По законам чувств

      Прохладная вода мгновенно остудила нагревшиеся щёки и лоб, дав долгожданное облегчение. Из лёгких вырвался тревожный, но в то же время заключительный выдох, после которого она начала дышать спокойнее.       — Б-боже… — прошептала Нэнэ, умываясь ещё раз.       Её совершенно не устраивал ход экзамена: она путала задания, заносила ответы не в те ячейки и все три часа дрожала как осиновый лист. Она совсем не была готова к такой немыслимой сложности и подводным камням, любезно поджидавшим её сегодня.       — Почему так СЛОЖНО?! — вскрикнула пепельноволосая, закусив губу.       — Тише, Нэнэ-чан… — Мизуки подошла к расстроенной однокласснице. — Не думаю, что ты всё завалила. Главное — пройти порог, а не то, на каком месте в школе ты окажешься.       — Нет, Мизуки-чан, важно! А если я буду последней?! Тогда меня не только Аманэ-кун засмеёт и полшколы, но и учителя возьмут на заметку, чтобы при первой же возможности исключить! — она изо всех сил старалась не поддаться потоку острых эмоций и не расплакаться. — Я не хочу… снова остаться одной… Мама так в меня верит, а я что? Просто сотру её надежды?..       Всё-таки она не выдержала и бесшумно заплакала, отвернувшись в угол коридора. Зря она вышла из санузла сразу после умывания. Теперь на неё будут коситься.       Хосино оторопела, её руки замерли в паре сантиметров от периодически вздрагивающей спины подруги. Она не знала, да и опыта не имела, как действовать в подобной ситуации. И не нашла ничего лучше, чем просто обнять её за плечи и начать осторожно поглаживать.       — Ну, ну, Нэнэ-чан, всё будет хорошо, вот увидишь, — тихо проговорила кареглазая, любезно протягивая салфетку, которая, словно на все случаи жизни, лежала в её сумке. — Где-то же ты уверена, что решила правильно, верно?       Ясиро медленно кивнула, вытирая бегущие слёзы, из-за которых переносица покраснела, а края и без того малиновых глаз стали ещё ярче.       — Какой из меня врач, если я даже экзамен могу провалить, — она ещё раз всхлипнула, но уже сильнее, стараясь взять себя в руки.       — Но это не значит, что ты провалила биологию и химию. Может, как раз эти предметы у тебя будут лучше, чем у других. А насколько я помню, в медицине важнее всего они. А там уже… смотря в каком направлении ты будешь работать, — нежно погладила её по спине Хосино, чувствуя через ладонь, как та почти перестала дрожать.       — Н-ну… Надеюсь, — уставшая ученица помахала ладонями у лица, вызывая лёгкий ветерок, чтобы остудить красноту, а затем мягко обняла подругу, слабо уткнувшись лбом в её плечо. В объятиях Мизуки было очень уютно, Нэнэ не чувствовала себя настолько одинокой, да и стресс почти исчез. Хотелось так и уснуть, прекрасно зная, что подруга не позволит никому её разбудить. Нэнэ была ей бесконечно благодарна за то, что Мизуки её приняла.       — Эй, девчонки, чего тут околачиваетесь? — к ним подошёл, на удивление, совершенно спокойный и такой же активный Цукаса, сразу же замечая заплаканную Ясиро. — В-воу… А почему… она плачет? — спросил он сначала у Мизуки, но решил не ждать ответа, подойдя к Нэнэ сбоку. — Нэнэ-чан, почему плачем?       — Д-да так… Просто переволновалась, — та ответила уже с неловкой улыбкой вперемешку со смешком. — Думаю, что завалю.       — Не завалишь, — одновременно ответили Цукаса и Мизуки, причём достаточно уверенным и твёрдым тоном.       — Ох, ну… Время покажет, — только и сказала Нэнэ, устало посмотрев в окно.       — Да ладно тебе, Нэнэ-чан! — Юги-младший свободно приобнял подругу за плечо, подбадривающе и коротко прижав к себе на пару секунд. — Теперь можешь выдохнуть и забить на это. Радуйся. Кани-и-кулы, свободное время, вечеринки и так далее. Пошли пожрём, что ли. Что-нибудь сладкое, вроде твоих моти! — он широко улыбнулся. — И ты тоже давай, — обратился к кареглазой. — Бледная тоже от голода.       — Я не очень хочу, — монотонно ответила Мизуки. — Я лучше в классе посижу…       Но тут ей прилетел щелчок указательным пальцем в лоб, отчего девушка сразу сморщилась.       — Ай. За что? — она потёрла больное место.       — Голодать что ли удумала? Чтобы потом свалилась где-нибудь? — янтарные глаза с узкими зрачками прищурились. — А теперь, мой гарем, идём в столовку.       — Гарем? Не надо, хах… — Нэнэ тихо посмеялась, замечая любопытные взгляды других учеников.       Слишком интересное представление.       — О, Аманэ! Ну наконец-то. Ты чего в туалете так долго торчал? — младший чуть не рассмеялся от пришедшей в голову мысли. — Решил от волнения быстренько передёр…       Ему прилетело по голове смачным хлопком крепкой руки.       — Бля, завались. Как ты можешь такое говорить при… — Аманэ покосился на девушек, заметив красноватое лицо Нэнэ. — Эм… Эй, ты чего такая? — задал вопрос пепельноволосой.       — Ничего. Всё нормально, — коротко и ясно ответила та, разрывая зрительный контакт. — Я сейчас схожу умоюсь быстренько.       Она поспешила уйти, и когда проходила мимо Аманэ, он заметил, как её маленькая улыбка исчезла. Глянув ей вслед, он посмотрел на оставшихся.       — Что с ней? — в недоумении нахмурился он.       Все тут же посмотрели, конечно же, на Мизуки. Единственную, кто знал куда больше остальных.       — Ну… Эм… Она… сильно расстроилась после экзамена и заплакала. Но я её кое-как успокоила, да и Цука…       Она тут же замерла, как и обладатель имени, которое сейчас каштановолосая чуть не произнесла, но вовремя прикусила язык.       — …Клыкастик тоже хорошо ей… внушил ситуацию. Так сказать… — медленнее закончила Мизуки, пытаясь не обращать внимания на пристальный взгляд младшего Юги.       Почти оговорилась.       — А-а… Вот как… — Аманэ почесал затылок, о чём-то задумавшись. — А она… вообще спала в последние дни? А то ходила, как зомби.       — Скорее нет, если она выглядит и вправду уставшей. Сегодня ещё дополнительные занятия, поэтому я попытаюсь её уговорить идти домой, — сказала Хосино.       — А ты? Вообще, нам всем надо выспаться наконец… — Цукаса лениво потянулся.       — У меня скоро сдача небольшого экзамена в музыкальной школе, поэтому сегодня мне нужно ещё раз пройтись по материалу тут, а затем дома продолжу, — ответила девушка, получая ещё один щелчок в лоб. — Да боже, опять-то за что?..       — Другим указываешь, а сама без отдыха? Нагло, — улыбка пропала с лица Цукасы.       — Ну а что я сделаю? Для меня этот экзамен важен. Нельзя пропускать, иначе не быть мне пианистом, — призналась кареглазая, сжав маленькие ладони в хрупкие кулачки.       — Всё-таки хочешь им быть?       — Да?.. Я же уже говорила, разве нет?       Парень задумчиво поднял глаза к потолку.       — Э… Нет? — он неловко улыбнулся, обнажив клыки.       Мизуки вздохнула, присев на подоконник, наконец дожидаясь Нэнэ.

