По законам чувств

      Два дня тянулись, как целая неделя, не давая возможности для спокойного перерыва. Ожидать в некоторой степени было даже весело, с адреналином — ведь никто из учеников пока не знал, кто кого превзошёл, если помимо одной компании спор возникал и у других. Поставленные перед собой цели могли рухнуть за пару секунд и вычеркнуть всю мотивацию учиться дальше.       Но всё равно это лишь трудные минуты жизни. Временные.       А пока Ясиро наслаждалась нежными прикосновениями маминых рук по пепельным волосам. Они словно сбивали весь стресс, всю головную боль и помогали забывать обо всём тревожном. Малиновые глаза то закрывались, то снова открывались, чтобы не уснуть во время просмотра любимой телепередачи.       — Мам… — слегка хрипловатым голосом позвала она. — Как думаешь… я сдала?       — Я в тебе никогда не сомневалась, — улыбнулась женщина средних лет, не переставая утешать дочь. — Ты же так усердно готовилась. Неужели ты не ценишь свои старания?       — Нет, почему… Конечно, ценю. Иначе какой толк? — переспросила Нэнэ, уже не следя за передачей. — Но я всё равно не хочу быть последней…       — Смеётся тот, кто смеётся…       — Последним… Да… Папина фраза всегда меня ставила на ноги, ха-ха. Когда я теряла уверенность, и он это говорил, то всё сразу менялось, — пухлые губы расплылись в маленькой улыбке тоски. — Словно какое-то заклинание, которое всегда мне помогало…       Женщина прищурила глаза с некой душевной болью, вглядываясь в семейные фотографии на стене и сильно скучая по солнечным, давним временам. Но даже она не сдавалась, как и Нэнэ. Только они обе сейчас могли разделить иногда возникающую колющую тоску между собой, держаться всегда вместе и идти вперёд. Миссис Ясиро прекрасно знала: если опустит руки, то и дочь тоже, поэтому главной задачей было поддерживать ту связь, которая им была нужна как никогда.       — Завтра результаты, мам… — напомнила пепельноволосая, странновато улыбнувшись. — Как думаешь, сколько у меня?       — Максимум! — улыбнулась та очень широко и уверенно, заражая такой же улыбкой и Нэнэ.       — Завтра ещё решится кое-какой спор. Ух! — щёки на лице сразу надулись, а глаза горели в предвкушении. — Глупый Аманэ-кун.       — Аманэ-кун? — такие же рубиновые глаза раскрылись в удивлении. — Неужели… у тебя появился мальчик?       Девушка резко вспыхнула и подскочила с места.       — Ч-ч-что за бред! Нет! Никогда! Он г-глупый и… и… высокомерный! Да! И… о-он… Эх… Да кого я обманываю… — Ясиро тяжело вздохнула, упав спиной на спинку дивана и запрокинув голову назад. — Он, конечно, далеко не глупый. Но всё равно высокомерный!       Женщина оживилась, всем видом ожидая объяснений и продолжения.       — Вы — друзья? — спросила она.       — Ну, можно и так сказать, — неуверенно ответила Нэнэ. — Только вот мы с ним часто спорим, и иногда возникают небольшие перепалки. К счастью, Мизуки-чан и Цукаса-кун вовремя останавливают нас.       — Оу, и они тоже твои друзья?       — Да! Цукаса-кун и Аманэ-кун — они близнецы Юги. Очень, кстати, известные личности в школе. А Мизуки-чан… она потрясающая! Лучшая подруга, и хочет стать пианистом в будущем!       Девушка начала рассказывать очень много интересных событий, произошедших за это не такое уж длительное время. Каждая эмоция, каждое воспоминание сверкали на её лице, в движениях, даже тон выдавал её чувства: где-то сожмёт кулачки, где-то бровки то нахмурятся, то снова расслабятся.       — …И сейчас у нас с Аманэ-куном спор… У кого баллов за этот экзамен будет меньше — тот проиграл, — закончила на этом рубиновоглазая, поджав ноги к себе. — Я ему точно проиграю, хоть он меня и готовил к математике… Но всё же он сильнее, да и с репетиторами занимался плюс ко всему.       — Ты могла бы тоже заниматься…       — Нет! Тут я хотела подготовиться сама! И финансы… Мам, я ведь тоже понимаю, что мы не богачи, как, например, семья Юги. В этой школе… все имеют связи и достаточно из известных семей… — она хмыкнула, чуть устало посмотрев в окно.       — Но ты всё равно учишься в этой же школе, что и они. Мы обычные люди, не богатые, но и не бедные. Ты же как-то смогла всё равно поступить. А Мизуки Хосино тоже из какой-то богатой семьи? — поинтересовалась мама Нэнэ.       — Нет, в том-то и дело. Она совсем обычная, как я. Может, поэтому мы с ней быстро нашли общий язык и держимся везде вместе… — Нэнэ тепло улыбнулась, до сих пор радуясь такому везению.       — Вот как… И всё равно я за тебя очень рада! Ты молодец, что смогла найти хороших друзей. Понимаешь, Нэнэ, даже дети из богатых семей могут быть совершенно другими людьми. Не такими жадными, лицемерными или высокомерными. Каждый сам выбирает, кем ему быть, — Ясиро-сан погладила дочь по макушке, укладывая обратно к себе на колени. — Когда ты подрастёшь и у тебя начнётся личная жизнь, то ты обязательно поймёшь.       — То есть когда у меня будут отношения?.. — переспросила та.       — И это тоже. Сразу почувствуешь, что этот человек точно для тебя, а ты только для него. Это… некая связь.       — А как я почувствую, что это мой человек? — девушка обернулась к матери.       — Ха-ха, он сам к тебе придёт, и ты почувствуешь разницу в своём поведении рядом с ним, чем с другими. И не сможешь подобрать слов для описания своих чувств здесь… — женщина прислонила руку к своему сердцу, и благодаря этому жесту в голове Нэнэ проскользнули некие ответы на её внутренние вопросы и переживания, путаницы и конечные тупики.       Девушка отвернулась обратно, прислонив ноготь к губам в задумчивости, снова не контролируя маленькую алую краску на лице.

***

      Утро выдалось неспокойным, потому что именно сегодня все учащиеся узнают о долгожданных итогах экзамена. Мандраж был почти у каждого, и почти каждый не хотел сегодня вообще появляться в школе, лишь бы не смотреть на стенд на первом этаже с результатами на большом белом листе.       Но нужно всё равно переступить и через этот страх, уверяла себя Нэнэ, нужно всегда прямо смотреть судьбе в глаза, со смирением её принимая. Хотя девушка тоже не с превеликим удовольствием сейчас с дрожью в ногах шла на остановку, высчитывая некоторую вероятность благоприятного исхода. Да, от математики она до сих пор не отошла, но позже обо всём забудет, примерно, до следующих экзаменов.       Вот заходит в автобус и, о да, видит как всегда в толкучке подругу, которая тоже выглядела вполне серьёзной и немного нервной.       — М-мизуки-чан… — неловко улыбнулась Нэнэ, пристраиваясь рядом. — Доброе утро. Ну как? Готова?       — Привет-привет. Э… да, в принципе. А ты?       — Нет, — резко, но зато коротко и ясно сказала пепельноволосая, чувствуя лёгкую тошноту от волнения и дрожь в груди.       — Но всё равно я уверена, что не всё так плачевно. Думаю, на дополнительные точно не останемся… — Хосино на несколько секунд отвернулась от одноклассницы, жмуря глаза, чтобы не уснуть.       — Надеюсь, — тихо ответила Ясиро, взглянув на подругу и сразу шокированно раскрыв глаза. — Т-ты… Боже, ты вообще спала?! Почему такие синяки под глазами?!       Ей даже в голову не приходило, чем могла так усердно заниматься Мизуки. Словно три ночи не спала.       — Я… эм… готовилась ещё к зачёту в музыкалке. Там всё-таки не только играть надо уметь, — кареглазая криво улыбнулась, но мутные глаза всё равно выдавали изнурение.       — Теперь ты спать сегодня пойдёшь. Ясно?! Ух.       Оставшуюся дорогу Нэнэ сверлила взглядом подругу, которой уж точно некуда было убежать от настойчивой рубиновоглазой бестии.       Обе приблизились ко входу в школу, встречая ещё несколько учеников из своего класса. Мизуки и Нэнэ не очень желали оставаться вечными изгоями, поэтому решили присоединиться к разговору других.       — Утречка всем, — смелее, как всегда, оказалась Ясиро. Уж в беседе ей не было равных. — Готовы к результатам?       — Доброе утро, Ясиро-чан. Да, а как иначе? На допы по любому останемся… — ответил из компании один парень, по виду которого можно было сразу сказать, что он особо не заморачивался на этот счёт.       — Ха-ха… — та в неуверенности почесала затылок. — Мне бы твоё безразличие. А нас как-то оповестят или что? Я вообще не понимаю, куда даже идти.       — Всегда вся информация на первом этаже. Там будут и наши результаты, и, вообще, кажется, они уже висят, — глаза ученика слегка оживились. — Ладно, пойдём, что ли.       — Бля, я сейчас умру… — не выдержала Нэнэ, дав волю нецензурному выражению из-за нахлынувших эмоций.       — Солидарна… — ответила её невыспавшаяся подруга, всё это время просто молча идя рядом.       Не так уж и легко было сразу подойти к вывеске, потому что половина школы столпилась около одного места, толкаясь между собой, а некоторых почти сбивая с ног, лишь бы только найти себя в списке сдавших. Обе девушки округлили глаза, не решаясь лезть в кучу, а пока переждать в стороне.       Они пока не подозревали, чьё имя они услышат буквально…       Сейчас.       — Аманэ Юги… он… НА ПЕРВОМ МЕСТЕ! — кто-то выкрикнул на весь коридор, и сразу усилился гул среди других.       — Ч-чего?! ЧТО?! — подскочила Нэнэ. — Аманэ Юги?! Вы точно не ошиблись?! — её удивлению не было предела.       — Да-а! Посмотри! — ответили ей.       — Да больно надо! — огрызнулась та, поворачиваясь к немало удивлённой Мизуки. — Ты слышала?! Капец! Я в шоке! Я ПРОИГРАЛА! ЗАСТРЕЛИТЕ МЕНЯ!       — У-успокойся… — заикалась каштановолосая. — Сейчас тебе главное увидеть, на каком месте ты! — она решилась всё же не ждать и потянула Нэнэ за руку за собой.       — Я не буду смотреть! Твою ма-а-ать! — ругалась во всю, напрочь забыв про этикет, Ясиро, закрывая глаза ладонью, пока её продолжали тянуть за другую.       Дыхание сбилось, участилось. Ноги подкосились и почти не слушались. Нервный смех вперемешку с обычным, наверное, от безысходности. Судьбы не избежать, невозможно совсем.       — Ох, я отсюда не вижу, — щурилась Мизуки, пытаясь найти себя и подругу. — Надо чуть ближе подойти.       — О, смотрите-смотрите, близнецы Юги!       Всё сейчас повторялось, как когда-то в первый день учебного пребывания здесь. Тот же стенд, тот же этаж, те же возгласы и шептания. И те же популярные близнецы, идущие к двум ученицам, изучающим информацию на вывеске, которые на этот раз повернули головы в сторону подходящих парней, чей вид так же привлекал влюблённые глаза других учениц и завистливые — юношей.       И на этот раз Нэнэ больше не называла его красавчиком, идолом. На этот раз её лицо вспыхнуло розоватым цветом, губы дрогнули, а алые глаза сами убежали в сторону, стыдливо…       в проигрыше.       — Юги-сан! На первом месте! — выкрикнула одна девушка. — Какой вы умный!       — Реально крутой! Мощь! — поддакивали другие.       — Да ладно? — Цукаса резко посмотрел на брата. — Неужели…       — Да! — Аманэ широко улыбнулся, крепко сжимая ладонь в кулак. На самом деле ему два года не удавалось достичь цели.       Были сильные конкуренты.       Но теперь этот зачёт в его руках. На этот раз он доказал свою силу не только в физическом плане, и теперь, может, даже будет получать поощрения в учёбе от учителей. Репетиторы, самостоятельная подготовка и совместная с одноклассниками явно пошли на пользу.       — Я в ахуе, — коротко и ясно изъяснился Юги-младший, начиная искать себя в списке. — А-А-А! Сто девятое место! А как?! А почему?! Ого-о-о! Аманэ-Аманэ, смотри, чё творю! — Клыкастый кинулся на спину брату, нагло повиснув и чуть не сбивая стенд и брата с ног.       — Кх! Вижу-вижу! Ну, хотя бы на дополнительные не остаёшься, — старший скинул с себя близнеца, обратив внимание на Мизуки и подозрительно притихшую Нэнэ. — А у вас что?       — Семьдесят пятое место, — ответила Хосино, водя пальцем по своему распечатанному имени и мягко улыбнувшись, выдохнув с огромным облегчением.       Но только один ответ до сих пор не прозвучал. Теперь только на одну личность были обращены ожидающие взгляды.       Янтарные глаза Аманэ замерли, когда увидели подавленную пепельноволосую девушку, которая, конечно, улыбалась, но почему-то это выглядело так… сдержанно, натянуто, что совсем не было видно частицы радости на лице: рубиновые глаза слегка казались пустыми, скулы напряжёнными.       — Ясиро, а у тебя что? — Аманэ всё равно задал вопрос с победной улыбкой, как одновременно с этим Мизуки уже успела встать рядом с подругой, заглядывая в её результат.       — Двести тридцать пятое место… — чуть тяжеловато проговорила Нэнэ, поскорее отворачиваясь от листа. — Да, я проиграла.       — Да, но…       — И, пожалуй… всем вам, — последнее, что договорила она перед тем, как побыстрее скрыться от чужих глаз.       Никто из трёх оставшихся не успел ничего сказать, запнувшись и сразу переглядываясь между собой.       — Ох, чёрт… Похоже, она сильно расстроилась… — неудобно проговорил Цукаса, обращая внимание на Мизуки.       Та и по простому взгляду поняла, что она не должна сейчас находиться с одноклассниками, и поэтому побежала вслед за подругой. Сейчас она должна была как можно скорее догнать Нэнэ.       Поскорее утешить и так же тепло обнять, как любила она.       Лицо Аманэ вдруг помрачнело, и он отвернулся к окну, стискивая зубы.

***

      Ученица успела слишком быстро убеждать в тихое место, пытаясь остановить бегущие слёзы. Сердце разрывалось от обиды на себя и позора. Она последняя среди них, почти последняя среди всего класса. Все старания полетели в никуда, и теперь вся мотивация к учёбе и к жизни в дальнейшем покинули её. К горлу подкатила тошнота, поэтому Ясиро поспешила присесть, пусть и на керамическую холодную плитку, поджав колени к себе и медленно выдыхая, чтобы привести себя в чувства.       Маленькие всхлипы снова были слышны в пустом женском туалете, и, может, в этом маленьком помещении будет пролито не мало слёз, или прозвучат ещё не мало ругательств и просто сплетен. Сейчас Нэнэ было не важно, как она выглядела, а главное, что её никто не видел.       Но скрип открывающейся двери заставил ученицу подскочить с ног и закрыться в одной из кабинок, прикрыв рот рукой, чтобы посторонний не услышал звуков плача.       — Нэнэ-чан… — Услышала она голос Мизуки, но всё равно промолчала. — Ты здесь?..       Голос подруги звучал искренне, обеспокоено. Будучи страдая дефицитом некого внимания, Ясиро решила подать знак новым всхлипом, и Хосино сразу смогла сориентироваться, встав напротив дверцы второй кабинки.       — Нэнэ… — Тихо позвала кареглазая чистым именем, без всякого дополнительного предлога, подругу, пока не зная, что заставила ту замереть от собственного имени, — Я знаю, что ты очень расстроилась, но… — она затормозила в словах, — Но я хочу, чтобы ты не падала духом… Твой результат…он…совсем неплохой, ведь есть те, кто написал ниже тебя. Намного ниже. А кто-то даже остался на пересдачу… И я до сих пор в тебя так же сильно верю.       — Тогда в следующий раз…окажусь ещё ниже. — Нэнэ опёрлась спиной о закрытую дверь, глотая тяжёлый ком в горле и закусывая губу.       — Неужели ты сдашься, когда прошла кое-что намного тяжелее?.. — карие глаза остановились посередине, прожигая дверь, словно через неё видя одноклассницу.       — Мизуки… Мне так папы не хватает… — она тихо заплакала, перед этим изо всех сил удерживая эмоциональное давление на тонкой нити. Хотелось, чтобы её просто послушали. Большего ей и не надо на данный момент времени.       Мизуки поджала губы и зажмурила глаза, полностью понимая боль Ясиро. Она невесомо и осторожно положила ладони на твёрдую поверхность.       — Я тебя могу понять, как никто другой… И ты это знаешь. Но мне будет также трудно без тебя, если ты опустишь руки. Я не хочу, чтобы ты сломалась и всё бросила, как я однажды. — тёмные брови сошлись к переносице из-за потока плохих воспоминаний. — Поэтому, пожалуйста, Нэнэ-чан, не сдавайся.       Щелчок, и дверь полностью открывается, и показывается покрасневшее девичье заплаканное лицо, которое она особо старалась не показывать. Не любит. Выглядело, как слабость. Но рубиновые глаза всё же увереннее посмотрели на Мизуки, которая смогла ей улыбнуться, даже если эта улыбка казалась немного грустной, но всё равно доброй и утешительной.       — Как ты однажды и сказала, что мы надерём задницу глупым мальчишкам. И я хочу взять реванш, но только вместе с тобой.       Девушка протянула ладонь с мизинцем, чтобы закрепить ещё одно новое обещание. Нэнэ хихикнула вперемешку с завершающим всхлипом, сплетая пальцы в укреплении маленькой клятвы, и всё равно после не могла сдержаться, в какой раз чувственно обнимая подругу.       Мизуки нежно погладила ту по волосам, так же крепко обнимая в ответ. Для них это был словно утешительный заряд, чтобы целый день не ходить, как тёмная туча. Благодаря их дружеской близости обе почти забывали о всём давящем и утомительном, наслаждаясь моментами в настоящем и будущем. Прошлое понемногу оставалось в прошлом, нашёлся новый смысл в жизни, ради которого обе встанут на ноги после очередного падения…       чтобы потом взлететь настолько высоко, чтобы ни одна преграда не смогла их сбить.       — Хи-хи, люблю обниматься с Мизуки-чан… — Ясиро слегка засмущалась от своих же слов, но зато сказанных от чистого сердца.       — И я…тоже. — Хосино слабо покраснела, не сдержав маленькую улыбку. — Но вот теперь ты снова та самая Нэнэ-чан, которую я знаю. Улыбка тебе больше всех подходит.       Пепельноволосая усмехнулась, чуть крепче обняв подругу и прикрыв глаза в блаженстве.       — И тебе, Мизуки-чан, она очень идёт. Научись снова улыбаться. — она почувствовала, как та несильно дрогнула. Всё же Нэнэ тоже за небольшое время смогла проанализировать может и мелочи, но такие важные в натуре подруги. Нэнэ не сомневалась в том, что Хосино безусловно может показывать столь радостные эмоции.       Просто ей нужно чуть больше времени, чтобы вернуть ту самую себя, и поэтому Ясиро никуда не торопила её       — Хорошо… — Прошептала Мизуки, легонько уткнувшись в чужое плечо.

