Зов сердца

О, Цзинь Гуаншань прекрасно знал, что с ним сделают: этот Вэньский ублюдок только и ждал момента прикончить его. Самодовольный наглец. Вот уж кто пошёл в отца — так это он. У Вэнь Сюя были все шансы стать таким же тираном как и Вэнь Жохань. В юности его наклонности причинять боль не появлялись так ярко. Вэнь Жохань и тогда внушал страх, но, как говорил о нём Лань Цижэнь, был тем ещё "зазнавшимся юнцом". И Гуаншань не мог не согласиться. Он получал, что хотел, не прислушивался к мнению старших, да и вообще делал всё, что хотел. И это бесило всех, в том числе и Цзинь Гуаншаня, потому что эта тварь сразу раскрыла его личность, не выказывая желания общаться с таким человеком, да ещё и пожелал жениться на сворливой женщине! Это он виноват, что брак главы ордена Цзинь не сложился. Эх.. От части, он и сам виноват: кто ж знал, что та юная, милая и заботливая дева оказалась ведьмой, стоило жениться на ней, да и подруга у неё подходящая. Как бы он не боялся и не уважал погибшую мадам Юй, та сделала жизнь покойного Цзян Фэнмяня такой же ужасной — так думал мужчина. Кто счастлив будет с такой-то женой? Он точно нет, поэтому и ходит налево. Это конец. Не таким он представлял свой конец. По крайней мере, Цзысюань сможет отомстить за него этим тварям, а он будет сниться им в кошмарах, пусть знают это! Взгляд заклинателя упал на прибежавшего адепта Вэнь. Он что-то сообщил Вэнь Сюю, видимо, что-то не слишком хорошее. За то время, пока он размышлял о своей дальнейшей судьбе, тот успел отойти от него, но вот сжигающий ядра... Он так и стоит, готовый сжечь его ядро, если мужчина попробует убежать. Связывать не стали главу Цзинь, полагая, что Вэнь Чжулю будет лучше любой верёвки — и не ошиблись. Ещё несколько адептов было отправлено искать Хируи, но в самом ордене его так и не нашли. Это ещё больше озадачило Вэнь Сюя, значит, он либо где-то вдали от ордена, либо Цзини совсем его не крали. Тогда у наследника ордена ещё больше вопросов к этому делу. Украсть мог и помощник Не Минцзюэ — тогда дракон мог уже и умереть. Зная нрав главы Не, он с радостью отрубит своей саблей чью-то голову, а потом насадит на пик. Если уж и там его не найдётся, то... Что-то тут не ладное. Такое чувство, будто в этом деле не хватает кого-то, кто и затеял всё это. — Скажите, глава Цзинь, где находится дракон? — К-какой дракон? — Не придуряйтесь, дракон моего отца. Всё улики указывают на вас, в том числе и помощь в пробеге Не Минцзюэ. Цзинь Гуаншань не настолько сумасшедший, чтобы сейчас красть дракона! План был такой, но не сейчас, когда нужно было вытаскивать Чифэн-цзюня из лап Сюя — и то это был не его план, а этого чёртового Мэн Яо, которого даже в ордене нет! Неужели его подставили? Но зачем? Не Минцзюэ не мог пойти на такое, а этот ублюдок от шлюхи.. Нет, он не пошёл бы на это сейчас. Чуть позже, но не сейчас. — Боюсь вас расстроить, но я не крал зверушку главы Вэнь,— хитро прищурил глаза,— Вас следует проверять информацию, прежде чем делать выводы. — Неужели? — догадки Сюя обретали смысл, но верить этой хитрой твари он не станет. Обыскать все земли Ланьлин Цзинь не составит труда, а вот вернуть свою игрушку.— Не скажете, где сейчас должен быть глава ордена Не? Гуаншань промолчал. Он не скажет, точнее, не знает точно сейчас. Вполне возможно, что в лагере Гусу Лань. С недавнего времени он объединился с лагерем Не. Туда-то они и могли направиться. — Не скажете? — главнокомандующий состроил расстроенное выражение лица.