Мне нравится, когда ты раздеваешься...

Пустая комната отдавалась жуткой тишиной в ушах, в то время как тёмная штора суетливо раскачивалась вперёд-назад, когда бушующий ветер просачивался в заранее приоткрытое окно. Вся комната была погружена во мрак поглощающей ночи, и лишь блеклый лунный свет освещал полностью заставленный туалетный столик напротив огромной кровати. За окном непрерывно шумели листья, и только где-то вдалеке ещё оставались отголоски ночного веселья. Всё напоминало о том, что в Новом Орлеане даже ночью тебе не будет покоя. Всё это также явственно подтверждалось, ведь сон всё никак не приходил ко мне. Я лишь вечно ворочалась с одного бока на другой, постоянно то сбрасывая, то снова накидывая на себя одеяло. Чёрные волосы неизменно закрывали мне лицо, переодически щекоча верхнюю губу. Смахнув их неожиданным порывом воздуха, я перевела взгляд на прикроватную тумбочку. На ней одиноко валялась наполовину пустая пачка сигарет.(КУРЕНИЕ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ🥺❤️) Не долго думая, я поднялась с кровати, слегка поёжившись от прикосновения босых ног с прохладным полом. Одним движением я взяла эту самую пачку, и также тихо, и довольно незаметно вышла из комнаты. Во всём доме продолжал гореть желтый свет, хорошо освещая каждый коридор и лестницы. К счастью, по дороге на задний двор, никто из проживающих в этом доме мне не встретился. Весь дом был погружён в магическое спокойствие и тишину. Так..несвойственно. На улице тихо ухала сова, вдалеке чувственно выли волки. Я присела на холодные деревянные ступеньки, предварительно смахнув с них песок. Мокрая от дождя трава переливалась при свете Луны. А маленькие кузнечики звонко стрекотали где-то справа от меня. Но в этот момент в моей голове крутились сотни других мыслей, которые всю эту ночь не давали мне покоя. И это не были мысли о воющем на Луну волке или же не прекращающейся вечеринке в Новом Орлеане. Я не тот человек, который будет вечно размышлять о чем-то. Но сейчас такой неопределенный период, что без этого никак. И к сожалению, моя сущность не была готова ко всему этому. Нам с сестрой не была присуще трезвая рассудительность. В детстве мы вечно устраивали какие-нибудь «веселые» игры, совершенно не задумываясь о последствиях, а затем получали хорошее наказание за своё необдуманное поведение. И со временем ничего не изменилось. Наоборот, обращение в вампиров сделало нас ещё более безрассудными, если можно это так назвать. Мало кто из нас заботился о последствиях. Мы делали просто то, что хотелось Нам. Но сейчас, когда Кэтрин нет рядом, мне становится всё сложнее не думать о её исчезновении и вообще о насущных проблемах в сверхъественном мире. И это так ужасно. Как люди живут с сотнями проблемами в голове?! И всё это, как бы помягче сказать, меня слегка утруждает. И если бы это был лишь один вечный вопрос… К сожалению, их было довольно много. Я не понимала замысла Терезы и чего она хочет добиться, похищая Катерину. Чем же всё-таки опасна Эстер и может ли она как-нибудь навредить мне или моей сестре? И вообще, чем я могу сейчас помочь Катерине? Мне было ужасно больно и страшно осознавать то, что сейчас могло с ней творится. А слово страшно и больно мне также было не присуще уже давно. За всё нашу длинную вампирскую жизнь мы практически не расставались, тем более на такой длительный срок. И сейчас мне было крайне тяжело представить себя без неё, хотя мы и часто ссорились. Но это никогда не мешало нам приходить на помощь друг друга. Очередная глубокая затяжка помогла смягчить нарастающую боль в груди. Серый дым на выдохе превратился в небольшой сгусток, затем быстро исчезнув из поле зрения. Я смотрела на дымящийся и горящий окурок, переодически теребя его пальцами. Он постепенно сгорал, становился пеплом. От него не оставалось больше ничего. Я смотрела на него как завороженная. Пока мои мысли не прервали неспешные шаги позади и скрип ступенек. —смотри, не подпали газон.—послышался насмешливый голос, когда тихие шаги всё ещё не прекратились. Я коротко усмехнулась, уставившись своим пристальным взглядом в землю. —я постараюсь.—также наигранно вежливо ответила я, но взгляда не подняла. Слева от меня послышалось легкое копошение, пока не раздался неприятный скрип деревянных ступенек.—ты всегда любишь прерывать приятное одиночество?—на моём лице проскочила незаметная ухмылка, в то время как я подняла свои глаза. Слева от меня сидел гибрид, который внимательно вглядывался в моё лицо и глаза. Я окинула взглядом его кудрявые блондинистые волосы. При свете Луны они словно блестели… —ты всегда любишь хамить?—в тон мне ответил блондин, из-за чего я невольно прыснула от смеха, затем одним коротким и проверенным движением потушила окурок. Почему-то именно сейчас, я поняла, что мне стоит рассказать о предложении Марселя. По крайней мере, Ник должен меня выслушать. —вообщем, Никлаус. Раз уж мне удалось тебя сегодня увидеть, то я думаю, что мне стоит тебе кое-что рассказать.—мое лицо стало снова серьезное и слегка напряженное. Я взглянула в голубые глаза гибрида, когда его брови сами собой нахмурились.—только прошу, выслушай до конца и не перебивай.—я сглотнула нахлынувший ком в горле, затем гордо и уверенно вздёрнула подбородок кверху. Я чётко подметила легкий и короткий кивок первородного, в знак его согласия. Сейчас самое главное было то, чтобы Никлаус и правда выслушал меня. Кто знает, что будет, когда я попробую рассказать ему о предложении Жерара. Но что-то мне подсказывает, что при одном моем упоминании о Марселе он сорвётся с места и свернёт мне шею. Это в лучшем случае. А в худшем..я даже не знаю, но точно ничего хорошего из этого не выйдет. Ох, Меган. Зря же ты это делаешь и говоришь… —сегодня приходил Марсель.—на одном дыхании выпалила я и метнула взгляд на лицо первородного. Под глазами мелькнули венки, а его скулы на лице напряглись.—но он предлагал помощь. Сказал, что у него есть ведьма и она сможет помочь в отношении Эстер. Я смотрела в его глаза молча. Они не выражали практически никаких эмоций, кроме неподдельной злости и ненависти. От его пристального и такого колючего взгляда мне стало не по себе. Я услышала его довольно шумный вздох, когда он прохрипел, прерывая тишину. —я не доверяю Марселю, также как и тебе, Меган.—нарочито медленно выделил он последнее имя от чего по моему телу пронеслись сотни мурашек. —мне и не нужно твоё доверие, Никлаус.—я последовала его наигранно сладкому тону, выделяя имя.—я лишь хочу вернуть сестру. И я постараюсь сделать всё возможное для осуществления заданной цели.—прошипела я сквозь зубы и удостоив его таким же презрительным и холодным взглядом, резко поднялась с места. Но крепкая хватка, сцепившаяся кольцом на моём запястье удержала меня. —я не договорил. Если будет хоть малейший намёк о том, что ты что-то задумала, то..—выдергивая руку из его хватки, я прерываю его быстрый поток слов. —ты параноик, Клаус.—слегка опускаюсь, приближая своё лицо к его лицу и яростно выпаливаю.—тебе надо лечиться. Я не обрывала зрительный контакт также как и он на протяжении минуты. Я слышала его учащённое и разгневанное дыхание, которое опаливало кончик моего носа. Не дожидаясь от него ответа, я быстрым шагом направилась ко входу, затем поднимаясь в комнату.

