Спасение утопающих — дело рук самих утопающих
14 марта 2022 г., 17:03
Этот трактир ничем не отличался от остальных: всё тот же вечерний шум и сжатый воздух хмеля и пыли. Когда-то в далёком детстве Ривай ненавидел это сочетание, сдерживая на языке горький привкус тошноты, сейчас же это было привычно. Даже гогочущий смех нетрезвых постояльцев едва ли напрягал. Всё было до омерзения статично. За исключением подзатянувшегося бессмысленного разговора.
— Сколько нужно, чтобы выловить эту дрянь?
— Неделя, — чуть раздражённо бросил Ривай и только потом подумал, что это слишком много. Он не любил, когда его спрашивали о времени. Не должно ли быть всё равно? В конце концов, плату он брал не почасовую.
— Брешешь, друг, — снисходительно заметил местный, топивший свой вечер в кружке, — второе лето идёт, а ни один охотник ещё не справился.
Ривай выгнул бровь:
— Так, может, и мне не браться?
— Кажется, тебе на сегодня хватит! — трактирщик злобно оглядел пьяницу, что расфокусированно пялился на свой стакан. Владелец заведения снова перевёл взгляд на Ривая и натянуто улыбнулся, видимо опасаясь, что и так несговорчивый охотник откажется от заказа. — Мужики даже близко к озеру не могут подойти, что уж говорить про рыбалку. Опять на баб надеяться? Так нам прошлого года хватило.
Ривай устало закатил глаза, борясь с приступом агрессии. Если он сейчас услышит ещё хоть одну жалобу, что никак не касалась дела, то без зазрения совести пошлёт всех нахер.
— Ключ от комнаты, — Ривай резко вытянул руку.
Трактирщик тут же подсобрался, жадно сверкая глазами. Его падкая на монеты натура словно выползла из скорлупы:
— Десять крон сутки.
— За русалку ты потом мои же деньги вернёшь?
— Ты сначала вылови.
— Тогда и поговорим, — отрезал Ривай. Он видел, как недовольно поджались пухлые губы. Как он себя там назвал? Род Рейсс? Точно. Неприятный мужик. Ривай забрал ключ под презрительный взгляд.
— Не облажай, охотничек.
Ривай лишь промолчал и развернулся, дабы уйти. Ему даже хватило выдержки стерпеть лестный комментарий от разговорчивого посетителя. Отвечать каждому умнику, что считал своим долгом указать ему на небольшой рост и неспособность заниматься своей профессией, то времени на более важные дела не осталось бы. Например, на эту самую профессию.
Ривай толкнул входную дверь и осмотрелся. Да уж, десять крон за сутки, большую часть которых он будет вылавливать русалку из озера, это вообще поднебесная цена для такой комнаты. Он бы и пяти не дал. Захотелось как можно скорее отсюда убраться.
На разведку Ривай планировал пойти уже завтра. Когда он подъезжал к трактиру, темнело, и соваться сейчас к воде без острой необходимости было глупо. Ночью почти все монстры имели превосходство над человеком. И никакая магия, особые способности или отточенные рефлексы тут не могли помочь. Да и устал Ривай с пути — врать себе не имело смысла. Спать хотелось больше, чем жить. Изначально Ривай должен был только переночевать в этом поселении, названия которого даже не помнил — или вообще не знал — а уже утром продолжить путь до столицы. Ханджи просила поторопиться, но как же хотелось найти причину, чтобы этого не делать. Ривай знал, что кроме Зое его ожидал ещё и Эрвин. Так что задержаться хотелось просто на физическом уровне. И внезапный, пусть и довольно сомнительный заказ был схвачен без размышлений, хоть для вида Ривай и посомневался — просто побесить трактирщика.
Ривай стянул нашейный платок и начал раздеваться, немного жалея, что не успел спросить себе купальню. Кожа требовала чистой и тёплой воды. Ривай откинул покрывало и сначала несколько настороженно коснулся одеяла. Чистое, хоть и порядком застиранное бельё. Сойдёт.
Риваю показалось, что его вырубило, едва голова коснулась подушки. Снов, что удивительно, не было, и следующее утро действительно можно было назвать сносным.
Незадолго до рассвета, но пока ещё Солнце даже не показалось, Ривай покинул трактир. Под одежду забирался свежий воздух, приятно охлаждая кожу, а конь то и дело намеревался перейти в галоп, явно пребывая в хорошем расположении духа. Добрался Ривай быстро, а после на несколько мгновений потерял вдох: от красоты вида невольно сжимало грудь, перехватывая дыхание. Место пленило: лесок на возвышенности скрывал озеро от лишних глаз, даруя ощущение некоего уединения и спокойствия, сама водная гладь зеркалом темнела внизу, около правого берега рассыпались громадные покатые валуны, вязаный туман медленно поднимался от земли, разнося по округе молочный воздух с запахом свежести.
Впрочем, Ривай понимал русалку, что здесь решила поселиться. Интересно только, как она здесь оказалась: притоков у озера не было. Может, подземные воды? Хотя, вряд ли это всё же была безобидная наяда, которых обычные люди часто принимали именно за русалок.
