Любовный треугольник

Любовь. Слово имеющее неисчислимое количество значений, каждый понимает и видит его по-разному. Кто-то готов поклясться, что это самое прекраснейшее, непостижимое чувство в мире, кто-то утверждает, что это лишь чувство, причиной которого является гормоны и внутреннее убеждение человека. Есть те, кто утверждают, что её и вовсе не существует, но как правило, такие люди распробовали горький вкус предательства, потому что, как ни говори, любовь может причинить такую невыносимую боль, что человек может в корне изменить своё существование. Мы сами создаем свои идеи, мысли чувства, сами управляем своей жизнью, но именно любовь–то что всегда было нам неподвластно. Как ни старайся–сердцу не прикажешь. Ты можешь отрицать влюблённость, говорить, что нет любви, убеждать себя, что это глупо и ты никогда не влюбишься, но придет время и любовь нагрянет, когда ты её не ждал, совершенно из ни откуда, окатит тебя с ног до головы. Но также, любовь может храниться в сердце долгое время и когда вдруг придет осознание этого, ты получишь не менее сильный удар. Случится это может с кем угодно, вопрос в том, как он с этим справится?

***

Уже давно всем известно о негласной вражде Селима и Баязеда. То есть как негласной? Дворцовые интриги, в том числе и отношения братьев, в народе не объявляются, но вся гаремная прислуга, а также госпожи и хасеки знают–братья ненавидят друг друга, им только дай повод, (не важно какой, шехзаде могут поссориться из-за любой мелочи) они устроят скандал. Такой, как сегодня, или вчера, или позавчера, или тот что был на прошлой неделе, или тот что еще обязательно будет завтра, а может еще и всю оставшуюся жизнь, Аллах знает, когда это закончится.... —Когда это закончится, Селим, Баязед, прекратите немедленно!!! —Хотите знать когда это закончится, моя дорогая сестра?–с наигранной вежливостью, процедил сквозь зубы Баязед.–Когда эта рыжая бестия перестанет меня раздражать!–между шехзаде стояла Михримах и не позволяла Баязеду подходить ближе чем на метр, в это время Селим дернулся вперед, в попытке ударить брата, но тщетно. Михримах с силой оттолкнула их друг от друга и не своим голосом закричала. —Прекратите это безобразие, я все расскажу... —Кому ты расскажешь, а, сестра?!–презрительно фыркнул Селим.–Так же как и мой дорогой брат Баязед, нажалуешься матушке?! Ты делаешь все! Всё для того чтобы меня не назначили регентом! —Да кому ты нужен, бестолковый пьяница, отец никогда не выберет тебя, да я лучше отдам свое место шехзаде Муст... Ссора произошла, как ни странно, в зале заседаний, а там, как известно, есть небольшое окно, чтобы прослушивать, где сидел падишах в этот самый момент. Шехзаде около 2-х недель находились во дворце Топкапы, в ожидании решающего приказа, кто же будет регентом. Эти недели была подготовка к походу и шехзаде слонялись без дела, вернее, так казалось им самим. Мустафа, к примеру, перечитал все возможные книги, которые только были у Джихангира, разработал несколько примерных планов ведения войны и тоже обсудил их с Джихангиром, затем посидел на заседании совета, о чем тоже потом поговорил с Джихангиром и много еще чего сделал, естественно, с Джихангиром. Баязед, кроме того чтобы ежесекундно ругаться с братом, расписал бесчисленное количество посуды, в разные замысловатые узоры, однако такое же количество он побил во время ссоры с братом. Селим, ругань с Баязедом, считал за работу и весьма утомительную, но еще сложнее было сохранить уравновешенное душевное состояние и не сорваться на алкоголь, однако это было сложно, особенно в таких условиях. В общем кто из шехзаде занимался саморазвитием, кто-то самообладанием, а кто-то