Зов сердца

Отчаянные попытки ничем не заканчивались: Хируи брыкался, вцепившись в ошейник руками; свободная рука Вэнь Жоханя с лёгкостью отшвырнула их от кожаного изделия, наблюдая за своей жертвой, не упуская из виду малейших деталей. Нет, он не хотел задушить его прямо сейчас, пусть очень и хотелось, поэтому ослабил хватку, давая хоть немного вздохнуть, а потом снова затянул ошейник. Перед глазами дракона то темнело, то белело. Надышаться за те короткие передышки он никак не мог, уже сто раз пожалев о своих словах, захлёбываясь собственными слезами, своим хвостом стараясь ухватиться за руку Вэнь Жоханя. Тот заметил эти жалкие попытки, схватив непослушный хвост, проводя от кисточки на конце к основанию второй рукой, крепко сжимая, наслаждаясь его гладкой поверхностью, а затем наклонился к уху лежащего под ним, шепча: — Твои жалкие попытки избежать наказания приведут только к большим последствиям. Смирись. Ты — моя игрушка. Но сейчас я не хочу ломать тебя полностью, а лишь научу слушаться меня. В твоих же интересах быть покорным. Шинохаро Хируи беззвучно открыл рот в немом вскрике, округлив глаза, из которых снова полились слёзы, изогнувшись в спине, уже готовый потерять сознание в который раз, если бы глава Вэнь не отпустил ошейник, давая наконец-то надышаться. Дракон жадно хватал ртом воздух, дрожащими руками потянувшись к руке мужчины, держащей его хвост. Во время всего этого "наказания" они успели перевернуться то на спину, то глава Вэнь любезно ткнул парня носом в подушку, любуясь на его спину, а самому Хируи такая поза не нравилась. Особенно сейчас, когда чужие пальцы проводят по его недавно обретённому хвосту, заставляя чувствовать внизу живота приятные покалывания и жар, распространяющийся по всему телу. Хотелось избавиться от этих ощущений, но и в тоже время попросить не останавливаться. Поэтому руки дракона так неуверенно дотянулись до чужой. — П-пожалуйста, не трогайте мой хвост..— тихо прохрипел Хируи, боясь посмотреть в глаза своему мучмтелю. Вэнь Жоханя же наоборот это ещё больше рассмешило: перед ним дракон — гордое создание, от которого сейчас не осталось ничего, кроме как плачущего юнца, чьё тело вздрагивало от каждого прикосновения к его хвосту. О, заклинатель прекрасно знает об особо чувствительных местах на теле дракона. Откуда? В его личной библиотеке есть и такого рода литература. И хвост — самое чувствительное место, точнее, его основание. Этим-то он и пользуется сейчас, игнорируя просьбу Хируи, оглаживая специально только одно основание, иногда проходясь острым ногтём и чуть ниже, слушая тихие поскуливания снизу, довольно облизнувшись. Вторая рука владыки Безночного города оказалась под парнем, проводя по груди, спускаясь всё ниже и ниже, застыв у паха, мягко поглаживая, пропуская небольшой поток тёплой ци, от которой дураком млел, не зная, куда себя деть. Одежда казалась тяжёлой, ошейник мешал всё равно дышать, а ласк с каждым разом становилось мало. Он сам не помнит, когда начал льнуть к этим рукам, тихо постанывая, заливаясь краской до самой шеи, кусая губы. С ним такое впервые. А когда опомнился, то лежал уже на спине, смотря мутным взглядом на Вэнь Жоханя, попытавшись оттолкнуть того, но успел положить лишь руки на эту широкую сильную грудь, замирая: Верховный заклинатель с жадностью смотрел на него, прожигая очами, из-за чего внизу живота приятно затянуло. Вэнь Жоханю надоело просто рассматривать свою жертву в этих красивых одеждах. Он принялся быстро их снимать, встретив сопротивление, из-за чего несчастные шелка затрещали, превратившись в красочные куски ткани, открывавшие вид на стройное молодое тело. Пусть Хируи и был хрупким на вид, но пресс у него имелся, а белая кожа была такой мягкой и чистой, что захотелось оставить на ней всей свои укусы, чтобы завтра все видели, кому он принадлежит. Со штанами и нижним бельём прошло всё намного лучше: Шинохаро понимал, что лучше не сопротивляться, спрятав лицо в подушку, не в силах смотреть на происходящее. Это не понравилось верхнему, схватившему и повернув голову дракона обратно, наклонившись совсем близко. — Не смей отварачиваться. Жохань припал к его шее, сначала