Save me from everything

Чимин был не то, чтобы слишком сильно взволнован предстоящей встречей с Ким Тэхеном, но он нервничал и пытался успокоить себя тем, что в правде, которую Тэхен раскроет, нет ничего, что сможет причинить ему ещё большей боли, чем он испытывал. После интервью, где Чимин разрыдался перед ним и почти выплеснул эмоции, он начал чувствовать себя опустошенным. Он вернулся в издательство, представил весь собранный материал главному редактору и получил за хорошо проделанную работу похвалу. Но даже после этого, ему не стало легче или чуточку радостнее. Он чувствовал, что возвращается в то своё состояние, когда Тэхен расстался с ним и этот факт его расстраивал. По возвращению домой, Чимин лежал на своём старом диване, его кошка лежала на его груди и мурлыкала и тепло разливалось по его телу, но на душе было не спокойно. Его разрывало на части от мыслей, что он согласился на встречу с Ким Тэхеном. Он думает, что сейчас, после всего пережитого, будет проще переживать всё это заново, но с одной стороны ему кажется, что его сердце потихонечку, через боль и страдания, начинает вновь испытывать что-то положительное к Тэхену. Но он не уверен нравится ли ему это или нет. В любом случае, Чимин прекрасно понимает, что чтобы Тэхен ни говорил, какие бы у него ни были причины бросать его тогда, он все равно причинил ему слишком много боли. Чимин ему это не простит. *** Встреча была назначена на понедельник в одной кофейне, и, как сказал Тэхен, всё заведение было забронировано только для них двоих. Чимин сидел немного озадаченный этим фактом, но он был рад этому. Им никто не будет мешать и вероятность того, что кто-то заметит Тэхена крайне мала. Но тем не менее, Чимин очень сильно волновался. Он пришёл раньше назначенного времени и сидел в этой кофейне практически один. Не считая двух официантов, администратора и повара. Он не осмелился что-то себе заказать, он вообще не был уверен в том, что он может тут что-то делать без Тэхена, поэтому он просто сидел время от времени залипая в телефон. Время близилось к семи вечера, а волнение Чимина усиливалось, он не знает почему, но оставаться сильным, уже кажется чем-то, что не под его власти. Чимин бы не сказал, что он слишком слабый человек, но после встречи с Тэхеном и после того разговора, он всё чаще начинает чувствовать себя эмоционально слабым. Хорошо бы просто вычеркнуть Тэхена из своей жизни, забыть о нем, как о страшном сне, стереть все воспоминания и никогда больше его не вспоминать, а потом забить на эту встречу, встать и уйти, но сердце предательски ноет, словно понимает, что Чимин слаб, потому что никогда не сможет это сделать. Эта мысль огорчает его. Вообще, Чимин в действительности, сам до конца не понимает чего он хочет. Он уверял себя, что никогда не простит Тэхена, но чем больше он об этом думает, тем всё чётче ему кажется, что проблема не в предательстве Тэхена. Проблема в том, что Чимин на этом слишком зациклен. Ему хочется одновременно держать его на расстоянии вытянутой руки и хочется на миг почувствовать то тепло, что отдавал ему Тэхен. И Чимин правда не понимает. Он чувствует себя сильно усталым. Он начинает ненавидеть себя за то, что он позволяет чувствам брать над собой вверх и ненавидит себя за то, что не может это контролировать. Ему хочется, чтобы Тэхен просто оставил его в покое и чтобы они дальше жили как раньше, работая, уделяя время своей карьере, но вместе с этим, ему ещё и хочется расставить все точки и никогда больше не возвращаться к этому. Он мог бы простить его… он правда мог бы, но та причинённая боль кажется настолько сильной, что ему