Палочка корицы

      Пушистые облака не спеша плыли по небу, будто гуляя и общаясь друг с другом. Ветер уже давно не появлялся, как и холода, отдавая свою власть в руки нежного мая. Люди, птицы, природа — все радовались лету, что так скоро должно прийти.       Солнце нугой лилось сквозь приоткрытое окно, даря ещё больше света просторной комнате, любопытно заглядывая на рабочий стол, в каждую тетрадку и книжку. Такой прекрасный и радостный день, хоть беги дарить любому прохожему свою улыбку, заражая отличным настроением.       А вот Чонгук так не думает. И Чонгук хочет убивать. Даже не так важно, что это желание появилось при изучении конституционного права. Совсем не важно. Он просто не может запомнить весь материал, что так старательно втирали преподаватели. Зачет уже меньше, чем через месяц, но ведь куда труднее выучить что-то, когда тебя все отвлекают. То телефон разрывается от уведомлений, то мама регулярно заглядывает с «Гуки, будешь бутербродики?». Гуки-то будет, но не тогда, когда он был в шаге от правильной мысли для понимания, а очередной стук в дверь сдувал эту самую мысль на долгие часы. И, как вишенка на торте, постоянная тяга к одному единственному месту, что совсем недалеко от дома и так манит к себе. Как тут сосредоточиться? Нет, он не прогульщик и не лентяй. Чон правда старается и очень даже преуспевает в учёбе. Но иногда это кажется чем-то невыполнимым, честное слово. — Точно. Нужно сходить туда, пока голова совсем не взорвалась, — шатен с хлопком закрыл книгу, закинув её в рюкзак и, оперативно зашнуровав кеды, вышел из квартиры, предварительно крикнув маме, что будет вечером.       Стук обуви раздавался по коридору, разбавляемый городским шумом снаружи. Система лифта пискнула, приглашающе открывая двери и впуская слегка взволнованного парня. Благо, спуск недолгий, однако каждая секунда ощущается как вечность, нестерпимо растягивая предвкушение.       Густая листва деревьев создавала надёжное теневое укрытие, а яркие цветы пестрили на удивительно изумрудной траве. На улице было достаточно много людей: семьи, вышедшие проветриться, группы весело шумящих подростков, милые парочки — всех объединяли умиротворение с радостью от долгожданного тепла.       Чон шагал по тротуару, буквально сгорая от нетерпения. Ещё минута, и в поле зрения появилась знакомая стеклянная дверь. Пару секунд — парень стоит на пороге уютной кофейни с вывеской «Синамон». «Наконец-то» — пронеслось у него в голове одновременно с прозвеневшим вверху колокольчиком.       Взору тут же открылось небольшое помещение, усеянное круглыми столиками и свисающими тёплыми лампочками. В душе мгновенно поселялось чувство комфорта, домашности. Не многие жители знают об этом месте, но рискнувшие попробовать зайти ещё ни разу не жалели.       С левой стороны, у стены, возвышалась барная стойка с витриной, содержащей всевозможные сладкие вкусности. За самой стойкой стоял милый розоволосый парень, сразу отреагировавший на звоночек: — Чонгук-а! А я уж было начал переживать, что у тебя терпение никак не заканчивается, — ехидно протянул он. — Ой, молчи уже, — шатен закатил глаза и застыл с немым вопросом в глазах, упершись взглядом в старшего. Увидев это, последний улыбнулся уже по-доброму и едва заметно кивнул: — Здесь он. Скоро подойдёт.       Словно по велению судьбы, из кухонного помещения выплыл кондитер с очаровательно перевязанными пшеничными волосами, держащий поднос со свежайшими эклерами, запах которых разносился по всей кофейне, пробуждая невыносимый голод и того самого урчащего кита из глубин живота. Лишь парень поднял глаза на нового посетителя, так улыбка сразу расцвела на розовых губах. — Ну, голубки, я вас оставлю, надеюсь на сохранение порядка в таком светлом месте, — гаденько подмигнув, розоволосый ловко подхватил поднос, перенёс на ближайшую поверхность и скрылся за дверью кухни.       