просто пытался не саморазрушать свой организм, но никто из них не знал, что вердикт еще не принят и позвали их сюда на две недели раньше, не для того, чтобы издеваться, а, для того чтобы принять решение, глядя на поведение шехзаде. Однако, глядя на постоянные ссоры братьев, и на то, как из разнимает Михримах, падишах только жалел, что нельзя назначить регентом свою дочь. Мустафа вел себя, как обычно, "хорошо" и ни раз приходил на ум султана, как достойнейший кандидат, однако как только подобные мысли закрадывались падишаху в голову, он тут же гнал их прочь, ошибками Мустафы. Шехзаде в не милости. Так именовал он его у себя в голове. Между тем время шло решение всё не принималось. Старший уже давно отчаялся получить эту должность и просто наслаждался времяпровождением в родном дворце. Ну видно сегодня случилось чудо. Итак, Баязеда перебил громкий возглас стражника. —Дорогуууу шехзаде Мустафа хазрет лери. Как раз ему, луноликая госпожа грозилась братьям рассказать об их поведении. —Что случилось, сестра? Почему вы..Почему такой крик.. —Догадайся с трёх раз.–оскалился Баязед. —Только не говорите, что вы снова за старое. Когда вы только приехали, мне показалось разногласия исчерпаны. — Ты ошибался. Мы никогда не помиримся и это будет продолжаться до тех пор, пока один из нас не взойдет на трон.–в сердцах выкрикнул Селим. В это время султан пересмотрел решение относительно своего сына. Ему не понравился этот тон и все эти разговоры о троне. Ещё секунда и он примет решение. Баязид поражённый словами брата легонько оттолкнул сестру и приблизившись совсем близко к Селиму злобно прошипел, чем сам вынес себе приговор. —Я ожидал от тебя такого, гнусный, самодовольный, беспринципный, пьяница! Если отец назначит тебя регентом, я больше не задержусь в этом дворце ни на секунду!! —Баязед, Селим, хватит.–строго выругался Мустафа. Селим сделал вид будто плюет в лицо Баязеда. Это была последняя капля. Баязед сократил расстояние на нет и замер в подготовке к атаке. Его лицо выражало самые худшие эмоции человека, а Селим, как ни странно улыбнулся. Кажется он получал истинное садистское удовольствие от мучений брата, но это было не так. Улыбка была непроизвольной, но до глубины души поразила Мустафу. "Он сумасшедший? Баязед его убьёт "–думал он. Селиму нужно было срочно спасаться бегством, как бы трусливо это ни звучало, однако он не двинулся с места, а все стоял и наслаждался. Вот только чем? В Баязеде, как всегда, в неподходящий момент проснулась совесть. Он сделал неровный вдох и дрожали голосом произнес. —Отойди.От.Меня.Подлец. Я не буду тебя бить...–обессиленно прошептал он. —Нет.–рассеянно, со страхом покачал головой Селим. Эта близость. Вот что ему нравилось. Во время ссоры Баязед имел привычку смотреть противнику в глаза и находится в опасной близости. В этот момент Селим ловил минуты счастья. В этот момент он наслаждался жизнью. В этот момент он мог дышать полной грудью, чувствуя дыхание брата. Но Баязед терпеть больше не мог, мгновение, и он со всей силы замахнулся на Селима. Михримах испуганно ахнула и закрыла лицо руками. Казалось вот-вот произойдет неизбежное. Но Мустафа подскочил к брату и схватил его руку, не давая ударить Селима. Надо сказать Баязед обладал недюжинной силой однако шехзаде удержал его и оттолкнул. —Ненавижу!!!–прокричал Баязед, пока Мустафа успокаивал его, веля, опустить руку и разжать кулаки.— Не-на-ви-жуу... —Брат, успокойся, прошу, все хорошо... —Отпусти, отпусти меня!!! —Баязед!!–прикрикнул Мустафа. –Смотри мне в глаза!!!!Оставь Селима, ему сейчас не лучше, чем тебе, слышишь? Шехзаде понемногу успокоился и посмотрел в глаза старшего брата. —Всё. Вот и хорошо. —Не надо нянчиться со мной как с ребёнком, я адекватно себя веду!