Зов сердца

Знаете, когда Хируи говорил, что хуже, чем спрыгнуть с водопада, ничего нет, то он знатно ошибался. Сейчас, лёжа на кровати, он прекрасно осознал, что лучше бы ещё раз сто повторил этот трюк, нежели оказался в такой жопе. Нет, не в жопе, а в полнейшей заднице. У него не было сомнений, что живым из Огненного дворца его не выпустят, но судьба, сука, в который раз даёт ему спасательный круг, вытаскивая из объятий смерти, будто ей мало этих его мучений. Дракон действительно задумался о фокусе с верёвкой и мылом, отложив сей вопрос на потом. Ему никогда не было настолько больно, учитывая и удар молнией, и падение в воду с большой высоты. Шинохаро уверен, что женщинам во время родов, прости, Господи, не настолько больно, как ему сейчас: первые дня два он даже говорить ничего не мог, не чувствуя ни рук, ни ног, лишь одну ебаную боль. Честно, он толком и не помнил первые четыре дня, краем уха улавливая возмущения Вэнь Цин, ухаживавшей по-прежнему за ним, но кому адресованы эти слова — не ясно. Дракон напоминал овоща, проводившего дни, по большей части, во сне, иногда переводя пустой взгляд на окно, находившиеся напротив кровати. Оттуда открывался красивый вид на горы, а ветка вишнёвого дерева у окна дополняла картину. Хируи больше ничего не хотел ни от жизни, ни от кого-то ещё, погружаясь в свои мысли, находя спасение только в них, игнорируя все внешние раздражения. Конечно, долго в них пробыть тот не мог, так как сил не было даже думать. От еды дракон также отказывался, выпивая, разве что, только горькие отвары и настойки девы Вэнь, которой совсем не нравилось состояние Шинохаро сейчас. Как душевное, так и моральное, она не психолог, конечно, но чем-то подбодрить старалась больного на пару с Вэнь Нином. И Хируи ценил это, иногда устало улыбаясь при очередной истории Вэнь Нина об его тренировках с луком. Были и не особо радостные вести: Цишань Вэнь идёт войной на другие ордена, из-за чего Вэнь Цин и Вэнь Нина отправляют в Юн Мэн Цзян, дабы те помогли раненным адептам после осады. — Этому Вэнь Жоханю совсем крышу снесло!? — Шинохаро не понимал, зачем ему это всё, зачем напрасно губить столько жизней? — Только не говорите мне, что он хочет этим самым заполучить всю власть. — Именно этого он и хочет, собственно,— ответила Вэнь Цин,— Завтра мы с А-Нином отплываем. Я отдала все необходимые указания насчёт тебя другому лекарю. — Меня не беспокою я сам, а вот вы..— дракон вздохнул.— Будьте осторожны, пожалуйста. — Не переживайте, господин Хируи, мы с сестрой будем очень осторожными. *** Миновала неделя с отъезда девы Вэнь и А-Нина, а Хируи, как бы не старался, не мог перестать волноваться за них, чувствуя себя героем какой-то новеллы, у которой явно будет плохой конец: война — худший из вариантов, которые могли случиться. Если вспомнить даже те новеллы — злодеи рано или поздно проигрывают, а все их подчинённые страдают после. Да и само по себе это событие приведёт только к одним бедам. Нет, судьба точно издевается над ним, посылая ещё один пиздец на его голову. Дни снова тянулись медленно, скучно, надоело даже лежать, поэтому дракон, не смотря на запрет лекаря, пробовал немного походить по комнате, разрабатывая ногу, доходя до окна и обратно. Скромность маршрута сполна компенсировалось прекрасными видами горных пейзажей, а на ветках вишнёвого дерева уже появились первые плоды. Тёмно-красные ягоды особенно красиво смотрелись во время заката, когда солнце своими последними лучами касалось вишни, добавляя в её насыщенный цвет ярко-красный отлив, а какой вкусной и сочной она оказалась. Хируи давно ничего подобного не ел, ненароком вспоминая, как они с Шином полезли за вишней через забор к какому-то дедушке, а тот встретил двух мальчишек ружьём с солью. Ух и болела у них потом попа и спина после такого обстрела. С тех пор мужчина вишню и не ел. Скрывать с веток её пальцами было трудно, больно и неудобно, но оно того стоило, тем более, когда делать-то особо и нечего. Пусть тишина и покой наконец- то приносили радость, недели скуку. Шинохаро сидел на подоконнике, всматриваясь в голубое небо, пока прохладный ветерок обдувал его, колыхая кудрявые волосы и края одежды. Странно, но Хируи захотелось почему-то спеть, прикрыв глаза, безмятежно напевая одну из своих любимых песен: «You only see what your eyes want to see How can life be what you want it to be You're frozen when your heart's not open You're so consumed with how much you get You waste your time with hate and regret You're broken when your heart's not open M-m-m-m If I could melt your heart M-m-m-m We'd never be apart M-m-m-m Give yourself to me You are the key...» — Господин дракон...