Донна

Донна вышла из гостиницы, прошла под лестницами и приблизилась к ограждению, откуда открывался вид на порт. Облокотившись на перила и поежившись от утренней прохлады, она посмотрела вдаль. Небо было серым. Моросил дождь. От ожидания в четырех стенах комнаты было тошно, а сколько еще Люмин собирается отсутствовать, было неясно. Вчера она рассказала Донне, что произошло в обители Хранителя Облаков. Неожиданным было то, что Хранитель оказался Хранительницей. Как и Творец Гор, она приняла форму гигантского журавля, только бело-голубого. Люмин пришлось постараться, чтобы ее хотя бы подпустило ко входу в обитель, и приготовить подношения для Адепта. Увы, попытки состряпать сносные блюда из того, что можно было найти на горе, были только началом. Внутри обители Люмин встретило огромное подпространство и парящие над туманом круглые каменные платформы, какие-то частично обрушенные, какие-то обвитые корнями деревьев, какие-то залитые водой, срывающейся через край в пропасть. Соединяли их полупрозрачные мосты, которые, казалось, состояли из золотой пыли. Люмин провела в этой обители сутки, пытаясь найти Адепта и ломая голову над механизмами, то и дело мешавшими продвигаться дальше. Когда она наконец отыскала Хранительницу Облаков и рассказала ей о смерти Властелина Камня, та вознамерилась в тот же момент казнить всех жителей Ли Юэ, и Люмин едва сумела убедить ее не торопиться с таким решением. После разговора с Хранительницей Облаков Люмин сразу оказалась вне обители, словно ее не очень вежливо выставили за дверь. За день дойдя до точки телепортации, через которую они прибыли, она осознала, что не успела попросить Адепта снять защитный ветряной барьер. В итоге Люмин пришлось идти к той же точке, к которой пришли Дилюк с Донной, и это далось ей вдвое тяжелее без нормальной карты. К счастью, гео и анемо стихии подсказывали ей путь, и она заблудилась только один раз, к тому же быстро найдя дорогу обратно. Донна хотела было рассказать Люмин про то, что накопал Дилюк, но та ее почему-то остановила, а с утра ушла на встречу с Чайльдом. И сейчас Донна ее ждала. Может, Люмин получит какую-то новую информацию? Вряд ли, конечно, Чайльд выдаст какие-то секретные сведения о деятельности Фатуи, но вдруг появится хотя бы одна зацепка? Оторвав взгляд от темных вод порта, Донна вздохнула и устало опустила голову. Люмин хотела попросить Властелина Камня о помощи в поисках брата, но тот погиб, и единственная ниточка, которая может привести ее к ответам — причина его смерти. Люмин была почти уверена, что гибель бога контрактов именно сейчас связана с ее появлением в Тейвате и в Ли Юэ. Донна не стала спрашивать, почему. Было ясно, что это из-за сущности Люмин как путешественницы между мирами. Донна хотела бы, чтобы Люмин не стала обращаться за помощью к Чайльду, но понимала, почему она это делает. Люмин сама признавала, что до ссоры схватилась за Чайльда от подступающего отчаяния, а сейчас, когда мост отношений с Дилюком был сожжен, выбора у нее уже не было. Донне только оставалось надеяться, что они не окажутся по разные стороны баррикад в какой-то момент. На заграждение рядом облокотились, и оно скрипнуло. Донна подняла голову и встретилась взглядом с Дилюком. — Ты неожиданно рано сегодня, — усмехнулся он. — Вообще-то сейчас уже девять часов утра, — пробурчала Донна. Ну да, спала она допоздна последние несколько дней, и что? — Не так уж это и рано. Дилюк демонстративно достал из кармана сюртука часы. — Восемь пятнадцать, — хмыкнул он. — Девять — это даже не близко. Донна пихнула его в бок, но тоже не сдержала улыбку. Кажется, у него хорошее настроение. — А что ты здесь делаешь? — спросила она. — Искал тебя, — пожал плечами Дилюк. — В комнате никого не было. — Кстати об