целуя и оставляя алые отметины, а затем перешёл на покусывания, слушая каждый вздох дракона, неожиданно прокусив на видном месте кожу до крови. Хируи тут же вскрикнул; на глазах выступили слёзы, а в горле пересохло. Эта боль так ярко контрастировала на фоне ласк после удушения, что парень вновь чуть не задохнулся. Ошейник давно сняли, но яркий синий след от него отдавал болью, создавая ощущение, будто он всё ещё на шее, хотя он и пропустил момент, когда его сняли. Его руки с острыми когтями вцепились в плечи Жоханя, сжимая ханьфу, по непонятной причине находящиеся всё ещё на нём, хотя сам Хируи лежит перед ним в чём мать родила, да ещё и со вставшим колом членом, пытаясь всячески прикрыть его, стыдливо отводя взгляд в сторону. Ему было приказано — не отворачивать голову, но про взгляд речи не заходило. Ох, если этот человек собрался его правда взять, то пусть перестанет терзать его шею — а наконец-то займётся делом. Дракон начал ёрзать, мучаясь от собственного возбуждения, а Вэнь Жохань увлечённо покусывал ключицы, спускаясь к груди, посмотрев незатвердевшие соски, припав губами к одному, а второй зажал между пальцами, оттянув в сторону. Хируи зашёлся стоном, прогнув спину, медленно сходя с ума от новой волны удовольствия, потянувшись рукой к своему члену, но Жохань перехватил её, крепко сжимая, недовольно прорычав. Ему не нравится, что тот собрался делать что-то без его разрешения. Мужчина снял с себя ленту, держащую широкий пояс на нём, связав руки дракона, а потом привязал к изголовью кровати, отсев подальше немного, снимая с себя одежду. Хируи промычал недовольно, быстро забывая о всех неудобствах, стоило ему увидеть постепенно обнажающееся тело главы Вэнь. Боги, какое оно у него сильное, красивое, в отличной физической форме. Сразу видно, что перед ним настоящий воин. Даже жаль, что он прячет его под столькими слоями одежды. Жаль, что эта сила направлена не в то русло, а эти руки, душащие его час назад, могут быть нежными. Вэнь Жохань довольно быстро избавился от мешающей одежды, схватив за ногу парня, притянув к себе, наблюдая за его реакцией: глаза, наполненные страхом, поджавшийся хвост, прикрывающий самые укромные места и тяжёлое дыхание. Честно, мужчина не хотел заботиться об комфорте "питомца", но потом, почему-то, передумал. Возможно, это связано с очередным его "хочу", возможно, нет, только этот хвост уже начал бесить, ведь мешает ему действовать дальше. — Хвост. Убери,— прорычал Жохань. Хируи лишь больше сжался, но приказ выполнил, сгорая со стыда, жалобно посмотрев на своего хозяина. — Не надо... — "Не надо" что? — поинтересовался заклинатель.— Твоё тело намного честнее тебя. Стоило пару раз потрогать твой хвост — уже весь растаял.— усмехнулся.— С таким талантом тебе самое место в публичном доме. А теперь, будь добр, займи свой рот кое-чем более полезным, чем эти пустые мольбы. Два пальца моментально проникли в рот дракона, не давая ничего возразить. Хируи, впрочем, нечем было возразить, поэтому он решил заняться делом — облизывать чужие пальцы, вбирая их глубже в себя, выводя языком какие-то фигуры, причмокивая. Он делал это довольно умело, что у Вэнь Жоханя появились сомнения по поводу неопытности этого мальчишки. Если он так хорошо вылизывает его пальцы, то с таким же успехом мог "сыграть на флейте главы Вэнь". Он это обязательно сделает, но в другой раз. Терпение главы Вэнь подходило к концу, а возбуждение лишь больше нахлынуло от действий во рту дракона, поэтому он вытащил свои пальцы, моментально засовывая сначала один в тугой проход Хируи, слыша вскрик, а за ним и шипение. Конечно же Шинохаро не ожидал такого, расслабившись во время посасывания пальцев. Ему было неприятно чувствовать что-то инородное в себе, а палец продолжал растягивать тугие стенки, которые неохотно поддавались. Вскоре к нему присоединился и второй палец, добавив лишь острой боли несчастному парню. Он старался слезть с них, всячески изворачиваясь, тихо поскуливая, выводя из себя Жоханя. Пальцы резко вошли ещё глубже, задев собой простату. Хируи как будто подбросило, по позвоночнику прошла молния, а внизу живота опалило пламенем. Он даже вскрикнуть не