Малахит

Альбедо сидит в университетской библиотеке. Нарочно перепутав расписание, парень занимался в самом дальнем отсеке, где никто не ходит, чтобы дождаться Сяо. Утреннее сообщение, пришедшее на телефон, говорило, что Сяо будет ждать его как раз таки тут. Альбедо подносит ручку к губам и хмурит брови, потому что упрямое уравнение никак не поддавалось решению. Он тихо вздыхает и откладывает принадлежности. Переводит взгляд на окно и рассматривает серые тучи. «Лишь бы ветра не было» — думает блондин, а потом замечает Сяо, забегающего в ворота университета. Альбедо позволяет себе улыбнуться, сопровождая взглядом парня до входа. Через пару минут Сяо стоит перед ним — растрепанный и немного потный. — Доброе утро, — здоровается Альбедо. Сяо начинает извиняться, но останавливается, когда замечает, как Альбедо смотрит не на него, а на его волосы. — У меня что-то с укладкой не так? — Сяо замирает, потому что блондин встает и тянет руки к нему. — Ага, — Альбедо подходит ближе, протягивая ладони выше, — букашка в волосах, кажется. Сяо момента не упускает и обнимает парня поперек пояса. Темноволосый вообще не против маленького насекомого, лишь бы Альбедо стоял так близко чуть подольше. Сяо кладёт голову на чужое плечо и прикрывает глаза. От Сяо пахнет улицей и легкой прохладой от чего по спине пробегаются мурашки. — Так зачем ты хотел встретиться? — Альбедо не отстраняется, обнимая в ответ. — А! — Сяо сразу оживляется. Он с недовольством садится за стол, чтобы достать из рюкзака вещи. Альбедо присаживается рядом. Перед ним оказываются резинка для волос и тюбик чего-то красного. — Расстегнешь рукав? — просит Сяо, взяв руку Альбедо в свою. Блондин жмёт плечами, мол «мне нормально». Оголяет запястье, украшенное двумя глубокими шрамами. — Смотри, — Сяо откручивает крышку у тюбика. Он немного выдавливает на кожу. Альбедо отмечает, что это тёмная краска, очень похожая на настоящую кровь. Она была будто не для рисования, а специальная, для грима. Следом Сяо надевает на руку Альбедо тугую резинку, которая сразу марается в краске. — Сразу извиняюсь, — виновато произносит Сяо, а затем оттягивает резинку, которая с силой вонзается в кожу. Альбедо, не ожидавший этого, подпрыгивает и давит в себе стон боли, потому что резина бьет неожиданно и достаточно больно. Но все возмущения уходят, когда Альбедо осознает, зачем Сяо так заморачивался. Темноволосый отводит взгляд на полки книг. — Я подумал, если ты каждый раз вредишь себе, чтобы отрезвить, то не лучше ли это делать более безопасным методом? Порезов не будет, но боль почти такая же, как от них. Врать не хочется, Сяо думал о том, как облегчить ношу Альбедо каждый день. Он не был психологом, а уж тем более врачом, поэтому мало чем мог помочь со своими знаниями. Сяо чувствует, как уши предательски краснеют, потому что от Альбедо не идёт никакой реакции, от чего становится неловко. — Если идея — бред, то так и скажи! — Сяо, не выдержав молчаливого давления, резко поворачивается к Альбедо, но тут же застывает. Альбедо кажется, что у него резко обмен веществ нарушился, потому что объяснить, почему у него появилось ощущение жара на всё лицо, он никак не мог. Парень в первый раз пребывал в таком состоянии, когда от смущения даже связать два слова — непосильное дело. Он никогда не думал, что вообще сможет испытать чувство онемения. Сяо, явно удивленный такой реакцией, не теряя своего шанса насладиться картиной по полной, приближается, сталкиваясь лбами. Альбедо отклоняется назад, но не может избежать прикосновения. Его запястье так и остаётся неловко висеть в воздухе, потому что Альбедо не знал, куда его деть — замаранное в краске. — Так тебя тоже можно смутить, — произносит неожиданно низким тоном Сяо, смотря прямо в глаза напротив. Альбедо сглатывает, прикрывает веки, а затем выдавливает из себя предложение. — П-просто результат твоих не имеющих логики действий заставил меня принять оборонительную позицию, — от путаницы в мыслях