Зов сердца

Последующие дни проходили ещё страннее: Вэнь Жохань мало того, что разрешил выходить гулять Хируи на территории ордена (разумеется, под его присмотром), но и ввёл в курс всех дел (ну, почти), допустив в свой личный кабинет, куда перенесли низкий письменный стол и мягкую подушку, поставив в угол у окна, дабы дракон мог там сидеть и работать. Да, с какого-то фига, с какого, правда, неизвестно, его светлость посчитала, что Шинохаро сгодится на роль секретаря, поручая тому то за книгами сбегать в библиотеку, то разложить бумаги и свитки правильно, прибраться на книжных полках, навести чернила, принести новые тушь и кисти. Дракон не помнил, что бы записывался в слуги к нему, но поручения выполнял. Это намного лучше, нежели сидеть в комнате. По мимо "основных" обязанностей, у Хируи были и "дополнительные", включающие, почему-то, вечерний обход ордена с главой Вэнь, во время которого тот не упускал возможности оказать знаки внимания мужчине: зажать у стены, сделать комплимент, либо же предложить прогуляться, приобнять за плечи. Честно, Хируи это пугало, так как милый и учтивый Вэнь Жохань это... странно. Нет, он даже немного радовался подобному отношению с его стороны к себе, если бы оно было постоянным к дракону, то он с огромной радостью принял его ухаживания, но в данный момент он не хотел становиться его очередной пассией. Ему страшна даже одна мысль об этом, поэтому Шинохаро постоянно держал дистанцию между ними, реагируя на все знаки внимания одинаково — холодно. Держать эмоции при себе он умел, как можно скорее убегая к себе в комнату, лишь бы тот не услышал биение его сердца, яркий румянец на щеках, мысленно снова и снова напоминая себе, что им просто пользуются, что эти знаки внимая — фальшь. Глава Вэнь сам говорил, что не умеет любить. Вэнь Жохань впервые сталкивается с подобным. Его знаки внимания не просто игнорировали, а буквально отшивали, делая это так вежливо, что зубы аж скрипели. Это надо же иметь такую непробиваемость! Подобное не могло не задеть его самолюбие. Как мужчине Жоханю неприятно проигрывать этому наглецу, не вовремя снявшему розовые очки, а обратно надеть их никак не получается, на что не шёл бы заклинатель. В флирте ему до сих пор нет равных, но тут он уже не поможет. Он просчитался, решив, что приручить дракона силой — надёжный вариант. Тут надо было действовать более диликатней, осторожно. Раз знаки внимания никак не действуют теперь на Шинохаро, то он придумает что-то ещё. Кто сказал, что любовь — не война? Это ещё какая война, где, если постараться, можно выйти победителем. Жаль, что он не знал о планах Хируи, противоположных его. Он собирался сделать всё возможное, дабы глава солнечного ордена возненавидел его, пусть это и будет стоить ему свободы — переживёт. Его душа свободна, а тело это так, временная оболочка. Странно было замечать за собой подобные мысли, видимо, чем больше он читал местной литературы, тем больше понимал подобную философию, как душа и тело, жизнь и смерть. Больше не возникало мыслей умереть, а эмоции, наоборот, поугасли. Точнее, Хируи сам их сдерживал, что благоприятно сказалось на душевно здоровье. Все мысли и действия чёткие, нет никакой неуверенности, только небольшой страх, а кому, извините, не будет страшно идти против Вэнь Жоханя? Так или иначе, иного пути нет, если дракон не хочет попасть в могилу. И вот снова семейный ужин семейства Вэнь, не хватает только Вэнь Чао, отправленного в Пристань лотоса, от которой, по его отчётам ничего не осталось, кроме сына и дочери главы Цзян, но и с ними он скоро разберётся. Вэнь Су тоже сегодня был каким-то тихим, всячески скрывая от чужих глаз раненную руку. Какой позор всё-таки — проиграть битву Не Минцзюэ на границе Цинхэ Не. Его адепты среагировали мгновенно, а само появление на поле боя главы Не — неприятный сюрприз. Главнокомандующий армией просчитался, думая, что тот не сможет так быстро прибыть на место. О его силе даже сомневаться не стоило, ещё чуть-чуть — Су остался бы без правой руки. Пришлось отступать, пока