Сжав бока Лазаря ногами, Ривай спустился ближе к берегу. Водный диск был неподвижен. Даже солнце ещё не отражалось в нём: не успело взойти. Только едва тронутое светом тёмное небо. Риваю казалось, что время остановилось, настолько было вокруг тихо. Он вдохнул полной грудью. Так странно. Пахло на удивление приятно — никакой тины или затхлости. Только вода и лесные нотки хвои на фоне приятной свежести. Скорее всего, если это на самом деле русалка, то она была ещё молода: не более пяти лет после утопления. Ведь чем старше становились эти твари, тем сильнее обозлялись на людей и подчиняли себе природу, превращая своё окружение в непроходимые болота.
Ривай подошёл к кромке воды и медленно направился по краю. Рейсс вчера так и не назвал определённого времени, когда русалка выныривала на воздух. Складывалось впечатление, что её мало кто видел, но она всех… бесила. Других причин просто как-то не находилось. За эти два года она так никого и не утопила, — и напрашивался вывод, что это наяда, которая просто пугала местных, — но, говорят, вроде и пыталась — это уже говорило в пользу именно русалки. Понятное дело, что нечисть в шаговой доступности — мало приятного, но… почему же никто так и не смог её убить? Ривай прекрасно знал, что русалки никогда не были сильными противниками для опытного охотника. Чем же эта отличалась?
Ривай хмыкнул себе под нос. Становилось даже любопытно. В голове проскочила шальная мысль, что он может встретить представительницу тех самых сказочных сирен, которые вроде как давно уже были истреблены.
Внезапно послышался всплеск воды, и Ривай резко обернулся, вскидывая руку, чтобы схватиться за меч. А потом лишь улыбнулся.
— Серьёзно? — Ривай вскинул бровь, — Лазарь, серьёзно?
Конь лишь фыркнул и переступил ногами, расплёскивая воду. Ему явно нравилось. Говорят, животные похожи на своих хозяев — тут всё было прямо и наоборот. Казалось, был бы Лазарь человеком, то самым непоседливым и болтливым, полной противоположностью Ривая.
— Мы на охоте, если ты забыл.
— И на кого охотишься? — голос раздался совсем рядом, что Ривай вздрогнул, поражаясь, что не услышал чужих шагов.
Он обернулся и не смог сдержать удивления, что показалось на лице. В нескольких метрах от него стоял молодой парень, сунув одну руку в карман широких штанов. Не менее широкая рубаха едва держалась на его плечах, будто цепляясь за острые косточки плеч. Волосы блестели от воды.
— Не боишься плавать здесь? — спросил Ривай, игнорируя заданный ему вопрос.
— А должен?
— Наверное.
Парень провёл по волосам, нарушая их прилизанное состояние, и перевёл взгляд на зеркало озера, которое сразу отразилось в его таких же глубоких глазах. Будто одного с ним цвета: не то серо-зелёные, не то изумрудные, не то практически прозрачные.
— Так на кого? — парень чуть склонил голову, выражая своё любопытство.
Ривай ощутил, что не в состоянии перестать смотреть на парня: было в нём что-то необычное. Но он нашёл в себе силы спросить:
— Про русалку разве не слышал?
— Русалку? — широкие брови заметно нахмурились, но парень почти сразу расплылся в лёгкой улыбке, — и правда, говорили что-то такое.
Ривай хмыкнул. Странный какой: будто говорил о какой-то несущественной проблеме.
— Не местный?
— Можно и так сказать.
Взгляд Ривая прошёлся мельком по фигуре: парень был одет удивительно легко, даже беспечно, если действительно пришёл из соседнего поселения. А ещё… без обуви. И так рано. Слишком спокойный и отстранённый. Неужели сумасшедший?
— Зовут как?
— Эрен.
Ривай сделал себе мысленную пометку расспросить у местных о неком Эрене. Подозрений он не вызывал, лишь простое любопытство. Какое-то едва осознаваемое — странно было увидеть человека в таком виде, ещё и до рассвета. Не многие имели желание ходить по лесам, пока нормальные люди не желали высовывать и носа из дома.
— Не холодно? — спросил Ривай, когда собственное тело отозвалось дрожью. Несмотря на охотничью одежду, низкая температура незаметно делала своё дело.
Эрен полностью обернулся на Ривая с отстранённой и почему-то несколько тоскливой улыбкой.
— Нет, я привык, — он чуть оттянул рубашку от тела, в вырезе мелькнули острые крылья ключиц, — люблю… воздух. Его свежее ощущение на коже.
Действительно — странный. Эрен смотрел, будто ожидая какой реакции, но Ривай не знал, что сказать. Лишь не мог отвести взгляда от чужих глаз. Таких широко распахнутых и удивительно грустных. За ними определённо скрывалась далеко не одна тайна, покрытая болью, ведь люди без груза за спиной не смотрят так тяжело. Пронзительно.
Эрен резко вскинул голову вверх, что Ривай несколько раз растерянно моргнул. Потеря зрительного контакта ударила — отрезвила. Он понял, что засмотрелся — так и не отвёл от парня взгляда с момента встречи.
— Её… видят только днём, — тихо прошептал Эрен.
Ривай кивнул и тоже посмотрел на небо, лишь бы не чувствовать себя внезапно одиноким. Светало, хотя Солнце ещё и не выглянуло, лишь собираясь с силами.
