По законам чувств

Нэнэ периодически закатывала глаза в наступающем раздражении, потому что Аманэ в какой раз своевольничал, не спрашивая чужого мнения. Как бы она не пыталась вырваться и резко сбежать, но парень всё предусмотрел, подвинув ту вперёд, чтобы хорошо видеть. — Сколько нам ещё идти? — Нэнэ имела права жаловаться, в толпе потеряв вывеску нужного магазина. — Пришли почти. Не ной. — Это я ною?! А кто меня без моего же разрешения потащил куда-то?! — Терпение лопалось мгновенно, как мыльный пузырь. — Потому что меня кинули. — Ответил Аманэ. — И вообще, я зря тебе в медицинском ещё кабинете рассказывал о своём прошлом? Ты считала меня своим другом. — Решил вдруг напомнить брюнет, думая, что именно так сможет загнать Нэнэ в ловушку. Нэнэ потупила взгляд и посмотрела себе под ноги, припоминая тот раз. Да, Аманэ был прав. Да, она сама считала их друзьями, но… — Ты сам эту дружбу испортил, написав мне такое под фотографией. — Нанесла смелый ответный удар девушка с гордостью в голосе. Она увидела, как Юги на секунду замер, и его вечно серьёзные глаза прищурились. — Но это же правда. — Только и ответил он, совсем не устраивая своим ответом. — Правда? Это с каких пор ты такое девушкам говоришь? — Ясиро снова начала заводиться. — Мне было обидно, Юги. Снова. Нэнэ отдёрнула руку и ушла вперёд, пытаясь пробиться сквозь толпу, лишь бы скрыться с чужих янтарных глаз. Сейчас, назвав парня по фамилии, пепельноволосая чётко выделила своё отношение к нему, и что она больше не считала такое дружбой между ними. Ей было всё равно — нравится ему или нет. Нэнэ вполне устраивало, как к ней он обращался, даже если и не по имени, но теперь она начинала понимать, что с самого начала, видимо, Аманэ не собирался крепко дружить. — Стой! Куда ты так побежала… — Аманэ еле как поспевал, но почему-то ему вдруг стало неудобно с ней разговаривать на повышенных тонах или каким-то приказным тоном. Он вдруг почувствовал свою наглость по отношению к ней и ко всему вокруг. Та молча шла дальше, не желая с ним общаться. Аманэ никак не мог этого оставить. — Ну, стой. Ну, погоди. Эй. — Он отлично понимал, из-за чего Нэнэ не намерена была с ним находиться рядом. — Да! Я понимаю! Признаю, что был не прав! Написал тебе глупость… На самом деле, твоя фотография…очень даже. Аманэ увидел, как Нэнэ обратила на него внимание, но по её глазам можно было догадаться, что она ожидала чего-то ещё. Словно Аманэ ещё не договорил. — Я не должен был так делать. Просто… Ладно… Неважно. Извини пожалуйста. Больше не буду. — Он сделал несколько шагов вперёд, стоя почти близко. — Простишь? Ясиро вздохнула, помассировав переносицу. Она обещала себе быть мудрее. — Да, да… Прощаю. Просто если не нравится, то не надо выставлять это на общее обозрение. — Ответила Нэнэ, посмотрев однокласснику в глаза. — Мне нравится! — Неожиданно заголосил тот, заставив девушку слегка оторопеть. — Тогда зачем написал обратное? Юги прервал зрительный контакт, в неудобстве почёсывая затылок и придумывая какое-нибудь оправдание. — Это…сложно объяснить… Потом скажу. — Выдавил он из себя, молясь о том, чтобы Ясиро не начала давить. — Что ж, хорошо. Главное, что ты понял. — На удивление, девушка пошла навстречу, — Ладно, пойдём в твой магазин. Стоя за спиной Нэнэ, на лице парня заиграла приятная улыбка. Консультанты вмиг окружили их, начиная расспрашивать, даже не дожидаясь ответа. Ясиро покосилась на пуфики для примерки обуви и очень желала на них сесть, лишь бы оставить Аманэ самим разбираться со своим имиджем. — Ну, какой тебе пиджак