на то появилась возможность. Теперь он горел мыслю отмщения за свою честь воина, возможно, когда они выиграют войну, старший молодой господин Вэнь с радостью сделает из Минцзюэ раба, посадит на цепь, заставит выполнять любую его прихоть, а за непослушание будет следовать наказание, а уж какое — ему решать. Да... ему определённо нравится эта идея, а стимулом для этого шкафа станет его младший братишка. Он тоже сгодится для какой-то службы, пусть и будет находиться на правах заложника. — Отец,— голос прозвучал так оглушительно после стольких минут тишины, что в ушах зазвенело,— Могу ли я взять в качестве раба главу Не, когда мы захватим Цинхэ Не? — Можешь делать после с ним всё, что хочешь,— взяв пиалу с вином, отпив из неё, проговорил Вэнь Жохань,— Он из низшего класса, а такие только и годятся в рабы. Хируи недовольно махал хвостом, совершенно не одобряя подобное отношение к кому-либо. Глава Не с самого начала показался ему человеком чести, готовому жизнь отдать за дорогих ему людей, не смотря на всю его грубость. Он умел любить, это видно по его глазам. В них есть что-то нежное, особенно, когда говорят о его младшему брате хорошее. Тогда они аж светятся от счастья. Дракон в курсе происхождения всех из клана Не. Ничего нет такого, что основатель клана — мясник. Наоборот, это достойно похвалы, так как не каждый может похвастаться подобным, подняться из грязи в князи. — Мне кажется,— начал Шинохаро, посмотрев в сторону мужчин,— нет ничего осудительного в этом. Их предок доказал, что даже мясник может подняться до такого уровня.Изначально же все основатели орденов были никем, разница только в древности клана. К тому же, мне кажется, что глава Не довольно хороший человек с честью настоящего воина. Не вижу смысла судить о человеке по его происхождению, когда определяют его поступки. В зале раздался громкий смех Вэнь Су. — Ты действительно тот ещё простак,— он хитро улыбнулся, оскалив жемчужные зубы,— Все мы изначально из одной ямы, не спорю, но будь его орден настолько велик, как орден Вэнь, на его происхождение не обращали бы внимание. Люди склонны замечать подобные изъяны в слабых, но если ими владеет сильный и могущественных человек — молчат. Дело во власти. У кого она есть, тот и правит этим миром, а уж его происхождение — пустяк. — Тогда, не считаешь ли ты немного глупым недооценивать главу Не? Нет, не только его, но всех "низших", по-твоему мнению, людей? Никогда не известно, где родится новый гений. — Хех, этому гению не справится всё равно с целой армией. К тому времени, уверяю, мы захватим всю Поднебесную.— Су нахмурился.— Или ты не веришь в нашу победу? — Я этого не говорил. — Хватит вам.— Вэнь Жоханю надоело слушать этот бессмысленный спор. Он сам даже не понял, что в нём его так взбесило: то ли разговор об Не Минцзюэ, то суть конфликта. Ему за ужином хотелось посидеть тихо, мирно, а не слушать чужие споры на пустом месте. Остаток ужина прошёл в полной тишине, как и хотел того глава Вэнь, но гнев всё равно не ушёл полностью. Он всё это время думал, почему Шинохаро так неожиданно вступился за незнакомого ему человека, пересекаясь с ним всего два раза за всю жизнь. Ему не нравилось это, а вдруг он шпион? Глупо думать о подобном, но эта версия глубоко засела в голове у заклинателя, додумывая догадки странными, по его мнению, взглядами Хируи на главу Цинхэ Не. А что, если он и подстроил этот удар молнией, дабы не возникло подозрений? Теперь он не успокоится, пока не узнает правду. Стоило Хируи встать из-за стола, как перед ним оказался Жохань, схватив крепко запястье, куда-то направившись с дракон, всячески игнорируя его возмущения и попытки остановиться, кое-как сдержав свой гнев, заходя в свои покои, буквально заталкивая Шинохаро туда. — Да что с тобой!? — Хируи откровенно недоумевал, зачем его сюда притащили.