Лазарь снова фыркнул, привлекая к себе внимание, а потом встал на дыбы, чтобы всем весом обрушиться на воду. Хрустальные капли взвились в воздух, ледяным фонтаном обдавая Ривая и Эрена. Это произошло за пару жалких секунд, что никто не успел даже прикрыться или отступить. Ривай недовольно провёл ладонь по лицу, сбрасывая с себя влагу, а после наградил животное самым гневным взглядом, на который был способен. Он был близок к тому, чтобы начать отчитывать менее разумное существо, как рядом с ним раздался перезвон чужого смеха. Ривай обернулся на Эрена: одежда у него местами прилипла к коже, позволяя увидеть, что парень ещё тоньше, чем казался. А ещё он удивительно приятно смеялся — не громко, как это делают дети, и не грубо по-мужицки, что режет в ушах, а просто, как человек, который давно уже перестал смеяться. Тихо и искренне.
— Думаю, твой конь спугнёт русалку прежде, чем ты выйдешь на её след, — чуть сдавленно проговорил Эрен.
Ривай смог лишь хмыкнуть в ответ. Раздражение угасло так же быстро, как и появилось.
— Ничего, у меня достаточно времени, — Ривай снисходительно улыбнулся.
— Правда хочешь… её убить?
— Это моя работа, — пожал плечами Ривай, чуть ведя плечами. Почему-то вопрос застал его в расплох.
Он знал, что делал благое дело, но всё равно не мог привыкнуть к ощущению, когда вгонял меч в тело монстра с лицом человека. Ривай не любил убивать, но ценил жизни людей, которых ему удавалось спасти.
Эрен ничего не ответил — лишь немного кивнул, мазнув взглядом по профилю Ривая, а после снова отвернулся.
Ривай чувствовал, что делать тут ему было пока нечего, но просто уйти было сложно. Мышцы отказывались подчиняться разуму, заставляя стоять на месте и дальше. Ривай уже начинал жалеть, что пустые разговоры никогда не были ему близки — лишь трата ценного времени — и он не умел заводить диалог с ничего. Охотников не то чтобы любили: совсем нет. Их ставили даже выше убийц, ведь они были способны войти в логово внушающего страх в жилах существа и вернуться живыми. Охотников боялись — редко можно было встретить человека, что бы не показывал и доли страха или презрения. Ривай ощутил укол тоски по обычному человеческому общению. Кажется, с возвращением в столицу всё же лучше не затягивать, там хотя бы были люди, которым на него не всё равно.
— Знаешь, — через какое-то время заговорил Эрен, когда верхушки деревьев зажглись солнечным светом. Парень всё крепче обвивал себя руками — видимо холод всё-таки коснулся и его, — мне кажется, сегодня она не придёт.
— Почему ты так решил? — тут же собрался Ривай, — видел её?
Эрен повёл плечами, со странным выражением лица смотря на светлеющее небо. В его глазах утонул ярко-зелёный блик.
— Можно и так сказать, — парень вздохнул, — я тут бываю каждую ночь. Может, я и ошибаюсь… но она не придёт.
Ривай хотел было что-то спросить, — но Эрен уже кинул негромкое «мне пора», — и лишь кивнул, а потом проводил спину Эрена, пока тот не скрылся за озером.
Лазарь тяжело фыркнул, и Ривай обернулся — конь щипал траву и недовольно взмахивал хвостом. Будто это и не он совсем недавно, точно жеребёнок, плюхался в воду.
— Что-то не нравится?
«А тебе?» — додумал себе голос коня Ривай и вздохнул. Одиночество играло с ним в плохие игры. Пора было заняться делом.
До того, как солнечные лучи вонзились в озеро, прокалывая его середину, Ривай успел осмотреть весь прибрежный периметр. Он не заметил ничего странного или чего-то, намекающего на присутствие русалки. Её Ривай и правда не дождался, зато напугал молодых девчат, что пришли сюда шумной компанией. Удивительно, что девушки не боялись находится рядом с озером. Хоть русалки и могли околдовать только мужчин, иногда нападали и на женщин — пытались создать себе сестёр. Но эти местные девушки казались слишком спокойными — Ривай решил порасспрашивать их: знают ли что-нибудь, видели или слышали. Но ни на один вопрос так и не дождался внятного ответа.
Ривай не любил недосказанность и просто ненавидел, когда его намеренно дурачили. Пришлось собрать все внутренние силы, чтобы не сорваться: пугать девушек ещё больше не входило в его планы. Он же не монстр какой, в конце концов. Тем более одна из них выглядела уж больно воинственно: выше Ривая как минимум на голову, не самая симпатичная, зато удивительно самоуверенная — всем своим видом демонстрировала, что хочет его послать. Когда он ей успел так не понравится, Ривай не понял. К счастью, мрачность этой девушки разряжала маленькая куколка рядом — едва ли полтора метра ростом, с наивными голубыми глазами. Она не сводила взгляда с озера, пока её подруга явно намеренно бесила охотника.
Делать тут было точно больше нечего — Ривай решил вернуться в поселение. Трактир встретил его суетой, шумом и противными запахами. После леса и озера здесь было особенно неприятно находится. Ривай поморщился, перебарывая желание выйти обратно.
Рейсс создавал видимость занятости, хотя на самом деле следил за посетителями, словно удав за полёвками.
— Господин охотник, — манерно проговорил он, стоило Риваю приблизится, — уже сходили куда?
— На озеро, — кивнул он.
— И как?
— Никак, — хмыкнул Ривай, на что получил лишь недовольный взгляд, — еды какой дай.
