Короли и Королевы Кеттердама

Каз думал, что шумиха после суда над Пеккой продержится дольше. Но наступила осень, и ажиотаж вокруг скандала стих. Этому слегка поспособствовала жена одного купца из Торгового Совета, которой надоело, что ее муж ходит налево. Она решила пристрелить неверного супруга, но немного промазала, и он остался жив. Ее собирались судить за нападение на члена совета, но тут вышла очередная статья от миссис Дерби, где высказывалось сопереживание несчастной женщине, и обвинения пришлось снять в угоду публике. Бреккер подозревал, что снова не обошлось без Тейлор. Он мог бы спросить ее. Если бы они разговаривали. После объявления вердикта о пожизненном тюремном заключении Пекки Роллинса они виделись только раз. Благодаря тому, что им было заранее известно о скором крахе империи, они смогли этим воспользоваться. Теодор продал почти пятьдесят процентов акций клубов Роллинса на понижение, и когда их цена на рынке упала, в карман Саламандр упала солидная разница. Затем бухгалтер поделил заработанные деньги на всех участников плана — включая Полин и Эсси. Доля на одного получилась не слишком большой, но деньги есть деньги. В тот же день Каз дал добро на создание благотворительного фонда имени Джордана Ритвельда. С тех пор о Тейлор Нокс не было слышно ни слова. Она не писала, не посылала за ним людей, не приходила к нему сама. Будто бы вычеркнула его из своей жизни. Каз не знал, что об этом думать. С другой стороны, он и сам не спешил назначать встречу. Одним вечером Каз зашел к себе в кабинет и обнаружил на столе записку. На короткий миг он испытал облегчение: Тейлор перестала играть в молчанку и наконец подала голос. Но подойдя ближе, он убедился, что записка написана в несвойственном Нокс выдержанном стиле, без игривых завитушек и провокационных отпечатков губ. «Тейлор распродает имущество, — было выведено на гладкой бумаге ровным почерком Инеж. — Если тебе это интересно, приходи в Оранжерею завтра днем.»

***

Каз до последнего считал, что Тейлор шутила, когда говорила, что собирается все продать и уехать, но понял, как сильно он заблуждался, когда оказался в холле Оранжереи. Повсюду стояли коробки и сундуки, между которыми носились Саламандры, обсуждающие, куда лучше сложить сервиз и как бы не забыть подсунуть к вещам на продажу «ту ужасную шляпу, украшенную миниатюрными шляпками». В гостиной/столовой/игровой обнаружился Джеспер. На диванах были разложены пиджаки и брюки пестрых цветов, и земец был погружен в раздумья, какие же выбрать. — Бери оба, — фыркнула Ингрид, толкая перед собой вешалку на колесиках. — Все равно их больше некуда девать. Портниха выглянула из-за объемного платья, чтобы проверить, не попадает ли ткань под колеса, и первой заметила гостя. Ее глаза сощурились, а рука потянулась к ножницам в нагрудном кармане. — Стой смирно, и я спасу тебя от этого ширпотреба. Джеспер обернулся. — О, Каз, и ты здесь. Пришел за картинами? Чур, та, где изображена прелестная крестьянка с яблоками — моя. Мы уже договорились. Каз покачал головой, то ли отвечая Джесперу, то ли не соглашаясь с внутренним чувством, предвещающего что-то нехорошее. — Так вы переезжаете? — Только если здание купят, — ответила Казу Ида. — А пока неизвестно, но мы все равно избавляемся от того, что больше не нужно. Джеспер засунул голову между платьями на вешалке и извлек оттуда ярко-желтый галстук. — Может, тебе стоит купить этот дом? — спросил Джеспер. — Тут можно устраивать превосходные балы. Ида и Ингрид скривились. — Ну такое, — сказала портниха. — Только если заменить эти полы на что-то менее скользкое. Завязался разговор, и Каз воспользоваться моментом, чтобы улизнуть. В коридоре его едва не сбило еще несколько Саламандр, но он сумел от них увернуться. — Осторожнее, — предупредила Миранда, уворачиваясь от Каза. На подносе в ее руках опасно накренились склянки странного цвета. Каз пропустил ее, вжавшись в стену, а когда она отошла, вернулся на исходную траекторию. В этот момент в него кто-то врезался. — Ой! — воскликнул знакомый голос. Секунду Каз созерцал рыжую макушку, но затем Тейлор подняла голову. В ее огромных зеленых глазах застыло удивление и недоумение. — А как ты… как ты здесь оказался? — пробормотала она, делая широкий шаг назад. Каз