— Зачем мы тут? Жохань вжал тонкое тело к стене, прожигая взглядом, схватив шею дракона, крепко сжав, не давая тем самым и шанса двинуться. — Сознавайся,— прорычал он на ухо мужчины, — Ты шпион Не Минцзюэ? Зачем он тебя сюда послал? Убить меня? У Хируи пропал дар речи. Нет, он в курсе о подозрительности Жоханя, но чтобы до такой степени.. Он всего лишь высказал свою позицию, а его тут в шпионаже обвиняют. Да он только два раза видел этого шкафа из икеи, при возможности даже не заговорив с ним никогда в жизни. Эта груда мышц с его роста смотрелась устрашающе. — Тебе солнце голову напекло? — Хируи недовольно уставился на него.— Я похож на шпиона? Будь у меня задача убить тебя — исполнил ещё в тот самый день, а не торчал здесь. — Так значит, ты, всё же, хочешь меня убить, так? — Вань Жохань злился ещё сильнее, сжимая крепче горло собеседника, вырывая изо рта хрипы. — Кх... Тебе голову лечить надо! — дракон упёрся руками в его лицо, отодвигая от себя. — Я задал вопрос! Почему ты тогда так странно ведёшь себя в последнее время? — Потому что, не твоего ума дело! – Хируи пнул в колено мужчину, ему бы самому понять, что творится в последнее время и с ним, и с самим заклинателем. Мужчина собрался убежать — рывак, его хватают за хвост, швыряя на пол. Сверху нависает тяжёлая туша Верховного заклинателя, придавливая; его руки снова тянутся к шее. Нет уж, не в этот раз. Хируи рычит, перехватывая руки, а после резко привстаёт, впиваясь острыми клыками в шею Жоханя, да так, что синяк не сойдёт недели две — его месть за испорченный вечер. Глава Вэнь болезненно вскрикнул, высвободив руки из чужих, со всей силой отвесив Шинохаро за это. — Ты..— он озверел. Договорить, впрочем, ему не дал ответный удар, переворот — теперь уже Хируи нависает сверху, слизнув с губ чужую кровь, скалясь. — Нравится, когда тебя бьют? — лицо внизу него выражало полное несогласие.— Нет? Так мне тоже, но, почему-то, ты свои руки распускаешь! Жоханю не нравился расклад событий: ещё никто так нагло не заваливал его под себя, да ещё и бил. — Я тебя уничтожу,— зарычал, подобно зверю, глава ордена, сжав руки на чужих плечах, давя на те с такой силой, будто намеревался сломать. Его глаза полны безумия, жажды увидеть, как эту тварь выбрасывают на полигон к голодным львам, как те набрасываются на него, разрывая нежную плоть острыми зубами, съедая, не оставляя даже костей. — Давай, мне не страшно. У него прекрасно получалось его злить. Если всё пойдёт и дальше по такому сценарию, у дракона появится малый, но возможный шанс если не сбежать, то отвадить от себя Бессмертного владыку, а там уже он придумает, что делать дальше. Глупо придумывать весь план, учитывая его положение и расклад в Поднебесной. Сейчас легче разделить план на пункты, додумывая каждый по очереди, дабы снизить риск провала. На этом их беседа не закончилась, перерастая в драку. Заклинатель и дракон катались по полу; удары сыпались друг за другом. Ни Жохань, ни Шинохаро не хотели отступать, изучив каждым сантиметром тела ковёр, куда неоднократно вжимали друг друга. В какой-то момент они остановились, встретившись взглядами, тяжело дыша. Их потрёпанный внешний вид, следы от ударов на лице — теперь это так бросается в глаза, нежели во время драки. Хируи стёр кровь из раны на губе Вэнь Жоханя, облизнув палец под удивлённый взгляд алых глаз. На вкус она, как и ожидалась, солёная и немного горчила. Ещё дракон отметил, насколько необычно смотреть сверху на главу ордена, чьи волосы окончательно растрепались, а от причёски и следа не осталось. От глаз также не скрылся и след от укуса, постепенно синеющий, отдавая где-то фиолетовым. Всё же они погорячились. Мужчина дотронуться до него, аккуратно погладив пальцем. Господин Вэнь слегка вздрогнул, стиснув зубы. — Сильно больно? — с сожалением спросил дракон. Тишина. Вэнь Жоханю не нравилось, когда на него смотрели так, словно он какой-то дворовый пёс, за которого беспокоится хозяин. Как же его это бесит! Он резко перевернулся, повалив Хируи на пол, прожигая недовольным взглядом. — Убить тебя мало. Молодой человек, почему-то, улыбнулся на эти слова, чем вызвал удивление мужчины. Его сердце застучало сильнее, а шок смешался с остальными эмоциями. Их лица в какой-то момент