[nʲɪkrəfʲɪˈlʲiɪ̯ə]

Фонтан из крови льет в потолок. Я не жалею. Ты бьешься в конвульсиях, вымаливая помощь, но ты ее не получишь. Я закуриваю, провожу окровавленными руками по твоим белоснежным волосам, пачкая их густой жидкостью. - Кортни. Ну почему ты такая глупая? Почему ты не убежала год назад, когда я едва не убила тебя? У тебя такие злые глаза. Вылитая Ума Турман. Я последний раз тебя поцелую. Последний раз, пока ты теплая. Но я налью твоему ледяному трупу вина и спою ему песню. А пока засыпай. А я посмотрю. Из твоих глаз медленно утекает жизнь, они ненавязчиво цепляются за торшер, за мою косуху, они цепляются за жизнь. Они ищут последнюю надежду падающего - хвататься за воздух. Я повалилась на твое тело и ощутила, что пульса уже нет. Все. Я поцеловала тебя так грубо, схватила за волосы и оттянула назад со все силы. Жаль, ты не чувствуешь. Но знаешь, я могу сейчас все. Я могу снять с тебя одежду. Я могу подчинить твое тело себе еще сильнее. Не так, как раньше. И я это делаю. Шаг за шагом. И на тебе остался только кружевной бюстгальтер, который я решила оставить. Я просто хладнокровно запихнула в тебя два пальца. А потом еще столько же. И мне это нравится. Это странное ощущение. Странно стонать самой, а не слушать твои поиски снизу. Мне нравится вылизывать твою поясницу, трогать остекленевшие глазки губами. Я хотела этого. Всегда. Я хотела отыметь тебя мертвую, бледную и тихую. Я никогда не хотела тебя заставлять. Я хотела, чтобы ты не сопротивлялась. Кровь так алеет на твоей шее, густеет и отражает мое лицо. Я не жалею.