Альбедо начал разговаривать официально. Сяо усмехается и целует Альбедо, придерживая того за талию, потому что тот пытался отклониться настолько, что был готов упасть в любой момент. — Альбедо! — выскакивает, откуда ни возьмись Итэр, и оба парня, попытавшиеся резко отстраниться друг от друга, шлепнулись на пол — Вы что тут делаете? — Итэр подходит к друзьям, которые уже вставали и отряхивались. — Случайно встретились, — отвечает Сяо, немного недовольный тем, что такой момент испортили, даже если виновник — Итэр. — Я тут подумал, — будто бы не замечая странной атмосферы, Итэр продолжил — не хотите сходить по магазинам? Выбрать подарки родным в честь фестиваля? — Прости, не смогу, — Альбедо заводит запястье за спину, — я схожу как-нибудь отдельно, не хочу, чтобы вы узнали, что я хочу вам подарить, — Альбедо кладет ладонь другой руки на макушку Итэра и треплет того по волосам, — Кстати, нам уже пора на занятия. — Сяо, ты-то хоть пойдешь со мной? — длинноволосый посмотрел на Сяо щенячьими глазами. — Д-да? — неуверенно начинает Сяо, — Да. Да-да, я пойду. Увы, но после занятий у них не выходит. Сяо утаскивает ответственность за Хутао, которую на него повесили. Чжунли однажды лично попросил парня присматривать за его дальней родственницей. Девушка прогуляла сегодняшние занятия, как оказалось, та была в каком-то заведении для распития спиртного. Сяо вымученно вздыхает, договаривается встретиться чуть позже, а затем уходит с Ганьюй, которая непритворно волновалась за девушку. Итэр, смотря вслед Сяо, невольно задумался. — Ты не ревнуешь Сяо? — задумчиво произносит Итэр. — Так ты в курсе нас? — Альбедо совсем не удивляется. В то, что между Сяо и Альбедо ничего нет, могли поверить любые, но только не их общие друзья. — Ага, — Итэр закидывает мармеладку в рот, — так ты не ревнуешь? Сяо много общается с Ганьюй и Хутао, разве это не должно настораживать тебя? Они стояли под крышей университета. Сейчас шли занятия, поэтому двор и входные ворота пустовали. Погода здесь отличалась от мондштадской, поэтому даже в феврале можно было застать лёгкий морозный дождик. Он капал с листьев и подоконников, разбиваясь о мокрый асфальт. Альбедо вдыхает полной грудью свежий воздух и позволяет себе улыбку. — Думаю, для нас, ревновать — ребячество. Всего рассказать не могу, но мы многое прошли до того как встретились. Я уверен, он не станет по-мальчишески скрывать роман на стороне, или же, наоборот, вешаться на кого-либо, чтобы вызвать у меня ревность, — Альбедо замолкает, задумываясь, — Мы оба знаем, что такое невыносимая боль, а потому не причиним её друг другу, — парень снова прекращает говорить, — Если Сяо — это шрамы и ошибки, то я хочу сделать из них созвездие. Когда Альбедо понимает, что он заговорился, то дотрагивается тыльной стороной ладони до своих щёк. Горят. — Это… — Итэр так и стоял, не шевелясь всё это время, — это самое красивое признание в жизни, которое я когда-либо слышал! Альбедо, может, будешь моим парнем? Я понравлюсь Кли, обещаю! — парень радостно запрыгивает в объятиях на алхимика, смеясь. После небольшого дурачества, Итэр выпрямляется и прокашливается. — А вообще, ты должен будешь сказать это Сяо. Я серьёзно, после этих слов вы можете звать меня только на свою свадьбу, остальные приглашения во всякие посторонние заведения буду отклонять! Альбедо смеётся. Когда Итэр прощается с ним, уходя из университета, улыбка Альбедо постепенно пропадает. Признание… Блондин смотрит в сторону, на газон с травой. Среди зелени трепыхалась в тщетных попытках взлететь бабочка, которой намочило крылья дождём. Альбедо подходит к ней и берёт на ладонь бедное насекомое. У той уже кое-где стёрся узор, когда-то украшавший её крылья. Парень сжимает кулак, лишая жизни итак обречённое на смерть, существо. Он уходит обратно в здание университета. В день праздника Сяо не мог никак себя успокоить. Сегодня был официальный выходной, и уже с утра парень был готов собраться и побежать к Альбедо. Но