Зов сердца

Голова жутко болела. Просто ужасно. Настолько, что даже привела в чувства дракона. Ну, и не только боль, а также холод, пробиравший до костей, не находя препятствий — халат совсем не спасал от холода. Открыв глаза, Хируи не сразу понял, что происходит: всё плыло, кажется, у него даже кровь шла, но давно затвердела — видимо, прошло довольно много времени. Когда зрение немного восстановилось, Шинохаро понял, что лежит в каком-то помещение, напоминающее подвал. Рядом лежала миска с водой и тонкий отрез ткани, а также что-то, напоминающее одеяло. Сначала дракон дополз до миски, попив из неё, а затем окунув отрез ткани, стирая запёкшуюся кровь, после чего закутался в одеяло, лишь бы немного согреться. *** — Где он!? — громко крикнул Вэнь Жохань. Утро начиналось так хорошо: он проснулся с хорошим настроением, что бывает крайне редко, потянувшись, чтобы обнять дракона, а того нет в кровати. По отсутствию своего ночного халата, Жохань подумал, что тот вышел подышать воздухом, но забежавший в покои слуга сообщил ему иную новость. В том самом угле нашли пятно крови на ковре, которому явно несколько часов, а также выпавший из одежды предполагаемого похитителя платок, с нашивкой пиона. О, Вэнь Жохань за последнее время ещё никогда не был так зол. Он рвал и метал, желая заполучить голову этой бляди Цзиньской. Так ещё и доложили, что Минцзюэ пропал, а с ним и Мэн Яо. Ну гадёныш. Попадётся он ему ещё... Потеря Не Минцзюэ не настолько важна была самому Вэнь Жоханю: он давно бы поместил его череп в свою коллекцию, не будь у Су такая странная тяга к этой груде мышц. Посылать за ними погоню уже нет никакого смысла — те уже давно далеко от ордена, да и сейчас ему надо разобраться, для начала, каким образом охрана дворца пропустила похитителя. — Я спрашиваю ещё раз: как вы смогли пропустить сюда чужака? Голос главы ордена слышал прекрасно каждый их охранников, упав ниц перед ступенями Знойного дворца. И пусть мужчина находился достаточно высоко от них — его голос слышал каждый, а по тому, каким тот был недоволен, мягко сказать, ничего хорошего ждать не стоит. — Владыка...— один из адептов нерешительно подал голос.— М-мы совершенно не знаем, каким образом этот человек пробрался в орден, но.. Но мы постараемся это узнать. Вэнь Жохань так хотел убить каждого по очереди из этих олухов. По набрали, блин, идиотов, а ему теперь мучиться. Если бы не их ценность на бою в качестве пушечного мяса — приказал Чжулю сжечь их ядра. И плевать, что тот в Пристани Лотоса. — Уж постарайтесь,— грозно прорычал мужчина,— А теперь ступайте на свои посты. «Идиоты, где их только взяли!?» Усевшись на трон, Жохань потёр переносицу, а после потребовал дать ему бумагу и кисть с чернилами. Стоит сообщить старшему сыну, что его игрушка пропала, а также поменять план действий. Если по-началу Вэнь Жохань планировал взять Ланьлин Цзинь с минимальными потерями, то сейчас желает стереть тот с лица земли. Вообще, Цзинь Гуаншань бесил его с самого детства: так уж вышло, что видится им приходилось крайне часто в юности, от чего образ разгульного сердцееда выводил будущего главу ордена из себя. Больше ему нравилось проводить время за изучение каких-либо техник, а также языков. Но никак не бегать за каждой юбкой, чем и занимался и по сей день эта блядь павлинья. Удивляет, что тот вообще женился, имеет сына, который, благо, перенял характер матери, в большей части. А потом Жоханя, как четвёртого ребёнка в семье, отправили учиться в Грецию. Зачем? Он сам хотел начать путешествовать по странам Древнего мира, в совершенстве изучив латынь, а потом судьба распорядилась, что из всех братьев, в живых остался лишь он: кто-то кого-то убил, борясь за власть, кто-то просто умер от какой-то заразы, а он, счастливчик, в тот момент был далеко, поэтому не застал данное представление. Вскоре и бывший глава отправился на тот свет, а его четвёртый сын занял законное