— Приведите госпожу Цзинь. Глаза Гуаншаня полезли на лоб при виде израненной жены, чьи глаза так и пылали от гнева. Не смотря на всё, сердце его больно сжалось. Он любил когда-то её — может, любил и сейчас, он не знал. Но уважал — точно, поэтому и терпел все упрёки. — Вашу жену оказалось поймать сложнее, чем вас. Думаю, сейчас вы заговорите. К горлу женщины приставили лезвие меча. — Подо... — Не смей ничего говорить! — перебила его супруга.— Будь мужчиной хоть сейчас! Можешь и дальше делать вид, что меня нет — чего сейчас терять нам? Если не убьют — отправят в рабство. Вэнь Сюй поражался такими женщинами. Что Юй Цзыюань, что госпожа Цзинь — сильны по духу. Теперь казалось, что бог пошутил над этими супругами, засунув их души в неподходящие тела. Ей главой ордена быть, а не бранить сейчас мужа, призывая ничего не говорить. — Глава Цзинь, выбор за вами. Неужели, вам совсем не жалко свою супругу? Пожалейте собственную жизнь, а как же ваш сын? Мы его всё равно поймаем. Вроде, бежал он с девой Цзян.. А, впрочем, та нам понадобится. Вэнь Чао пожаловался, что Цзян Чэн так и не ответил на его письмо, что ж, нахождение его любимой сестры в плену должно поттолкнуть того к нужному решению. В ином случае Вэнь Сюй позаботится, чтобы её прекрасная голова попала в руки нынешнему главе Цзян, хотя, какой он глава, когда ордена-то нет? Стоит разобраться в этой ситуации до самого конца, а потом отчитаться перед главой Вэнь. Эх, придётся пока отложить казнь главы Цзинь. Есть ещё вероятность, что эта крыса что-то да знает, но вот его жена... — Глава Цзинь так и молчит? Хорошо,— махнул рукой подчинённому. — Стойте! — прокричал Гуаншань. Он хоть и ненавидит свою жену, но та подарила ему сына, в конце концов, она ни в чём тут не виновата, как и сам глава ордена — в данной ситуации.— Я действительно не посылал в Цишань Вэнь своих шпионов, однако, туда послал его младший господин Не и молодой глава Лань. Чифэн-цзюн может быть уже в их лагере. "Так вот оно что.. Стоило прикончить и первого нефрита, и этого мальчишку." — Благодарю за информацию, глава Цзинь. Вэнь Сюй был ещё крайне раздражён, а потому не хотел никого жалеть сейчас, но раз он обещал — пусть живёт. — Закрыть госпожу Цзинь в одной из башен. И отнеситесь с уважением к этой женщине, а вот главу Цзинь закрыть в темнице. *** — Глава Не,— голос Мэн Яо звучал обеспокоенно. Он не был уверен, что браться сразу за дела в лагере по прибытию. Они даже ещё не дошли, да и свойства снадобья не до конца прошли.— Не думаете немного отдохнуть сейчас? У вас бледное ли.. — Всё нормально, А-Яо. Голос главы ордена звучал более мягко, но по-прежнему твёрдо. Какое-то недомогание не помешает ему выполнять свои обязанности. Он мечтал поскорее отомстить этому Вэнь Сюю чёртову, разбить войска этих шакалов, как и весь чёртов Цишань Вэнь. — Я благодарен тебе. Мэн Яо, не думал ли ты вернуться в Цинхэ Не? — Ох, не стоит...— Гуанъяо задумался над этим. В ордене отца его, мягко говоря, не приняли, а потому он спокойно смог исчезнуть оттуда просто. Да, он скучал по Нечистой Юдоли, по крайней мере, его там принимали хотя бы два человека — Минцзюэ и Хуайсан.— Я подумаю. Не Минцзюэ коротко кивнул, потрепал по голове юнца. Остаток пути он они прошли в полнейшей тишине. — Брат! Не Хуайсан мчался со всех ног к этим двоим. По его щекам покатились слёзы — живой, его любимый брат жив. Он так счастлив, что готов разреветься как маленький мальчик, накинувшись буквально на Не Минцзюэ, обняв руками и ногами, что не позволимо господину, но сейчас это не имеет никакого значения. Минцзюэ чуть не рухнул на землю, но устоял на ногах, крепко обняв младшего брата. Он так по нему сам скучал, не веря уже, что увидит совсем. Кажется, тот стал слегка выше, чем до этого, да и волосы уже доставали до лопаток, собранные в высокий хвост. Даже шёлковые одеяния тот сменил на походные, более лёгкие и