— тихий голос слуги так напугал Хируи, что он чуть из окна не упал, уставившись на парнишку, лет 16. — Господи, напугал ты меня. Откуда ты тут появился? — Я стоял тут с того момента, как вы начали петь,— ответил юноша, склонив голову,— Господин Вэнь желает вас видеть. — Да неужели,— плюнул ядом дракон,—Хорошо, раз его светлость желает меня видеть — приду. Через десять минут он стоял напротив беседки в саду ордена. Вид цветущих клумб радовало глаз, а душистые запахи цветов совсем не раздражали, а наоборот, успокаивали. Дело наверно в том, что их правильно посадили друг с другом, чтобы запахи сочетались, учитывая и ландшафтный дизайн. Надо отдать должное садовника, Шинохаро почти забыл, зачем сюда пришёл, если бы на глаза не попалась знакомая рожа главы ордена, безмятежно попивающего чай, смотря в прежним спокойствием на дракона, будто бы тот и вовсе не пытал несчастного в Огненном дворце. Бесит, как можно так спокойно вести себя!? Слуга, провожавший его, испарился, оставив один на один мужчин. Иногда Хируи удивляла эта их способность — исчезать и появляться неоткуда. С такими навыками им в шпионы идти надо, а не полы мыть в Знойном дворце. — Долго будешь там стоять? — поинтересовался Жохань, указав на место за столиком возле себя, где уже стыл налитый в пиалу чай. Шинохаро молча присел, фыркнув, даже не собираясь смотреть на Верховного заклинателя, обращая внимание на необычный цвет чая — красный. От него исходил такой приятный аромат мяты и вишни. Если бы добавить туда шиповника — идеально. Хируи, как любитель чая, хотел бы оценить и вкус, если бы не одно значительное НО — его руки ничего не могли брать ещё, не тяжелее палочек для еды. Стало так обидно, ведь виновник его мучений спокойно пил себе этот чай, делая вид, что не знает об проблеме парня. «Чтоб ты подавился,— выругался Шинохаро, недовольно дёрнув хвостом.» — Тебе не нравится чай? — издевался Жохань.— Он хорошо освежает, сегодня такая жара стоит. Хируи посмотрел таким пронзительным взглядом на того, не собираясь разговаривать, будто они поссорившаяся пара, только не хватало фразы "я обиделся". Вэнь Жоханя начало это раздражать. Он что, по-вашему, с кустом общаться должен? Его рука придвинула дракона к себе, а вторая подняла его недовольное личико за подбородок. — Я задал тебе вопрос. — Животные не умеют разговаривать,— напомнил ему дракон его же слова,— Раз тебя так подводит память, то я напомню, что из-за тебя мои руки не могут взять ничего легче палочек для еды. Как я, по-твоему, буду пить чай? — Если дело в этом,— хитро улыбнулся заклинатель,— Я позабочусь о тебе.— его рука отпустила подбородок дракона, потянувшись к его пиале, взяв её, поднося к его губам.— И только попробуй выплюнуть или пролить хоть каплю — убью. Хируи от шока аж подавился слюной, приоткрыв с неохотой рот, принимая "заботу" со стороны Вэнь Жоханя. Чай, как и ожидалось, очень вкусный и действительно бодрит, что несказанно хорошо в столь жаркий день. Когда сидишь в комнате, то жара не особо ощущается, но вот снаружи солнце припекает знатно. В такую погоду хорошо бы искупаться в реке, либо же укрыться под тенью дерева. Пить так чай оказалось довольно трудно: угол, под которым держал пиалу Вэнь Жохань довольно неудобный, пришлось поддаться головой вперёд, оказавшись уж слишком близко к главе ордена, установив зрительный контакт. Так пить совсем стало неудобно, поскольку Жохань ну прям назло заулыбался, оскалив свои белые зубы, а потом поставил фарфоровый предмет на стол. — Молодец,— похвалил тот дракона, придерживая правой рукой за талию, чуть ли не прижимая к себе, заставляя бедную ящерку орать внутри себя, стремясь сохранить хоть какое-то расстояние между ними. Хируи действительно