нравится? — спросил парень, и все взгляды тут же устремились на загнанную девушку. — А-а… Я… — Рубиновые глаза начали бегать по отделам, где располагалось буквально бесконечное количество разных тонов и размеров. — Это надо вот этой личности. — Нэнэ с невинной улыбкой указала на друга, и секунды не прошло, как парня утащили в первый из отделов. И около неё остался только один консультант. Пока Аманэ будет пытаться рассмотреть достойный вариант, Ясиро выиграла время и решила из-за скуки пойти и подобрать несколько пиджаков на свой вкус, попросив помощи у консультанта. — Я помогу вам! Юги-сан не в первый раз посещает наш магазин! И я могу сказать, что… у него весьма тонкий и строгий вкус. — Улыбнулась девушка-консультант. — Вот как. Я не удивлена даже. — Нэнэ нашла повод для улыбки. — Напомните, какой у него рост и ширина плеч? Пепельноволосая замерла и потупила взгляд, сразу растерявшись. — Э-э… Я не знаю… — Ответила она и тем самым удивила консультанта. — Но разве вы… Не близки? Не подумайте неправильно! Просто… Юги-сан никогда нынче не приходил…с кем-то. — Полушёпотом проговорила девушка. — Я его… подруга! — Ясиро вдруг порозовела. Неужели они подумали, что она девушка такого деда, как Аманэ? — Его будущей жене я сочувствую… — Начала бубнить под нос она. — Что-что? — Говорю, вот этот должен подойти! — Нэнэ наугад вытащила один из тысячи пиджаков чёрно-синего цвета размера «M» и на всякий случай «L» в силу роста парня. — Отлично! Позвольте мне ему их нести. — Девушка вежливо забрала одежду. Нэнэ резко увлеклась и заметила, что как-никак, но и низ должен соответствовать пиджаку, и потому решила собрать комплект. — Постойте! К пиджаку нужны и штаны, поэтому… — Не волнуйтесь! Тут уже он сразу идёт. Вот, взгляните. — Консультант опустила руку совсем немного вниз и достала две вешалки с брюками. — Оу… Я уж думала, что тут одни пиджаки. Никогда не пойму этих богатеньких. — Снова бубнила Нэнэ. — Что-что? — Говорю, пойдёмте к Аманэ-куну. Попробуем предложить. — Ответила невинно Ясиро. — «Посмотрим, понравится ли деду-девственнику». Нэнэ аккуратно нашла нужную переодевалку, но пока не осмеливалась позвать Аманэ. Она покосилась на другую девушку, и та сразу поняла намёк, вежливо зовя парня. Обе получили тишину, и Ясиро вскинула брови, позабыв о всём этикете и кулаком специально задев штору. — Ты там умер что-ли?! Я тебя ещё по полтора часа должна ждать? — возмутилась рубиновоглазая, привлекая к себе внимание всего персонала. Никогда нынче в данных магазинах не случалось подобного. Нэнэ резко поднимает голову вверх, когда штора распахивается, и девушка перед собой видит одноклассника, с не до конца застегнутой рубашкой. — Чего тебе? Я вообще-то примеряю. — Ответил Юги, поймав на себе удивлённый взгляд. Да, Аманэ определённо красив. Ясиро никак не могла этого отрицать. Он словно из какого-то фильма в жанре романтики. Девушка еле как вернула себя обратно в реальность, когда поняла, насколько близко к нему стояла. — Кхм, я тебе вот шмотки принесла какие-то. Может, попробуешь примерить? — замялась она. Юги вскинул брови от интересного предложения со стороны подруги, которая буквально несколько минут назад говорила обратное. — Ого-о, Ясиро, что с тобой? — ухмыльнулся брюнет и неожиданно сам подошёл на прежнее расстояние между ними, специально наклонившись. — Решила вдруг помочь? Девушка вздрогнула и рефлекторно выставила ладони на крепкой груди парня, как бы пытаясь отстранить от себя. Он её так с ума сведёт. Её ладони такие маленькие и тёплые, подметил Аманэ. — Так будешь или