слишком трудно это сделать. В любом случае, Чимин запутался. В себе, в своих чувствах, в своих желаниях, в своей ненависти и любви. Из мыслей его выводит открывающаяся дверь и голос администратора, который вежливо приветствует вошедшего гостя. Чимин поднимает взгляд на Тэхена и проглатывает ком в горле, когда тот подходит к их столику и тихо садится за него. Тэхен выглядит превосходно. Его нежно голубого цвета рубашка, заправлена в тёмно-коричневые вельветовые брюки, рукава рубашки закатаны по локоть, а запястья украшают множество красивых браслетов. Аккуратно уложенные волосы, чистое лицо, без единой щетины. Он красив. И Чимин всегда был согласен с этим. — Заказал себе что-нибудь? — спрашивает Тэхен, открывая меню. — Нет, я… не стал этого делать, — тихо проговорил он. Тэхен выглядел спокойным и непринуждённым, в то время, как сам Чимин чуть ли не грыз ногти от волнения. — Ты можешь заказать всё что захочешь, я угощаю, — сказал Тэхен, отрываясь от изучения меню. Взгляд Тэхена был нежным и одновременно грустным. Глупое сердце Чимина отзывалось на это, обливаясь слезами. — Я ничего не хочу, спасибо. И он был прав, он волнуется так сильно, что его в любой момент может стошнить. — Тогда, я тоже ничего не хочу. — Тэхен улыбнулся и отодвинул меню на край столика. Чимин вздохнул. Устало. Он сидел в забронированной кофейне, вместе со своим бывшим, причинившим ему уйму боли, и скитался с одного края в другой, не зная как лучше поступить. — Слушай, Тэхен, я пришёл сюда только для того, чтобы узнать правду. Ничего больше. Мне не нужны любезности или какие то поддавки, мне нужно просто узнать обо всём, а потом с чистой душой, пойти домой. — голос был напряженным. Чимин сам весь был напряжен. Приподнятые уголки губ Тэхена. опустились вниз. И Чимин понимал его грусть. Возможно, Тэхен хотел создать для него комфортные условия, чтобы он не чувствовал себя неуютно и Чимин ценил это. Но сейчас… сейчас ему нужна правда. — Понимаю, прости. — он опустил голову, а улыбка медленно сползла с лица. — Что ты хочешь услышать первым? Страх своими липкими руками обхватил его шею и сжал со всей своей силой. Чимин не знал. Он одновременно был напуган до смерти и одновременно желал узнать обо всём сразу. Оправдания Тэхена могли бы… дать ему немного времени на то, чтобы пересилить себя и простить его, но Чимин был вне себя от ужаса. Что он хотел бы услышать первым? — Ты жалеешь о том, что ты так со мной поступил? — Конечно я жалею. Это был мой самый ужасный поступок и я очень об этом жалею, — говорит он и Чимин чувствует себя совершенно сбитым с толку. — Тогда… почему? — спросил он, проглатывая всю свою обиду и боль. Чимин никогда не задумывался о том, что у Тэхена могла бы быть достаточно веская причина бросить его. Но он не считает себя виноватым, потому что всё о чем он мог думать тогда, это пронзающая его на части боль от потери настолько близкого человека. Он был сам не свой. Его мысли крутились вокруг погибшей матери, а всё чего он хотел, так это крошечный сгусток тепла от Тэхена, от второго самого любимого человека. Но Тэхен бросил его. Насколько бы у него ни была веская причина, Чимин не почувствует себя виноватым. — Я не мог, — проговорил Тэхен, понимая насколько жалко он звучит. Чимин хмыкнул на его слова. Он ему не верил. Возможно он прав, но Чимин ему не верит. Может быть он поступает эгоистично, но его боль очень сильная. — Что значит, ты не мог? — В тот вечер, когда ты позвонил мне и рассказал о своей маме, в ту же минуту, я собирался приехать к тебе… — Тэхен почувствовав прилив стыда, побоялся даже смотреть на Чимина. — но не мог