место. Дабы избежать такого между своими сыновьями, он чётко давал каждому понять, кто станет следующим главой. Со стороны казалось, что он любит больше старшего сына, но это не так. Вэнь Су он держал всегда в строгости, следил за обучением, наказывал за ошибки, поэтому тот, может, и вызвался шататься по земле Цишань — лишь бы избавиться от контроля родителей. С Чао всё было иначе: откровенно говоря, Жохань того разбаловал. Не заставлял так учиться, позволял даже больше, чем следовало, а потом удивлялся, в кого он таким пошёл. Нет, может, он просто не до конца понял весь процесс воспитания, так как и те его трое братьев, в общем-то, были из боковых ветвей. Он смело мог называть себя единственным ребёнком в семье, но никто не отменял того факта, что пост главы ордена и те могли занять. Возможно, поэтому отец и позволил ему отправиться в Грецию, дабы уберечь от борьбы за власть. До сих пор язык не поворачивается назвать тех идиотов братьями. Ну честно, с кем им там бороться? Ни талантов, ни стремления самосовершенствоваться. Такие же идиоты, как глава Цзинь. *** Кажется, прошло ещё несколько часов, прежде чем Хируи открыл глаза. Всё та же камера, всё также он тут совершенно один. Похоже, сюда никто не заходил ещё. Приподнявшись на логти, дракон хотел опять потянутся к чаше с водой, но вода в ней стала куском льда. Понятно теперь, почему ему так холодно. Пальцев ног он точно уже не чувствовал, а кусок ткани совсем не грел. Такое чувство, что тут вообще не отапливали, так как холодный ветер свестел за дверью, а ещё по слышались чьи-то шаги. Дверь со скрипом открылась, пропуская в помещение высокого, статного человека в... Нет, быть не может. Он ожидал кого угодно, но никак не человека в клановых одеяниях Вэнь, только вот под верхними одеждами красовалист чёрные одеяния с привычным узором пламени на широких рукавах. А лицо человека одновременно было знакомо и нет. Один глаз красный, а другой — тёмно-синий, на свету отливая голубым, но в темноте был почти чёрным. Длинные волосы, цвета угля, убраны в высокий хвост, лишь две короткие пряди спадали на лицо, а в самом хвост было украшение, больше напоминавшее солнце. Он медленно приближался к Шинохаро, остановившись у его ног, внимательно изучая, а потом улыбнулся. По-доброму, без какиго-то намёка на зло. — Ну вот мы и встретились на яву. — Кто ты? — дрожащим голосом спросил дракон. Он так замёрз. — Ох, точно, ты же не знаешь, как выглядит Вэнь Мао. Мой убийца. Последние слова заставили фиолетовые глаза округлиться. Не может быть.. Как это возможно вообще? Если это действительно Лянь Фань, то... То каким образом он заполучил тело давно умершего человека? — Если ты действительно Лянь Фань, то почему тогда ты меня похитил? — Я вовсе не хотел тебя похищать,— с долей сожаления произнёс человек, присев рядом с ящеркой,— Мне пришлось пойти на такой шаг, чтобы мой план начал работать, как, собственно, и одолжить это тело. Забегая вперёд, я скажу, что это тело я выкрал ещё в момент похорон, сохранил во льдах этих земель. Раз моё тело уничтожено — воспользуюсь этим. Вэнь Мао не должен так просто отделаться был, конечно, пришлось немного изменить одежды. Чёрный мне больше нравится. — Это ужасно! — Хируи не понимал, насколько нужно ненавидеть человека, дабы совершить такое. Тот же не сможет упокоиться с миром. Конечно, дракон об этом и без него знал. — Это его расплата за содеянное. Лянь Фань долго ждал смерти этого глупца: Вэнь Мао обладал крепким здоровьем, пережив несколько страшных эпидемий халеры и чумы. Вспышки в то время — вещь обыденная. Иностранцы притащили с собой не только товары, но и болячки, которые разошлись на половину земель Китая — от юга до юго-востока, но так и не задев север. И нет, чтобы умереть от этого — этот живучий идиот умудрился сдохнуть на ночной охоте, когда защитил сына от когтей оборотня. Тело изуродовал страшный шрам на половину лица, поэтому