Через несколько минут перед Риваем стояла тарелка с кашей, чай и кусок белого хлеба. Как минимум вчерашний.
— Что было, то и принёс, — отрезал трактирщик с довольным видом и язвительно добавил: — у нас не столица… деликатесов не водится.
Ривай презрительно дёрнул уголком губ — так и он не был из столицы. Хотелось сказать в ответ что-нибудь колкое, даже грубое. Почему-то Ривай ощущал внутреннее отторжение к человеку напротив. Но вместо этого он лишь спросил:
— Парня по имени Эрен знаешь? Молодой, немного странный.
— Нет, — Рейсс даже не задумался. Его пухлые пальцы отбивали нестройный ритм по столешнице.
— А в соседней деревне? — не терял надежды Ривай.
— Я не девчонка тебе с парнями по соседним поселениям знаться. У них и спроси.
— Ладно… и на этом спасибо.
Ривай поспешил отойти, чтобы не сорваться. Можно подумать все молодые парни общаются только с девушками. А вот у последних Ривай и правда должен был спросить. И чего этот трактирщик так на него взъелся? Нет, Риваю, конечно, плевать, но должна же быть причина. Хотя, некоторые люди по жизни чем-то недовольны. Ривай направился к ближайшему к стене столику, что, к счастью, был свободен. Он думал, что делать дальше — в принципе, можно было попытать удачи и сходить на озеро ещё раз, но это ближе к обеду. Ривай надеялся, что девушки к тому моменту уже уйдут, и он сможет зайти в воду — русалка должна была попробовать его утопить.
— Моя опять туда шлялась, — внезапно послышался чёткий, наполненный гневом голос, — не знаю, что и делать.
— Дома запри.
Ривай поджал губы, прислушался: говорили у него за спиной.
— В убыток уйдём, — расстроился голос, — уже и бил… да толку! Совсем ей всё равно! Рвётся и конец тут!
— Не одна твоя жёнушка ходит, — хохотнул собеседник, словно мог этим успокоить нерадивого мужа, — все уж повадились.
— И что он с ними делает, раз всем местным бабам дома не сидится! — воскликнул первый, и Ривай не сдержал своего любопытства, обернулся.
Двое мужчин средних лет пили пиво из высоких стаканов. Видимо, глушили какое горе, раз так рано начали. Ривай хмыкнул. С такими тряпками, что и бьют, и пьют, и как о скотине говорят, Ривай бы и близко не стоял. Надо же — женщина не слушается. Бедненькие. Неужели-таки смельчак нашёлся, что их жён утешает, да ещё и так, что те не скрываются?
— Чего надо? — буркнул обиженный, заметив чужой взгляд.
— Ничего, — Ривай пожал плечами, — говори тише, а то о твоих проблемах все узнают.
Мужчина гневно сощурился, но промолчал.
Больше Ривай не расслышал и слова — доел без лишнего шума, а потом всё же исполнил своё желание и вышел обратно на улицу. Трактир его раздражал всё больше и больше. Особенно люди в нём. Ривай направился в стойло: проверить Лазаря.
Пахло пылью, сеном и дерьмом. Фыркали кони, топтали копытами пол, разнося глухой звук по всему помещению. Шуршало сено.
Ривай подошёл к бодрому Лазарю и погладил коричневый тёплый бок животного. Шерсть лоснилась под ладонью. Конь чуть повернул голову, встречаясь с Риваем спокойным взглядом.
— Хорошо тебе? — хмыкнул Ривай, вглядываясь в собственное отражение в карем глазу, — или скучно? Согласен, в дороге приятней. Но… скоро будем в городе — там… намного хуже.
Лазарь качнул головой, а Ривай вздохнул. Дефицит общения накладывал свой отпечаток даже на него, хотя одиночество никогда не было мукой или испытанием — принималось даже с радостью. Никто не лез, не говорил лишнего, не ломал планы. Путь всегда был один: найти и выполнить заказ, получить деньги. Минимум слов — максимум действий. Но в последнее время Ривай слишком много находился один. Заказ за заказом — день за днём. Деревья успели сбросить и нарастить новые листья. Прошедшая осень казалось уже неизмеримо далёкой, но не могла не вспоминаться. В прочем, лучше бы и не вспоминалась. По прошествии года Ривай мог сказать, что просто сбежал из столицы, без цели, без плана, только по причине, чтобы не видеть Эрвина. Они расстались не самым приятным образом, наговорили столько слов, что Риваю хотелось за них раскрасить лощёную рожу кулаками. Ривай устал, а Эрвин как всегда пытался давить. Ханджи старалась их усмирить, но механизм был спущен, точно револьвер с предохранителя, и кто первым нажал на курок… чёрт его знает.
Ханджи осталась с Эрвином. На службе. Ривай помнил её извиняющийся взгляд. Но он понимал, правда: вся жизнь Зое была в столице, наука была её наркотиком, её смыслом. Ханджи крутилась в высших кругах, в ней нуждались люди, а она нуждалась в их деньгах и влиянии. Она не могла всё бросить, даже ради лучшего друга.
А Эрвин… он уже давно начал переходить все дозволимые черты. Жаль, что Ривай это слишком долго отказывался замечать.