Буквально в несколько секунд Чонгук оказался рядом с блондином, притянув того в крепкие объятия. Зачем слова? Они просто соскучились друг по другу. Какая разница, что виделись только вчера? Для них и несколько часов сравнимы с мучениями. — Ким Тэхён, когда у тебя уже будет выходной? В последнее время ты совсем не отдыхаешь. — Гук-а, я всё ещё немного переживаю оставлять всех тут без присмотра. Знаешь ведь, в моё отсутствие здесь разразится вселенский разгром, как минимум. — Но они уже не дети, не должно случиться ничего плохого, если побудут без главного пару деньков, — недовольно пробубнил младший. — Да, наверное, ты прав.. — с чего всё началось, спросите вы? А началась история со студента Ким Тэхёна, мечтающего о собственной кофейне. Ещё в старшей школе он понял, что готовить и делать людей чуточку счастливее — вещи вполне совместимые. Именно так родилась большая идея, которую, кстати, родители парня радостно одобрили и помогли всем, чем могли. Мама делилась всевозможными рецептами и тайнами кондитерского дела, а отец и экономический институт повышали знания о ведении бизнеса. И вот так, потихоньку, понемногу, выросла «Синамон», объединяющая небольшой по количеству персонал и людей, просто любящих поесть сладкого в невероятно уютном месте.       Ну а эти двое познакомились совершенно случайно на улице, ведь кто, если не Чон Чонгук, мог в ветренно-дождливый день застрять посреди дороги, сражаясь с собственным зонтиком, так спешащим за ветром? И как удачно рядом оказался Тэхён, добродушно желающий помочь бедному, но, в итоге, сам получил по святому нижнему месту. Ну а что? Не надо стоять рядом с человеком, яростно размахивающим зонтом. Особенно, если этот человек — Чонгук. Результат: один пострадавший и один паникующий, страстно желающий искупить вину.       Таким образом эти два чуда виделись, переписывались, созванивались, пока не наступил один зимний день: «Двадцатые числа декабря. Кофейня «Синамон». За окном вечерняя метель, так завораживающе кружащая снежинки в причудливом танце. В помещении почти никого нет, включена лишь пара лампочек. Чонгук и Тэхён сидят на небольшом диванчике, привалившись друг на друга. Сложный денёк выдался. Каждый из парней думает о чём-то своём. Вдруг тишину разрезает голос блондина: — Что будем делать, Гук-а? — Создавать семью. — казалось, младший даже не дрогнул, сказав это. Но это лишь казалось. Внутри Чон уже давно истерически пищал и носился, ведь необычные чувства он ощущал уже хороших пару месяцев, однако ни в какую не решался рассказать. А что, если старший совсем не это имел в виду? Неловко выйдет..       Прошла уже минута полного молчания. Шатен всерьёз решил, что очень и очень зря ляпнул про семью, но всё же нашёл в себе силы повернуться к Киму, тут же натыкаясь на его слегка удивлённое лицо. Сердечко-то удар так и пропустило. Со стороны даже покажется, что оба парня не дышат. Лишь смотрят друг другу в глаза, никак не отрываясь.       В одну секунду они прикрыли глаза и потянулись ещё ближе, соединяя губы. Внутри взрываются тысячи фейерверков, а бабочки не просто устраивают революцию, а заполнили всё тело, все органы. Оставьте их одних в целом мире, большего не надо. Слова не так нужны. Всё уже давно стало понятно..»       Вынырнул Чонгук из воспоминаний только на расстоянии миллиметра от лица старшего, как вдруг из кухни послышался ужасно сильных грохот. Пара чуть вздрогнула, но не удивилась. Не впервой уже. — Хоть бы посуду с продуктами не угробили.. — тяжело вздохнул Тэхён, — ещё раз я такие убытки из-за этих двоих не потяну.       Чонгук лишь тихо хихикнул и чмокнул блондина в нос, где расположилась его любимейшая родинка, отходя обратно в зал кофейни к рюкзаку. Учёбу-то никто не отменял, конституционное право надо наконец выучить и быть готовым к зачёту.       Ким бросил последний тёплый взгляд в сторону шатена и принялся наводить порядок на витрине — посетители могут зайти в любой момент.