–попытался вырваться Баязед, но Мустафа крепко держал его за плечи. —Теперь послушай, Михримах очень переживает, вы её огорчили, кто как ни ты должен её успокоить? —Что-то мне кажется, что не я, а она меня будет успокаивать...–обиженно отвёл взгляд Баязед. —Вы друг друга успокоите, ты её самый любимый брат.–улыбнулся шехзаде. Баязед сделал глубокий вдох, слабо улыбнулся в ответ и взяв сестру под руку отвёл подальше от места происшествия. Михримах, на прощание. Благодарно кивнула Мустафе. Шехзаде подошёл к Селиму, стоявшему в стороне. Мустафа приказал страже, стоявшей на входе ,уйти. Двери захлопнулись и воцарилась пугающая тишина. Падишах с любопытством наблюдал за происходящим, с высока. Мустафа вздохнул и подошел к Селиму. Тот, толи от страха, толи от стыда поступил взор. —Что?–ухмыльнулся старший шехзаде. Нарушение личного пространства людей, не доставляло ему удовольствия, поэтому он отошёл на несколько шагов.–Что же ты, Селим, так несчастен? Или может тебе, нравится когда на тебя кричат? Шехзаде помотал головой. —Мустафа, к чему ты это все? Зачем ты отозвал стражу? Хочешь отчитаться меня? Ударить? —Боишься?–строго прозвучал голос шехзаде, отадаваясь эхом в маленькой комнатке. Селим вздрогнул. —Что у тебя на уме, Селим? Ты странно себя ведёшь. Хотя... Ты с детства был таким. Баязед прав... Ты слишком хитер, шехзаде... Почему ты улыбался, когда Баязед кричал на тебя и чуть было не ударил. Селим вспыхнул. Он поднял голову и испуганно забегал глазами. —С чего ты взял, что я улыбался.. —Пф... Знаешь, я ведь не слеп и не глух...Если ты думаешь, что мне нет до вас дела, то ошибаешься. Я все вижу, Селим. Мне больше нечего делать в этом дворце, кроме как общаться с Джихангиром и наблюдать за вами. Меня не назначат регентом, так что же терять? —Зачем же ты вообще сюда приехал?–невольно сгрубил младший и тут же поджал губы, осознав, что совершил ошибку. Мустафа улыбнулся. Он был уверен, что Баязеда он доводит специально, но для чего? А вот сейчас Селим не хотел грубить и это было видно. —Неужели ты так боишься меня... —Я не боюсь никого.–злобно прошептал Селим. —Нет. Ты боишься Баязеда и мы оба это знаем, но ты зачем-то специально злишь его... Я лишь хочу узнать зачем, ты ведь знаешь, что он неконтролируемый человек. Он может вспылить из-за любой мелочи, а ты делаешь все, чтобы он потерял самообладание. Если таким образом ты пытаешься доказать повелителю, что ты достойнее... —ХВАТИТ!! Я просто хочу, чтобы вы все от меня отстали!! Вы все меня ненавидите, но тайно. А ты!!!‐Селим подошел к Мустафе чуть ближе, но все также держась на расстоянии.–Ты особенно. Ходишь тихонечко себе на уме, всегда такой правильный, мудрый, рассудительный, говоришь, что не прольешь братскую кровь, но кто ответит за смерть Мехмеда?! Внутри шехзаде что-то треснуло. Сердце ранило колкими словами, словно кинжал вонзился в него. Мустафа переполненный злостью, болью и яростью с нарастающей громкостью выкрикнул. —Возьми свои слова обратно, шехзаде!!!! —Я...–Селим посмотрел в глаза брату, но боковым зрением заметил фигуру отца, в маленьком решетчатом окне сверху. Он хотел довести Мустафу, но резко замер, поняв, сколько гадостей наговорил. Селим мог сказать еще пару слов и старший явно бы не сдержался и ударил его, идеальный момент, чтобы подставить брата, раз уж он сам натворил дел... Но шехзаде вдруг овладело чувство сострадания, сожаления и он с испуганными глазами, глядя на Мустафу, произнес. —Прости меня, брат. Прости. Я беру свои слова назад. Мустафа резко вдохнул и выбежал из комнаты, на последок обернулся, выкрикивая. —Прощаю.

