Настоящий мальчик

— Так, мне пора, — Миль, секунду назад напряженно вслушивавшийся в телефон. — Потанцуйте еще минут пятнадцать. Арно, на тебе заминка и закрыть зал. Сломаете что-нибудь — убью обоих. Арно понятливо кивнул, помогая Валентину подняться. Тот, конечно, и сам бы справился, в бою же вскакивал, плавно, не пыхтя и не размахивая руками, еще и плавно ускользая от следующего захвата. Словно бы волна вздымалась. Но это попросту вежливо — подать руку. Валентин ни разу еще этого не проигнорировал. Это почему-то каждый раз радовало. — Ну что, спарринг или буквально потанцуем? — спросил Арно весело, покачиваясь на пружинящих ногах. Валентин едва повел плечом, одернул подол футболки. — Как обычно, начнем с «буквально», — ответил небрежно. «Закончим как пойдет» — продолжил Арно мысленно и шагнул к Валентину, поднимая руки в вальсовую стойку. Тот привычным плавным жестом подхватил, повел так естественно, словно всю жизнь так и ходит. В шагах Арно прекратил путаться уже давно, так что сейчас следил больше не за ногами, а за невыразительным лицом партнера. Оно на самом деле не было таким уж невозмутимым, если знать, куда смотреть. И это было интересно. Рука уползла с локтя Валентина почти на шею. — Тебе на танго нужно, — бросил тот, недовольно поджав губы. — А?.. — Постановка, — выплюнул Валентин. Арно озорно улыбнулся. — А что не так? — спросил легкомысленно. — Из нее удобно делать так… Еще шаг и подсечка. При правильном исполнении противник ложится лицом в пол, но Валентин не собирался этого позволять. Поэтому на маты рухнули вместе: Арно на спину, Валентин сверху. Замерли практически нос к носу, глупо переплетясь конечностями. — Потрясающе, — с холодной иронией сказал Валентин. Только глаза выдавали растерянность — чуть расширившиеся, беспорядочно бегающие по лицу и плечам Арно. — Ага, — радостно согласился он. — У тебя уже неплохо получается контратаковать. Валентин поджал губы, отвел глаза. — Это сложно назвать контратакой. Красивые, к слову, у него глаза. Голубые с зеленым, какой-то камень напоминают. Бирюзу, что ли? Нет, аквамарин вроде. И румянец на скулах, нежный-нежный, едва видимый, только вот так вблизи и рассмотреть. Арно кое-как понял где его руки  — одна под спиной, вторая на талии Валентина — и приподнялся, вытаскивая первую из-под себя. Столкнулся носами с Валентином, замер, опираясь на локоть. — Может, отпустишь? — холодно спросил Валентин. Ну да. Арно же все еще держит его за талию. В этот миг захотелось сделать какую-нибудь глупость, нелепую и смешную. Арно сам не понимал, какую, но потребность была необоримой. — Угу, — буркнул он. Подался вперёд и коротко поцеловал кончик Валентинова носа. Снова замерли. Арно с радостью заметил, что румянец на скулах стал еще заметнее, а глаза — отчетливо растерянными. Арно внезапно ясно ощутил и его руку под своей шеей, и ладонь на животе. …кажется, он сейчас тоже покраснеет. — Давай подниматься? — предложил. И не дожидаясь согласия убрал руку и приподнялся, выпуская руку Валентина. И уткнулся носом в его щеку. Валентин вздрогнул, отвернулся. Уперся руками в маты по обе стороны от Арно. С ногами пошло проще, и через мгновение Валентин уже стоял, старательно глядя в сторону. Арно продолжал лежать на матах и тупо пялиться на тонкую полосу оголившегося живота, пока Валентин не одернул футболку. Он как-то рвано вздохнул, заметно повел плечами. Протянул Арно руку. Тот радостно улыбнулся, ухватился и поднялся одним прыжком. — Тут рядом есть хорошая шаддийня, — заявил, не выпуская ладонь. — Ты ведь наверняка опять не пожрал после пар? Валентин неопределенно повел плечом, что в его случае означало «всё так, но говорить об этом я не хочу». Смотрел при этом не на Арно, в пол куда-то. Или на их сцепленные руки. Арно торопливо разжал ладонь, закинул руки за голову, беззаботно улыбнулся. — Так что, пошли переодеваться? — Заминка, — Валентин прикрыл глаза. Ему явно тоже не хотелось тратить время, но правильно и разумно было, конечно, его потратить. Арно наклонился к его уху, заговорщически предложил: — Давай считать эту возню заминкой, а? …а вот сейчас он чего краснеет? Но ладно, главное кивнул.