***

Спускаясь по лестнице на первый этаж, я услышала приглушённый звон посуды. За окном ещё только-только выглянуло солнце, поэтому было довольно странно, что кто-то уже принялся завтракать. На секунду я замерла на месте, тем самым прислушиваясь к звукам. На сколько был правдив мой вампирский слух, я слышала одно сердцебиение. Более уверено я продолжила путь, пока не дошла до проема, который вёл на кухню. Возле плиты, ко мне спиной, стоял Элайджа, в своём привычном чёрном костюме. —не стоит подкрадываться сзади.—начал брюнет, продолжая что-то очень внимательно и аккуратно делать возле плиты. —я не подкрадывалась.—и обойдя стол, присела на стул.—ты всегда так рано встаёшь? —когда как.—первородный наконец развернулся ко мне лицом, с двумя фарфоровыми чашками в руках. Аккуратно поставил одну передо мной. —я бы сейчас не отказалась от виски, если честно. —этот вопрос не по моей части.—Элайджа присел на стул напротив меня и не спеша начал пить своё кофе.—не думаю, что утро стоит начинать с такого напитка. Хотя я знаю одного человека, который в принципе делает так каждый день. Почти. Я лишь незаметно кивнула, не горя особым желанием продолжать разговор на эту тему. Было кое-что поважнее. —Элайджа, на сколько я знаю, у вас с Клаусом довольно близкие отношения. Он часто прислушивается к твоему мнению.—брюнет слегка отставил чашку в сторону и сложил руки в замок.—вчера приходил Марсель и предлагал свою помощь. А если точнее, то помощь от его ведьмы. Вчера Клаус не стал меня слушать. Но может ты попробуешь? —думаю, что Никлаус прав, что отказывается от помощи Жерара.—он внимательно посмотрел в мои глаза, а затем на выдохе добавил.—Марсель не тот человек, от которого веет искренней преданностью. —но я знаю его достаточно и могу с уверенностью сказать, что он не лгал. У него у самого есть выгода в этой помощи.—я всё же сделала небольшой глоток кофе, который оказался довольно горьким, отчего я поморщила нос.—а то, что он помог мне..я просто очень его просила. Мне нужно было вернуть Кэт. Между нами повисла тяжелая пауза. Снова начался этот пристальный зрительный контакт со стороны Элайджи. Он всегда хотел вывести жертву на правду своим взглядом? Ну так вот, смотри сколько хочешь, Элайджа. Я знаю, что я честна. Уже во второй раз. —я поговорю с братом.—уголок его рта дрогнул в улыбке и первородный принялся к своему кофепитию. Я благодарно кивнула ему и, бросив взгляд на кофе, опять сморщилась. —а вот кофе ты делаешь отвратительный.—фыркнула я. Первородный издал лишь короткий смешок. Но больше не сказал ни слова.