***

После всего этого падишах позвал сыновей к себе на ужин. Сегодня должно было быть объявлено решение. Мустафа пришел первый вместе с Джихангиром. Он усердно слушал все, что говорит младший брат, лишь бы не встречаться взглядом с отцом, а падишах с безучастным лицом наблюдал за ним. Внутри него происходила жестокая борьба за и против. Одна часть хотела простить сына и тут же назначить регентом без замешательств, другая противилась этому, но другого кандидата не было, кроме Селима. Неужели назначат его? Вскоре подоспели Баязед и Михримах. Ей тут всегда рады и никаких приглашений не нужно. Ах, если бы женщина могла хоть денёк, править государством, сколько бы проблем можно было избежать... Но нет, мы не ищем лёгкий путей, так уж мир устроен. Самый последний пришел Селим, он категорически отказывался идти туда, но валиде силой заставила прийти. Он единственный, кто знал решение суда. Шехзаде сел за стол подальше от Баязеда, но к несчастью ближе к Мустафе. Он понурил голову, так же как и старший брат. —Что молчим?–улыбнулась Михримах. —Да, –кивнул Джихангир.–Что-то не так? Падишах знал, что не так, но говорить не стал. Ему было любопытно как сыновья выкрутятся из этой ситуации. Но Мустафа выкручиваться не собирался, он приступил к еде так же как и Джихангир, подобное равнодушие поразило падишаха и госпожу. —Шехзаде, а вы разве не ожидаете, решения отца? —Ожидаю, моя дорогая Михримах султан, но можно ожидать и есть одновременно. Джихангир нервно хихикнул, а Баязед мило улыбался. —А ты почему не ешь, Баязед, ты ведь очень любишь плов... Баязед по-прежнему радостно улыбался. —Откуда ты знаешь? —Ты как то говорил мне. —Ты слушал? —Конечно...–шехзаде вздохнул–И почему вы все думаете, что мне до вас нет дела. —Я так не думаю. —И я... Сказали Джихангир и Баязед, а Селим прошептал. —Мне становится не хорошо... Баязед фыркнул. —Неужто отравился. Селим жалобно посмотрел на брата, смотрел долго прямо в глаза, а тот не понял и не заметил ничего. Никто не заметил кроме Мустафы. Да что не так с этим рыжиком? Весь остальной вечер прошёл без происшествий и под конец, падишах объявил решение. —Как вам известно, я позвал вас сюда, чтобы назначить кого то регентом нашего государства. И это имя написано в этом указе... —Отец, прошу не тяните... —Кто бы это ни был, я искренне порадуюсь за него.–сказал Мустафа глядя то на Баязеда, то на Селима, а рыжик посмеялся. —Легко радоваться за самого себя. Баязед вздохнул. —С чего ты это взял? Неужели все таки признаешь, что у других тоже есть шансы... —БАЯЗЕД, СЕЛИМ.–прикрикнул падишах, да так, что Мустафа подавился и Михримах начала хлопать ему по спине.–Вы думаете я просто так позвал вас раньше положенного? —Нет..–неуверенно ответили шехзаде. —Я наблюдал за вам все это время, но сегодня.. Сегодня я принял решение. –он посмотрел на Селима и Баязеда охватила волна зависти. — Читай. Селим вздохнул и начал читать. Дойдя до нужных строк он с издевкой посмотрел на Баязеда, казалось, что тот вот-вот вспылит. —....Регетом назначается...Шехзаде Мустафа хазретрели...