позволить себе этого, — Чимин нахмурился. Он совершенно не понимал, что Тэхен имеет виду. Он чувствовал огромное волнение, что накапливалось у него в желудке. Тэхен же с каждым своим словом понимал, что он трус. — потому что мне было стыдно перед тобой. У Чимина задрожали руки. — Я… не понимаю… Тэхен вздохнул и это было ужасно из-за того, что его дыхание сбивалось. Он тоже… вновь начал чувствовать то, что чувствовал тогда. Он понимал, что эта встреча будет действительно последней после его слов, но так же он понимал, что у него никогда не будет шанса исправить всё. Всё это время, что они жили порознь, Чимин делал правильно, не вспоминая его, он делал правильно, избавляясь от своих чувств к нему, он делал правильно, когда разочаровывался в нём. Их уже ничего не исправит. А после правды, они перестанут существовать, как когда то любящие друг друга дети. Тэхен думает, что ему стоит смириться с этим. — В тот вечер, мой отец возвращался домой на машине и… — он вновь вздохнул. Ему было очень трудно говорить. — он был пьяным. Он находился в том же районе, в котором работала твоя мама и… — Тэхен попытался взглянуть на Чимина, но не мог пересилить чувство стыда. — он сбил её и скрылся с места аварии. Он вернулся домой, собрал свои вещи и… ушёл. Он сказал, что сделал кое что… ужасное, а потом… позвонил ты и сказал, что с твоей мамой. И было не трудно понять, что произошло на самом деле. Никто никогда не поймёт насколько трудно ему давались эти слова. Но Чимин не был с этим согласен. Никто никогда не поймёт насколько это трудно слышать правду, зная, что эта правда в корне изменит твою жизнь и не в лучшую сторону. Никто не поймёт, что то, что он испытывает сейчас, это озадаченность, упасть в пустоту и прекратить чувствовать что либо вообще или упасть в эту пучину и позволить чувствам унести тебя глубоко на дно, как зыбучие пески. Это больно. Так больно, что закладывает в ушах, а глаза перестают видеть. Всё это время он жил, не зная, кто виноват в смерти его родного человека. Всё это время он жил, не подозревая, что вся его борьба с самим собой, в один момент может превратится в пустую трату времени. Всё это перестало иметь смысл, ведь, казалось, что эта правда закопала его заживо под землей. — Мне стало так… стыдно, — продолжает Тэхен, сумев поднять взгляд на Чимина. Чимин выглядел пустым. Бледным. Словно ещё чуть чуть и он сломается. Но продолжить говорить нужно. Нужно рассказать обо всём. — за отца, за то, что он оказался таким трусом, а потом за себя, за то, что я тоже оказался таким же, как он и сбежал. Я не знал… как тебе об этом рассказать. Я не мог просто прийти и сказать "Хэй, Чимин-а мой отец сбил твою маму и сбежал". Я не знал, что я должен был делать. — И поэтому ты ушёл? Чимин не слышал своего собственного голоса. — Это была самая большая ошибка в моей жизни. У меня нет оправданий. Он был напуган. Его отец стал причиной смерти мамы любви всей его жизни. Он ненавидел всё вокруг. Но больше всего он ненавидел себя. Тэхен оказался настолько слабым, что не смог побороть это чувство вины и стыда, чтобы остаться с Чимином. Он мог бы не рассказывать ему правду, но он мог бы затолкать эти омерзительные чувства глубоко в свою душу и просто побыть с Чимином. — Я… не знаю… я… Тэхен… ты должен был рассказать мне, — его голос дрожал, а глаза наполнились слезами. В голове Чимина, на данный момент, происходило что-то непонятное. Он не мог ухватиться за одну какую-то мысль. — я жил… и не знал… чья эта вина. Я не знал… что произошло там. Я имел право знать. Он постарался встать, но его ноги подкосились. Чимин ухватился за края