смог, открыв рот, широко распахнув глаза от удивления, теперь сам охотно желая, чтобы пальцы дотронулись до туда ещё. Жохань лишь шире растянул губы в улыбке, запомнив нужное место, вытаскивая свои пальцы из ануса, заменяя их своим членом, входя до половины, решая дать передышку нижнему. Двух пальцев было недостаточно, даже слишком недостаточно. Хируи было так больно, что из глаз полились слёзы. Он старался расслабиться, полностью впуская в себя чужое естество. Вэнь Жохань низко зарычал, не в силах больше терпеть, перевернув мальчишку к себе спиной, не выходя, крепко взяв его за бёдра, начиная двигаться. Сказать, что Хируи был не готов — ничего не сказать. Ему по-прежнему было больно, хотелось всё это прекратить. Плевать на собственное возбуждение сейчас даже, лишь бы глава Вэнь сжалился над ним, хотя бы сбавив темп, с которым таранит его. Ему оставалось только уткнуться носом в подушку, тихо плача, чувствуя, как горячие руки блуждают по телу, пока их хозяин кусал несчастную шею, лопатки, спину, умудрившись даже покусать и хвост дракона. Это отвлекало от боли. Неожиданно мужчина потянул его за руку, заставляя встать на колени, входя ещё глубже. Из глаз Хируи полетели искры, сознание поплыло, а из рта вырвался протяжный вскрик. Снова. Снова глава Вэнь задел ту самую точку, вбиваясь теперь только в неё. Теперь из рта дракона слышались только стоны, тело задрожало, хотелось уже кончить, так невыносимо-хорошо было сейчас Хируи. Тело натянулось, подобно струне, которая вот-вот лопнет, погружая в сладостную негу. Хируи был готов упасть в неё, но как бы не так. У Вэнь Жоханя были другие планы, поэтому он сжал основание члена своей рукой, решая возможности кончить. Дракон подавился громким стоном, откинув голову назад, руками пытаясь убрать чужую, получив за это укус в плечо до крови, зашипев от боли, дёрнувшись. — От-отпустите! — жалобно проскулил парень. — Нет,— грубо ответил Жохань, отпрянув от плеча, любуясь своим творением на нём, проводя второй рукой, обхватившей крепко талию дракона, по его животу, слегка царапая,— Ты должен просить разрешения у меня, а уж дальше я буду решать, исполнять мне твои желания или нет. Больше он ничего не хотел говорить, продолжая вкалачиваться в чужое тело, уже не сдерживая себя, наслаждаясь. Ему нравилось слушать крики Шинохаро, хотелось посмотреть на сколько его хватит. Хируи уже потерял счёт времени, тому, сколько раз он умолял позволить получить разрядку, снова и снова болезненно стоная, когда Жохань не даёт ему кончить. Сил уже совсем не осталось, тело трясло, а ноги не держали. Именно поэтому он всё же рухнул на постель, дрожащими руками сжимая шёлковую простынь, замотав головой, потому что больше не может. Потому что хочет разрядки, хочет, чтобы эта блядь его перестал мучить, но сил сказать это не было, поэтому он поворачивает голову к главе Вэнь, начиная шептать об пощаде, пока голос не сорвался окончательно, поэтому дракон говорил только одними губами, хотя это не мешало Жоханю его понимать. Поэтому он, чувствуя, что и сам напределе, перевернул Хируи к себе лицом, закинув ноги на плечи, наклонившись, чуть ли не сгибая того пополам, с новыми силами входя в его анус, переставая сжимать член рукой. Шинохаро взвыл: в таком положении внушительный член главы Вэнь входил ещё глубже, постоянно задевая простату. Перед глазами гуляли звёзды, а разум окончательно уплыл куда-то очень далеко. Хируи затрясло с головы до пальцев ног. Он ухватился за плечи мужчины, оставляя на тех царапины от своих ногтей — его месть за долгие муки. Звёзды перед глазами резко прекратились, превращаясь в искры. Парень откинул голову назад, закатывая свои фиолетовые очи, протяжно прокричав, что это, похоже, слышал весь орден. Оргазм был настолько ярким, бурным, будто цунами, накрывающее с головой, не давая  всплывать на поверхность, погружая в свои недра, утягивая на самое дно. Хируи заметался на постели, сжимаясь кольцом мышц вокруг члена Жоханя, слыша отдалённо его тяжёлое дыхание, после чего и тот кончил, щедро одарив дракона своим семенем. Последнее, что узрел Хируи перед тем, как отключиться — уставшее, но довольное лицо Вэнь Жоханя.