но мне с ними почему-то не везёт. Завести временную интрижку, — что с парнем, что с девушкой, — так пожалуйста, а как что-то серьёзное, так не выходит ничего. Мне ведь и самому уже так надоело, кого-то постоянно рядом хочется, да не выходит ничего. Вот и перебиваюсь интрижками… — С одной стороны, я тебя понимаю, у меня самого в личной жизни ничего не выходит, но с другой… Лично я такого, чтобы спать с кем-то, у кого уже есть отношения, не понимаю и не приветствую. Пока ты тратишь время на подобные связи, можешь реально упустить того, с кем у тебя может быть что-то большее. — Возможно, ты и прав, — кивнул Барнс. — Но, стоит признать, я удивлён тому, что у тебя никого нет. Парень ты красивый, судя по всему, хозяйственный, и по твоим поступкам видно, что добрый, — обычно такие нарасхват, я бы и сам, признаюсь, от такого, как ты, не отказался… Слушай, я тут подумал, а быть может, это судьба?.. — Ты о чём? — Ну, может быть, это она нас так оригинально решила столкнуть? Ну а что, мы оба одиноки, хотим серьёзных отношений, возможно, то, что я оказался в твоей квартире, — какой-то знак… Конечно, раньше я не особо во что-то такое верил, но всё может быть. — Слушай, по-моему, ты, когда через балкон лез, где-то головой ударился, — фыркнул Стив. — Всё это звучит как какой-то бред, и если ты что-то ещё в таком духе скажешь, то моя доброта точно закончится, и я тебя просто прогоню.       Баки послушно замолчал, а Роджерс продолжил готовку, и хотя он всячески старался себя отвлечь, всё же поймал себя на мысли о том, что он задумался о словах Барнса, за что он себя внутреннее обругал. То, что он там наболтал о том, что, мол, судьба решила их так столкнуть, — полнейшая ерунда. Конечно, Баки сам по себе вроде как ничего, но он абсолютно его не знает, и то, что у них похожие ситуации в невезении с серьёзными отношениями, вовсе не говорит о том, что у них что-то могло бы получиться. Да и вообще, какого чёрта он об этом вдруг задумался! Он постарался прогнать подобные мысли, продолжая готовить ужин, и вскоре макароны готовы; немного подумав, он решил предложить Баки поужинать вместе. Тот с радостью согласился, и вскоре они принялись за еду. Барнс ел макароны с большим аппетитом, складывается ощущение, что он довольно давно не ел, и, когда его порция закончилась, он посмотрел на пустую тарелку с такой грустью, что Роджерс подложил ему ещё. Тот тут же заметно повеселел и, благодарно кивнув, принялся за вторую порцию. Когда с ужином покончено, Баки выглядит очень довольным. — А ты, оказывается, ещё и хороший повар, — улыбнувшись, сказал Барнс. — Это было просто объедение! Знаешь, я серьёзно готов расстаться с Наташей ради такого парня. Ты определённо начинаешь мне нравится. — За слова о том, что я хороший повар, конечно, спасибо, но мы вроде бы с тобой договорились… — ответил Роджерс. — Ну а чего ты боишься? Конечно, обстоятельства нашего знакомства получились очень необычными, ну а вдруг это и правда наш шанс? — О каком таком шансе ты говоришь, я ведь вообще о тебе ничего не знаю? — Так я могу рассказать, — улыбнулся Баки.       Стив и возразить ничего не успел, как Барнс начал о себе рассказывать, и, как ни странно, вскоре Роджерс начал понимать, что у них многое совпадает. Баки, как и он, шумным вечеринкам предпочитает прогулки на свежем воздухе и пикники, любит читать книги, ему, как и Стиву, нравится рисовать, и когда он рассказывал о своих последних рисунках, его глаза загорелись истинным восторгом, и Стив сам не заметил, как включился в эту беседу, и они настолько увлеклись разговором о рисовании, что далеко не сразу поняли, что где-то что-то звенит. Тут Баки, тихо ойкнув, достаёт откуда-то телефон, прислоняет его к уху и, выслушав, что ему сказали, отключает звонок и заговаривает: — Это Наташа, она мои брюки там принесла, мне пора идти, а то я и так засиделся больше, чем тебе обещал. Спасибо тебе за то, что разрешил у тебя подождать и за интересную беседу. И я понимаю, что я тебя уже с этим достал, но всё же ты подумай о моём предложении, потому что мне впервые было с кем-то так интересно и здорово находиться вместе. — А ты, как я посмотрю, упёртый. Так уж и быть, не обещаю, но, возможно, я подумаю о твоих словах.       Баки такой ответ, судя по появившейся у него на губах улыбке, вполне удовлетворил, и он, тепло попрощавшись с Роджерсом, его квартиру покинул. Тот закрыл за ним дверь, и вроде бы, можно свободно выдохнуть: тот наконец ушёл, и можно этому радоваться, но, как ни странно, Стив почему-то совсем не радуется, а наоборот, даже начинает немного грустить, ведь он снова остался один. Хотя ему ведь к этому не привыкать, так что нужно пойти на кухню, помыть посуду после ужина и отвлечься от странных мыслей, что пытаются проникнуть к нему в голову. Конечно же, он не собирается обдумывать предложение Баки даже после того, как они немного познакомились. Нет-нет, таких мыслей он не допустит.

