Всего лишь царапины

      — Знаете, я пойду домой, — бросил Мия, ловко спрыгнув со скейта, — сегодня как-то слишком жарко.       — Ты бы еще куртку и ботинки напялил, — усмехнулся Реки, — нафига тебе толстовка? Просто сними ее, не валяй дурака.       До боли очевидное решение проблемы. Надеть теплую толстовку в этот жаркий летний день действительно было глупо. Но Мия лишь пожал плечами и, как бы незаметно для всех, поправил рукава, опуская их до середины ладоней, будто ему холодно. Реки это заметил, но промолчал, не смог придумать подходящего подкола. Хотя не очень-то и хотелось шутить.       — В другой раз, ладно? Ночью должен быть дождь, значит завтра будет не так жарко. Тогда и покатаемся, — сказал Мия, опустив глаза.       — Ладно, — вздохнул Реки, — удачно поиграть в твои дурацкие видеоигры. На это высказывание Мия лишь натянуто улыбнулся и, сказав тихое «до завтра», поспешил удалиться с площадки. Странно, что пешком, держа доску в руках.       Реки вновь вздохнул. Вытер пот со лба тыльной стороной руки, глядя Мии вслед. Все это казалось немного ненормальным, поведение мальчика, в смысле. На протяжении всего лета Реки замечал за Мией изменения в поведении. Незначительные, вроде резкого снижения саркастичных комментариев касательно всего происходящего. Или та же толстовка. Он носил ее в любую погоду и постоянно рефлекторно натягивал рукава как можно ниже, будто боясь чего-то. Если не присматриваться, ничего этого заметить почти невозможно, но что-то заставляло Реки присмотреться.       — Куда это он? — спросил Ланга, остановившись рядом с Реки.       — Домой. Ты не замечал, что он какой-то странный последнее время?       — Мия? Возможно. Да, замечал, он стал каким-то другим. Более тихим что ли. Может, стоит поговорить с ним?       — Да, — протянул Реки.       Правда, они так и не поговорили. Не в тот день. Даже вечером, когда Ланга и Реки сидели в кафе и позвонили Мии, чтобы его позвать, тот просто не снял трубку. Это расстраивало. И даже отчасти тревожило. Вдруг что-то случилось?       Реки злился на себя. Он ведь уже давно заметил перемены, произошедшее с Мией, но до сих пор не поговорил с ним. Фиговый он друг, в таком случае. Впрочем, еще не все потеряно. Они поговорят, завтра. Реки пообещал себе.       Однако разговор состоялся раньше. Вечером этого же дня. Реки не мог уснуть. Мысли в голове путались, а разглядывание потолка вдруг начало казаться ужасно интересным занятием. Еще интереснее было считать вспышки молний, озарявшие комнату ярким белым светом. За окном громыхала гроза, капли дождя стучали по стеклу. Реки не любил такую погоду. Нет, его не пугали раскаты грома, но он все равно чувствовал себя немного некомфортно.       В это время ему и пришло сообщение, содержащее в себе одно единственное слово «Привет». Сообщение от Мии. Реки удивился настолько сильно, что какое-то время просто сверлил взглядом экран. Мия никогда не писал без дела, и получить от него сообщение посреди ночи было очень странно. Но, наконец собравшись с мыслями, Реки ответил. Написал незатейливое: «Привет! Не спится?»       Ответ не заставил себя долго ждать: «Я и не пытаюсь. Я на пляже».       Реки резко вскочил с кровати. На каком еще пляже?! Сперва ему хотелось поинтересоваться, что это вообще за дурацкая шутка такая, но потом он нажал на кнопку звонка, плотно прижав телефон к уху. Что-то подсказывало, что это не шутка. Учитывая происходящее с Мией, Реки чувствовал себя обязанным убедиться, что мальчик сейчас дома в своей кровати, а не где-либо еще.       Гудки в трубке казались непозволительно долгими, и Реки даже решил, что звонок останется без ответа, но Мия снял трубку. Первое, что услышал Реки — шум.       — Где ты? — спросил он. Пытался сделать так, чтобы вопрос звучал ненавязчиво, но волнение в голосе не дало этого сделать.       — Я же писал, на пляже, — сказал Мия, усмехнувшись.       — На каком, блин, пляже?! С ума сошел что ли?! — закричал Реки, вцепившись в телефон мертвой хваткой. — Да сейчас половина первого, а погода, ты видел какая сейчас погода?!       — Да, люблю грозу.       Реки глубоко вздохнул и относительно спокойно спросил:       — Ты точно не шутишь? Ты реально на пляже?       — Я же сказал, что да.       Честно говоря, Реки не совсем понимал, что ему делать. Пусть он и обладал достаточно большим опытом взаимодействия с детьми, никто из младших в его семье не выкидывал подобных штук и не занимался заведомо опасными вещами. Кроме него самого, конечно же.       — Что ты там делаешь? Почему ты не дома? У тебя что-то случилось? — протараторил Реки, тут же пожалев, что вывалил все эти вопросы сразу.       — Я… ну…       В итоге Мия так ничего и не сказал, только промямлил в трубку что-то невнятное, к тому же перебиваемое раскатами грома.       — Ладно, — произнес Реки. — Где ты?       — На пляже, ну… на том, что недалеко от твоего дома. Вообще я шел к тебе.       — Ко мне?! Господи, Мия, да что все это вообще значит?!       Вопрос, скорее, был риторическим.       Одна мысль о том, чтобы покинуть кровать, а тем более дом в такую погоду, вызывала у Реки мурашки, но не то чтобы у него был выбор. Он не мог просто принять, что Мия шатается непонятно где ночью во время грозы. Он ведь еще совсем ребенок. Так нельзя. Да и дело не только в этом, дело во всем происходящем в эти летние месяцы и по какой-то причине (тупости, наверное) игнорируемое Реки. Но игнорировать дальше он не мог. Этот странный звонок и фраза про то, что Мия шел к нему, могли бы быть шуткой, пусть подобное совсем не в его духе, и совсем не смешно. Но также этот звонок мог быть знаком, что что-то случилось. Может даже по-настоящему серьезное. Может он — просьба о помощи. Мия никогда не сказал бы о таком напрямую, слишком гордый для этого, он мог лишь давать намеки. И если это все не они, то что?       Реки хотелось дать самому себе по морде. Почему он вообще все еще здесь?! Почему до сих пор прижимает трубку к уху и ждет, что Мия хоть что-нибудь скажет?!       — Слушай, — четко и уверенно сказал Реки, — никуда не уходи, хорошо?       Думал добавить, что он сейчас придет, но замолчал в последний момент. Это могло привести к тому, что Мия сбежит с пляжа куда-нибудь. Реки такой расклад совсем не устраивал и услышав в телефоне фразу «я и не собирался», он сбросил звонок, натянул первую попавшуюся под руку одежду, и поспешил покинуть дом.       Реки бежал. Холодный дождь тут же намочил волосы и одежду, заставив ее неприятно прилипать к телу. В голове вдруг всплыли все предупреждения о том, что нельзя находиться на улице во время грозы. Молнии, как назло, стали вспыхивать в несколько раз чаще. А ведь Реки даже не помнил, что конкретно нельзя делать: находится на открытой местности или, наоборот, где-то прятаться.       Благо до пляжа было недалеко. Но Реки не был бы собой, не стань жертвой еще одного неудачного стечения обстоятельств. Фонари жалобно моргнули несколько раз, перед тем, как окончательно погаснуть. Электричество пропало. Все вокруг погрузилось во тьму, и если бы Реки не знал дорогу наизусть, наверняка бы заблудился. Однако кромешная темнота, нарушаемая яркими вспышками молний все равно пугала до ужаса. Происходящее вокруг походило на какой-то жуткий фильм, и больше всего Реки хотелось вернуться домой. Одно слово, характеризующее все — страшно.       Наконец пляж. Реки пытался восстановить сбившееся во время бега дыхание и попутно отыскать Мию. Какое-то внутреннее предчувствие было настроено крайне пессимистично и диктовало Реки, что ничего не выйдет, но везение впервые за долгое время повернулось к нему лицом. Мия сидел на скамейке и смотрел куда-то вдаль, на черные высокие волны.       — Какого хрена?! — единственное, что смог выдавить из себя Реки, перекрикивая шум дождя, волн и грома.       Мия удивленно поднял голову. Вспышка молнии озарила его лицо, не выражающее почти никаких эмоций. Если бы свет не погас в следующую же секунду, Реки смог бы разглядеть что-то, напоминающее печаль.       — Ты пришел, — тихо произнес Мия. Констатация факта, не вопрос.       — А что я еще, по-твоему, должен был делать?! Сказать «да, хорошо, можешь шататься по улице ночью в такую погоду»? За идиота меня держишь что ли? — Реки злился, но еще больше ему хотелось разобраться в сути происходящего.       — Не думал, что тебе есть дело до меня.       — Да что ты вообще такое несешь?! Головой ударился?       — Нет, — пожал плечами Мия, — вообще-то я выпил какую-то отвратительную штуку, которую в баре у предков нашел. Сначала, вроде, прикольно было, а сейчас…       — Что ты сделал?! О боги!       Чем больше Реки пытался во всем разобраться, тем больше вопросов у него появлялось. Однако сейчас было совсем не подходящее время, чтобы искать на них ответы. Если честно, он вообще не понимал, почему пытается поговорить с Мией сейчас. Единственным верным решением было схватить его за руку и вместе убраться с гребанного пляжа.       Так Реки и поступил, несмотря на все попытки Мии сопротивляться и возражения о том, что он никуда не хочет идти, ведь ему и тут нормально. Они поговорят обо всем дома. Потом. Сейчас главное — просто оказаться подальше от вспышек молний и ледяного дождя.