Будь моим смыслом

      Каждый вдох, это новая волна невыносимой агонии. Всё вокруг источает холод, боль, нищету и страдания. Он тонет в грязи, прорывается через бесконечные тернии кровавым путем, заранее зная свой конец. Он ничтожен и жалок, но это лишь злит его сильнее, порождая бесцельную ненависть и желание, чтобы никчёмная жизнь имела смысл, неважно какой и насколько он может быть смешён. Раз ему суждено бороться на грани своих сил, убеждаясь с каждой попыткой, что мир его ненавидит, то пусть в этом будет смысл. Он будет жить, будет сражаться и умрёт в темноте, из которой с самого начала не было выхода. Этот факт весилит его поломанную натуру. Заставляет вставать каждый день и чувствовать что-то помимо пустоты и боли в груди. Таким был Акутагава Рюноске. Судьба лишь подтвердила его мысли, закряпляя пройденный материал, и, под конец, давала новый, ещё более жестокий, чем предыдущий. Он знал, что ему предопределена стезя, подобная жалкой спичке, сгорающей в мгновенье ока, испепиляющей глаза огнём. Но судьба распорядилась иначе, в единственный раз давая ему тонкую ниточку надежды.

***

      Ужас. Мрак. Месть. Брюнет бежал по трущебам с одной единственной целью — забрать с собой как можно больше жизней. Раненный, изнемогающий и пылающий, он готов в одно мгновение исчезнуть, оставив после себя пепел и сажу. Он — Молчаливый Бешенный пёс. И сейчас Акутагава преследует свою жертву, которую хладнокровно убьёт, наслаждаясь брызгами пунцовой крови. Даже глаза его в ночи алели, выдавая намерение, холодную, как лёд, жажду убийства. Пришло время приблизить неизбежность. Шестое чувство бьёт по всему телу дрожью от предвкушения. Там впереди его будущее. Сегодня сама луна нальётся красным и круг замкнётся, навсегда отрезав ему дорогу к свету. Но проведение решило предписать ему иное. Это был миг, когда Акутагава впервые встретил его. Саму Луну. Прекрасное её воплощение. Ангел. Рюноске не знал тогда ещё этого слова, но услышав его однажды, сразу понял, что именно оно описывает это прекрасное чистое существо. Объятый голубым сиянием, он спустился к нему, в бездну ада, совершенно случайно, и был слишком добр, чтобы не спасти, бросить гнить среди тлена и пыли. Волосы сияют серебром, облачен в белое, а глаза - сказочный калейдоскоп из цветов рассветного неба: глубокий-фиолетовый и медово-желтый. В них отразилось сострадание, искреннее, такой эмоции Акутагава ещё не видел. — Ты ранен?! Нужно срочно оказать первую помощь! С тобой кто-то ещё есть? — робкий, но приятный голос. Сам незнакомец был слегка выше, видно, старше. Он потянулся к мальчику. "Ну не дурак ли? Не знает, где оказался? Что за чушь несёт?" — Уйди с дороги. — прорычал Рюноске, нападая на незванного гостя, но тот уклонился от способности, что очень удивило юнного эспера. – Меня зовут Ацуши Накаджима, я из Вооружённого Детективного Агентства. Пойдём со мной, и я обещаю, что помогу тебе. "Не дурак, а идиот". — Мне не нужна ничья помощь! Я жажду мести! — хриплый рёв раздался по всей местности, а клинок Расёмона настиг глупца. И... Акутагава ещё не разу не видел, чтобы его способность останавливали. Парень напротив держал черную материю чем-то на подобии руки скрещенной с звериной лапой. — Тише. Тише. Я не враг тебе.. — он казался печальным. — Так что не ври мне. Неужели нет ничего, чего ты бы хотел всей душой? Чего то большего, чем слепая месть? — "Звучит, как глупая мотивирующая фраза, на что он надеется? " Но губы движутся сами. Как гласит слово божие, серафимам нельзя лгать. — Смысл. — смотря на решительность брюнета, светловолосый лишь покачал головой. — Смысл люди ищут сами, так что если я или кто-то другой даст тебе его, ничем хорошим это не закончится. — как мифическое существо оказалось в этом грязном месте? Светлый и невинный, он рассуждал о вечных вещах, протягивая руку. "Ацуши Накаджима. Кто он такой?" — Так что, вот тебе моё предложение. Пойдём со мной, и у тебя будет шанс отыскать свой путь. Я подарю тебе такую возможность. Клянусь! А раз я дал клятву, то я её сдержу. — казалось, за его спиной на мгновение можно было увидеть крылья. Белые, как первый снег. Ему хотелось верить, невозможно было не довериться. Немым согласием на эту сделку послужил быстрый кивок. Луна была неестественно большой и освещала этого чудака с неровной причёской, мягко блестящей серебряным на тёплых лучах. — Ты один здесь? — Сестра. — Так, что же ты делаешь тут, если она не рядом? — и Ацуши подошёл ближе, слишком близко для того, кто бы боялся или опасался. "Совсем страх потерял?"       И всё же, что-то было в нем, в этом дураке не от мира сего. В его странных глазах, отражающий саму первородную суть. Пропитанная теплом бежевая куртка легла на плечи Акутагавы, забирая у него последнюю возможность сопротивляться. И почему вообще он ему поверил? Зачем пошёл за ним, забыв о мести? Почему? Он просто не смог сопротивляться этому чувству, пронзившему все тело. Акутагава направлялся на верную смерть, но по встречался с Девой Марией, приняв её покровительство. — Как тебя зовут? — тепло ткани жгло, сереброволосый светился в темноте, как маяк, а усталость от полученных ран стала накатывать сильнее от прешедшей расслабленности. — Акутагава Рюноске. — прошептал брюнет. ***       Спустя два часа, сидя перед горой трупов, человек в чёрном плаще, весь покрытый бинтами с досадой заметил, что совершил просчёт. Его безразличный взгляд прошёлся по округе остановившись на слишком большой для этого времени луне. — Это даже интересно.

