Белочка понимания. Дупло счастья. 0.7 отчаяния.

       У входа были посажены высокие деревья, что бросали крайне мало тени на вход. Серёга и Валентина шагали по старому, облезшему красному ковру, что был выложен метров за семь до входа. С каждой секундой уголки рта Серёги опускались все ниже и ниже, выражение отвращения становилось отчетливее и отчетливее. Громкие визги чаек над головой имели такой же эффект как и реклама посреди интересного фильма. Густые брови Серёги покрытые шрамами опускались ниже на веки, челюсть сжималась сильнее. Ему хотелось спрятаться от громких криков бесстыжих птиц, палящего солнца и орущих туристов. Даже дебильная панамка не спасала от взора отдыхающих в полосатых купальниках.        Пока Валентина восхищенно восклицала «ты погляди как вот оно тут всё!», Серёга думал как бы и где бы купить хотя бы пивка, даже и не прохладного, так уж и быть, и где найти телевизор, который будет ловить каналы помимо «России» и «России-24». «Может ей чего-нибудь подсыпать и свалить?» -подумал Серёга, «а что сосбно я подсыпать собрался? Сушенный укроп с петрушкой? Да и доза ей лошадиная нужна. Может здесь есть кружок макраме? Ну мало ли, такие же тетки-энтузиастки как моя решили развлечься чем-то помимо концертов Стаса Лихайлова.»        Войдя в лобби, наши герои сего бульварного чтива огляделись по сторонам. -как будто в совок вернулись. Дорогая, а ты точно отель бронировала, а не лагерь «престарелый пионер-комсомол и его ностальгия?»- ядовито высказался Серёга.        Валентина осмотрела лобби и невольно согласилась с мужем. Золотистые занавески с нелепыми бархатными узорами и с кисточками по краю, бежевая деревянная мебель с облупившееся краской, душный пыльный воздух. Не хватало только бюста Ленина. За ресепшн сидела женщина с мужской стрижкой которую «не стригли три месяца» как выражался Серёга. На бейджике у неё было написано «Лариса». Видимо так ее и звали, подумал Серёга. За столиками чуть дальше сидели люди, намазывая литры солнцезащитного крема на руки и спины. -вэлкам ту 1982-ой. -устало проговорил Серёга. -годы идут, а дизайн остаётся неизменным!        Взяв на ресепшн ключи от номера (именно ключи, не карту), Серёга и Валентина выслушали целый перечень всевозможных правил отеля; не курить, не пить, не готовить и не приносить еду в номер, а так же снимать ботинки на входе в номер, ведь «вы свинячите, а бедной Раисе Васильевной за вами потом все убирать» сказала Лариса с ресепшн. Первое нарушение-предупреждение, второе-штраф в пятихатку, а третье-выселение. Деньги, конечно же, не вернут.       Пройдя дальше по коридору, супруги поняли, что лифта нет и не было никогда. Пять этажей в здании, а идти придётся по лестнице с чемоданами и сумками в руках. Дойдя до номера 304, Серёга успел высказать весь свой бранный словарный запас, дважды уронить чемодан себе на ногу и трижды случайно ударить Валентину локтем, пока они шли по старым ветхим лестницам. -ну может хоть вид будет хороший? -с надеждой сказала Валентина.        Справившись с ключами, что со скрипом вставились в замочную скважину, Валентина открыла дверь с облезшей от морского воздуха краской и прошла в номер.        Коридор длинною в метр с дверью в ванную с правой стороны, и шкаф-купе встроенный в стену слева, и небольшая темная комната. Одна кровать человека на полтора справа (придётся ютиться с краю, подумал Серёга), зелёные шторы в пол (Валентина скривила лицо увидев их) закрывающие окна , тумбочка с небольшим телевизором слева и ещё более маленькая тумбочка с лампой у кровати. Обшарпанная мебель и занавески с пятнами не вызывали тёплых чувств. -да, не густо. Хоть бы фен был,- сказала Валентина.        Взглянув в окно, Серёга сказал со вздохом: -уже скучаю по родным девятиэтажным панелькам.