Нереальная любовь

      Тен-Тен быстро смахнула слезы и умывшись, вышла навстречу к матери. Нохара (так звали мать Тен-Тен) уже суетилась на кухне и раскладывала продукты по полкам. — Ах, доченька, ты уже дома. Я закупилась продуктами на вечер. Ну, рассказывай, как обстоят дела на новом месте? — Все отлично, работа как раз для меня. Помогает отвлечься от ненужных мыслей. — Оно и хорошо. Тебе это необходимо.       Нохара осмотрела ее с ног до головы и была приятно удивлена тем, что ее дочь наконец решилась немного разнообразить свой стиль и отдала свой выбор в пользу наряда, подчеркивающего фигуру. Значит, самочувствие ее и вправду улучшилось. Уже три года, как она не видела ее нарядной. Даже до войны Тен-Тен надевала платья только по особым семейным праздникам. — Доченька, ты прелестно выглядишь! Уже и не думала, что ты когда-нибудь наденешь платье. Рада, что оно тебе пригодилось. — Хотела порадовать тебя, мам. Да и подумала, что на такую работу стоит одеваться поприличнее, — Тен-Тен была рада, что мама не догадалась о том, что еще пару минут назад её дочь плакала из-за неразделенной любви.       Нохара заулыбалась во все 32 и обняла свою крошку-дочку. Давно она не видела ее такой красивой и элегантной. Она, конечно, не могла не заметить, что глаза дочери были красны от слез, но решила не подавать виду, так как догадывалась, что слезы вызваны были, скорее всего, болезненными воспоминаниями.       Какаши быстро вбежал в свой кабинет и освободил Шикамару от дел на сегодня. — Достопочтенный шестой, что-то не похоже на вас. Вечер понедельника, столько документов для рассмотрения, а вы вот так просто решили отпустить меня домой? — Ты и так часто уходишь позже, чем должен, Шикамару. К тому же очень много и усердно работаешь. Так что отставить болтовню, и иди домой к молодой жене, а то передумаю. — Понял, принял. Благодарю, господин Хокаге, — Шикамару заметил, что наставник был чем-то обеспокоен, но не стал разбираться, так как ему было лень и он просто был рад пойти домой пораньше и как следует отдохнуть от работы.       Когда тот ушел, Какаши тревожно ходил по кабинету из стороны в сторону и думал о том, что произошло в доме у Тен-Тен.       «Какой же идиот! Поцеловал ее, а потом еще и так сильно обидел. Может быть, это и к лучшему. Теперь она точно ко мне ни на шаг не приблизится. Ведь я просто хотел быть ей хорошим другом, защитником, наставником. Видел бы ее каждый день и любовался, не надеясь на что-то большее. Этого бы мне хватило с лихвой. Какое счастье видеть её улыбку днём, чтобы перед сном максимально подробно представлять её образ. Но я не учёл того, что у неё могут возникнуть чувства ко мне. Как эта восхитительная девушка с ангельской внешностью и такой нежной душой вообще могла влюбиться в меня? Я допустил тотальный промах, не сдержав поток своих чувств к ней»       С этими мыслями Какаши едва заставил себя закончить работу с бумагами и отправился домой. Он схватил свою книгу, ту, что перечитывал, наверное, уже раз 20 и начал пожирать текст романа, чтобы уйти от своих реальных на данный момент проблем. Вот только в тех моментах, где героев книги охватывала страсть, он сразу представлял картину, как это он и его новоиспеченная сотрудница сходились в жарких объятиях и неистовых поцелуях. Напряжение после прочитанного возросло. Он убрал книгу и закрыл глаза, представляя ее. Какаши тронул свои губы и пытался отчетливо вспомнить сегодняшний поцелуй.       Хатаке никогда не был великим обольстителем и повесой. Девушки всегда сами вешались на него. Когда он ходил на различные задания, то часто имел связи с девушками, согласными переспать на один раз. Ему никогда не нужны были отношения, онпросто хотел утолить свою мужскую потребность. Но то, что он чувствал сейчас к Тен-Тен… такого никогда с ним не происходило. Он начал представлять, как после поцелуя с ней он не говорил ей тех отвратительных неправдивых слов, а как долго и беспощадно мог целовать ее губы, шею, тело. И потом снова принимался отчитывать себя за такие пошлые, недостойные мысли.       На следующий день Тен-Тен пришла на работу в плохом настроении. В этот раз она надела длинное летнее платье. После сказанных хокаге слов ей не хотелось, чтобы мужчины смотрели на нее как на объект вожделения. Она думала о том, что сама виновата в произошедшем, и ей было стыдно за вчерашнее ее поведение. Не стоило вести себя настолько развязно, что хокаге захотел ею просто воспользоваться. Было противно от мысли о том, что про нее можно думать, будто она какая-нибудь девка из кабака.       Завернув за угол коридора, она столкнулась с ним. С тем, кто вчера страстно целовал ее губы, а потом так жестоко оттолкнул.       Они встретились взглядами, и щеки Тен-Тен тут же залились краской.       «О нет, он же сейчас смотрит на меня и думает обо мне как о развратнице. От его прожигающего взгляда хочется провалиться сквозь землю».       Какаши, смотря на нее, думал только о том, насколько она прекрасна. Даже в таком длинном, мешковатом платье, ее тело дышало молодой весной. Щеки ее заливались небольшим румянцем, что придавало ее лицу той самой весенней свежести.       Взяв волю в кулак, он поздоровался с ней и пошел дальше. Тен-Тен ответила и направилась к своему рабочему месту, находящемуся перед кабинетом хокаге. Возле стола ее ждал Шино с небольшой охапкой цветов. — Привет, Тен-Тен, отлично выглядишь! Вижу, тебе уже намного лучше. Очень рад тебя видеть! — Здравствуй, Шино. Спасибо, ты тоже отлично выглядишь. Ты по поводу документов, да? — Да. И, кстати… это тебе, — он протянул ей небольшой букетик розовых пионов и скромно улыбнулся.       Он был не из тех людей, кто часто улыбается кому-то и преподносит такие подарки. Она ему точно нравилась. Когда именно у Шино возникла симпатия к ней, он и сам точно не знает. Еще в детстве он считал ее одной из самых красивых девочек в академии. Но всерьез обратил на нее внимание не так давно. — Эмм… спасибо, мне очень приятно, — Тен-Тен действительно было приятно оттого, что она кому-то нравится не просто как сексуальный объект. Но если бы на месте Шино был сенсей Какаши, то она была бы самым счастливым человеком на земле. — Вот. Эти документы тебе нужно заполнить как классному руководителю 5В класса. А здесь бланки для выпускников, их нужно передать Ируке сенсею. Я могу тебе еще чем-то помочь? — Нет… То есть, да. Всмысле… может быть мы куда-нибудь сходим после работы? Ты не занята вечером? — Шино до сих пор стеснялся пригласить Тен-Тен на свидание, но теперь точно решил, что нужно действовать.       В момент, когда Шино произнес эту фразу, в дверях появился шестой хокаге. Он все слышал. Головой он понимал, что ему это только на руку. Шино отличный парень, серьезный и ответственный, сильный и заботливый. То, что надо для такой девушки, как тен-Тен. Но почему-то его сердце было не в ладу с собственным разумом, оно отчаянно билось в порыве ревности. — Добрый день, Шино. Давно не видел тебя. Как продвигаются успехи в академии? — взяв себя в руки, произнес Какаши с равнодушным видом. — Здравствуйте, господин Шестой. Классное руководство оказалось сложнее, чем я предполагал, однако школьные заботы доставляют мне удовольствие. Думаю, я нашел свое предназначение, — с поклоном ответил Шино. — Очень за тебя рад, Шино, и желаю дальнейших успехов, — произнеся это, он вошел в свой кабинет.       «Он ведет себя так, будто между нами ничего не было. Этот поцелуй для него ничего не значил. Я думала, что он хоть и немного, но что-то чувствует ко мне. Какая я все-таки глупая».       Гнев и чувство оскорбленности душили ее. — Да! — максимально громко произнесла Тен-Тен. Так, чтобы в кабинете хокаге было слышно. — Что да? — с непонятливым видом произнес Шино. — Давай сходим куда-нибудь. Я только за! — так же громко и несколько неестественно для ее обычных интонаций проговорила Тен-Тен.       «Глупо думать, что он может меня ревновать, но пусть знает, что мир не крутится лишь вокруг него». — Отлично! Зайду за тобой к шести вечера. — Шино был счастлив, что она так сразу и с радостью согласилась, поэтому в академию летел как на крыльях.       Как и надеялась Тен-Тен, Какаши все слышал и пылал от ревности. Пусть он оставался спокойным внешне, но внутри бурлили противоречивые чувства.       «Она так легко согласилась, и голос ее при этом был счастливым. Может быть я зря подумал, что она влюблена в меня. Возможно, ей просто не хватало мужской заботы. Если так, то это даже к лучшему. Не хочу, чтобы она страдала из-за чувств ко мне. Да и мне самому будет легче скрывать свою любовь, если она будет с другим. Со временем мое вожделение пройдет и все станет так, как было раньше».       Наступил конец рабочего дня, и Тен-Тен уже выходила из резиденции. Возле здания ее уже ждал радостный Шино. — Еще раз привет. Как прошел твой рабочий день? — Неплохо. Немного устала, но это ничто по сравнению заданиями.       Она давненько уже не была на них, так как большую часть работы для шиноби скидывают на молодых чунинов.       Пока Тен-Тен ужинала с Шино, Какаши умирал от ревности. Он не мог заниматься привычными делами и только нарезал круги по квартире. Всем своим существом ему хотелось, чтобы это свидание не состоялось. Он понимал, что рано или поздно у нее бы появился парень, но не думал, что так быстро. Это оказалось большей пыткой, нежели он ожидал. Но ничего поделать не мог и просто пытался вытеснить мысли о ней думами о подготовке к предстоящему экзамену на чунина, который будет проходить в Конохе уже в следующем месяце.