***

      Когда жалкая кучка соломы и тряпок превратилась в мягкий футон, настоящие подушку и одеяло? Рюноске опешил, не ощутив привычного запаха разложения, сырости, холода и боли в лёгких, от пыльного воздуха. Он проснулся в мягкости, тепле и свежести. Проснулся от приятного аромата... Еды? И брюнет круглыми глазами смотрел, как вчерашний ночной небожитель, что явно ему вчера приснился, предстал перед ним в милом фартучке и с подносом. — Ты уже проснулся! Лежи, лежи. У тебя была серьёзная рана, так что я попросил Йосано-сан помочь тебе. Думаю действие наркоза уже закончилось, но сегодня будет лучше тебе отдохнуть, верно Акутагава-кун? — и перед юношей поставили настоящий завтрак. Омлет, тосты, молоко и маленький кекс. Как на картинках. Подросток недоверчиво, ожидая подвоха в виде яда или снотворного, пробует маленький кусочек. Мама мия! Рюноске ничего лучше в жизни не ел. Это было отнюдь не потому, что парень не знал нормальной еды, просто Ацуши и правда вкусно готовил. В это время Накаджима улыбался во все тридцать два зуба, смотря, как плоды его трудов исчезают с подноса. Это был одни из первых моментов, когда сердце Акутагавы ударялось о грудную клетку, патаясь вырваться наружу. То, как звонко смеялся мужчина, его движения, жесты, образ. Так... Спокойно? На душе. Там, где вечно били в барабаны настала звенящая тишина.       Вторым был миг, когда юноше купили его плащ. Вещь стала поистине дорога Рюноске, служила ему клинком и щитом, но главное, она являлась прямым доказательством перерождения брюнета. — У тебя сильная боевая способность Акутагава-кун. Так что ты должен научиться хорошо владеть ей, чтобы не навредить никому и защитить себя и дорогих тебе людей. Думаю нам нужно купить что-то с большим количеством ткани.       Рюноске был честен с собой, пытаясь выбрать нечто устрашаюшее и отталкивающее, под стать его силам. Пожирающий зверь, уничтожающий на своём пути. Какие могут быть вопросы? Темный плащ на витрине привлёк его внимание, непроглядной бездной тянул к себе. Как чёрная дыра, очень даже символично. – Это отличная идея! — согласился с ним светловетловолосый чудак. Они зашли в магазин, но вместо того мрачного предмета одежды, который присмотрел парень, Акутагаву потащали к абсолютно противоположному углу, вручив светло-бежевый длинного фасона плащ (в этом фике за основу взят образ Акутагавы из новеллы "Зверь"). — Тебе очень идёт! — светился от счастья блондин. Да. Собственный вид казался парню инородным, но эта лучазарная улыбка. Его реанимировали, ему, уже похороненному, хотели дать шанс. Просто немыслимо. Это пробуждает что-то внутри. Наверное, это были чувства. Его прекрасный спаситель воскрешал их в нём раз за разом все больше и больше, высекая воду из камня, заставляя пламя гореть без кислорода. И, пока Акутагава стоял там перед зеркалом, в голове что-то щёлкнуло. Выбирая себе остальную одежду, юноша поглядывал на Ацуши, кидая в корзину черную рубашку, белые подтяжки и галстук. Парню впервые тогда захотелось быть на кого-то похожим. Верно, тогда он и проникся детективом, его образ слился в голове мягким и спасительным лунным светом, таким, как в их первую встречу. Свет. К нему захотелось приблизиться. Он мог потянутся и достать его. Этого простака, что решил помочь детям из трущёб.