этом, — неуверенно начала Донна, подозревая, что сейчас от хорошего настроения Дилюка ничего не останется. — Люмин вернулась. Вчера вечером. Дилюк помрачнел и уставился вдаль. — Я не знал. Донна не придумала, что ответить. Какое-то время они молчали, смотря на порт. Донна иногда поглядывала на Дилюка, но тот не шевелился, хмурясь. — Вы… точно не сможете помириться? — тихо спросила она. — У меня нет желания это делать, — проговорил Дилюк. — Я готов воспринимать ее как делового партнера, но друга я в ней больше не вижу, и вряд ли это поменяется. Люмин произнесла слова, которые нельзя просто взять обратно и сделать вид, что ничего не случилось. Донна поджала губы, теребя пальцы. Кажется, этот мост и правда сгорел навсегда. — Донна, — вдруг позвал Дилюк. Она удивленно повернула голову в его сторону и встретилась с его серьезным взглядом. — Не пытайся нас мирить. Пожалуйста. Я не вмешиваюсь в ваши с ней отношения, и ты… — Тоже не вмешиваться в ваши? — с грустной улыбкой перебила Донна. — Ты просто не знаешь всей ситуации, чтобы судить. — У меня достаточно информации, — возразила Донна. — Я понимаю, что сказанное Люмин непоправимо, но ты скрывал от нее сведения о ее брате. — Я ничего не скрывал, — отозвался Дилюк, явно подавляя раздражение. — Я получил информацию о последнем появлении ее брата всего за неделю до того, как мы отправились в Ли Юэ, и у меня просто не было времени ее проверить. Я не хотел дать ей ложные сведения, тем более, что его видели в опасном месте в окружении монстров. Никто не гарантировал, что Люмин не помчится туда сломя голову и не погибнет там. — Она же говорила, что умеет думать головой и не собирается кидаться на смерть. — Она полезла к трем стражам руин за какой-то тряпкой, — напомнил Дилюк. — Я знаю ее достаточно для того, чтобы понять, что ради брата она готова на все. — И даже с учетом этого ты ей ничего не сказал? — Я беспокоился о жизни не самого рассудительного друга. И, напомню, она первая начала меня оскорблять. — Да вы там оба хороши были, — пробормотала Донна. — У меня было ощущение, что ты ее сожжешь, когда она про Чайльда сказала. — Потому что она знала, какие у меня счеты с Фатуи, и все равно заключила с ним сделку, — все же не сдержал раздраженную интонацию Дилюк, но потом выдохнул и попросил уже спокойнее: — Может, сменим тему? Я не хочу ссориться с тобой из-за Люмин. Донна торопливо кивнула. Они замолчали, потому что другую тему надо было еще придумать. — Можно я задам вопрос? — после продолжительной тишины осторожно спросила Донна. Дилюк перевел на нее взгляд. — Если не хочешь, можешь не отвечать, но… какие счеты у тебя с Фатуи? Дилюк отвернулся, снова посмотрев на порт. — Из-за них погиб мой отец. Донна поджала губы, тоже переведя взгляд на море. Вот как… Вспомнилось, как Люмин ударила Дилюка в больное место, как раз сказав что-то про его отца. В свете новой информации это выглядело еще хуже… — Что мы будем делать сегодня? — спросила она, решив, что Дилюк вряд ли захочет говорить с ней о смерти своего отца. — Я вообще никакой пользы не приношу… Может, дашь мне задание? — Задание? — приподнял бровь Дилюк. — Ну… я же обещала тебе помочь с расследованием, но пока мой вклад в него равен нулю, — развела руками Донна, но тут ее осенило: — О! Я могу встретиться с Чжун Ли и узнать что-то у него! Он очень многое знает, наверняка если задам правильный вопрос, то… Что-то не так? Дилюк, с каждым ее словом мрачнеющий все больше и больше, отвернулся и уставился в сторону горизонта. — Не думаю, что стоит обращаться к нему, — произнес он. — По крайней мере, тебе. — Почему это? — не поняла Донна. — Мы с ним вроде неплохо поладили. — Потому что он работает в похоронном бюро, а с бюро связаны Фатуи. — Но почему именно мне нельзя