Ривай чуть нахмурился, обрывая мысль, и прислушался. Он отошёл от Лазаря: его шумное дыхание мешало сосредоточиться — и вгляделся в тень, что образовалась от возвышающихся до потолка стогов сена. Странный звук, что привлёк его внимание в первый раз, снова повторился: едва различимое копошение, будто кто-то старался остаться незамеченным, но плохо с этим справлялся. Ривай предусмотрительно положил ладонь на рукоять меча и тихими шагами направился в сторону звука.
Едва он зашёл за преграду, его губы презрительно поджались: широкая мужская спина скрывала за собой другого человека. Догадаться, какое занятие Ривай прервал, было не сложно.
— Извините, что помешал, — выплюнул Ривай и уже было развернулся, дабы уйти, как взгляд зацепился за валяющийся на полу небольшой обуток. Мужской обуток.
В голове налилась кровью неприятная мысль, и Ривай остановился, а потом в несколько широких шагов подлетел ближе и резко оттолкнул широкоплечую фигуру. Его подозрения подтвердились: на пол скатился светловолосый паренёк, судорожно сжимающий в пальцах расползающиеся полы рубашки. Он засучил ногами, подтягивая их ближе к себе, одна штанина волочилась по пыльному полу.
Ривай перевёл сатанеющий взгляд на отступившего к стене урода. Тот рассматривал Ривая в ответ и, казалось, не понимал, как он смог ему помешать, а затем его глаза поймали торчащие из-за спины мечи.
— Если ты сейчас не уберёшься отсюда, я размажу твои мозги по всей конюшне, — выдавил сквозь зубы Ривай, мучаясь от соблазна воплотить в реальность свою угрозу.
Здоровяк усмехнулся, расправляя плечи, что ткань на них натянулась, обрисовывая валуны мышц.
— Я думал, тебе нет дела до людей.
Ривай поразился этой наглости и всё же оголил меч, скалясь:
— Так давай проверю, насколько ты человек. Обычно, они умирают быстрее.
Кажется, только прямая угроза смогла возыметь эффект: сплюнув на пол, блондин боком обошёл охотника и поспешно скрылся. Ривай тут же потерял к нему всякий интерес, убрал оружие и повернулся к парнишке, который даже не всхлипывал, лишь кривил покрасневшие губы в рыдании, пока слёзы текли по щекам.
— Эй, — окликнул его Ривай, не решаясь сразу подходить, — он тебя не…?
Парень перевёл на него испуганный взгляд, а потом отрицательно мотнул головой. Риваю стало легче — он совершенно точно не знал, что нужно было бы делать с жертвой изнасилования. Но, по крайней мере, сейчас он понимал, что справиться нужно только с паникой, что вот-вот могла накрыть блондинчика.
— Встать можешь? — Ривай понял, что нет, — я могу подойти?
Парень подтянул ноги ещё ближе к себе, никак не отвечая. Ривай воспринял за сомнительное, но согласие. Он медленно приблизился к парню, держа руки на виду, а потом сел перед ним на корточки:
— Смотри на меня, — Ривай дождался, пока парень сосредоточил на нём свой взгляд, — теперь сделай глубокий вдох, давай, пацан. Молодец, а теперь медленно выдыхай, да. Ещё раз. Всё нормально, он ничего… не успел. Дыши.
Через несколько минут Ривай поднялся на ноги.
— Одеться сам сможешь? — парень кивнул, — хорошо, тогда я отвернусь, а ты потом скажешь, когда можно.
Как бы не было горько признавать, но Ривай знал, что делать в таких ситуациях: приступы паники часто настигали Ханджи, так что пришлось научиться с ними справляться. А дать парню ощущение личного пространства показалось просто правильным.
— Я… всё, — прохрипел голос, и Ривай тут же обернулся.
Парень стоял, несчастно прижимая к себе руки, но выглядел уже спокойнее. Его взгляд метался по фигуре Ривая, то ли вычисляя уровень предположительной опасности, то ли что-то выискивая.
— Вы охотник, — хрипло сказал парень, а потом искренне, хоть и немного криво, улыбнулся, — спасибо Вам.
Ривай кивнул и даже смог дрогнуть губами в ответ.
— Пойдём со мной, — не дожидаясь ответа, Ривай развернулся.
Он подошёл к Лазарю и успокаивающе погладил коня по крупу, тот тряхнул головой. Ривай подумал, что его привязанность к собственной лошади сегодня даже принесла пользу. Не реши он вернутся в стойло, день был бы ознаменован ещё одной человеческой трагедией.
— Как тебя зовут? — спросил Ривай, когда парень подошёл ближе.
— Армин Арлерт, сэр, внук фермера.
— Внук? — переспросил Ривай без особого энтузиазма, — родителей нет?
— Нет, с…
— Зови меня Ривай, — отмахнулся он, — пусть я и старше тебя буду, но от всего этого официоза меня тошнит.
— Хорошо, Ривай, — немного неуверенно протянул Армин и переступил с ноги на ногу, — я хотел бы ещё раз тебя поблагодарить. Я уже думал, что всё…
— Давно тебя достаёт?
— Почти с того момента… — Армин внезапно захлопнул рот и отвёл взгляд, — больше года уже.
— А как ты с ним до этого справлялся?
— Старался избегать или не быть одному. Такое… в первый раз.
Ривай понимающе больше не стал давить на парня. Всё же не стоило тревожить свежую рану. Охотник был уверен, что как бы Армин не старался держать себя сейчас в руках, за дверьми дома он ещё не раз переживёт сегодняшний день. Ривай чуть склонил голову, раздумывая, а затем вынул из голенища сапога небольшой нож. Армин ощутимо напрягся.