***

      — Всё хорошо? — кареглазая, наверное, весь оставшийся учебный день теперь будет спрашивать о состоянии одноклассницы.       Она ведь тоже заслуживает заботы, и её глаза иногда выражают желание ощутить её по-настоящему.       — Я теперь в порядке, честно, — она тепло расплылась в улыбке. Опять в той же, к которой привыкли все. — Давайте купим моти.       — Во-о! Вот это теперь наша Нэнэ-чан, — Цукаса мягко погладил девушку по голове.       — Теперь ты до всех домогаться будешь, — в тоне Аманэ звучало некое недовольство. — Вымотаешь своей активностью даже учителей.       — Господи, Аманэ, научись отличать дружеский жест от домогательств, — младший близнец хмыкнул, по некому этикету пропуская обеих девушек вперёд.       Обсуждая испытанные эмоции после изнурительных заданий, Ясиро всё равно отдельно ощущала на себе сверлящий и внимательный взгляд пары ярких глаз.       Добравшись до столовой, первым делом Нэнэ сразу посадили за один из столов, чтобы ученица не напрягалась стоять в очереди, заодно заняв места на четверых.       — Нэнэ-чан, тогда тебе возьму сок и моти, да? — переспросила Мизуки, получив одобрительный кивок.       — Тогда идём скорее занимать очередь, сейчас умру от голода.       Цукаса решил выждать момент, пока Хосино немного отойдёт от братьев, и сразу обратился к Аманэ.       — Всё ещё хочешь сохранить с Нэнэ-чан свой спор? — аккуратно спросил он.       — М-м… — старший сразу не ответил. — Да. Ей хватит времени прийти в себя ближе к результатам.       — Эх, Аманэ-Аманэ, ты и вправду как ребёнок, — загадочно начал младший. — Сам себя путаешь.       — В каком смысле? — тот слегка растерялся.       — Какая у тебя может быть девушка, если ты так на неё смотришь? — спокойно усмехнулся Цукаса. — Ты никогда… не смотрел так на кого-то другого.       Младший прошёл вперёд, оставляя Аманэ позади. Тот совершенно не ожидал такого до безумия верного аргумента, на который невозможно было дать доказательств.       Его просто раскусили. Снова по глазам. Вся правда всегда скрывалась в этих янтарных глазах, даже если они казались серьёзными и хитрыми.       Но только Цукаса читал его почти как книгу, может, просто потому, что был его близнецом, которого он знал как свои пять пальцев.       Если бы только Нэнэ видела, как снова обратила на себя пристальный взор.

***

      Сладкое не лезло в горло, застревая где-то посередине. Больше всего сейчас хотелось провалиться в долгий сон, чтобы на пару часов выйти из суровой реальности. Но сейчас единственным утешением была компания, в которой находилась Нэнэ, особенно смешили моменты из слов Цукасы, которые он слишком ярко и эмоционально описывал. Даже местами Мизуки и Аманэ делились впечатлениями, а пепельноволосой оставалось только прилично слушать и кивать в знак поддержки разговора.       — Ну а ты? Что у тебя попалось? — вдруг спросил Аманэ у неё, всё-таки не дав ей молчать всю беседу.       — М-м… Задания, где надо дать письменный ответ… По геометрии попалась сфера… — её лицо помрачнело после сказанной фразы. — Там нужно было что-то доказать, а вторым номером уже найти ту или иную часть на рисунке… По алгебре вроде как уравнения были вполне нормальными… Но, о боже! Я точно завалила половину письменной части… Там просто жесть была! Единственное, что я уж точно решила, так это задачу по химии и объяснение по биологии смогла дать. Но они меня не спасут сильно, если остальное просто в ноль баллов! Мф!.. — она снова закрыла ладонями вымотанное лицо, упираясь локтями о поверхность стола.       — Да сдашь ты, — с уверенной интонацией проговорил Аманэ, заставив её убрать пальцы с глаз. — Там главное — порог пройти, да и к тому же это первый экзамен в учебном году. Не все напишут на все сто процентов. Половина даже завалит. Да и если тебе повезёт, то из письменной части ты в каждом задании можешь набрать по баллу-два. Допустим, по геометрии можно набрать максимум три, если решить всё правильно, а там уже по критериям смотреть. Если не смогла посчитать, но доказала, то могут тебе дать два балла из трёх, предположим.       