выгнул бровь. — У вас все двери нараспашку. — Нет, в смысле… — Тейлор запнулась, и Бреккер вдруг осознал, что она и не собиралась его звать. Инеж сама решила проинформировать его о распродаже вещей, не уведомив об этом босса. И почему этот факт задел его? — Не важно. Хочешь ознакомиться с недвижимостью? Больше всего Казу хотелось развернуться и вернуться в Клепку, не чувствуя себя при этом полнейшим дураком. Он кивнул. Тейлор повела его в свой кабинет. Она была босиком, в темно-синей юбке, не доходящей до щиколоток, и белой блузке. Вырез был скромным, но Каз все равно заметил, что цепочки на шее больше нет. Шкафы и стеллажи были распахнуты, как и деревянная панель, ведущая в спальню. Везде лежали стопки бумаг и папок, с ручек свисали ожерелья и браслеты, на спинках кресел были вывешены предметы гардероба. Комнаты Тейлор представляли собой такой же хаос, как и все здание, однако не это заставило Каза замереть с приоткрытым ртом. На стене напротив окна все также висели часы в виде Саламандры, отсчитывающее время до обеда. Но афиши под ними больше не было. Тейлор заметила реакцию Каза. Не могла не заметить. Но вместо того, чтобы что-то сказать и как-то это прокомментировать, она отвернулась. Лежащие на столе бумаги она перенесла в спальню и бросила их на полу, после чего разложила на очищенном пространстве документы на имеющиеся в ее распоряжении дома, квартиры, клуб, театр и даже парочку магазинов. — Вроде бы все, — сказала она. — Мне нужно проверить, как дела на верхних этажах, но ты пока можешь ознакомиться с документами и решить, хочешь ли ты что-нибудь приобрести. В принципе, мы тут почти все распродаем, так что есть из чего выбирать. Сделаем тебе хорошую скидку. Да, и насчет Алконоста. Мне он больше не нужен, но Миранда продолжит его изготавливать. Можешь договориться с ней о цене и поставках. Пробормотав эту речь, Тейлор сделала небольшую паузу, но Каз ничего не сказал. Тогда она вышла в коридор, оставив дверь открытой. Каз изучил документы на Оранжерею (особняк стоил даже дороже, чем он думал), квартиру 34А (судя по дате на договоре, их соседство и правда было случайным), еще несколько домов, которые, судя по пометкам в верхнем углу, должны были стать приютами для бездомных. Прикинув, сколько времени у Тейлор может уйти на обход этажей, парень встал с кресла и зашел в спальню. Это даже трудно назвать пресечением личных границ: дверь была нараспашку, так что он мог разглядеть все и из кабинета. Каз ни разу не был в этой комнате, даже когда жил в Оранжерее несколько дней, пока шла подготовка к реализации плана. Теперь он мог оглядеться. Здесь царил хаос из бумаг, платьев, париков и косметики. Каэльского амулета, который она носила все время, что Каз ее знал, нигде не было видно. Как и афиши, зазывающей на последний спектакль Кристине Декарт. Зато ортез был на виду: он лежал на кровати, рядом с чемоданом с жесткими стенками. Не тратя время на размышления, Бреккер откинул крышку. Парочка юбок и блузок, практичные ботинки. Темно-рыжий парик. И документы на имя Тейлор Нокс.

***

— Ты выбрал? Тейлор бесшумно вошла в кабинет, все также оставив дверь нараспашку. Каз отложил документы, которые держал в руках. — Да. Куда ты собираешься? Каз кивнул на чемодан в спальне, в которой все лежало на тех же местах, где их оставила Тейлор. Словно бы он не перерывал почти всю комнату за каких-то десять минут, ориентируясь на свой опыт вора. Он прекратил поиски только тогда, когда нашел афишу. Она была аккуратно свернута, упакована в пакет и тубу, и лежала за шторой на подоконнике, рядом со шкатулкой с детскими украшениями и вязаным львенком вроде того, что стащил Каз из особняка Пекки. — В Новый Зем, — ответила девушка, опускаясь в кресло напротив и беря в руки записную книжку. — Уайлен хочет возобновить доставку кофе, которой раньше занимался его отец, и ему нужен кто-то, кому он может доверять. Мне показалось, это хороший способ начать все сначала. — А твоя банда? Читая вверх тормашками, Каз не мог сказать точно, но, кажется, наверху чистой страницы своей записной книжки Тейлор вывела его имя. — Кто-то поедет со мной, кто-то останется здесь, чтобы следить за бизнесом, который я не хочу закрывать. Инеж относится ко второй группе, но у нее есть свои