так дела не ведутся, а потому он терпеливо ждёт до полудня. Ещё одной причиной для радости было пришедший приказ о том, что кандидатура Сяо для слежения за Альбедо была одобрена. Конечно, процесс передачи прав ещё не закончился, но решение уже было утверждено. Уже завтра они смогут, наконец, быть вместе. Казалось, будто сейчас ничто не могло испортить его настроение. Ключевое слово — «казалось». Чжунли позвонил ему и сообщил, что Альбедо простудился. Эта внезапная новость тяжелым камнем приземлилась на голову Сяо. День проходит хоть и не так хорошо, как хотелось, но довольно весело. Итэр с Ганьюй то и дело втягивали Сяо во что-нибудь, а Хутао разносила прилавки с играми тир. За всем этим времяпрепровождением над Сяо висела тень сожаления от того, что Альбедо сейчас не рядом. Когда настает ключевой момент фестиваля, то есть запуск фонарей в небо, парень поджимает губы и расстраивается в конец. Он честно старался не думать о том, что для Альбедо это тоже был важный день, что парень тоже искренне хотел провести его сегодня рядом с Сяо, но выходило это плохо. Альбедо вытаскивает градусник и чертыхается. В последнее время болеть он начал чаще, однако парень если и болел, то уже на следующий день был здоров и силен, а всё благодаря его странному диагнозу. Вытерев кровь с уголка рта от непрекращающегося кашля, Альбедо устало укрылся пледом. Почему он не мог подхватить простуду хотя бы за день до фестиваля Морских Фонарей? Это знатно портит настроение. Просыпается Альбедо уже ночью, когда ему становится намного легче. Он шаркает тапочками на кухню и заваривает себе чай. Свет в комнате он не зажигает, потому что из окна шел свет от тысячи фонариков. Альбедо тоскливо смотрит на эти огоньки, жалея о том, что не смог запустить хотя бы один общий фонарик с Сяо. Он вздыхает и уже собирается идти обратно в кровать, как на улице резко слышатся людские возгласы. Из любопытства Альбедо выходит на балкон, чтобы посмотреть, на что же собрались люди в такой поздний час? Ответ на ум приходит сам, когда Альбедо в следующую секунду видит фейерверки. Они пестрят самыми разными цветами, которых даже на палитре не найдешь. Парень невольно засматривается на танец искорок в небе и на душе теплеет. Хоть он и не стал частью этого праздника, то хотя бы застал такую красивую картину. Альбедо с легкой улыбкой на лице разворачивается и собирается уходить, как видит на подоконнике нарванных цветков циньсинь. Он берет в руки один стебель и удивляется — неужели Чжунли притащил? Не придав этому большого значения, Альбедо уходит. На следующий день Альбедо ощущает себя намного лучше. Он садится на привычное место в аудитории и здоровается с Итэром и Сяо. Итэр, от которого обычно много слов не услышишь, начал с запалом говорить о вчерашнем дне. Сяо лишь смотрел на Альбедо, раскладывающего свои тетради. Когда Итэр останавливается, чтобы вспомнить, что же случилось дальше, в их разговор влезает Хутао, севшая на пустующее место Скарамуша. — Вчера я хотела купить новую партию фейерверков от знаменитой Йоимии, но когда я пришла, какой-то придурок уже выкупил всё! Всю партию, представляешь? — девушка говорила возмущённо, активно жестикулируя, — А потом знаешь что? Я увидела как их запустили почти в самом конце Лиюэ! Я была готова съесть от злости этого покупателя! Альбедо удивленно приоткрывает рот и понимает, что он как раз таки живет не в самом жилом районе города. Он переводит взгляд на Сяо, который нашёл что-то настолько интересное, что не мог оторвать взгляд от покрашенной стены. Парню вспоминаются и цветы, нелепо оставленные кем-то. Альбедо моргает пару раз, а затем еле сдерживает смешок, прикрывая рот ладонью. Спустя мгновение две группы удивленно оборачиваются на их четверку, потому что впервые слышат смех вечно серьезного Альбедо. Сяо встречается с его счастливым взглядом, прекрасно понимая, что он сейчас выглядит как рак. В кармане он сжимает коробочку, которую планировал подарить Альбедо.