казалось, что чем ближе он к Жоханю, тем жарче становится, а сердце забилось быстрее. Ему отнюдь не хотелось сидеть с ним настолько близко, да и цель, по которой его сюда привели — загадка. Главе Вэнь явно что-то нужно было, но что именно? Просто так попить чай он бы не позвал Шинохаро никогда в жизни. Взгляд дракона упал на куст роз. Он никогда не видел тёмно-фиолетовых роз, практически чёрных, если смотреть на них в тени. На солнце же их глубокий фиолетовый цвет раскрывается с полна, а рядом цвели синие розы. Глубокая синева чем-то напоминала дно океана, куда спускались только самые отважные. — Нравятся розы? — Вэнь Жохань встал, подходя к этим кустам, взглянув на Хируи, словно присматривая, какой цветок подойдёт ему больше, но затем его голову посетила более интересная затея. Щелчок пальцем — и из неоткуда снова появляется слуга.— Принеси гребень мне с лентой. Приказ тут же исполняется. Слуга быстро приносит всё необходимое, а затем вновь исчезает. Прежде, чем Шинохаро понимает, зачем главе Вэнь гребень и лента, тот оказывается позади него с парочкой сорванных роз: две — фиолетовые и три синих. Через перила очень удобно расчёсывать мягкую, пушистую копну густых волос. Даже удивительно, насколько они пушатся, когда их расчёсываешь. Одуванчик. Ловкие пальцы осторожно от середины сплетают волосы в сложную косу, попутно вплетая те самые цветы, завершая образ чёрной лентой, завязав ту в бантик. Коса получилась шикарной, доставая до бёдер, как, впрочем, и раньше. Зато теперь, на его вкус, Хируи смотрелся ярче. Дракон поднялся с скамейки, подходя к пруду, посмотрев на своё отражение. Он действительно восхищён талантом Жоханя, перекинув косу на левое плечо, улыбнувшись даже. — Спасибо, очень красиво. — Ещё бы, тебе оказана большая честь,— заявил Жохань, подходя к своему питомцу,— Тем более, что сейчас твои волосы будут тебе мешать. — В каком смысле? — Я решил сегодня взять тебя с собой на соколиную охоту. *** Соколиная охота — любимый вид развлечения Вэнь Жоханя. Он мог хоть целыми днями гоняться за добычей по лесу. Ему нравилось не столько убивать лесных созданий, сколько сам процесс преследования, ощущать своё превосходство над жертвой, будь это даже тигр. Однажды, когда Жохань ещё был семнадцатилетним юнцом, он отбился от остальных адептов, столкнувшись на охоте в горах с барсом. Он намного превосходил в росте своих собратьев, его когти оставляли глубокие следы на камне, а острые клыки без труда откусят голову. Когда другие участники охоты подоспели, то узрели воистину устрашающую картину: на холодном каменном выступе валялась голова хозяина гор, а на них смотрел окровавленный в звериной крови молодой господин, приказавший отнести его добычу в орден, снять шкуру и сшить ему зимний плащ. Хируи никогда не ездил верхом: та поездка на пони с работником зоопарка не считается, да и не лошадь же это была, всё таки. А тут настоящий конь, на которого залезть надо для начала, а потом думать, за что дёргать, чтобы он поскакал. Кое-как забравшись на скотину, дракон уселся в седле, взяв поводья, мысленно перекрестившись, взглянув на Вэнь Жоханя, с лёгкостью оседлавшего белого жеребца, аки принц на белом коне. Правда, от принца тут только конь, но ничего, не в сказку же он попал. Сделав глубокий вдох, а затем выдох, Шинохаро слегка дёрнул поводья, скомандовав "но", после чего тёмно-каштановая лошадь двинулась с места. Неспешная прогулка на коне — отличная идея. Пусть эти олухи охотятся, пока он тихо-мирно последует за ними, дабы не свалиться с этого творения природы. Разумеется, его мечте об этом пришёл конец ровно в тот момент, когда сам Жохань, проскакавший мимо с соколом на левой руке в перчатке, сказал ему скакать быстро. Легко сказать, умник. Ты-то с детства в этом седле, а дракон в первый раз в жизни! И говорить об этом как-то стыдно, поэтому Хируи, набравшись храбрости, ударил лошадь ногами по бокам, после чего та понеслась как ужаленная. « Мамочки!!! Я разобьюсь!» Скакать по тропинке лесной — ещё терпимо, но когда перед Хируи показалось поваленное, сука, дерево... Ох, это надо было видеть: резко вздёрнув поводья — конь перепрыгнул преграду, подбросив сидевшего на нём. Ой-ёй, как