Несколькими минутами ранее..

— Ну, голубки, я вас оставлю, надеюсь на сохранение порядка в таком светлом месте, — гаденько подмигнув, розоволосый ловко подхватил поднос, перенёс на ближайшую поверхность и скрылся за дверью кухни.       В немного душной комнате было полно духовок, рабочей техники, чистой и грязной посуды и много-много прочего кондитерского содержимого. Прямо в центре находился передвижной стенд с выпечкой, которая в процессе приготовления, и просто пустых форм.       У одной из столешниц, спиной к Паку, стоял невысокий парень с тёмными, слегка красноватыми, волосами и фартуком для сохранения одежды. Руки, ладошки которых спрятаны в перчатки, были заняты созданием теста очередного вкуснейшего изделия. Сам парень, Юнги, еле слышно напевал под нос одну из подвижных песен твайс, будто находясь в своём отдельном мирке.       Чимин пару секунд умилялся с такой картины, после чего в несколько шагов подошёл и аккуратно обнял кондитера со спины, укладывая голову на хрупкое плечо. Второй на мгновение затих, расплываясь в улыбке. — Подменить тебя? Сегодня нас совсем мало, приходится так справляться. Мина взяла больничный из-за простуды, а у Рюджин завал по учёбе. — Всё в порядке, я ещё могу поставить на выпечку один-два пирога, — отвечает спокойно, а ноги-то уже подкашиваться начинают, как розоволосый нежно покрывает фарфоровую шею поцелуями, всё больше и больше оттягивая тельце от столешницы. Похоже, тесту придётся немного подождать.       Ну а зачем отказываться? Именно поэтому Юнги резко отпрянул назад, увлекая за собой и Чимина. Правда, силу слегка не рассчитал, так что врезался в тот самый центральный стенд, от чего пара пустых форм с душераздирающим грохотом свалилась на пол. Было ли этим двоим какое-то дело до упавшей посуды? Разумеется, нет. Два тела продолжали прижиматься друг к другу как можно ближе, смыкая и руки, и губы, и души, хоть пространства между ними и так уже не было. Кажется, их тоже стоит оставить одних, поставив мир на паузу.

***

— Хорошего вечера, приходите ещё!       Как только дверь за посетительницей закрылась, парень устало выдохнул. Чонгук поднял голову от книги, примерно оценивая уровень утомлённости своего парня, затем интересуясь: — Это был последний? — Да, осталось только навести порядок, — Ким подошёл к стеклянной двери, переворачивая висящую табличку, чтобы снаружи было видно «закрыто». — Тэ? — дождавшись вопросительного взгляда, Чон продолжил: — родители завтра утром на дачу уезжают, так что дома никого не будет несколько дней..       Много времени для понимания не требуется. Соблазнительное предложение, да? Однако старший не успел ответить, как их прервал очень громкий чиминов кашель: — Мы тут просто мимо проходили, прибираясь, надеюсь, не помешали.       Но ничего, у блондина тоже припрятаны тузы в рукаве. В долгу не останется. Поэтому он начал невозмутимо протирать барную стойку, как бы невзначай упоминая: — Кстати, сегодня на кухне часто то шум, то грохот какой-то был, не знаете, случайно, из-за чего?       Чимин с Юнги моментально замолкли, а второй так вообще стал похож на помидорку. Оба же недовольно засопели, разворачиваясь обратно на кухню. Там, как бы, устрашающая гора немытой посуды, которую не на кого свалить.       Тэхён развернулся к Чону, и пара с каменными лицами дала друг другу пять. А после не выдержали, взорвавшись смехом. Вот так эти подчинённые кондитеры и укрощаются.       Закончив всю работу в течение часа, все парни попрощались, предварительно договорившись, что главный управляющий пару дней поотсутствует. Мин с Паком, очаровательно держась за руки, направились в их общую квартиру, всё больше скрываясь из виду.       Очередной день оживлённой жизни «Синамон» подошёл к концу. Две фигуры остановились у стеклянных дверей, не спеша расходиться. Вокруг сияли огни вечернего города, что немного успокоился и притих с наступлением тьмы. Луна не спеша плыла вверх, прокладывая за собой путь звёздам. Изредка мимо проходили люди: кто-то устало направлялся домой, кто-то до сих пор не завершил свои дела. А фигуры так и не отрывались друг от друга. Блондинистые волосы перемешивались с каштановыми, хоть цвета в смеси сумрака и света не были особо различимы. И лишь ветру и этим двоим было слышно тихое «люблю» и такое же в ответ.