***

      Так прошло ещё две недели. И неизвестно почему, но настроение у Стива всё это время не ахти. Он сам не понимает, почему оно такое, ведь, по сути, всё очень в его жизни даже хорошо. На работе он получил премию, в кондитерскую привезли его любимые пирожные, да и вообще, всё вроде как неплохо, а всё равно как будто что-то не то, чего-то в его жизни как будто не хватает, хотя, быть может, не чего-то, а кого-то. Хоть Стив и обещал себе, что думать о предложении Баки не будет, он о нём всё же думал и чем больше об этом размышлял, чем больше его мнение об этом менялось, и, к своему удивлению, он начал понимать, что, возможно, предложение Барнса и не такое уж бредовое. Подумать только, твоё мнение о чём-то может измениться спустя время, только вот, кажется, его мнение изменилось слишком поздно, ведь всё это время Баки не появлялся. Иногда Роджерс ловил себя на том, что с надеждой смотрит на балкон, но прошло уже две недели, а тот так и не появился. Наверное, что-то в его жизни изменилось, и ему больше не нужно лазить по балконам; возможно, он нашёл себе новую пассию, а о том, что тогда говорил Стиву, и забыл…       Подобные мысли позитива не приносили, и поэтому Стив часто находился не в самом хорошем расположении духа, и как бы он ни старался от этого состояния отвлечься, выходило далеко не всегда. Сегодня у него был выходной, и, чтобы не торчать бесполезно дома, он решил отправиться на прогулку по городу. Но неизвестно почему, сегодня та его не радовала. Возможно, это из-за того, что ему попадается слишком много влюблённых пар, и все они, в отличие от Стива, выглядят настолько счастливыми, что и так плохое настроение окончательно портится, и он решает отправиться домой. По дороге он заходит в кондитерскую, но и тут ему не везёт: последнюю упаковку его любимых пирожных кто-то купил, и ему пригодится взять малиновый пирог; чтобы выпить чая, конечно, подойдёт, но всё равно немного не то. Настроение становится ещё хуже, и в квартиру он возвращается недовольным.       Открыв дверь, он заходит внутрь, и вдруг в груди появляется знакомое чувство. Неужели… Стив идёт в гостиную, и он не может сдержать улыбку, когда видит его, стоящего около двери балкона. В этот раз Баки полностью одет, притом очень красиво, в чёрного цвета костюм тройку, и стоит признать, что он ему очень идёт. В руках Барнс держит коробку с любимыми пирожными Стива и перевязанный голубой лентой пышный букет ромашек, и всё это выглядит очень красиво, только вот впечатление портит то, что нос Баки весь перемотан бинтами и пластырями — что такое с ним случилось? Барнс, видимо замечает, как он смотрит на его нос, поскольку улыбается и заговаривает: — Понимаю, это очень привлекает внимание. Просто понимаешь, когда я сообщил Наташе, что хочу с ней расстаться, она взяла со стола скалку и хорошенько мне ею врезала, попав по носу, и вышло так, что она мне его сломала. Судя по её реакции, она сама от себя этого не ожидала, ну а мне из-за её приступа злости пришлось ехать в больницу. Благо там выяснилось, что всё можно будет исправить, только придётся некоторое время с повязками походить. Но вот зато, когда их снимут, мой нос будет так же прекрасен, как и прежде, так что пусть тебя его вид не тревожит.       Стив как-то не сразу нашёл, что ответить, а Баки тем временем протянул ему букет и коробку с пирожными. — А это, кстати, тебе. Я видел тогда у тебя на столе коробку с этими пирожными и решил их для тебя купить. А ещё вот ромашки, поначалу я думал взять розы, но мне почему-то показалось, что они тебе не понравятся, так что решил взять ромашки. — Это всё, конечно, очень мило, но я не совсем понимаю… С чего вдруг всё это? — удивлённо спросил Стив. — С того, что, я надеюсь, с этого дня кое-что в нашей жизни изменится, — улыбнулся Баки. — Я расстался с Наташей и хочу начать новую жизнь, и я очень надеюсь, что начну её не один, а вместе с тобой, поскольку мне кажется, что я серьёзно на тебя запал. Да ты всё это время у меня из головы не выходил… Со мной такое впервые… И я понимаю, что ты снова можешь принять мои слова за бред, но поверь, я сейчас не лгу, я правда умудрился влюбиться в тебя за те два дня… Конечно, я понимаю, что ты, скорее всего, мне откажешь, но, пожалуйста, прежде чем это сделать, всё же подумай. Я ведь не буду ни на чём настаивать, для начала мы можем просто пообщаться.       Роджерс задумался, хотя уже прекрасно понимал, как он поступит. Конечно, потом он, возможно, пожалеет об этом решении, но всё уж лучше, чем не попробовать, верно? — Ну, я так понимаю, что парень ты упёртый и, несмотря на любой мой ответ, всё равно будешь добиваться своего, поэтому, так уж и быть, соглашусь на твоё предложение. К тому же, пирожных в коробке много, мне одному их точно не съесть, а так не хочется, чтобы они пропали, — подмигнул Баки Роджерс.       Барнс довольно улыбнулся, и они вместе отправились на кухню пробовать вкусные пирожные и пить чай.