нет? — Насупилась Нэнэ. — Вот же ж… Дед. — Опять ты за своё?! Сейчас точно утащу в раздевалку. Посмотрим, сколько ты продержишься. Ясиро резко вспыхивает румянцем, давая Юги сразу по затылку. На самом деле, растерялись оба. — Позвольте. — Нэнэ забрала у консультанта выбранные комплекты и швырнула их прямо в Аманэ, затолкав его обратно. — Быстрее только! Куда-либо ходить с ним просто невыносимо. Нэнэ от ожидания присела на пуфик, никак не понимая, почему её быстрые удары сердца никак не уймутся. Спустя некоторое время Аманэ предстал перед ней в том самом костюме, который она выбрала почти чисто наугад. Честно, сидел он на нём идеально. — Ох… Ну… — Ясиро подбирала слова. — Стильно, удобно, практично. — Хм… Соглашусь. — Аманэ кивнул и улыбнулся, лукаво посмотрев на подругу. — А у тебя есть вкус. Похвально. Юги крутился, как девица около зеркала, рассматривая каждую деталь и возясь с галстуком. — Эй, помоги мне эту штуку завязать. — Обратился он к ней. Нэнэ посмотрела на смешного друга, включая роль взрослой личности. — Ты как маленький. — Нэнэ смело подошла к нему, убирая его ладони с галстука, и сама принялась завязывать. — Смотри, как надо, и запоминай. Аманэ лишь пару секунд наблюдал за движением чужих пальцев, прежде чем окончательно перевёл янтарные глаза на макушку Нэнэ. Она такая низкая и словно кукольная по сравнению с ним, хоть характером очень своеобразная. А эти рожки в виде заколок, что старательно держали непослушные пряди... Забавно. — «Мило…» — Произнёс про себя Юги, смотря на её ресницы. — Вот и всё. — Позже сказала Ясиро и подняла свой взгляд на уже смотрящего на неё парня. — М? Аманэ-кун? Она чувствует касание большой ладони на своей макушке, что аккуратно поглаживала в знак похвалы. С виду Аманэ иногда казался холодным и местами высокомерным, но…эти нежные касания… — «Чё-ёрт…» — Ясиро старалась не загореться алым цветом, грамотно ускользая от руки парня. — Так… Ты берёшь его? — А какой, по-твоему, лучше? — Решил ещё раз поинтересоваться мнением «маленького эксперта» брюнет. — Без разницы. На тебе оба шикарно сидят. — На автомате ответила Нэнэ и выпучила глаза из-за неосторожности своих слов. Увидев, как Аманэ напрямую вылупился на неё, так ещё и с хитрым прищуром и улыбкой, то девушка решила резко сменить позицию: — Потому что дылда! И этот костюм для дылд предназначен. — Вот снова за своё. — А эти рожки на твоей голове для таких коротышек, как ты. — Отчеканил Юги. — Зависть плохая штука, Аманэ-кун. — Нэнэ не теряла хватку. — Я понимаю, что таких редких заколок тебе не примерить. Парень в неком азарте посмотрел на подругу, принимая это, как очередной вызов или спор. — Почему ты так решила? — Спросил он. — Почему? Ну-у… Потому что они не для парней и не дедов. — Ответила девушка, заставив того нахмуриться. — Да и ты бы смешно выглядел. — Проверим? — Аманэ быстро переоделся и направился расплачиваться за покупки. Ясиро чуть не засмеялась, представляя данную картину на своём телефоне, поскольку она не собиралась «просто» смотреть глазами. — А давай! — Нэнэ начала снимать с себя заколки. — С Вас двести сорок тысяч йен*. — Улыбнулся продавец, складывая костюмы в красивый пакет. Девушка чуть не подавилась воздухом и выпучила глаза, когда Юги спокойно приложил банковскую карту к терминалу. — А-а… Сколько… — Запнулась она. Аманэ снова потрепал её по макушке. — Это тебе не моти в школьной столовой. — Усмехнулся янтарноглазый. — Спасибо Вам! До свидания. Приходите ещё! — Поклонились консультанты. — «Надеюсь, больше не придём…» — Мысленно взмолилась Нэнэ.