Из-за его рассуждений Ясиро понемногу начала расслабляться, а здравые мысли встали на свои места.       Почему… ей было настолько комфортно от его поддержки? Пусть даже такой же умной и по-своему запутанной, но она понимала каждое слово, каждый вложенный смысл. Тёплые огненные глаза были словно успокоительным — и по цвету, и по взгляду. Нэнэ сама не заметила, как смотрела прямо ему в зрачки, не стесняясь, не разрывая контакта. А затем она в который раз неловко улыбнулась, совсем не подозревая, что заставила чей-то пульс ускориться.       — Тогда ладно. Даже если я проиграю тебе, то это лучше, чем провалиться совсем! — ученица заметно оживилась. — Тогда… Можешь заранее назвать желание?       — Узнаешь только после экзаменов, — с улыбкой ответил Аманэ, попивая сок.       — Зачем тянуть? — не понимала девушка.       — А вдруг ты меня выиграешь? — вскинул брови парень, за словами которого следили ещё двое, наблюдая за раскладом событий между ним и Нэнэ.       — Ха-ха. Глупости. В этом я тебя никогда не смогу победить, — она приняла поражение наперёд, прекрасно зная, что уровни знаний у них отличались.       — Это в математике. А в биологии и химии ты у нас шустрая, — ответил тот, на что все сразу замерли, а Цукаса так и сиял, понимая смысл слов из уст брата.       — Н-ну… — её лицо порозовело. — Это комплимент?       — Это пикап, Нэнэчка-чан, — вмешался младший Юги, хитро подмигнув подруге.       Нэнэ совсем растерялась, пока не зная, что ответить. Но необдуманная фраза сама прилетела в голову после семи секунд раздумий…       — Не-не, — пепельноволосая неловко хихикнула. — Пикапить не надо меня, Аманэ-кун, ведь у тебя есть уже та, кто тебе нравится. — она прикрыла малиновые глаза, тихо поднимаясь со стула, а милая улыбочка покинула её лицо. — Ей, наверное, было бы неприятно, если бы она узнала. — посмотрела на часы и сразу перевела тему. — Урок скоро, а мы сидим ещё. Пойдём.       И пошла первой.       Нэнэ привела всех в замешательство, поставив в тупик самого Аманэ. Цукаса как всегда свистнул в полном разгроме близнеца, а Мизуки анализировала эмоции и реакцию каждого.       — Она тебя урыла. ЗАКОПАЛА! — аж взвизгнул Клыкастый, и на его удивление тот ничего не ответил, молча уйдя снова с мрачным серьёзным лицом.       Курносая и Клыкастый переглянулись между собой. Первой поднялась девушка, но была остановлена лёгким захватом за рукав рубашки.       — Стой-стой-стой, — прошептал Цукаса почти ей на ухо, и та слегка дёрнулась. — Тебе не кажется, или что-то между ними происходит странное?       Карие глаза метнулись в сторону уходящих ребят, вернулись в прежнее положение, а затем поднялись на черноволосого.       — Я могу лишь предполагать, но это не точно, — заинтригованно сказала тёмноволосая. — Но и вправду что-то странное всегда между ними.       — Вот-вот! И я о том же. Ты не думаешь, что…       — Что они друг другу не безразличны? — продолжила за него она.       Янтарные глаза распахнулись в восторге, а улыбка высветила почти все тридцать два зуба.       — Мысли читаешь, подруга, — Цукаса легонько хлопнул её по плечу.       — Подруга… — это слово теперь много для неё значило. Хосино глубоко в душе нравилось слышать это понятие, адресованное ей.       А со слов Цукасы оно звучало почему-то необычнее.       — Подумать только… — она странно усмехнулась.       — М? В смысле? — принял вопросительное выражение лица Юги.       — Друзья… Подруга… Иногда не верится… — она снова повернула голову в сторону… друга. — Совсем недавно мы чуть ли не уничтожали друг друга, а теперь… друзья… — тёмные глаза опустились на белоснежную поверхность стола, а губы вздрогнули от смущения произнесённых слов. Прежде она никогда не говорила ничего настолько, грубо говоря, откровенного.       