***

      Нарыдавшись вдоволь, обе в итоге опоздали на урок, встав в дверях.       — Мы были в медицинском кабинете, — придумала оправдание Ясиро, пока ещё пытаясь скрыть слегка красноватые глаза и кончик носа.       — Первый раз поверю, в следующий раз сразу к завучу, — учитель на этом уроке был слишком строгим, поэтому ученицам всё равно досталось предупреждение.       Они прошли в класс как всегда под давлением косых взглядов, и когда сели, то не могли не повернуться к братьям Юги, ведь те оба уже «жгли» им спины, в ожидании каких-либо слов хотя бы от одной.       — Вы чего так долго-то?.. — Цукаса слегка подался вперёд, чтобы спросить намного тише, чем с расстояния, иначе скажет громче и в итоге получит от преподавателя.       — Ну… мы…       — Всё хорошо, — невинно улыбнулась Нэнэ, забыв о лёгкой красноте на лице.       Янтарные глаза с узкими зрачками прошлись по внешности пепельноволосой, и Клыкастый всё равно догадался, как уже и Аманэ, что она всё же плакала, но оба деликатно умолчали об этом.       — Кстати, Ясиро, я придумал желание, — вдруг прошептал старший Юги, а младший сразу загорелся в ожидании.       Сердце Нэнэ чуть ускорило свой ритм в интриге, но в конечном итоге получила лишь очередную порцию провоцирующей хитрой улыбки одноклассника.       — Но ты это не узнаешь, — завершил он.       — Это как? — Цукаса вскинул бровь. — Дурной, что ли?       — Аманэ-кун… Логика слегка нарушилась… — сказала Мизуки. — Нэнэ-чан должна же узнать твоё желание. Иначе… как? — Цукаса был солидарен с её словами. — И… Клыкастик, хватит путать мои волосы.       Все замерли, и другие ученики с остальных задних парт обернулись к ним. Ясиро многозначно прищурилась, специально стараясь смутить подругу.       — Чего смотрите? — тихо рыкнул Цукаса, заставляя тех отвернуться обратно к доске. — А тебе я просто… хочу их отрезать, — он взял ножницы, даже если и в шутку, но, видимо, кареглазую это всё равно напугало.       — Иди на хрен! — звонко проговорила она, почти выкрикнув.       Теперь уже все смотрели только на предпоследнюю и последнюю парты у окна, а учитель аж снял свои очки, с гневом посмотрев сразу на Мизуки и Цукасу: одна пыталась отбиться от держащего в руке ножницы второго.       — Вы, оба, вышли из класса, — монотонно проговорил учитель, указывая указательным пальцем на выход.       Аманэ прикрыл рот рукой, дабы не засмеяться в голос, а Цукаса даже не стал сдерживаться, что-то прокряхтев непонятное вперемешку со смешками. И ему было только в радость — слинять с одного урока хотя бы. Пока преподаватель не позовёт — Цукаса не вернётся.       Хосино приложила руку к лицу, стыдливо выйдя вслед за одноклассником.       — Ха-ха-ха! — засмеялся черноволосый, стоило ему покинуть пределы класса. — Кайфово! Зато заморачиваться не надо, — он облокотился о перила лестницы.       Хосино тихо хмыкнула, да и только. Она впервые вот так долго остаётся с ним наедине. Не то чтобы неудобно, но она пока не привыкла к такой компании. И при этом она не брала в расчёт прошлые с ним ссоры.       — Давай покурим? — резко выдал он, подойдя сбоку.       Её глаза метнулись на его яркие, реакцией показывая, что это предложение её весьма удивило.       — Но… уроки же. Да к тому же охранник…       — Да брось! — махнул тот рукой. — Он почти вечно спит. Проскользнём. А хотя… зачем? Есть другой выход отсюда.       — А… ты про тот самый. Но у меня нет сигарет. Только зажигалка… — ответила девушка.       — У меня есть, а зажигалки нет. Ха. Дам тебе одну, а ты тогда зажигалку.       — Само собой, — кивнула Мизуки, и оба тихо направились к «секретному месту».       Погода не подводила, и камеры, которые висели исключительно только в проходимых местах. Цукаса активно продолжал что-то рассказывать и говорить, одновременно как Мизуки поняла, что она является не лучшим собеседником, только кивая и что-то короткое отвечая на его слова.       — У меня она как-то плохо работает, но… сейчас… — Хосино зажала губами сигарету, регулярно щёлкая зажигалкой. И наконец маленький огонёк смог подействовать, и из сигареты начал плыть дым.       