***

Пол пакета сладостей почти был съеден, и Мизуки вместе с Цукасой устало завалились на спинку скамьи. — Я больше не могу… — Икнула Хосино, отпив воды. — Я тоже… Сейчас взорвусь. — Поддержал тот. Дождь заменился ярким солнцем, и поэтому совсем не хотелось выходить из укромной тени. Пока Мизуки задумчиво смотрела на небо, Цукаса в свою очередь что-то активно искал в телефоне. Какое красивое это… Небо. — О! Нашёл один парк. Там, говорят, много интересного. Пойдём туда? — предложил брюнет, на что Мизуки кивнула. Они пробирались через толпу, и иногда девушке казалось, что ладонь друга становилась ближе к её. Хосино подумала, что это по причине толпы, и на случай чего Цукаса просто-напросто придержит её, чтобы не потерять Мизуки. Чем дальше они шли, тем сильнее сомнения заставляли девушку замедлить шаг. Посмотрев вперёд, ей казалось, что где-то давно она уже видела эту дорогу. Бегло посмотрев в сторону, она увидела знакомое кафе. Тоже будто видела где-то давно. Эта клумба с цветами, эти вывески, оставшиеся ещё с тех лет. Дома… Их краски, хоть и выцветшие. Почему это всё…ей так знакомо? Почему резко всё стало…сжиматься внутри? И вот толпа рассеивается. Зрачки в карих глазах сужаются, дыхание перехватывает. Цукаса всё такой же активный и задорный идёт ко входу в парк, в то время как Мизуки не могла контролировать начинающуюся дрожь в ногах. Пожалуйста, скажите, что ей показалось… Что она ошиблась… Девушка проглатывает сухую слюну. Идёт дальше. Когда она переступила порог, то ей показалось, что какой-то холодок погладил её по спине. Цукаса всё такой же улыбчивый, ищущий развлечений. Он внезапно смотрит на подругу, и той еле-еле удаётся скрыть тревогу. — Там есть экскурсия, где можно глянуть на разных рыб! Рыбы?.. Тогда это точно… Мизуки резко бледнеет, поджимает губы к подкатывающей тошноте. Слишком сдаёт себя. Нельзя. Шрам заболел. — П-подожди минуту! — Не выдержала она. — Сейчас схожу в… Мизуки не договорила и ринулась к туалету. Слава всему, что Юги понял, куда убежала одноклассница. Девушка почти облилась холодной водой, лишь бы подавить признаки рвоты и жара в голове. Она боялась выйти отсюда. Ей хотелось спрятаться. Душа снова кричала, но только пока единственные лучи света — поддержка Ясиро и отец — давали стоять и быть смелее. Позже выходит и видит смотрящего в её сторону Цукасу, который достойно ждал и никуда не ушёл. Подумать только…гуляет с бывшим врагом школы. Эта мысль точно её долго не покинет. Только не хватало каких-нибудь любопытных глаз и камер, которые не дай бог их запечатлят. О нет. — Идём дальше? — убедился брюнет, но его эмоция быстро сменилась на озадаченную, — Эм, всё хорошо? Ты побледнела, как будто… Солнце напекло. Хосино слегка оторопела. Какой мог быть солнцепёк, если дождь закончился совсем недавно? — А…Что? — Ой! — Цукаса стукнул себя по лбу. — Вот я дурак. Ладно, забыли! Точно всё нормально? — Да. — Соврала опять. — Точно? — Да. — И ещё раз. Это так трудно и бессовестно. Юги наконец, мягко говоря, отстал, осматривая локации парка. — Пойдём пока туда! К большому несчастью для Мизуки, но на особенное место, на которое указывал Цукаса, совсем не хотелось даже смотреть. Почему, почему почему… Сложно, так сложно, так сложно… Чтобы не портить прогулку своими моральными перепалками, Мизуки нервно взглотнула и двинулась в проклятом направлении. Детский смех, счастливые семьи, веселье… Всё это растворилось для неё ещё пять лет назад. Каждая лавка с развлечениями, каждая улыбка радующегося ребёнка… Больше нет этого для Мизуки. Всё помутнело. Юги здесь впервые. У него по-детски горят глаза от всего вокруг, и Хосино видела в его глазах буквально маленькую себя. Как же она ему завидовала, что друг не был здесь пять лет назад. Не видел того, чего видела она. Не испытывал того, чего испытала она. Нэнэ сильная личность, в отличие от Мизуки. По-крайней мере, она так думала. Мизуки успела сто раз увидеть не пропадающую мотивацию и желание идти дальше у подруги. Она сильная. Очень сильная. Нэнэ проглотила боль, залечила сама себе раны, не поддалась им. А Хосино никак не может