с ним общаться? — Я не говорил, что тебе нельзя с ним общаться, — недовольно поправил Дилюк. — Просто я бы предпочел, чтобы у тебя не появилось даже косвенных связей с Фатуи. Ты от этого только потеряешь, особенно учитывая, с кем сейчас стоишь рядом. Донна непонимающе на него посмотрела. — Вся организация Фатуи прекрасно меня знает, — пояснил Дилюк, — и я у них не на хорошем счету. Поэтому мне хотелось бы, чтобы ты по возможности держалась от них как можно дальше. — Вот как, — пробормотала Донна. Еще один скелет в шкафу Дилюка… Дилюк поджал губы, смотря перед собой. — Если, конечно, ты хочешь проводить с Чжун Ли время, то я не в праве тебе запретить, — наконец проговорил он. — Я просто хочу, чтобы ты была осторожной. — Буду, — с готовностью кивнула Донна. Дилюк от этого почему-то не ободрился. — Я пойду к себе, — сказал он и выпрямился. — Если что-то понадобится, всегда можешь зайти. — Ты не будешь завтракать? — растерянно спросила Донна, наблюдая, как он поправляет перчатки. — Возможно, позже. Я пока не голоден. Дилюк ушел. Донна вздохнула и снова облокотилась на перила. Не надо было развивать тему Фатуи, но даже когда она попыталась переключиться на что-то другое, разговор все равно свелся к ним. А ведь у Дилюка сначала даже хорошее настроение было… Жаль. Еще немного посмотрев на корабли, Донна вернулась в комнату. В итоге она так и не поняла, чем может помочь Дилюку, и добыча информации от Чжун Ли действительно осталась единственным вариантом, который она смогла придумать. Донна пока слабо представляла, какие сведения ей нужны, но, может, он что-то знает про черные камни, о которых говорил Дилюк? Надо будет зайти в похоронное бюро и спросить. Донна села на кровать и вздохнула. Дилюк был прав, но должна же она хоть что-то сделать! Учитывая, что с Чжун Ли она общается не по деловым вопросам, вряд ли Фатуи ей заинтересуются. Не будут же они следить за тем, чем работники бюро занимаются в свободное время?

***

Вскоре после того, как Донна позавтракала и приготовилась страдать от того, что делать ей практически нечего, вернулась Люмин. Донна воспряла было духом, но встревоженно-грустное выражение лица Люмин быстро свело радость на нет. Паймон, парящая рядом, выглядела совсем поникшей. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Донна. — Не то что бы случилось, — вздохнула Люмин и сняла обувь. Словно не решаясь пройти дальше в комнату, она осталась стоять у двери и, поколебавшись, продолжила: — Я приняла одно решение, и… — Паймон оно не нравится, — влезла Паймон. Донна совсем напряглась. — Я перееду в другую гостиницу, — произнесла Люмин и посмотрела Донне в глаза. — Я и так уже слишком долго пользуюсь Дилюком. Надо было это сделать сразу после того как мы… В общем, сразу. Донна расстроено кивнула. Люмин была права. — Тарталья предложил оплатить мне проживание, но я отказалась, — сказала Люмин и плюхнулась на свою кровать. — Не хочу от него зависеть больше, чем вынуждена. Хватит с меня и того, что он косвенно помогает мне с поисками брата. — А каким образом? — Вот об этом я тоже хочу поговорить. — Люмин села и вздохнула. — Ты моя подруга, и я надеюсь, что ей и останешься, но я не буду посвящать тебя в свое расследование. И тебя прошу не посвящать меня в расследование Дилюка. Я догадываюсь, что он хочет выяснить что-то, касающееся Фатуи, но я теперь связана с Чайльдом, Предвестником Фатуи номер одиннадцать, и потому помочь не смогу. Я не хочу, чтобы нашему с Тартальей и так хрупкому сотрудничеству что-то угрожало. — Ты думаешь, Дилюк станет специально мешать тебе? — нахмурилась Донна. Люмин издала грустный смешок. — Не знаю. Из уважения к нашей прошлой дружбе, может, и нет, но я как никто знаю, что он мстительный. Наверняка он расценивает мой