стали очень близко друг другу, дыхания сплелись в одно. При свете свечей угольные волосы Верховного заклинателя отливали оранжевым, а глаза зачаровывали, вызывая мурашки по телу от нездорового для человека красного цвета, словно кровавые реки, в которых страшно утонуть. Жохань также не мог понять, что сейчас происходит: в глазах дракона не было той бесячей глупости, которой тот обладал ранее, при первой их встрече. В нём определённо что-то изменилось. Даже его ци как-то по-особенному чувствовалась, вступая в унисон с собственной. Сильный ветер сорвал с деревьев несколько листьев, проникая в покои главы, с лёгкостью задувая все свечи. Теперь освещением служили только лунные лучи, мягко ложившиеся на лицо Шинохаро. И только теперь Вэнь Жохань узрел не только внутренние изменения, но и внешние: его глаза, словно кошачьи, загорелись, а узкие зрачки так и остались, кажется, ещё со дня его побега. Кожа и вовсе смотрелась белой, будто фарфор — заклинатель дотронулся до неё рукой. Да, она такая же гладкая, как у той куклы, оставаясь при этом тёплой. Честно, никто из них не смог так понять, в какой момент их так потянуло друг к другу, в какой момент лепестки губ сплелись в поцелуе. Сначала медленном, нежном, затем — в страстном, пылком. Как так вышло вообще? Они пару минут назад дрались, а теперь целуются. И поверьте, это не то, о чём сейчас мужчины думают. Хируи обнял руками шею Жоханя, прижавшись к нему, чувствуя крепкие руки на талии, прижавшие ещё сильнее к горячем телу. Он даже попытался взять инициативу на себя, несильно покусывая чужие губы, блуждал языком в чужом рту, до тех пор, пока ему позволял это делать глава Вэнь, перехвативший весь контроль вновь на себя. Чёрт, этот наглец быстро учится. Как бы сильно им не хотелось так и лежать на полу, целуясь, но воздуха совсем не осталось в лёгких, поэтому им пришлось отстранить я друг от друга, шумно вздыхая. Жохань опалил горячим дыханием чужую шею, ослабив ворот, пройдясь по ней дорожкой поцелуев. Хируи млел от этого, плотно сжав зубы, лишь бы не стонать, краем сознания осознавая всю неправильность происходящего, в то время, пока тело совершенно было не согласно со здравым смыслом, отказываясь подчиняться. Надо что-то с этим делать... ах.. Руки главы Вэнь во всю блуждали по телу, освобождая от пояса, отшвырнув куда-то на пол, распахивая бело-красные одежды, бережно оглаживая фарфоровую кожу, специально задевая пальцами чувствительные соски, в награду получив полувздох-полустон, припав к одному из них губами. Для Шинохаро это было слишком: тело, долгое время подвергающееся пыткам, позабывшему, что такое ласки, реагировало остро на малейшее прикосновение. Мысли путались, хотелось получить большего, изнывая от похоти и остатков здравого смысла. Дракон поднял лицо заклинателя, погладив по скуле, нежно целуя в губы, пока вторая рука развязывает узел на поясе, отбрасывает, проникая под слои клановых одеяний, оглаживая крепкие мышцы, медленно стягивая верхнюю одежду, отпрянув от губ, поцеловав оставленную на его шее метку, словно извиняясь за это, а на другой стороне поставил засос, борясь с желанием опять укусить до крови. Странно, но именно сейчас он осознал, насколько, оказывается, приятно кусать кого-то. Вэнь Жохань что-то непонятное прорычал, резко подняв мужчину на руки, взяв под бёдра, чтобы было удобнее нести до кровати, опрокинув на мягкую постель свою ношу, устроившись между ног. С остальной одеждой им не составило труда разобраться. Комната наполнилась шумными вздохами, стонами, скрипом несчастной кровати, грозившая сломаться под натиском хозяина покоев. *** Утро встретило обоих яркими лучами всходящего солнца, желанием проваляться на мягкой перине до обеда, а у кого-то ещё и болью в пояснице, ведь глава ордена безжалостен даже в постели. Но как бы не хотелось продолжать молча лежать, наслаждаясь первыми трелями птиц за окном, дела никуда не денутся. Вэнь Жохань поднялся первым, быстро накинув верхние одежды, направляясь в купальни, где ещё с вечера стояла бочка с