гроб никто не открывал, чем и воспользовался дух, заменив одно тело другим. Вроде, адептом, чья плоть стала временным пристанищем его души. Шрам он смог скрыть, а тело больше не гнило, оставаясь в стенах этого места. — Где мы? — поинтересовался Хируи. — Это бывшие стены границ Цишань Вэнь, на севере. Больше тебе знать не стоит. Изначально, у Цишань Вэнь не было столько власти и территорий. Это можно отследить по руинам пограничных стел и дырявых башен. «Тут никто не будет искать..» Идеальнее места нет. Наверняка Вэнь Жохань подумал на другой орден, в связи с происходящим, а про такие места и думать забыл. К тому же, точное местонахождение не знал и сам похищенный. Север. Это объясняет адский холод, но где конкретно? Все земли Цишань поражал и своей протяжённостью, стоит лишь взглянуть на карту. А тут.. Ну север, что дальше? Какая именно эта граница, в каком направление идти к ордену? Ничего не известно, а эта мстительная особа явно ничего говорить не намерен. — Для чего всё это? Один вопрос — сколько возможности понять, что происходит в конце концов. Только он думал, что всё хорошо, что жизнь приходит в привычное русло, так нет, надо было влипнуть так. — Я хочу мести. Не только ордену Вэнь, но и всем заклинателям. Пусть поубивают друг друга, а тебе там делать нечего.— без доли сомнений произнёс Лянь Фань, отдавая приготовленные одежды.— Для этого я и оставил на месте происшествия платок с узором пиона. Глаза дракона полезли на лоб. Не может быть! Нет, ему всё равно на судьбу других орденов, но даже для него такой поступок подлый. Умрут невиновные, а из-за чего, кого? — Да ты с ума сошёл! Живо отпусти меня! Я понимаю, что это не моё дело, но из-за меня не должны умирать. Лунный дракон холодно посмотрел на приемника, отвесив звонку пощёчину, потом ещё одну — по другой щеке, схватив резко за шею, притянув к себе. — Слушай сюда,— прорычал тот,— Ты — ещё один идиот. Я так долго ждал, пока этот кулон украдёт кто-то, пока начнёт действовать проклятье, а теперь какая-то блядь решила мне испортить весь план? Моя милость не просто так относится к тебе хорошо: мои знания и дальше будут передаваться, а ты — сосуд для них. И поверь, если я закрывал ранее глаза на то, с кем ты кувыркаешься, что делаешь — теперь настало время работать. Сказать, что Шинохаро был в шоке — промолчать. Наверно, Лянь Фань был единственным, на кого он не мог подумать, что тот приследует какие-то корыстные цели. Вот оно как вышло... Значит, всё до этого — притворство. Он был нужен и ему потому что являлся обладателем силы, которой не мог никак овладеть до сих пор. — Ты такой же...— холодно бросил дракон.— Такая же корыстная тварь. *** — Как он смог удрать!? Вэнь Су прибывал в таком гневе, что просто не передать: ему, собравшемуся в почти хорошем расположение духа атаковать Ланьлин Цзинь, стоя у самой границы, пришло это письмо из ордена. Небеса над ним просто издеваются. Вот ведь гадёныш.. Ему и в голову не пришло бы подумать, что эта гора мышц окажется настолько сообразительным. Главе Не помогли — нет сомнений, иначе тому не пришло бы в голову воровать мальчишку, да ещё поставлять другой орден. Нет. Не Минцзюэ просто убил бы того на месте, немного осчастливив наследника Цишань Вэнь. А что, он не говорил, что смирился с нахождением Хируи подле отца. У него просто нет ни сил, ни желания и дальше строить пакости игрушки отца. Уничтожение Ланьлин Цзинь не входило в планы, по крайней мере, стирать тот с лица земли, но раз уж глава ордена дал такие распоряжения, а также вытащить оттуда Шинохаро — кто такой Вэнь Су, дабы не подчиняться? Стратегию боя пришлось менять в корне. На карте угодий этой блядушни не осталось свободного места: за одну ночь командующий чётко обозначил места, по которым стоит атаковать. Вообще, вести безжалостный бой куда легче, нежели пытаться сохранить хоть крохи этих змей. Теперь-то он мог разгуляться. Ещё будучи