союз с Тартальей как предательство. Донна опустила взгляд. Ей не верилось, что из-за ссоры, пусть и такой, которая закончила их дружбу, Дилюк стал бы мстить Люмин так. Мстить, отбирая у нее надежду найти брата. Вслух она, впрочем, ничего не сказала. Было очевидно, что Люмин на попытку помирить их отреагирует еще резче, чем Дилюк. — Я прошу тебя не рассказывать мне о том, что вы с Дилюком пытаетесь выяснить, потому, что не хочу мешать вам. Если я какими-то своими действиями случайно выдам Тарталье ваши намерения… В общем, мне лучше оставаться в неведении. Донна кивнула. Почему этот разговор ощущается как прощание навсегда? — Эй, ну не плачь, — Люмин пересела на кровать к Донне и положила руку ей на плечо. — Это же не значит, что мы совсем не сможем общаться. Донна шмыгнула носом и кивнула, несмотря на чувство, что они с Люмин больше никогда не поговорят… вот так. Что больше не будет подколов с ее стороны, не будет шуток и сплетен. Видимо, они все-таки оказались по разные стороны баррикад. — Если Донна не перестанет плакать, Паймон тоже заплачет, — объявила Паймон, чьи глаза уже блестели. Люмин не сдержала смешок. — Ну, тогда групповые обнимашки? — предложила она, разведя руки. Паймон тут же влетела ей в объятия. Донна, стараясь не придавить девочку, тоже обхватила Люмин руками. Хотелось бы надеяться, что все будет хорошо, но надежда неумолимо ускользала сквозь пальцы.

***

Дилюк перестал ходить по комнате из стороны в сторону и плюхнулся в кресло. Позавтракать все-таки пришлось, хотя аппетита после разговора с Донной не было совсем. От хорошего настроения, которому он успел обрадоваться с утра, не осталось и следа, и вовсе не потому, что пришлось в очередной раз говорить о Фатуи или вспоминать о ссоре с Люмин. Ревновать оказалось… неприятно. Дилюк закрыл глаза и потер переносицу. По-хорошему надо выбросить все эти мысли из головы и сосредоточиться на расследовании. Донна не его собственность, чтобы так к ней относиться, она имеет право проводить время с кем ей угодно. Даже с Чжун Ли. По правде говоря, объяснение, которое он дал Донне, было притянуто за уши, поскольку Фатуи нет резона следить за конкретным работником похоронного бюро в его нерабочее время. Объективных причин, по которым Чжун Ли не нравился Дилюку, не было. Он вежлив, доброжелателен и спокоен, хорошо относится к Донне и ничем не обидел ни ее, ни самого Дилюка. Недовольство тем, что заколка, которую, между прочим, Донне подарил он, оказалась у Чжун Ли в руках, было личной проблемой Дилюка. А то, что Донна в этот момент была красной как рак, можно было объяснить десятками причин, ведь ее легко смутить. И вовсе необязательно причиной ее смущения были комплименты Чжун Ли или что-то в этом роде. Дилюк растер лицо ладонями. Что бы он не думал про этого лиюэйца, Донна говорила, что встреча была простым совпадением, и он был уверен, что она не соврала. Мысль о том, что совпадением это могло быть только с ее точки зрения, следовало отогнать. Он должен просто забыть об этом. Это не его дело. Не его. Дилюк поднялся с кресла и пересел за письменный стол. Вчера поздним вечером он получил еще одно письмо от Ю Ханя, которое могло добавить нового контекста ситуации, но лег спать, не вскрывая его, и сейчас это оказалось очень кстати. Письмо было отличной возможностью отвлечься от мыслей о потенциальном сопернике. Заинтересован ли Чжун Ли в Донне? Поскольку он сам пригласил ее поужинать вместе, вероятность далеко не нулевая. И, учитывая его внешность, поведение и образованность, впечатление на нее он произвести вполне мог. Осталось понять, смог ли. Не получалось отделаться от ощущения, что Донна говорила о Чжун Ли с толикой восхищения, и это задевало. О малознакомом мужчине — так, а его, с кем, можно