планы. — Зачем продавать недвижимость? Тейлор перевернула несколько листков назад, где мелким почерком были перечислены имена и цифры. — Во-первых, после подкормки твоих воронов и трат на круиз я почти на мели. Либо я сбрасываю ненужные активы, либо буду очень голодной девушкой с кучей домов и одежды. Во-вторых, я, конечно, буду стараться приезжать хотя бы раз в несколько месяцев, но это будет сопряжено с различными трудностями. А оставлять недвижимость в стране, в которую через год-другой больше не вернёшься, не имеет смысла, — Тейлор снова открыла лист с именем Каза. — Так что ты выбрал? Мне еще много всего нужно сделать перед отъездом. Каз подумал о документах на новое имя, парике, ортезе. А затем — об афише, лежащей на единственном участке комнаты, который не зацепило хаосом переезда. — Квартира 34А. Тейлор хмыкнула, не поднимая головы от книжки, и сделала пометку. — И все? — удивилась она, когда Каз не продолжил список. — Да. — Ну, как хочешь, — она отложила перьевую ручку и захлопнула записную книжку. — Теодор оформит сделку, когда у него появится время. Если это все… — И не попросишь остаться на обед? На губах Тейлор появилась слабая улыбка. — Прости. Слишком много дел. Каз кивнул. — Слишком много дел для переезда в Новый Зем. Понимаю. Нужно собрать все вещи, сбросить имущество, успеть на корабль… — Каз внимательно посмотрел на девушку. Она выдержала его взгляд. — Помнишь, на ипподроме мы играли в вопросы? — Смутно припоминаю такое. — Кажется, я задолжал тебе один вопрос. — Да, наверное. Да. — Спрашивай. Мгновение Тейлор выглядела так, будто хотела спросить его о чем-то. Но потом покачала головой. — Забудь. — Давай, Нокс, — подбодрил ее Каз. — Я готов к твоим прямым вопросам. — В голове пусто, — соврала Тейлор. — Тогда позволь мне задать один. Тейлор кивнула. — Почему ты врешь мне о том, что собираешься уехать? — Прости? — Она нахмурилась. — Кто-то из твоих людей отправится в Новый Зем, притворяясь тобой. Но ты останешься здесь, в Кеттердаме. Только так можно было объяснить странный выбор содержимого чемодана. Ортез, в котором она явно больше не нуждается. Парик, хотя она их больше не носит. А афиша, которая всегда висела у нее перед глазами, память о ее матери, почему-то лежала в стороне, рядом с другими памятными вещами и документами на новое имя, хотя ей больше незачем играть кого-то другого. Разве что она собиралась остаться в городе и не хотела, чтобы об этом кто-то знал. Тейлор покачала головой. — Кое-кто чересчур мнительный. — А квартиру на улице Берштрат ты по какой-то особой причине не хочешь продавать? Он не мог не задуматься, почему, убирая со стола бумаги, Тейлор унесла их в спальню, а не бросила на полу. Какая разница, где увеличивать бардак, если в обеих комнатах кавардак? Разве что она не хотела, чтобы Каз узнал об еще одном адресе. — Ты… ты копался в моих вещах! — Тейлор оглянулась на спальню, прикидывая, сколько всего он мог увидеть и узнать. — Ну знаешь ли… На скидку можешь не рассчитывать. — Мне не нужна скидка. Мне нужен ответ на вопрос, — Каз наклонился вперед, перегибаясь через стол. — Почему ты врешь мне, что уезжаешь, Ронни? — Почему ты не попросил меня остаться в Кеттердаме? — Ты бы не уехала. — Ты не мог этого знать. Я могла бы уехать за эти недели, что мы не общались. Если бы тебе не сказали, что мы продаем вещи, ты бы даже не пришел сюда. — Так дело в этом? В том, что я перестал приходить? Тейлор неопределенно пожала плечами. — Это объясняет, почему ты могла хотеть уехать. Но не почему ты хотела остаться, пока другие думают, что ты покинула город. В чем дело, Ронья? — Вот в этом! Тейлор вскочила на ноги и отошла к окну. Она провела рукой по волосам. — Я не хочу уезжать. У меня еще есть дела, которые я не могу поручить кому-то другому, — сказала она, выглядывая на улицу. — Но и остаться не могу. Пекка за решеткой. Наш план сработал, мы победили, но после этого мы даже не общаемся. И я не уверена, что нам вообще стоит. Каз сидел в кресле, обескураженный ее признанием. Последние несколько дней круиза между ними что-то изменилось — в который раз все эти месяцы. Он дал ей понять, что все, что с ними произошло — не спектакль, рассчитанный на заскучавшую публику. Они вместе отпраздновали его день рождения. Поддерживали