им не больно ездить? Они что, совсем копчика не чувствуют? Не удивительно даже, почему. Во время прыжка Шинохаро выпустил из рук поводья, после чего эта зверюга помчала не в ту сторону, направившись в самую чащу сквозь кусты и ветки деревьев, бьющие в лицо Хируи, не прекращающему развернуть проклятое животное обратно, вновь схватившись за поводья, но бесполезно. Конь вывел его к реке, резко остановившись у самого его берега, вследствие чего Хируи вылетел к чертям из седла, падая прямо в прохладную воду. Возле реки кружился сокол, приземлившись на седло пьющего коня, а из леса вышел его хозяин, уставившийся на сея картину с непониманием: из воды выползал дракон, его лошадь пила воду, да ещё и эти его вопли на весь лес. Жохань спустился с коня, скрестив руки на груди, совершенно не собираясь помогать Шинохаро подняться. А тот даже и не думал этого делать, потирая свой хвост и поясницу, отползая подальше от коня своего. — Это не лошадь, а дьявол! Она меня чуть не угробила! — Этот конь ещё никого не пытался убить,— опровергнул его слова мужчина, тяжело вздыхая, подходя к Хируи всё же, помогая подняться,— Я жалею, что не спросил, умеешь ли ты ездить верхом. Из-за тебя я упустил свою добычу. — Ох, ну простите, что я такой неумёха,— Хируи выжимал полы ханьфу, проклиная этот день,— И вообще, тебе больше, судя по всему, коня жалко, нежели меня. — Ничего страшного нет в том, что ты немного искупался,— ели сдержал смех Жохань, улыбнувшись,— Как водичка, кстати?~ — Прекрасная,— с милой улыбкой ответил Шинохаро, убрав руку за спину. Теперь все его раны щипали из-за попавшей на них воды, особенно руки, а этот гад тут ржать собрался. Ну уж нет. Раз сам спросил, какая водичка в реке, то вот, узнаешь. Хируи как-то задумывался, а получится ли у него поднять так же воду, как он поднимает листья. У него и практика была, правда, только на небольшой чеши с водой. Довольно крупный шар из жидкости быстро поднялся в воздух, управляемый той самой рукой за спиной, окатив заклинателя прохладной водичкой. Вэнь Жохань аж подавился от неожиданности, сменившейся гневом, а эта ящерица ещё и смеётся над ним. Убрав с лица прилипшие волосы, мужчина уставился с гневом на того. — Это, по-твоему, смешно? — Да, очень,— хохотал Хируи,— Зато узнал, какая температура у воды. Сам же спрашивал. Вот наглец, прибить мало. Но признаться, Жохань удивился навыкам Хируи, чья сила постепенно пробуждалась. Он направил руку в сторону реки, из которой показались два водяных щупальца, схватив за ноги дракона, затащив обратно в воду. Теперь уже под смех Верховного заклинателя. — Ах ты так..— Хируи создал ещё один такой шарик, разделив тот на мелкие, швыряясь ими в Жохая, которому не составила труда увернуться, попутно объясняя дракону все недочёты его приёма. Что-что, а поумничать тот любил. Через десять минут оба немного устали, устроившись на берегу, обсыхая. — Тебе стоит снять свою одежду, чтобы не заболеть. Жохань явно не намерен ждать ещё и его выздоровления от простуды, ведь не известно, когда его силы понадобятся армии. — Нет уж,— резко ответил Хируи,— Перед тобой я щеголять в одних нижних штанах не буду. — Чего я там не видел? Мы оба мужчины, да и рассмотреть тебя я успел у себя в постели ещё тогда. Хируи раскраснелся, вспоминая этот инцидент, ощутив фантомную боль в области поясницы. — В-всё равно не хочу. Вэнь Жохань повалил того на траву, нависнув сверху, получив в ответ шквал возмущений и сопротивление. Толку, честно, от них не было, так как руки-то ещё сломаны, отталкивать от себя крепкую тушу очень болезненно, поэтому он без всякого труда раздел до нижних штанов мужчину, откинув мокрые вещи в сторону. Хируи прикрыл лицо руками, дабы никто не видел это краснющее лицо. Нет, он, конечно, не девочка, чтобы так стесняться, но как же стыдноооо!!! Подобное поведение смешило главу Вэнь, аккуратно убрав от лица напротив раненные руки, проведя острым ногтём по бледной коже шеи от подбородка до ключиц, а после припал к ней губами, оставив красно-фиолетовый след, после чего отлип, усевшись на прежнее место. Шинохаро в ахере полном разложил свои вещи сушиться на траве, не понимая, какая муха укусила сегодня Вэнь Жоханя.