Противоположности притягиваются

У всех же были учителя, которые намеренно занижают оценки? Вот и в этой школе есть такая. Кароль занижает оценки без причины, и одна её ученица пожаловалась отцу, который также является учителем в данной школе. А по совместительству и классный руководитель, поэтому когда Алексей подошёл к учителю немецкого с презентациями странным это абсолютно не выглядело. — Алексей Андреевич, она заслужила такую оценку, я при чём? — как всегда «железная леди». — На сколько мне известно, Яна достаточно владеет языком, который вы преподаёте. — сел за стол. — Значит, недостаточно. — Считаете, что ей нужны дополнительные задания? — усмехнулся, зная, что его дочь отлично знает язык. — Мне все равно, моё дело оценить знания, который я даю на уроках, а она в это время разговаривает с кем только можно. — Значит, у вас не столь интресные уроки. — А на уроках не интерес должен быть, а тяга к знаниям. — Я так понимаю, разговор заходит в тупик? — Правильно понимаете. — Хорошо, но я за своих детей буду стоять горой, как бы вы им не занижали оценки. — Алексей Андреевич, от меня что надо? Я не могу завышать оценки из-за того, что их классный руководитель стоит горой за них. — Но почему-то ведь когда другие разговаривают, вы даже внимания не обращаете. У вас личная неприязнь к Яне? — Алексей Андреевич, Вы мешает мне проверять тетради вашего же класса. — Извините, не буду больше, — психанул, покидая учительскую. Кароль усмехнулась, ведь подумала совершенно другое, не о том, что Яна дочь… Часто замечала как девочка постоянно старается контактировать с Лёшей, смотря на него будто влюблёнными глазами. Поэтому решила давить на Алексея по поводу этой темы. Если играть, то по крупному. Тем более, ей нравится его злить, реакция Потапенко бесценна. Не так давно работает с ним в одном коллективе, но многое стала замечать. И не раз видела с Яной. Особенно после уроков. Почти всегда ждала его возле ворот, а потом вместе куда-то направлялись. Теперь понятно, почему просит именно за неё… «Отношения с несовершеннолетней? Опасно, Алексей Андреевич.» *** Снова поставила очередную двойку дочке Потапенко, и это стало последней каплей. Девочка психанула и, схватив свои вещи, выбежала с класса. Естественно, пошла к отцу, который должен был это решить. Забежала в учительскую, кидая рюкзак ему на стол. — Что случилось? — увидел слезы дочери. — Она опять меня валит! — чуть ли не кричала. — Успокойся, — встал со стула, обнимая ту. — Ну как успокоиться? — плакала, мочив ему рубашку. — У меня есть план, но насколько он рабочий — я не знаю. — Расскажи, — всхлипнула. — Ты ещё маленькая такое знать. — улыбнулся. — Ты собираешься с ней завести роман? — догадалась. — У нас в семнадцать лет не было таких познаний, — усмехнулся. — Это у вас не было, у нас есть, — немного успокоилась. — Только пока молчи, что я твой папа. Она первый год работает, ещё не знает. — Хорошо, — улыбнулась. — спасибо. — Иди домой, это ведь последний урок? — Да, тебя не ждать? — услышала звонок. — Нет. Иди, — поцеловал в висок. — Ты поздно придёшь? — интересовалась больше для себя. — Я ещё не знаю, позвоню потом. — Хорошо, — взяла портфель, покидая кабинет, но на выходе встретилась с Кароль. Она усмехнулась, пропуская девочку. Потапенко заметил это, уже ожидая фразу, которую выдвинет, как только дверь закроется. — Романы с ученицами… Как же это нехорошо, Алексей Андреевич. — Будете шантажировать? — в мыслях промелькнуло, насколько противен и аморален был бы этот «роман». — Даже в мыслях не было. Просто мне интересно, чем вы думаете, когда заводите с ними отношения. — Тем же, чем и вы, когда ставите плохие оценки в конце четверти, — сдерзил. — Я бы на вашем месте не была такая дерзкая. — Это почему же, интресно? — А внешкольные отношения с несовершеннолетней ученией это не нормально. — Так может мне на вас переключиться, а, Тина Григорьевна? — подошёл к её столу. — Да уж, Алексей Андреевич, юмор у вас не очень. — Юмор у меня очень даже очень, просто сейчас не шучу. — Как у вас, мужчин, всё просто. Ужас, — усмехнулась. — Ну так что, Тина Григорьевна, не хотите куда-то сходить после работы? — Вы сейчас серьёзно? — Абсолютно, — посмотрел ей в глаза. — Есть варианты? — Давайте вы подумаете, а я прийму любой ваш выбор. — Тогда можете просто отвезти меня домой, — посмотрела на время. — Отлично, только одна просьба, — улыбнулся. — не ставьте за сегодняшний урок моему классу оценки. — Вы только из-за этого решили со мной связаться? — Нет, конечно, это так, между прочим. — подмигнул ей, отходя. Кароль вздохнула, не зная к чему все это приведёт. Но просьбу таки выполнила, зная, ради кого просил. Хотела, конечно, сделать на зло, но все же решила принять игру. Когда нибудь будет 1:1. Но это будет позже, пока счёт в его пользу. Она даже не знает, но бонус скоро вновь будет его. Потапенко действительно ждал её на парковке школы, возле своей машины. Написал дочере, что немного задержится, получив в ответ: «Надеюсь, из-за того, о чем я думаю», на что ничего не ответил. Наконец-то к нему вышла Кароль, которая молча села в машину. Он только спросил адрес, даже не зная толком как себя с ней вести. — На чай пригласите хоть? — решил начать из далека. — Не привыкла пускать в квартиру сомнительных личностей, — усмехнулась, показывая, что все равно не так проста, как кажется. — Вот и проверим, кто из нас сомнительная личность. — Придётся пригласить, хотя вы сами пригласились. — отвернулась к окну, больше его не слушая. Он и не собирался ничего говорить. Думал, как же все-таки сказать о том, что Яна его дочь, а не та, кто подумала Тина. Потом мелькнула мысль, что знать о его ребенке ей знать вряд ли стоит. Мало ли, может отношения к девочке будет ещё хуже. Но а с другой стороны, как тогда поможет? — Тина Григорьевна, пока вы не можете от меня сбежать, я должен вам о кое-чем поведать. — решился наконец сказать, останавливаясь перед светофором, но его телефон зазвонил. А так как смартфон лежал на панели Кароль смогла увидеть кто звонит. И «Янусик» — усмехнуло. Она снова отвернулась к окну, думая, как же подколоть, но услышала: — Привет, доченька. Я же писал, что буду чуть позже.