сказать, прошла огонь и воду, за глаза называет просто «другом». Дилюк осознал, что так и сидит перед нераспечатанным конвертом, и раздраженно вскрыл его. Хорошо отвлекся, ничего не скажешь. Что-то у него в голове больно много места отведено мыслям о Донне. Письмо занимало только половину листа, и в тексте Дилюк ничего полезного не увидел. Только предложение перенести встречу с сегодняшнего дня на две недели вперед и вежливые оправдания. Никакой встречи сегодня не было назначено, так что, похоже, это просто прикрытие. Дилюк еще раз проверил конверт, но кроме письма в нем ничего не было. Значит, письмо не заканчивалось на последнем предложении. Создав на кончике пальца огонек, он поднес его к бумаге. По мере того, как лист нагревался, на нем проступали новые строки. И почерк был другой. Давно не списывались, господин Рагнвиндр. Надеюсь, ты не забыл свою старую знакомую. У меня есть дело, в котором мне нужна твоя помощь, и потому прими эту информацию, как небольшую предоплату. Судя по тому, что сказал Ю Хань, ты в курсе о неком «обсидиане», который Фатуи добыли в Разломе. Я знаю, куда они его отправили, и уверена, что тебя это заинтересует. Вот координаты. Купи стандартную карту Прохода Линдзю. Подписи не было, хотя догадаться, кто это, было несложно. Дилюк взглянул на координаты и еще раз перечитал последнее предложение. Ему не нужна была карта, чтобы понять, о каком месте идет речь. Возле Прохода Линдзю находилась заброшенная лаборатория Дотторе.

***

Беннет, Фишль и Рэйзор стояли возле кабинета действующего магистра Джинн и ждали. Рэйзор напряженно ходил из стороны в сторону, Фишль прислонилась к стене, сложив руки на груди, а Беннет нервно поглядывал на Рэйзора и, казалось, тоже был готов начать мерять шагами зал. Атмосфера висела тяжелая. — Как думаешь, у них появились какие-то новости? — тихо спросил Беннет, нарушив молчание. — Наверное, — пожала плечами Фишль, наблюдая за мрачным Рэйзором. Желания играть Принцессу Осуждения не было. — По крайней мере, если нам не соврали насчет того, что будут держать нас в курсе. — Должны не соврать, — процедил Рэйзор. — Иначе будет плохо. Фишль поежилась. Похоже, если выяснится, что им действительно соврали, плохо будет кому-то. Оставалось надеяться, что у Рэйзора хватит благоразумия не нападать на членов ордена. С момента, как Лиза наложила на них печати, прошло шесть дней. Шесть дней мучительного ожидания, которые заметно сказались на всех них. Больше всех, конечно, бездействие повлияло на Рэйзора, который, кажется, до сих пор не простил свою наставницу. Он однажды пытался покинуть Мондштадт, но точка телепортации просто не перенесла его. Так они выяснили, что печать не позволяет выпускать наружу элементальную энергию. Создать небольшую молнию или огонек получалось, но количество сил, достаточное для перемещения, печать просто блокировала. Стало очевидно, почему телепорт не охранялся так бдительно. Сбежать через ворота тоже не вышло бы: караульные бдили, и, поскольку весь орден был в курсе их ситуации, выйти за городские стены можно было только боем. К счастью, Рэйзор еще не настолько отчаялся, чтобы рисковать арестом и попаданием в тюрьму. В том, что его нашли бы даже при успешном побеге, Фишль не сомневалась. Наверняка Лиза добавила в печати функцию слежения. Дверь в кабинет магистра наконец открылась, и оттуда показался Кэйа. Он не улыбался. — Заходите. Серьезность всегда внешне легкомысленного капитана кавалерии заставила даже Рэйзора поумерить пыл. Он первым вошел в кабинет, опередив друзей. Те обеспокоенно переглянулись, прежде чем последовать за ним. Внутри было неожиданно много людей. За столом, как всегда, сидела Джинн, справа от нее стоял Альбедо, у окна к подоконнику прислонилась Эола, еще один