— Не бойся, — хмыкнул Ривай и перехватил оружие за лезвие, протягивая его парню, — возьми себе.
— Что ты… вы… я не могу.
— Всё ты можешь, — отрезал Ривай, — думаешь, он не пристанет к тебе снова? Зря, если так. Возьми и не бойся воспользоваться.
— Я не умею, — совсем подавленно ответил Армин, — я скорее наврежу сам себе, чем кому-то.
Ривай вздохнул. Да, уж. Сам-то он с любым оружием умел обращаться едва ли не с младенчества — порой было странно признавать, что далеко не многие такие же, как он.
— Далеко живёшь? — спросил Ривай, чем, кажется, удивил парня.
— Мой дом ближе к озеру, там земли лучше всего подходят для посевов.
Ривай понимающе кивнул.
— Мне как раз в ту сторону, — он снова подтолкнул Армину нож, — ты всё же возьми. Я могу научить тебя парочке приёмов. Если хочешь.
Армин неловко принял оружие, а потом поднёс его ближе к лицу, рассматривая: резные узоры по лезвию и рукояти, несколько зарубок на металле.
— Спасибо. Но… зачем тебе это?
Ривай хмыкнул. Зачем? Он не знал, просто думал, что так будет правильно.
До дома Армина они пошли пешком. Ривай здраво рассудил, что ехать верхом будет неудобно, а возвращение вечером своим ходом его ничуть не пугало. Армин оказался довольно интересным собеседником. Ему было всего семнадцать, но говорил он вполне как сознательный взрослый человек: не было детских ужимок, каких-то обид на мир или судьбу, что так рано оставила его без родителей. Порой Ривай ловил взглядом дрожь, что пробегала по телу мальчишки, когда тот задумывался или слышал неопознанный шорох. Было понятно, что Армин пытался отвлечься, но это у него не полностью получалось. Когда из-за холма показался дом Арлертов, Ривай повторил своё предложение о помощи и не стал настаивать и провожать парня до дома, за что тот, кажется, был благодарен.
Солнце уже давно отсчитало больше середины дня, так что Ривай решил снова наведаться на озеро: всё равно было по пути. Оснований не верить Эрену у Ривая не было, как не было и делать обратное, так что он предпочёл всё же лично убедиться в отсутствии русалки.
Без Лазаря путь по широкой тропинке оказался намного более длинным, чем казался, но это стоило того: Ривай подобрался к берегу озера максимально бесшумно и заметил странную картину. Одна из девушек сидела на камне среди воды, её верхняя одежда лежала у берега, сама она осталась лишь в тонкой нательной рубахе, которая мокрой тканью сейчас прилипала к её спине. Ривай аккуратно начал продвигаться по краю берега, пригибаясь к земле: его взгляд был устремлён на гладь озера. И он не хотел верить своим глазам. Мелкая блондинка, та самая подружка хмурой конопатой девчонки, вплетала в волосы русалки цветы. С такого расстояния Ривай не мог рассмотреть лицо существа: оно сидело боком, закрытое хрупким телом девушки, — но вот мощный хвост, что лежал на камне, отсвечивая бликами на Солнце, Ривай видел прекрасно.
Девушка не казалась напуганной или принуждённой к чему-то: она не кричала, да и вещи, казалось, сняла по своей воле. Ривай притаился и стал экстренно придумывать, как быстро обезвредить русалку. Даже если эта особь была утоплена совсем недавно и ещё не растеряла своей человечности, Ривай сомневался, что она не нападёт. Нужно лишь ждать.
Внезапно девушка громко засмеялась, а потом начала толкать ногами хвост в воду. Ривай замер. Эта девушка не могла быть настолько безрассудна — русалка её точно как-то заманила и околдовала. Ривай вскочил на ноги именно в тот момент, когда русалка потянула девушку в воду.
Ривай не дал себе времени обдумать ситуацию — нужно было действовать сию же секунду. Сюрикен в руках не внушал уверенности, но это было хоть что-то, способное сейчас помочь.
— Ну-ка отпусти! — крикнул Ривай и вместе с этим прицелился, чтобы не попасть по блондинке, но ранить русалку.
И, кажется, у него это получилось — сюрикен должен был попасть куда-то в плечо существа. Девчонка упала на спину в тот момент, когда широкий хвост расплескал вокруг воду. Русалка испугалась и решила бежать — днём она слабее, уязвимее, и даже если и ранена, то не станет возвращаться: сейчас охотник был ей не противником.
— Ты как? Нормально? — громко поинтересовался Ривай, быстро оказываясь у самого берега, оценивая расстояние до камня. Оно было не таким уж и огромным: переплыть не составит труда. Пару десятков секунд и всё.
— Стой там! — внезапно гневно крикнула девчонка, поднимаясь на ноги и оглядываясь, Ривай растерялся, — всё со мной хорошо!
И она… нырнула в воду. Чтобы через пару мгновений вынырнуть уже ближе к берегу. Пока девушка преодолевала расстояние, Ривай нервно сканировал гладь озера. Он чувствовал себя… странно. Эту охоту даже «охотой» сложно было назвать. Риваю всё больше казалось, что его дурачат. Русалка, которая никого ещё не утопила и которая, видимо, дружит с местными девушками. Ночной сумасшедший, жертва домогательств. Сейчас ещё вот… эта.