Юги взял маленький предмет в руки, прикрыв ладонью сигарету, чтобы ветер не мешал хорошо ей разгореться, но ничего не выходило, поскольку газ в ней, видимо, уже закончился.       — Тц, твою мать, — он выкинул её в сторону, как больше ненужный теперь предмет, и посмотрел на подругу, которая над чем-то задумалась, медленно покуривая и облокачиваясь о стенку.       Но внезапная тень падает на её лицо, и она слышит чужое спокойное дыхание над своей макушкой. Запрокинув голову вверх, тёмные зрачки сузились от неожиданности.       От близости чужого лица.       Мизуки рефлекторно вжалась в стенку, а Цукаса ещё на пару сантиметров приблизился, касаясь кончиком уголька другого, и затем отстранился, стоило ему получить своё.       — А? Ты чего побледнела так? — он заинтересованно посмотрел на неё. — А-а… Ты засмущалась, что ли?       Он явно напрашивался под горячую руку или такой же хлопок, какой ему частенько бил близнец.       — Предупреждай хотя бы. Это нарушение личного пространства, — незаметно девушка унимала холодный пот с висков, медленно садясь на достаточно чистый асфальт.       — А, то есть, ты не против? — Цукаса прикрыл глаза, аккуратно садясь рядом, но сохраняя комфортную дистанцию.       — Глупости. Не со всеми у тебя получится свободно себя вести, — на этот раз она спокойно улыбнулась, уверенно отвечая.       Клыкастый коротко посмеялся.       — Передо мной сложно устоять, — и снова его самолюбие выше облаков.       — Неужели? — та глянула на него, спрашивая другой интонацией. Специальной интонацией, чтобы парень усомнился в своих же словах.       Она сбила улыбочку с его губ, заставляя немного вспомнить противоположную ситуацию.       — Не будем её брать в счёт. Ведь она тоже однажды поддалась мне. И отдалась, — тот подмигнул однокласснице.       — И потом ушла к другому, — договорила Мизуки исход события, но поймала строгий взгляд янтарных глаз. — Ой… Извини… — она сразу зажалась в словах. — Я думала, что ты уже…       — Да, я уже оставил это. Но это всё равно очень неприятно было.       — Но разве… вам, богатым, не всё равно?       — В каком смысле? — он полностью повернул к ней голову.       — Ведь чаще всего богатым важнее репутация и деньги… А любовь — как развлечение. Она… недолгая. И… фальшивая, — Хосино поджала к себе ноги, кладя подбородок на колени.       — Вижу, что ты ни разу не была в отношениях. Но ты можешь глубоко ошибаться. М-м… Наша с Аманэ мать была обычным человеком, а вот отец — нет. И вот завертелось-закрутилось у них, и до сих пор крутится, ведь наша мама… очень уважает себя, и, видимо, она этим и подцепила отца, хех, — Цукаса сделал затяжку. — Мама не была такой, как другие. Не распутная, не продажная… Она недоступная, и этим она интересует других, но так же всё равно предана только одному.       Девушка внимательно слушала его небольшой рассказ о его семье, постепенно меняя свой взгляд в сфере преданности и любви. Девушка не отрицала факт того, что чаще всего видела в чём-то подвох или что-то слишком недолгого длящегося.       — Вот как… Ну, может, теперь я немного изменю своё мнение о богатых людях. Но, как бы то ни было, я всё равно не собираюсь ввязываться в это, — честно призналась она.       — Причина? — его брови слегка сдвинулись к переносице.       — Всё равно бросят. Я не жалуюсь, но… с моим-то везением. Хах. Да и я не профи в этой романтике… — её взгляд слегка помутнел. — Наверное. Чувства… слишком сложные.       — А кто… в твоём вкусе? Если всё же рассматривать это, — грамотно спросил Цукаса, чтобы не выдать своего интереса.       — В моём вкусе… — каштановолосая увлеклась такой темой, решив слегка погадать. — Может, кто-то преданный… понимающий… Не знаю. Тепло, чтобы было, наверное…       — Тепло… М-м… Ну да, перепихон чуть позже. Да-да-а… — Цукаса широко улыбнулся, но девушку ему смутить не удалось.       — Боже, мне пока рановато думать о таком. Сейчас лучше учёбой заняться.       — Вот зануда-то. Учёба не подарит тебе то тепло, понимание и внимание, которые ты, может, даже и хочешь, — Юги ткнул её в лоб. — Надо уметь расслабляться и не бегать от людей.       — Кто сказал, что я бегаю? — она подняла брови.       — По твоему тихому виду это и так понятно. Но у тебя есть Нэнэ-чан, я, естественно, да-да, а как же без меня... — и парень опять начал себя возвышать.       — О господи, да-да, и ты… ты… И Аманэ-кун. Мне и вас троих достаточно, — сказала Мизуки.       — Э? Собралась с кем-то из нас встречаться? — тот приложил палец к своим губам.       — Нет. С вами двоими точно нет, — сразу ответила та, но через несколько секунд поняла многозначность своего ответа.       — С Нэнэ-чан? Ты — лесбиянка?       — Что?.. С катушек что ли съехал? Я, конечно, не осуждаю однополые отношения. Всё же… если ты любим кем-то… то имеет ли смысл выбирать определённый пол?..       — Хм… Ты права. Но если бы я был одним из них, то… чур, я только сверху. Хе-хе, — Цукаса посветил своими клычками.       — Давай без подробностей, — прищурилась та. — Эх… Ладно, наверное, нам надо в класс. Не удивлюсь, если нас учитель ищет.       — Да уж. Пора бы, — Цукаса поднялся с асфальта, лениво потянувшись. — И, кстати, насчёт Нэнэ-чан… — он потянул слова.       — А что с ней? Что-то не так?.. — Хосино уже была готова начать беспокоиться. Юги-младший медленно помотал головой, довольно усмехаясь.       — Не в этом дело. Если уж ты говоришь, что для богатых «Любовь — это развлечение», то я приведу тебе реальный пример и опровергну это высказывание, — парень посмотрел ей в глаза.       — И какой же? — Хосино в непонимании нахмурилась, пока что не идя в школу.       — Аманэ нравится Нэнэ-чан, — проговорил Цукаса, засовывая руки в карманы, увидев меняющуюся реакцию на лице одноклассницы.       — Чт… То есть… И как ты это понял? — неверяще спросила та.       — Его взгляд. Смотрит он на неё по-другому, Курносая. Если бы он хотел поразвлечься, то давно бы уже это сделал, но… с ней всё по-другому, — черноволосый почесал затылок. — Мне неважно, пока он сам мне об этом не скажет. Всё-таки я братца знаю, как свои пять пальцев. Она даже когда расстроилась из-за результатов экзамена, Аманэ себе, грубо говоря, места не находил до тех пор, пока вы обе не вернулись в класс.       Мизуки выслушала один из секретов, и, похоже, из самых важных, о которых могла не знать сама Ясиро.       — М-да-а… Как-то так. Но ты рано или поздно расскажешь ей об этом, и тогда…       — Нет, — быстро ответила та. — Я хочу, чтобы она сама об этом узнала. И может, я даже порадуюсь за неё, если это и вправду будут настоящие чувства. А может… даже взаимные. Всё же я не хочу лезть в это дело. Пусть они сами разберутся, и со своими искрами тоже, — она легко улыбнулась, прикрыв глаза под лучами тёплого, яркого солнца.       — Ну, тогда я могу быть спокоен. А то даже не представляю, как бы мне влетело от Аманэ. Хотя-я-я…       — Сейчас опять начнёшь себя возвышать, на примере, что ты хитрее, сильнее… Да-да… — Мизуки махнула рукой, возвращаясь обратно.       — Оу-у. Запомнила мои привычки? — тот хитро прищурился, догоняя одноклассницу.       — Их невозможно не заметить, — спокойно ответила она.       Цукасе это начинало нравиться куда больше. Предстоящее лето обещало быть очень интересным.

***

      Оба пришли к перемене, широко раскрыв глаза из-за своего отсутствия. Да уж, прогуляли аж целый урок, а не его малую часть. Но Цукаса сделал прикидку на то, что вроде как их к завучу пока никто не вызывал, да и не косились взглядами, поэтому оба ученика вернулись на свой этаж, сразу попадая на разозлённую Нэнэ посередине толпы и смеющегося Аманэ.       — Я не буду этого делать! Ты охренел?! — почти рычала Ясиро, отстаивая свою позицию.       — Желание есть желание! Ха-ха! Ты сама знала, на что идёшь, — со смехом отвечал второй.       — Хочешь выставить меня посмешищем в глазах других?! Хочешь меня унизить?! И ради такого тупого желания ты старался написать на максимальный балл? — продолжала негодовать пепельноволосая.       Мизуки встрепенулась, чётко слыша тяжёлую подавленную интонацию в голосе подруги. К добру это точно не приведёт, если не вмешаться хотя бы здесь.