собраться. — Давай сюда. — Цукаса указал на выставку разнообразных видов рыб, начиная от маленьких аквариумов и заканчивая почти громадными. Душа пищит, бьётся, пытается увести, пытается заставить девушку не посмотреть в другую сторону. Но Мизуки сдаётся. Она в очередной раз слышит радостные вскрики детей. Поворачивается. Всё замирает. В голове слышится будто звук разбивающейся вазы. Осколки впиваются. Она тихо скулит и срывается с места. Уходит самым быстрым шагом на всём белом свете, игнорирует растерянного Цукасу. — Эй! Ты куда?! — Кричит парень, получая молчание. — Мизуки-чан! — «Оставьте, оставьте меня!» — Умоляет в мыслях кареглазая, смахивая дорожки слёз. Брюнет не может за ней угнаться. Девушка буквально растворяется в толпе. Но к его счастью она резко сворачивает в укромный переулок, всё так же не сбавляя шаг. — Да что с тобой?! Цукаса начинает злиться. Догоняет и хватает за тонкую руку. Прижимает к стене в порыве негодования. Хосино не теряется, не отталкивает. Она молча стоит с опущенной головой. Терпит. Парень захотел потрясти её за плечи, но вместо этого своевольно кладёт ладони на мокрые чужие щёки. Чувствует их влагу и поднимает девичье лицо вверх, заставляет ту посмотреть на него. Большие глубокие глаза наполнены страхом и слезами, смотрят прямо на Цукасу, словно в душу. Парень почти столбенеет и теряет дар речи. Он не узнавал ту спокойную Мизуки, как сейчас. Он впервые видел её такой напуганной. — Т-ты чего? Скажи мне… — Спрашивает Цукаса несмело, боится сказать что-то не то. Внезапный приступ гнева переполняет разум. Мизуки ищет причину. — Почему ты плачешь? Слёзы — это слабость! Мизуки грубо отталкивает от себя Цукасу, хватает двумя руками за воротник, почти припечатывает к противоположной стене. Эмоции наполняет злость и обида. Обида на друга, обида на себя, на всё это. — Нахрена ты меня сюда привёл?! Нахрена ты вообще меня повёл куда-то?! Опять ты решил всё по-своему! Ты — подонок! Высокомерная богатая идиотина! — Кричала она ему в лицо, иногда грубо шмыгая носом. — Ты ни хрена не понимаешь, что я сейчас чувствую! Ты не понимаешь, куда ты меня сейчас привёл! Янтарные глаза распахнуты до невозможности. Они не могут принять совершенно иную Мизуки. Уши никак не могут принять эти обвинения в сторону Цукасы. Терпение парня лопалось. — Я как раз и спрашиваю, что случилось! Ты не видишь, что я в открытую волнуюсь?! Дура безмозглая! — Последнее вырвалось совсем случайно. Порой слова, сказанные на эмоциях, могут нести за собой неисправимые ошибки. — Ах это я дура?! А ты, блять, обожранная свинья! Подавись своими деньгами! Не тебе знать чужие проблемы! НЕ ТЕБЕ ПОМОГАТЬ КОМУ-ТО ПРОСТОМУ, КАК Я! — Ещё сильнее повысила голос Мизуки, окончательно сорвавшись. — Не у тебя мамы нет, а у меня! У МЕНЯ! Вот сам и иди на этих рыб смотри! Видеть тебя не хочу! Она отпрянула и пошла в незнакомую себе сторону. Чёрная аура ослепила её. Она сама пока не понимала, что вообще ему наговорила в лицо. Что сказала лишнее, а где вновь дала слабину, поделилась утратой и вскрыла себе рану. Цукаса ударил кулаком по стене, не особо обратив внимание на дикую боль в костяшках. Только стиснул зубы. Он в бешенстве скатился по стене и небрежно достал сигарету из пачки, слегка помяв. Дым пробил лёгкие, но только так он смог начать думать. Юги одновременно ненавидел Мизуки и одновременно хотел узнать причину её внезапных обвинений и тяжёлых слёз. Смахивая солёную пелену с глаз, девушка мчалась мимо людей и однотонных серых домов, вновь промокая под ливнем. Волосы прилипли к одежде, кеды запачкались в грязи и наушники иногда выпадали из ушей. Бег давался трудно, но она продолжала бежать несмотря ни на что, потому что только так Мизуки не давала себе сдаться раньше времени. Не давала ни шраму, ни другим ранам в сердце отвести её от любви к музыке. Не давала себе нарушить обещание перед бесконечным небом, перед мамой. Бежать, бежать и ещё раз бежать. Не останавливаться. И только музыка её сейчас могла утешить, и только чёрно-белые клавиши могли погладить её по пальцам, и только единственное желание она имела — создать музыку!