простые, которые носили все в его ордене в том числе и сам глава Не. — Я так рад тебя видеть, братик, ты живой,— бормотал сквозь слёзы Хуайсан, прижимаясь к мужчине, боясь, что тот опять исчезнет. — Я вернулся,– Чифэн-цзюн положил руку на его голову, поглаживая по голове, крепко держа мальчишку. Он не очень хорошо умел успокаивать брата, предпочитая словам действия. Вскоре к ним прибежали все адепты Не, радостно крича слова приветствия своего главы, а потом подоспел и Лань Сичэнь. Он был рад видеть и Минцзюэ, и Мэн Яо. Сколько ночей тот не мог сомкнуть глаз, беспокоят об этих двоих, но, в конце концов, Мэн Яо удалось вытащить главу Не из этого ужасного ордена, из рук старшего сына главы того жуткого места. — А-Яо,— голос Лань Сичэня звучал как всегда мягко, немного радостно, но не пьяно: уже вечером в честь спасения главы Не был организован пир, на котором хвалили и самого Мэн Яо, его храбрость, ведь не каждый мог вернуться живым с такого задания,— Можешь рассказать мне, что происходит в Цишань Вэнь. Твои письма помогли нам отбить некоторые территории, но... Глава Вэнь не догадался, что ты — шпион? Гуанъяо как-то помрачнел: Вэнь Жохань до последнего не догадывался, что он — шпион, но.. Он должен радоваться, что вернулся живым – так почему ему так страшно? Неужели ему не давала покоя мысль о поражение сопротивления? Будучи подручным Вэнь Жоханя, Мэн Яо сам убедился в мощи Цишань Вэнь. Этот орден значительно опережал остальные, имея действительно собачью привязанность к главе ордена. Конечно, эта поклрность основана на страхе перед своим главой. С таким правителем даже боги могли склониться перед его армией. Не давала и покоя уж слишком странная политика ведения боя: они не затрагивали самые дальние ордена заклинателей, где могли прятаться выжившие, а шли лишь на самые именитые, да и... Юноше сообщили, что Ланьлин Цзинь захватили. Цзысюань с Цзян Яньли бежали к главе Цзян и Вэй Усяню. Что-то тут не так... — Я не могу сказать тебе всё, но.. Эти псы Вэньские наращивают мощь. Даже не смотря, что у них нет союзников, боюсь, они легко нас разобьют. Этот выскочка Вэнь Сюй взял уже и Ланьлин Цзинь. А что насчёт Вэнь Жоханя.— заклинателя пробила дрожь.— Он — монстр. Безумный, и очень сильный. С ним даже нам втроём не справиться. И... Я понимаю, что сейчас праздник, но мне не даёт покоя кое что. — Ты можешь мне обо всё рассказать. Лань Сичэнь положил руку на плечо Мэн Яо, смотря так мягко, как не смотрел на него никто в этом мире. В этих янтарных глазах хотелось утонуть, позабыть обо всём, слушая его сладкие речи в свете луны. Увы, этого невозможно сделать сейчас, пока они на войне. Как же Гуанъяо хотел мира именно потому, что ему не хватало компании этого ангела — иначе Лань Хуаня назвать невозможно. Это самый близкий ему человек, ближе, наверно, была ему лишь матушка. — Мне немного не понятна стратегия Вэней. Они словно окружают что-то, задевая лишь сильные ордена, будто готовясь к чему-то большему, чем захват власти над самосовершенствующимеся. — Ты хочешь сказать, что за этими действиями стоит ещё что-то? — первый нефрит напрягся.— Я попробую что-то выяснить, а сегодня нам всем стоит отдохнуть. Завтра опять в бой. *** — Так чем ты меня огрел? Шинохаро сидел на камне, вдызая свежий, холодный воздух. На нём было простое фиолетовое ханьфу, на манер северных жителей Поднебесной — достаточно тёплый, что как никогда кстати. До этого они ещё долго разговаривали с Лянь Фанем в той камере. Его довыды были убедительны: Хируи нужно было научиться по-настоящему пользоваться своими силами, а не полагаться на удачу. Только та спасала его всё это время. У тому же, если он собрался найти выход из этого мира — силы потребуются. Конечно, вся эта ситуация не нравилась ему, но, с другой стороны, Лянь Фань был прав: дракон не место на войне, не место вообще среди заклинателей. — Рукоятью меча. Я не любитель использовать оружие, но пришлось. Это тело не выдержит всей моей силы. — А как же ты до этого сражался? Голыми руками? И, к тому же, ты мог меня просто усыпить. Для этого есть специальные точки, но не бить рукоятью по голове. — А когти тебе на что? — усмехнулся мужчина.