капитан Ордо Фавониус. Лиза остановилась слева от входа, облокотившись на книжные шкафы. Возле диванчика справа стояла встревоженная Барбара. Было очевидно, что обсуждение уже некоторое время длилось без них. Джинн поднялась на ноги. — Я позвала вас с определенной целью, — сказала она и обошла стол. — Мы собрали разведывательную группу, и планируем отправиться в Вольфендом. Вы прекрасно понимаете, насколько эта экспедиция будет опасна, поэтому прошу отнестись ответственно. Рэйзор, заметно воспрявший духом от того, что его не оставляют сидеть на скамье запасных, мрачно кивнул. Фишль переглянулась с Беннетом. Джинн была предельно серьезна. — Я сниму с вас печати, — сказала Лиза и подошла к ребятам. — Надеюсь, вы понимаете, что успех вылазки зависит и от вас тоже. Троица кивнула. Лиза взяла руку Фишль, сделала несколько магических жестов, и печать, темнеющая на тыльной стороне ладони, истончилась и растаяла. Фишль потерла руку, наблюдая, как Лиза проделывает то же самое с печатями Беннета и Рэйзора. — Теперь о плане, — подал голос Альбедо. — Я, Эола, Рэйзор и Фишль отправимся вперед. Рэйзор будет показывать путь, все же он лучше всех нас знает лес. Фишль с помощью своего ворона будет проводить разведку и предупредит нас об опасности, если она появится. Эола — основная боевая единица. Я иду как ученый. — Я тоже буду сражаться, — сжал кулаки Рэйзор. — Если нам придется отбиваться, сражаться будут все. — Альбедо перевел на него острый взгляд. — Иначе у нас не будет шансов выжить. То, как легко эти слова сорвались с его языка, заставило поежиться. Фишль ярко вспомнила животный страх, охвативший ее, когда они наткнулись на волков разрыва. Люди уже умирали от лап этих монстров, и одну из жертв они видели своими глазами. Одно воспоминание о снеге, окрашенным кровью, вызывало мурашки. — Беннет, Барбара и двое рыцарей останутся у точки телепортации, — произнес Кэйа. — Если кто-то пострадает, они помогут с исцелением и перенесут раненых в город. Рыцари будут защищать вас в случае, если волки разрыва решат вас преследовать. Я и Лиза будем дежурить у телепорта в городе на случай, если понадобится помощь. Беннет, Фишль и Рэйзор кивнули. — Отправляетесь в полдень, — завершила Лиза. — Собрание окончено. Все в кабинете зашевелились. Эола что-то недовольно сказала Альбедо, на что тот ответил с полным спокойствием. Кэйа подошел к Лизе. Джинн негромко заговорила с Барбарой, на чьем лице ясно читалась тревога. Рэйзор прислонился к стене, обводя комнату мрачным взглядом. Он явно был готов выдвигаться хоть сейчас. — Фишль, — вдруг позвал Беннет. — Мы можем выйти? Фишль растерянно кивнула, и они покинули кабинет. Когда дверь за ними закрылась, Беннет повернулся к ней. Он выглядел потерянно. — Ты тоже чувствуешь какую-то нереальность происходящего, да? — спросил он. — Даже несмотря на серьезность действующего магистра Джинн, у меня ощущение, что мы сейчас обсуждали обычную разведку территории. Как будто мы не рискуем погибнуть, если на этой разведке наткнемся на волков разрыва. Фишль отвела глаза. Беннет был прав. Собрание ощущалось каким-то торопливым и скомканным, особенно учитывая, что их мнения не спросили. Возможно, если бы они обсуждали план вылазки вместе со всеми, то почувствовали бы тяжесть ответственности и рисков, на которые идут, но им просто дали роли в готовом плане. Примерно так же они брали поручения в гильдии. Пойди туда, сделай то, получи подпись, забери награду. Разве что сейчас наградой будет выживание. Беннет опустил голову, выдохнул, а потом внезапно взял ее за руки и посмотрел ей в глаза. Его лицо было пугающе серьезным. — Пообещай мне, что ты не умрешь, — попросил он, сжав ее ладони. — Обещаю, — тихо проговорила Фишль, чувствуя, как колотится сердце.