стола, и, пытался собраться с мыслями и восстановить дыхание. Никто из них даже и не замечал, что в кофейне они совсем одни. — Мне жаль, — сказал Тэхен и это всё, что он может сделать сейчас. Ему тоже больно. — Я… о господи… что ты наделал? — испортил… Тэхен всё с самого начала испортил. — Мне жаль, — повторил он и кажется был готов к тому, что их больше не станет. Чимин верит. На этот раз точно верит. Но нет. Его сожаления ничего не исправят. Эта была та правда, которую он хотел. Которая должна была помочь ему простить Тэхена. Но как оказалось, всё намного сложнее. Он не считает Тэхена виноватым в смерти своей мамы, Тэхен виноват в том, его не было рядом в трудное время. Тэхен бросил его. Расстался с ним. Собрал свои вещи и уехал. Как и его отец. Только вот от отца его отличало то, что Тэхен сумел убить морально. — Боже мой, я… я не хочу видеть тебя, не хочу знать тебя, господи, я… — его дыхание сбилось. Ноги подкосились и он рухнул обратно. Закрыв лицо руками, он рыдал, громко всхлипывая и шмыгая носом. Тэхен встал со своего места, чтобы подойти к Чимину и обнять его. Поделиться своим теплом хотя бы сейчас. Слова Чимина причиняли ему боль, но это ничто по сравнению с тем, что испытывал и испытывает Чимин. Когда его мама, около недели, лежала в больнице и пыталась бороться за свою жизнь, Чимин не отходил от неё ни на шаг. Тэхен должен был не отходить тогда от Чимина. В день смерти, когда Чимин позвонил ему и сообщил об этом, у Тэхена рухнула вся жизнь, он испытывал столько гнева к собственному отцу, что справляться с этим было сложно. Но сложнее было бросать Чимина. Он знал, что он не сможет смотреть в глаза Чимину и понимать, что из-за его отца, Чимин потерял свою маму. Но они в любом случае жили во лжи. Чимин сквозь рыдания и боль, даже не почувствовал, что его обнимают. Но… честно, ему было даже все равно. Просто… это так неожиданно. Это так странно. Так… ненормально. Он любил сына убийцы своей матери. Он никогда больше не сможет стать прежним. — Я понимаю тебя, Чимин, понимаю, что тебе сейчас чертовски плохо, но ты сможешь это преодолеть. Ты смог сделать это в первый раз, сможешь и во второй, — Тэхен прижимал его голову к своей груди и шептал ему в макушку, но Чимин все слышал. — ты слишком сильный, я уверен, ты сможешь побороться с этой болью снова. Конечно, Чимин сможет пережить это. Тэхен прав. Он смог в первый раз, сможет и во второй. Но, если в первом случае, он хотел Тэхена у себя под боком, то сейчас, Тэхен ему не нужен. Он сам справится, может он недостаточно сильный, но он справится. Но сегодня можно побыть слабым. Сегодня можно позволить Тэхену обнимать себя. Он ничего не чувствует к Тэхену, но его хоть кто-то обнимает. Позже, когда он вернётся домой, навсегда вычеркнув Тэхена из своей жизни и даже не попрощавшись с ним, Чимин войдёт в пустую квартиру и почувствует себя таким же пустым. Но у него ещё есть кошка, просящая накормить её и это значит, что не всё потеряно. Сегодня он испытает ещё больше эмоций, но с завтрашнего дня он начнёт бороться. Ему есть ради кого быть счастливым. Когда Тэхен вернётся в свою квартиру, он включит телефон и увидит кучу сообщений от своего менеджера. Кучу положительных комментариев под фотографиями в соцсетях. Кучу упоминаний от известных брендов. Кучу любовных признаний от фанатов. Но он не почувствует той радости, что он чувствовал раньше. Он больше не уверен, что его что-то будет радовать. Поэтому… он выключит телефон, кинет его куда то на диван в гостиной, а потом пойдёт собирать вещи. Ему всё равно никогда не уйти от своего ярлыка труса, поэтому… ему больше нечего терять.