друг друга. Лежали на одной кровати. Разговаривали. Разве он не сказал ей, что не разделяет мнение Пекки о том, что вершины можно достичь только в одиночку? — Каждый раз, когда ты смотришь на меня, ты видишь перед собой дочь Роллинса, — продолжала Тейлор. — Я вижу это по твоим глазам, слышу в твоем голосе. Может быть, у тебя и есть ко мне чувства. Но ты никогда не сможешь забыть, кто я такая. Не Тейлор Нокс. Не Элис Ван Эк. Не кто-то другой. Даже не Саския Герцун. Я Ронья Декарт, дочь Кристине Декарт и Пекки Роллинса. Дочь воров и лжецов. И я не собираюсь больше прятаться за другими ролями. — Тебе и не нужно. С уст девушки сорвался презрительный смешок. Она напряглась, когда Каз встал со своего места и подошел к ней. — Ты боишься, что однажды я захочу отомстить тебе за смерть Джорди. Боишься, что ты была всего лишь пешкой, которую я использовал, чтобы засадить Пекку в тюрьму, — Тейлор молчала и отказывалась поворачивать голову в его сторону. — Задай вопрос, Ронни. — Что будет дальше? — медленно спросила Тейлор. — С нами. Если предположить, что я останусь в городе. — Я буду заниматься увеличением прибыли «Клуба Воронов». Открою новый клуб. Картинную галерею, раз уж мы нашли инвесторов. Построю империю. Сожгу ее, — Каз протянул руку и заправил выбившуюся прядь волос Тейлор ей за ухо. Красная лента, которую она ему вернула на время судебного разбирательства, теперь лежала в сейфе в кабинете на чердаке. — А ты будешь заниматься увеличением прибыли «Бриллиантовой пыли» и театра, которые ни за что не продашь. Разоблачишь всех лжецов города и найдешь, как применить полученную информацию. Поможешь Инеж поймать работорговцев и наказать их. А когда я влипну в очередную историю, появишься на моем пороге с пачкой денег и дорогим виски, чтобы заключить со мной сделку. — Так я буду твоим спасителем? Богатой любовницей, которая финансирует твои аферы? — в голосе Тейлор не было злобы и обиды, только усталость. — Скорее человеком, который будет помогать мне их устраивать. А когда мы поцапаемся из-за какой-то мелочи, ты найдешь способ навлечь на меня проблемы, чтобы я вспомнил, почему ты так мне нужна. Тейлор вздохнула. Она оперлась о подоконник и подняла на него глаза. — Романтик из тебя еще тот. Каз пожал плечами. — В Бочке романтики не найдешь. — Зато в моем мире ее сполна, — на губах Тейлор заиграла соблазняющая улыбка. Наконец-то. — Так что придется почаще вытаскивать тебя из трущоб. Взгляд Тейлор остановился у Каза на губах. Медленно и осторожно, она отошла от подоконника и приблизилась к нему, следя за выражением его лица. Когда она оказалась ближе, чем ему следовало ее подпускать, девушка сказала: — Я хочу, чтобы ты поцеловал меня, — Каз открыл рот, чтобы ответить ей, но Тейлор подняла руку, останавливая его. — Я не имею в виду, что ты должен сделать это незамедлительно, но я ставлю тебя перед фактом, что это то, чего тебе не удастся избежать. И Алконост не считается. Каз обдумал ее слова. — Подозреваю, что это будет самая сложная афера в моей жизни. Тейлор склонила голову на бок. — Сложнее похищения шуханского ученого из Ледового Дворца и победы над Роллинсом? — Где-то между первым и вторым. — Ну, так значительно лучше, а то я уже начала беспокоиться. Каз прижал ладонь, затянутую в перчатку, к щеке Тейлор. Девушка закрыла глаза и подняла плечо, удерживая руку Бреккера на месте на тот случай если он передумает. Они могли так стоять долго — очень долго, зная Тейлор — но неожиданно где-то в комнате над ними что-то упало. Босс Саламандр поморщилась, но только крепче прижала к щеке ладонь Каза, явно надеясь, что все само разрешится. — ТЕЙЛОР!!! Нехотя девушка отстранилась. — Если это что-то менее серьезное, нежели закончившийся лак для волос, кому-то будет больно, — пробормотала она, направляясь к двери. — Пойду выясню, что случилось. А потом мы пообедаем. Тейлор вышла в коридор, но уже через секунду ее голова снова появилась в кабинете. — Да, и еще. Я передумала продавать квартиру 34А. — Тейлор… — Что? Я бы все равно не сделала бы тебе скидку. — Тогда я хочу квартиру на улице Берштрат, — крикнул Каз, едва девушка скрылась за дверью. Она была слишком далеко, чтобы быть хоть в чем-то уверенным, но Казу показалось, что он слышал смех Тейлор.