Блондинка как раз ступила ногами на дно, потому что начала стремительно выбираться наружу. Её рубашка облепила девичью фигуру, не оставляя простора и для капли фантазии. Она была буквально миниатюрной нимфой, что могла бы посоревноваться с русалкой в способности околдовывать. Ривай тактично поднял взгляд на лицо девушки, про себя радуясь, что все женские прелести его никогда и не интересовали. Возможно, именно по этому он уже столько охотником и живёт: многие существа полагались на силу своего обольщения, а Риваю это было… абсолютно по боку.
— Ты зачем это сделал? — едва оказавшись вне воды, спросила блондинка. Кажется, Ривай зря думал, что в отличие от своей конопатой подружки, она не сможет за себя постоять. — Кто тебя просил кидаться?
— Я тебе жизнь спас, — недовольно процедил Ривай, — можно побольше благодарности в голосе.
Девушка фыркнула, упирая руки в бока. Ривай редко видел людей ниже него ростом, так что теперь с трудом воспринимал человека, который смотрел на него снизу вверх. Девушка тем временем наступала.
— Тебе же сказали, что днём русалки не будет!
— А ты откуда об этом знаешь, мелюзга? — подозрительно спросил Ривай.
— Тебе какое дело? — девушка чуть покраснела, понимая, что её подловили на лжи, а потом недовольно зашипела: — приезжаете, охотники, создаёте чёртовы проблемы. Никому не нужны ваши примитивные решения: убил и дело с концом. К дьяволу такие решения! Ты всё равно никак не поможешь!
Девушка выглядела бы устрашающе, если бы не была столь… милой. У Ривая просто не было моральных сил, чтобы начать на неё кричать, но и оставлять её поведение без внимания было абсолютно неправильно. Так что он, с трудом сдерживая беспомощный гнев, процедил:
— А с чем же мне нужно помочь?
Блондинка замерла на мгновение.
— Перестань думать своим охотничьим мозгом, — уже менее уверено выдохнула она и откинула назад мокрые волосы, — или уезжай, как и все до этого.
Ривай хмыкнул. Очень странно: девушка пыталась защищать русалку. Удивительно.
— Обещаю, что сделаю что-то из этого, если ты расскажешь мне, почему сидела с русалкой на одном камне, будто вы подружки.
— Ты не поймёшь.
— А ты попробуй нормально объяснить, — хмыкнул Ривай, — и оденься уже. А то… бесит.
Девушка вспыхнула зажжённой спичкой, но послушно направилась к своим вещам. Ривай отвернулся, демонстративно рассматривая воду. Внутри у него собиралась тёмная туча из негодования, которая грозилась разверзнуться скорой грозой.
— Так уж я тебе не понравилась? — внезапно спросила девушка.
Ривай удивлённо вскинул брови, на секунду даже теряясь. Вопрос был словно не в тему, так что Ривай подарил девушке скептический взгляд, а потом с расстановкой проговорил:
— Я тебя раза в три старше. Не знаю твоего имени. И вижу второй раз в жизни.
— Не редко ни один из этих пунктов не становится причиной для… желания.
Ривай резко повернулся, пытаясь сохранять присущее ему хладнокровие, но… но просто не мог — он всплеснул в раздражении руками:
— То есть тебя смущает… что я попросил тебя одеться? Прошу прощения, но ты нормальная?
— Вполне, — улыбнулась девушка, — и ты мне нравишься. Хистория.
Она протянула хрупкую ладошку. Ривай решил, что точно перестал понимать ситуацию. Потому что аккуратно пожал чужую руку и представился. Чужая ладонь всё ещё была немного влажная и довольно прохладная.
— А теперь ты мне ответишь, что происходит? — поинтересовался Ривай. Его терпение всегда было велико, но сейчас он даже не мог представить, насколько его ещё хватит.
— А что ты хочешь знать? — Хистория обезоруживающе улыбнулась.
Чтобы сбросить с себя это ощущение доверия, которое невольно внушала своим видом девушка, Ривай снова кинул взгляд на озеро. Спокойное, тихое, будто бы безопасное.
— Почему ты не боишься? — наконец нашелся он.
Пожалуй, это был самый главный вопрос. Он мог предположить, почему Хистория хотела бы помочь существу, но не мог понять отсутствия у неё самосохранения.
— Потому что мне нечего бояться, — пожала плечами девушка, — тем более… русалки.
— Ты хочешь её защитить? — вслух предположил Ривай.
Несколько секунд она молчала. Ривай успел подумать, что та сейчас выдаст ему неопровержимое доказательство, почему должна спасти этого… монстра. Но вместо этого Хистория грустно улыбнулась и посмотрела куда-то сквозь лес:
— Я просто должна…
Ривай ждал какого-то продолжения, но девушка, казалось, полностью выпала из пространства. Взгляд её голубых глаз будто затуманился тоской.
— Кому? — не выдержал Ривай, — ей? За что?
Хистория покачала головой:
— Не ей. Но ты всё равно не захочешь мне поверить.
— Если ты продолжишь себя так странно вести, то я, конечно же, поверю охотнее, — съязвил Ривай.