юношей старший господин Вэнь пообещал уничтожить Цзинь Гуаншаня, вонзить в его похотливое тело свой меч. Теперь его мечта сбудется. Ненависть к этому человеку пришла не просто так. Какое-то время он наведавался в орден довольно часто, устраивая с главой Вэнь "заседания" в его покоях. Ух, насколько самодовольная рожа у этой бляди была при каждом визите, словно его не ебать собрались, а посыпать золотой пыльцой. Идея убить Гуаншаня пришла в голову неожиданно, но тогда ему помешали два факта — Вэнь Чжулю и пост главы Цзинь. Убить главу ордена, ссылаясь на личную неприязнь — равноправно казни, к тому же, репутация Цишань Вэнь пострадает. Сжигающий ядра понимал это не хуже самого наследника, а потому остановил его. Тогда Чжулю являлся личным слугой Вэнь Жоханя, который так просто отдал того Вэнь Чао. Не честно, Вэнь Су такие люди намного важнее, нежели избалованной принцессе А-Чао. Пора бы тому научиться прикрывать свою задницу самостоятельно, а то с женщинами спать может, а как на тренировку сходить — фыркает и бухтит. Никакой управы на того нет. Вернётся из Пристани Лотоса — Вэнь Су с огромным удовольствием погоняет любимого брата по тренировочному полю, грозя скинуть в вулкан, если не будет выполнять все упражнения. Его гнев был настолько силён, — по большей части на себя самого, ведь не убедился, что в орден на помощь его пленнику никто не придёт, — что хотелось прибить кого-то. Он вовсе не поддерживал политику отца — убивать виновных, да и пытки не любил, но в такие моменты и правда хотелось кого-то убить. Ещё и пропажа ранее упомянутого дракона не давала покоя. Если его действительно взяли в плен Цзини — Гуаншаню хватило бы мозгов не держать того конкретно в ордене, да и улика слишком нелепо оказалась в руках главы ордена. Нет, тут что-то не так. Было бы действительно хорошо сразу отыскать там "проблему" отца. Небо постепенно светлело, окрашиваясь в голубой, розовый, жёлтый. Солнце неспеша поднималось из-за линии горизонта, лсвещая лишь верхушки деревьев. В воздухе ещё сохранялся ночной холод. Хоть погода и солнечная, но зимние морозы не собирались пока уступать права весне — рано. Этот день мог пройти спокойно и безмятежно — увы, подобное невозможно. Вэнь Су с радостью посвятил такой день прогулке вдали от Цишань Вэнь или же засел с тем же Вэнь Чао в го, однако, не всё происходит по плану. Вот и сейчас он летит отнюдь не на прогулку, а чтобы убивать. Пришлось использовать всю свою смекалку, дабы продумать вторжение. По-началу, главнокомандующий планировал ннспешный захват Ланьлин Цзинь, начиная с границ. Солдат он взял много — около 5 тысяч. Цзиньским ублюдкам не сравниться и с одним его войном. Конечно, говорить о победе ещё рано. Избитая схема — нападать рано утром или поздно вечером — насколько эффективно зато. Эти белоручки наверняка ещё спят, поэтому битва должна пройти без особых потерь. — Отец! — Цзинь Цзысюань мчал к Благоуханному дворцу со всех ног, влетая туда без стука, под вскрик матери, которая тут же проснулась. — Цзысюань? Не сложно догадаться, что не спал и сам глава ордена уже. Гуаншань потерял покой с того дня, как началось это всё: он знал, что рано или поздно эти Вэньские псы нападут на орден — не поможет и соглашение между ним и Вэнь Жоханем. Раз он нарушил мир между Цинхэ и Юнмэн Цзян — с чего бы жалеть Ланьлин Цзинь? — Вэньские псы скоро будут тут. Дозорные доложили мне об этом. Это звучало хуже смертного приговора. Глава Цзинь сжал веер в руках, борясь с паникой. Он знал, что делать. В этой битве и им не выиграть, а потому стоит уберечь самое важное — наследника ордена. В ордене была также и дева Цзян. И пусть Гуаншань не мог считать погибшего Цзян Фэнмяня другом, но этот человек действительно не заслужил всего этого. Совесть у мужчины ещё осталось, как и остатки храбрости. В конце концов, он глава ордена! Он только через свой труп отдаст орден! — А-Сюань,— обратился он с