водой, до которой мужчина так и не дошёл. Подогреть ту не составило труда, так как большинство изучаемых заклинаний в ордене — огненные. Среди них есть и такое полезное заклинание, как нагревание предметов. Не важно — в жидком оно состояние или твёрдом. Нагрев воду, заклинатель вернулся в спальню, где снова заснул источник его вчерашнего гнева, развалившись на всю кровать, засунув голову под подушку от лучей солнца, словно страус. Господин Вэнь подошёл к нему, отбросив подушку, подняв недовольную ящерку на руки, относя в купальню, опустив прямо в бочку с тёплой водой. Хируи тут же распахнул глаза, выныривая из воды, уставившись на Верховного заклинателя. — Ты меня утопить решил? — Возможно.— посмеялся мужчина, скидывая одежду, залезая к парню. После водных процедур им предстоял увлекательный квест по поиску разбросанных вещей по полу. Собравшись, наконец, спустя десять минут, они оба двинулись в главный зал, где их встретил непонимающий Вэнь Су с кучей карт и свитков, помятый, со следами чернил на щеке. Он проработал всю ночь над планом осады Цинхэ Не, кое-как дождавшись утра, чтобы показать это отцу, получить одобрение, а после двинуться с солдатами в Нечистую Юдоль. Вэнь Жохань с большим интересом принялся рассматривать карты и стратегию нападения, обдумывая всё. Если честно, Цинхэ Не планировалось уничтожить в самую последнюю очередь, дабы разбить любые надежды заклинателей на победу. Но с другой стороны, Не Минцзюэ мог за это время набрать ещё воинов, двинувшись на сам Цишань Вэнь. Это могло испортить идеальный план по захвату Китая, однозначно. — Хм.. — долгая пауза казалась Су вечностью. — Напасть тебе незаметно не получится — Минцзюэ будет ждать тебя со всем своим орденом. Мы можем потерять довольно много адептов. Не стоит недооценивай мощь противника.— Жохань ещё раз посмотрел на карту, оглядев горы, окружающие орден Не.— Хотя, твой план по захвату Нечистой Юдоли в кольцо может сработать. Но есть риск, что большинству удастся спастись. — Самое главное — схватить Чифэн-цзюня. Без него его адепты будут как дети, привыкшие слушать своего главу. Их поимка — вопрос времени. К тому же, я планирую расставить на горах лучников, чтобы они сбивали всех беглецов. — Сколько же ты планируешь взять солдат? — Около трёх тысяч.— старший молодой господин Вэнь, увидев недовольный взгляд родителя, спешно продолжил.— Большие цели требуют больших потерь, но они того стоят. Ланьлин точно лезть побоится, узнав, что мы уничтожили Цинхэ Не. От моего шпиона я узнал, что сегодня в Гусу Лань состоялось собрание, где все ордена приняли решения объединиться. Отец, если мы сейчас их не напугаем — потом будет поздно. Вэнь Жохань и подумать не мог, что эти букашки так быстро сплотятся. В словах Су-эр есть доля правды — либо сейчас, либо никогда. Но и давать добро на это — опрометчиво. А если он там погибнет? На кого он орден оставит? За Чао в этом плане он волновался меньше, так как с тем Вэнь Чжулю, готовый пожертвовать своей жизнью ради господина. Су же не любил никогда охранников, избавляясь от них радикально, да и на поле боя уследить за ним — непосильная задача. Он бросается всегда в самое пекло, не жалея ни своего тела, ни своих сил. Это похвально, да, но и глупо. И пусть сам глава ордена не любил охранников с детства, с возрастом осознал, почему его покойный отец всячески посылал их следить за ним. — Ладно, я дам добро на это, но при одном условие — с тобой отправляется Хируи. — Что!? — воскрикунули оба в один голос. — Зачем он там? — недоумевал Су.— Он меч в руках пару раз держал. От него толку на поле боя не будет. — Он там для проверки его способностей. Я хочу убедиться в его эффективности на поле боя. — А меня ты спросить не хочешь? — возмутился дракон. — Я согласен полностью со словами Су. От меня мало толку там будет, ещё и мешать осаде начну. — Во время своего бегства, по докладу одного из выживших адептов, ты орудовал мечом на ровне с ними. Думаю, встряска тебе не помешает, тем более, что ты сам так рвался взглянуть на другие земли.