Иной цвет. ЧАЭС.

Я вижу прекрасные образы. Вам не понять, потому что вы не прикасались к неизведанному. А я очень даже. Решила утащить медицинский спирт, оплакать своё одиночество, а в итоге получила всё. Вспышка пронзила ночное небо и это вызывало страх до дрожи в коленках, до ощущения своей ничтожности, до желания взлететь надо всем и не бояться. Так я и решила: как только этот камень рухнул за памятником, я буду первой, кто увидит его вблизи. По правде говоря он вплавился в бетон, как пуля в большой кусок масла; поэтому кроме синевы или розовины ничего не напоминало о том, что сюда нечто упало. Хах, розовины... Честно, не знаю, как описать этот цвет - я таких просто не знаю. Да и зачем, если мне он и так нравится? Возле места происшествия я нашла обломок метеорита: какой-то шарик, осколки, мелкие комки вспученной земли. Я решила потыкать шарик палкой. Дура... Счастливая дура. Наверно не стоило. Впрочем мне сейчас нравится моё положение. Шарик начал испускать мерное свечение. Казалось, что мои тычки его даже заводят. Я начала легонько водить палкой по нему и он начал звучать. Была бы в тот момент рядом Мика, она бы сказала, на что это было похоже. Но её там не было, поэтому для меня это звучало... как мой внутренний голос. Ощущения были такие, словно сейчас в отражении шарика покажусь я и позову себя на ту сторону. В неизведанное. Я осмелела и решила прикоснуться к шарику. Тут я и увидела себя в нем. Нет, не отражение, а именно себя. Через поверхность шарика на меня смотрела я сама и тянула ко мне руку. Я сошла с ума наверное, но мне нужна была она. Я тянулась к камню и во мне резонировали тысячи моих голосов: "Люби себя", "Не слушай их", "Прими себя", "Не ведись на них". (х8) Казалось, что пока я тянулась до камня, прошла вся жизнь или её половина. Я даже не сразу заметила, как промахнулась мимо камня и зацепила его запястьем. Мои вены заискрились и вздулись. Стало очень горячо, но мне было приятно. Глаза сами закатывались назад, а по телу били электрические разряды. Кажется уже не нужно плакаться о любви - я нашла её в этом камне. Я заберу его... Ольга Дмитриевна: "Что здесь происходит? Алиса, отойди от камня - не хватало тут проблем!" На удивление я послушно поднялась и отошла, хотя в другой ситуации давно бы встала в возмущённую позу. Мне словно сказали "Послушайся". И я послушалась. Камень начал медленно гаснуть. Алиса: Надо бы его сфотографировать. Пусть останется где-то в памяти. Я лукавила: он точно остался в моей памяти. Ольга, опасаясь за меня, наказала мне идти в медпункт, благо Виола уже была на ногах. Сама она действительно пошла за фотоаппаратом; знала бы я, что фотоаппарат не фиксирует такие вещи - сама бы ринулась к угасающему камню и глядела до осточертения на него. Я видела прекрасные вещи, вещи вам непонятные, а теперь они растворятся, как воды в почвах... Виола меня осмотрела и пусть ничего не обнаружила, но отправила меня в соседнюю комнату медпункта на изоляцию. Сама она вышла на крыльцо и с кем-то говорила. Видимо обсуждала с Ольгой план действий. Вроде не работает связь. А мне даже лучше. Виола не нашла у меня ничего странного... Потому что это странное очень тщательно пряталось. Алиса: "Да, моё хорошее, ты хорошо пряталось?" Алиса: "Конечно, моя потерянная звезда..." На моем запястье, которое касалось метеорита, появились крохотные бороздки, сияющие неведомым светом. Они словно бегали под моей кожей, но им что-то мешало двигаться свободно. Алиса: "Ты поможешь мне подружиться с тобой?" Алиса: "Да, любовь моя." Алиса: "Тогда дай мне возможность любить тебя, моя потерянная звезда." И рука сама потянулась к юбке, готовясь пустить новое и неизведанное ещё глубже.