Она почувствовала большую ладонь на своей макушке, в сопровождении многочисленных взглядов остальных учеников, затем ощутила одноразовое лёгкое поглаживание, настолько невесомое и аккуратное, что едва сдержала ещё одну дрожь в теле. Глаза отражали заинтересованные блики, даря оживлённость, в отличие от пустой эмоции в них, появившейся несколько лет назад.       — А все сразу друзьями не становятся, — ответил парень. — Но ты так удивляешься… У тебя же были друзья.       — Нет, не было, — голос окрасился в монотонно-тихую интонацию. — Есть одна из причин, по которой я здесь учусь. — ученица поняла, что сейчас Цукаса начнёт расспрашивать.       — Если тебя унижали в той школе, то здесь такого не будет, когда у тебя уже есть друзья. Особенно Нэнэ-чан. Она вообще станет танком, если тебя кто-нибудь обидит, — Клыкастик скромно посмеялся.       — Как ты… — еле слышно прошептала она себе под нос, удивляясь догадливости, на вид, бестолкового ученика. — И ты тоже… друг. И Аманэ-кун тоже. Нэнэ-чан… — на розоватых губах заиграла маленькая улыбка. — Ах да… время. Скоро звонок, и надо идти.       Она прошла вперёд, но остановилась, когда Юги окликнул её по уже родной кличке.       — Но только их ты называешь, обозначая как друзей, а меня — «Клыкастиком», — на лице янтарноглазого были видны напряжённые скулы. Видимо, его это до сих пор задевало.       — Считай, что это как-то… по-особенному, — ответила Хосино. — Но ты меня тоже зовёшь по кличке.       «Если бы ты только знала, что я уже один раз проболтался», — пронеслось в голове у Цукасы. — Тогда тоже считай, что «Курносая» по-особенному звучит.       — По рукам.

***

      Под конец всех оставшихся уроков Нэнэ полностью выбилась из сил, засыпая уже на ходу, так что её пришлось даже немного придерживать под руку.       — Так нельзя. Иди домой и выспись, — Мизуки села с Нэнэ на скамейку, пока было время до дополнительных занятий. — Результаты всё равно через два дня, поэтому у тебя есть время прийти в себя.       — Согласен. Всё, что было невозможно, ты из себя выжала. Даже у меня, наверное, столько сил и упёртости нет, — Аманэ облокотился о подоконник.       — Взволнованный ты наш, — усмехнулся Цукаса, весь день провоцируя брата. — Но я соглашусь с обоими, Нэнэ-чан, реально, давай-ка иди и спи оставшийся день. Силы тебе ещё ой как понадобятся… — янтарные глаза метнулись в сторону близнеца, серьёзно посмотрев. — Очень много сил уйдёт… Даже у нас, Аманэ-э… Мне очень лень об этом думать сейчас…       Девушки увидели, как лица обоих одноклассников помрачнели и приобрели совершенно непонятное выражение. Что-то, видимо, произойдёт, но только уже после.       — Вы что-то скрываете? — Мизуки не решилась молчать, уже давно наблюдая за ходом событий и такими, на первый взгляд, ничем не примечательными словами, где-нибудь пронесёнными между основным диалогом, но, кажется, они всё равно имели место быть.       Карие глаза столкнулись с Цукасой, который напрямую смотрел только на них. Яркие глаза, которые выражали теперь не только прожигающую ноту, но и некое волнение, нервозность.       — Есть ли толк скрывать, когда это всё равно случится? Хотя это не факт, — парень прикрыл глаза. — Верно, Аманэ?       — Аманэ да Аманэ. Вот чё я тебе отвечу? — тот прикусил губу и отвернулся ото всех. — Всё позже узнаем. Давайте первым делом дождёмся результатов, — он не хотел поднимать эту тему.       — Да. Остановимся пока на этом, — младший вскочил с подоконника. — По домам надо бы уже. Идёте? — он обратился к одноклассницам.       — А… Нэнэ-чан уж точно возьмите с собой, а мне же на дополнительные надо. Скоро экзамен в музыкалке, не хочу провалить, — каштановолосая медленно отошла в противоположную сторону.       — Но ты тоже устала, — взволнованно ответила рубиновоглазая.       — Почему ты так решила? — Хосино криво улыбнулась.       — По твоим глазам понятно.       Та ненадолго замерла, не сразу давая ответ. Перебирание пальцев и рассеянность всё равно являлись результатом пережитого.       — Всё нормально, — и вновь эти слова вырвались из её губ. — Честно. И вообще мне… сейчас нельзя жаловаться. Хоть экзамен и будет в первый же день каникул, но это лишь на несколько часов, поэтому всё хорошо.       — Точно? Обещаешь, что всё будет с тобой хорошо? Не хочу, чтобы ты потом все выходные чувствовала себя плохо… — никак не унималась Нэнэ.       — Обещаю, — коротко ответила Мизуки перед тем, как прозвенел звонок. — М-мне… надо бежать. Увидимся!       Трое оставшихся странно переглянулись между собой, понемногу отдаляясь и спускаясь по лестнице.       — Да не переживай ты. Ты её что, не знаешь как будто? — мягко утешил Нэнэ Клыкастый.       — Знаешь… всё же не так хорошо, как она меня, — тихо сказала ученица. — Но одно я могу сказать точно…       — М-м?       — Когда она убегала на урок… она слегка пошатывалась… — Нэнэ устало помассировала переносицу. — Ладно… надеюсь, что всё пройдёт спокойно.       — Пройдёт, Нэнэ-чан, пройдёт, — вставил короткие слова в разговор Аманэ, открывая двери на выход и сразу вдыхая почти летний воздух. — Господи, хорошо-то как стало сразу.       Нэнэ прикрыла глаза, наслаждаясь приятным тёплым ветерком, щекочущим кожу на щеках и вызывающим лёгкие мурашки, но одновременно снимающим стресс после утомительного учебного дня. Но ветер слегка усилился, как назло приподнимая лёгкую ткань юбки, но ученица быстро среагировала, грамотно прижимая ладонями ткань к ногам, но давая волю непослушным густым прядям вести себя, как хотят они, попадая будто специально в глаза и вообще на всё лицо.       Но чужая ладонь убрала одну мешающуюся прядь, игриво намотав её на пальцы. Мужские янтарные глаза прищурились, рассматривая необычный цвет кончиков, слегка выцветший и уже не такой выделяющийся. Малиновые глаза открылись после блаженства, отвлекаясь на причину тревоги. Аманэ Юги снова в своём репертуаре. Его действия непонятны, многозначительны, будто не имели умысла, но заставляли всё равно замереть. Он не смотрел на неё, он до сих пор «изучал» бирюзовые кончики пепельных волос.       — Так необычно, — слабо улыбнулся он. — И смешно одновременно.       — Что ты имеешь в виду? — тихо прошептала она, приподнимая голову, чтобы получше увидеть его. Чтобы спросить напрямую. Лицом к лицу.       — Для чего ты их красила? — он задал этот вопрос, который давно таил в себе с первых секунд, как увидел её однажды в коридоре школы, в начале учебного года.       — Решила немного поменяться. Я не выделываюсь, если что, — уточнила девушка на случай, если парень начнёт говорить колкости.       — Ты всё равно заставляешь так думать про себя, — издал он тихий смешок, отходя. — Ладно, давайте по домам. Ты сама дойдёшь или…       — Сама, — опередила его она. — Сама… Пока-пока.       Ясиро пошла первой, чтобы скрыть своё волнение перед ним. Не поехала она с ними, не хотела сидеть рядом. Его слова, шутки, заигрывания, серьёзность: всё это имело свой смысл. Глаза предательски бегали, щёки почти горели. Может, температура? Тогда почему приятная тяжесть проносилась где-то в районе живота? Ниже? Почему сердце приятно ноет, выпрыгивая из груди?       Ответ, по-видимому, теперь она знала. Безусловно знала, но никогда не скажет вслух, не признается. Долго она врала самой себе, достаточно, чтобы настоящие чувства лишь усилились, открыв девичьи глаза на правду. Ясиро надеялась, что со временем всё утихнет. Аманэ нравится другая, не она. Не взаимно это, но для девушки всё равно являлось неким опытом.       Не побоялась взглянуть на правду, но всё равно не скажет вслух.       Всё придёт со временем, и она даже не стала мысленно гадать. Кто-то сейчас желал поскорее уснуть, кто-то с волнением ожидал результатов экзаменов, а кто-то сидел и усердно играл красивую мелодию в одном из кабинетов школы. В настоящем нужно жить, не в прошлом, и не пытаться предугадать будущее.       Наконец вернувшись домой, Нэнэ стоило легко коснуться головой подушки, чтобы провалиться в крепкий долгожданный сон, ни о чём больше не думая.