Хистория ничего не ответила. Ривай не собирался задавать новых вопросов, ведь сомневался, что получит ответ хотя бы на один из них. Взгляд невольно переместился на небо: Солнце уже клонилось к верхушкам деревьев. Чёрт, а он даже и не заметил как кончился этот день! Ривай в раздражении хмыкнул: если не считать парнишку, которого он спас, день не принёс ничего полезного. Как бы не понадобилось задержаться в этом месте.
— Вечереет, — бросила девушка, а потом вдруг добавила: — посидишь со мной?
— Если ты про камень по центру озера, то, прости, откажусь.
— После того, как ты стал кидаться острыми предметами, не мне тебя туда и приглашать, — легко парировала Хистория.
— Зачем я тебе? — устало вздохнул Ривай, понимая, что молодая девчонка просто решила поиграться и поставить в списке своих побед эксклюзивную отметку «охотник», — проще никого не можешь найти?
Хистория внезапно разразилась тем мелодичным смехом, который обычно заставляет улыбаться всех вокруг. Девушка быстро пришла в себя, а потом игриво подскочила к Риваю:
— Боюсь, моя девушка не оценит, что я сплю с взрослым мужчиной без неё.
И, прежде, чем Ривай понял смысл слов, Хистория снова отскочила на шаг. Эта девушка была похожа на ребёнка в теле взрослого. Хотя, сколько ей? Четырнадцать? Пятнадцать? Будет странно, если больше. Ещё более странно, что она внезапно открыла ему такую тайну. Никто никогда не распространялся, если имел партнёра своего пола — даже девушки. Это приравнивалось к греху и просто порицалось обществом. Но Хистория, казалось, совершенно не боялась его реакции. Она точно не имела чувства самосохранения.
— Эта та конопатая что ли? — Ривай решил не строить из себя «правильного», в конце концов, мог же он просто не осуждать, — я даже не буду гадать, кто у вас сверху.
Девушка наконец-то приобрела сбитый с толку вид, а потом вдруг села на песок, закидывая голову, и мечтательно улыбнулась:
— Ну, когда как, Ривай, когда как…
— Знаешь, — фыркнул он и, плюнув на всё, сел рядом, — я бы на твоём месте не стал так открыто говорить незнакомцу о своих… предпочтениях.
— А ты на моём месте был? — Хистория хитро прищурилась, и её наивный взгляд голубых глаз показался до ужаса цепким, будто она что-то знала, а потом она беззаботно добавила: — мы любим друг друга, так что мне нечего скрывать. По крайней мере незнакомцу, который не стал даже на меня смотреть. Тем не менее, я знаю, что родители нам сразу подберут «идеальные партии» в мужья, едва только что-то услышат о нас.
— И что ты собираешься с этим сделать? — Ривай не знал, почему так легко подавался на немного сумасшедший диалог с этой девчонкой, но поделать с собой ничего не мог, — неужели, всё устраивает?
— О, конечно, нет… — она на секунду замолчала, — ты хотел когда-нибудь сбежать, Ривай?
Ривай не знал, что ответить. Хотел ли он? Нет, пожалуй, нет. Он не любил сбегать, что бы за проблема не стояла на его пути. Но сбегал ли он? Да, сбегал. Подвернулся шанс, и он не стал его упускать. Потом, конечно, сам назвал это бегством, но в момент слабости даже не осознавал этого.
— Хотя, не отвечай, — продолжила Хистория, — это не важно, хотел ли ты. Ведь ты свободен. Тебе не нужно спрашивать разрешения, не нужно думать о безопасности, ведь ты мужчина, а, самое главное, ты охотник и ты силён. Тебе проще принимать решение. Только вот, я уверена, что ты сам не рад, что так свободен.
— Мне почти страшно, что ты так проницательна, — проворчал Ривай.
Хистория усмехнулась, кажется, вполне польщённая такой реакцией.
— Но ты так и не ответила, что собираешься делать, — напомнил Ривай.
— Сбегу, — честно призналась девушка, но потом грустно усмехнулась, — но не раньше того, как исправлю ошибки своей семьи.
— Благородно, — Ривай невольно сам вспомнил, как не раз жертвовал собой или своими желаниями ради семьи, и оборачивалось всё не всегда хорошо в его сторону, — но зачем тебе это?
— Потому что я часть своей семьи. Что касается моей фамилии — касается и меня.
Солнце разрезало поляну на две части: уже скрытую тенью и всё ещё освещённую. Ривай с Хисторией оказался на первой. От озера тянуло теплом, полученного им за день. Тело невольно ощутило расслабленность. Ривай хмыкнул, когда понял, что практически забыл, зачем он тут вообще находился. Девушка была права: семья — так много в этом слове, как бы порой не было больно.
— Я бы хотел тебя проводить, — предложил вдруг Ривай, а потом усмехнулся: — если, конечно, не вызову ревность твоей подружки.
Хистория фыркнула и… упала спиной на песок.
— Иди, Ривай, один. Я тут ничего не боюсь.
Ривай, признаться, колебался. С одной стороны, ничего сделать он тут и не мог, а, с другой, странно было оставлять девушку ночью в таком месте.
— Я сейчас тоже пойду, — успокоила Хистория, — просто из моего дома хорошо просматривается выход из леса. Моему отцу точно не понравится, с кем я его покидаю. До завтра, Ривай.
Ривай не стал ничего отвечать. Пожалуй, хватит с него сегодня загадочности. Он, конечно, охотник, но девушки обладали не менее мистической силой. Не зря он не имел с ними близких отношений: слишком легко они умели залезать в голову.