— Ими можно резать металл, если правильно пользоваться. Всё холодное оружие придумали люди потому, что у них нет ни острых зубов, ни ногтей. Считай, что я ударил тебя рукоятью в воспитательных целях. Рана не настолько серьёзная. Конечно, ему-то не страдать от головной боли, а вот Хируи — да. Тоже мне, наказание. Так и убить можно, если удар был бы чутка сильнее. *** Вечер прошёл прекрасно: все напелись так, что под удары барабанов не проснуться. Все, кроме адептов Лань и Мэн Яо. Он не отказывался совсем от вина, но и не пил много, сохранив трезвый рассудок. Ему нужно было ещё кое-что выяснить. Тащя под обе руки пьяных братьев Не, он свернул к шатру Минцзюэ, уложив тех там на лежанку, а сам собирался было покинуть это место, замечая краем глаза карту на столе. Не спеша подходя к той, заклинатель взглянул на месторасположение всех падших орденов, мысленно чертя сначала непонятную линию, которая, лишь на первый взгляд, не имела никакого смысла, но чем дольше тот смотрел на это, тем больше та обретала смысл, выстраиваясь в ограждение, по сторону которого находятся имперские владения. Да, не одни заклинатели владели землями. Изначально те даровал им император, который наверняка специально не лез в дела самосовершенствующихся, опасаясь чего-то, точнее, кого-то. Он даже знал, кого. Ему стало известно, что среди приближённых императора были и Вэни. Тогда, становится понятно, почему правитель до сих пор не влез в эту войну, а ведь мог. При дворце имелись и свои заклинатели, а также огромная армия, но, видимо, пташки главы ордена Вэнь напели ему об опасности такого шага — тот и рад верить, трус. Не он сейчас наблюдает за смертью товарищей, ночуя на холодной земле, а сидит у себя во дворце, ожидая окончания войны. В голове будто что-то щёлкнуло. Ну точно, как раньше Мэн Яо не приходило в голову! Этому монстру нужна власть не только над орденами, но и над всей Поднебесной. Боги, если это свершится — миру настанет конец. Это будет самый кровавый и жестокий император в истории — нет, нельзя допускать этого никоим образом. Тогда становится причина, по которой Бессмертный владыка держит подле себя дракона. Он не нужен ему столько в этой войне, сколько при нападении на дворец. Этого священного зверя бояться больше гнева Небес, да и уничтожить огромную армию с помощью его сил будет легче. Не смотря на достаточно большое количество адептов в Цишань, этого не хватит всё равно — армия империи куда больше, ведь там не только заклинатели, но и обычные люди. Те просто возьмут их количеством. *** Лянь Фань куда-то вёл дракона, поднимаясь на не высокую гору, покрытую снегом. Она, пожалуй, самая маленькая среди остальных, да и ближе всего к старым границам. Если честно, Хируи не понимал причины их похода сюда, однако, поднявшись на гору, стало очевидно, что не просто так: в глаза бросались некоторые ловушки, по типу большого бревна, а с воздухом происходило что-то неясное. Он намного тяжелее, чем внизу, хотя гора, как ранее булоупомянуто, самая низкая, да и поднимающийся туман... Поднявшись на самый верх, Шинохаро потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к странном воздуху. Он мешал нормально дышать, создавая в лёгких какую-то тяжесть, а