чуть дрожащим голосом,— Бери деву Цзян и бегите через тайный ход, к лагерю Цзян Чэна. — Но как же вы!? Нет, Цзысюань не мог оставить ни родителей, ни орден. Невесту-то он отправит туда. Цзян Яньли не должна погибнуть, нет, эта девушка достойна только самого лучшего в этом мире. — Глава Цзинь прав,— госпожа Цзинь вышла к ним, печально взглянув на сына. Как бы не противно признавать это, но в голову его мужа пришла хорошая идея,— Ты должен остаться жить, позаботиться о А-Ли. О нас не беспокойся. Так они и поступили. Цзинь Цзысюань и Цзян Яньли покинули орден, пока все остальные готовились принимать "дорогих гостей". И вот, когда первые лучи солнца озарили засенженную землю, они столкнулись. Этот бой не походил ни на нападение на Пристань Лотоса, ни на Нечистую Юдоль. Вэньские псы, словно голодная свора шакалов, уничтожали всё и вся на пути. Не пожалели ни женщин, ни детей, ни стариков. Башню Золотого Карпа окрасило в красный цвет от количества пролитой крови. По ней буквально ходили, а количество трупов сложно сосчитать — с обоих сторон. Пусть адептов Ланьлин Цзинь было и больше, но подчинённые старшего господина Вэнь отличались хорошей физической подготовкой, к тому же, идя через Юнмэн Цзян, они захватили часть людей Вэнь Чао. И, приятным бонусом стало то, что это капризный мальчишка позволил взять с собой Вэнь Чжулю. Да, само грозное оружие ордена билось рядом с Вэнь Су. Похоже, прибывание вдали ордена благоприятно сказалось на нём, он повзрослел. Приятно осознаваять этот факт. — Вэнь Чжулю, отправляйся искать эту блядь Цзиньскую! Но не убивай. О себе Вэнь Су не волновался, пронзая заклинателя в золотом мечом, пробираясь всё дальше по ордену. Подобное он мог доверить лишь бывшему слуге отца. Вэнь Чжулю без лишних вопросов направился вперёд, попутно отбиваясь от этих змей. Найти в таком хаосе главу Цзинь оказалось трудно, но выполнимо. Мужчина заметил знакомую фигуру, защищающую себя от Вэней. Поразительно, оказывается, Цзинь Гуаншань умел пользоваться мечом, только, явно не особо хорошо. Что ж, теперь его отлынивание от тренировок, чтобы побегать за какой-то девой выйдет боком. С Чжулю тому не справиться уж точно. Страшнее, чем увидеть главу Вэнь на поле боя, может быть только Сжигающий ядра. Его боялись ничуть не хуже его господина. Чудовище в облике человека — не иначе. Холодный, спокойный и сильный. У Гуаншаня так быстро билось сердце, стоило этому монстру напасть на него. Только чудо помогло уклониться от смертельного удара. Мужчина пошатнулся, споткнувшись о чей-то труп, чей — не столь важно, рухнув прямо в лужу крови, испачкав дорогие одеяния. Вэнь Чжулю даже жалко того стало. Самую малость. Он неспеша подошёл, хватая за горло, поднимая эту извивающуся змею на свой уровень роста. Сжигать его ядро нет смысла, тем более, ему приказано привести его живым. Такая неженка не перенесёт подобного. Сейчас нет никакого смысла вести себя вежливо, особенно со своим врагом. Заклинатель просто опустил трясущегося от страха Цзинь Гуаншаня на ноги, схватив грубо за волосы, потащив к Вэнь Су. Похоже, хватать людей за волосы — не только семейная традиция. Гуаншань не мог выбраться из сильной хватки сколько бы не старался. Это было больно, но ещё больше — страшно. Он не знал, что с ним сделают, но точно ничего хорошего. Почти все его адепты убиты, а кто-то и вовсе убежал в попытке сохранить свою шкуру, а он... А он пытался честно защитить орден, хотя мог тоже бежать! Встреча с ублюдком Вэнь Жоханя ничуть не льстила. Тот давно ещё в открытую намекал о ненависти к заклинателю, так что на благосклонность рассчитывать не стоит совсем. Всё закончилось. Флаги и габелены с изображением пиона пали. Глава ордена стоял на коленях у входа в орден, а напротив вытирала меч от крови его смерть. Вэнь Су торжествовал, одарив мужчину самодовольной улыбкой. — Так, так, так, это же глава Цзинь. Как вы думаете, что я сделаю с вами?