туман совсем спрятал от глаз мужчины даже стволы деревьев. — Ты должен спуститься вниз. — Как я понял, туман, ловушки и воздух — твоих рук дело? — Именно. У тебя вся ночь впереди, чтобы спуститься. С этими словами Лянь Фань с пинка отправил Шинохаро на полосу препятствий. Ему нужно проверить, с чем придётся работать. — Подо... Хируи никогда ещё не думал, что пинок для скорости может быть настолько действенным. Он пулей побежал вниз, ведомый энерцией тела, неплохо так набрав скорость, что и стало одной из ошибок. В этом тумане ничего не было видно — приходилось бежать вслепую. Задев на земле верёвку — пусковой механизм одной из ловушек — в Шинохаро полетели острые лезвия. Кое-как у вернувшись, мужчина уже ненавидел Лянь Фаня. Он его тут убить решил!? Такие мысли посещали его всё чаще и чаще, ибо каждая ловушка опаснее другой. Следующими стали дротики — и дракон молился, дабы те не оказались ядовитыми. Споткнувшись, некогда человек просто полетел куборем вниз, прямо на очередную ловушку — яма. С вищгом упав в не слишком глубокое углубление, но при этом достаточно неудачно, дракон шипел от боли. Фиг с этими ссадинами, царапинами, но вот если тот что-то сломает — проблемы будут. Кое-как поднявшись, Шинохаро смог выбраться из ямы, замечая сквозь этот туман то ли спуск, то ли ему это кажется. Ноги почти не держали, а ведь он "удачно" пролетел ещё несколько ловушек, что никак не облегчало участь быть прибитым тут. Бежать бездумно — плохая идея. Если Хируи хочет спуститься отсюда живым, а он хочет, то ему следует осмотреться. Не просто так у драконов вертикальные зрачки: в целом, обретя эту особенность, мир стал более чётким. Заметны даже самые мелкие детали. Тут он вспомнил, как бежал от Вэнь Чжулю на соревнованиях. Тогда перед его глазами будто всё замедлялось, пока сам дракон бежал, точнее, прыгал достаточно быстро — быстрее человека. Прыгать так сейчас не стои, но вот зрение.... Зрачки сузились до двух тонких палочек, в которых, казалось, ничего нельзя рассмотреть, но это не так: видно было прекрасно — очертания деревьев не казались мутными, виднеясь ясно, отделимо от общей массы. Где-то удалось даже найти механизмы ловушек, минуя те. Теперь Хируи не бежал, а быстро шёл, не переставая смотреть по сторонам, вперёд. У него получалось даже уклониться ещё от одной ловушки, правда, не от всех. Становилось темно, что мешало обзору раза в два больше, чем туман. Нужно просто добраться до спуска с горы — твердил себе мужчина. У него уже всё болело. Удивительно, что Лянь Фань сил сам это всё построить. Восхищение переодически с менялось ненавистью, стоило попасть в очередную ловушку. В этот раз это была сеть, которую пришлось резать ноотями. Не, ну а что, сам лунный дракон упоминал, для чего те нужны им. Действительно, сети легко резались, пусть дело не особо быстрое — он никуда особо не спешил. Оказавшись на земле, мужчина пошёл дальше. Он почти дошёл до конца — тут даже ловушек не было, видимо, Фань сжалился над ним, решая не ставить у самого конца ловушки. И вот, когда он почти спустился, сработала самая страшная из них — бревно, достаточно большое, тяжёлое, сбившее хрупкое тело, пролетевшее чуть ли не в другую сторону горного леса. Больно. Ударившись об ствол одного из дерева спиной, Хируи сполз по нему вниз, задыхаясь. Удар пришёл прями по рёбрам. Во рту чувствовался вкус крови, который так и хотелось сплюнуть. Вот подстава. Встав на дрожащие ноги, Шинохаро направился вниз. Его уже ничего не волновало — только бы выбраться. Выходя из леса, он заметил стоявшего Лянь Фаня, ковыляя к тому, словно побитая собака, а потом и вовсе рухнул у ног дракона. — Работать придётся много,— тяжело вздохнул Фань.