Коклз и Дэстиэль драббельки

Ветер кружит голову. Его холодные порывы буквально выбивают сознание, топча его, унося прочь. Как можно дальше… Мужчина кутается в куртку, поднимая воротник выше. Но это не спасает от удушающего ветра. Тот воет нестерпимым криком погибающего животного. Яростно, отчаянно. Так безумно и обреченно… Ветер сносит последние засохшие, практически черного цвета, листья с надгробия под раскинувшимся во всю ширь свои ветви кленом. Он огромным, надежным защитником возвышается над деревянной доской, на которой аккуратно вырублено «Кастиэль Винчестер. ∞ - ∞. Ангел с выцветшими крыльями». - Прости меня… Встав на колени перед покосившимся надгробием, он, не в силах больше сдерживаться, упирается лбом в ставшее мягким со временем дерево, и плачет, роняя слезы на могилку. - Не уберег, Кас… Не смог… Клен шелестит пустыми ветвями, и, зажмурившись, Дин вспоминает, как целовал впервые, целовал отчаянно своего ангела. Как боялся, что тот оттолкнет, улетит и не вернется. Как осторожно углублял поцелуй, не чувствуя сопротивления. Как счастливо простонал, почувствовав любимые, родные, но такие робкие прикосновения на спине. Как восторженно смотрел на белые, сверкающие миллионами оттенков в свете заката, крылья, которые окутывали их. Он помнит, как скрывал клен их под своими ветвями, осыпая маленькими яркими листочками. Ему каждый раз больно приходить сюда, смотреть на деревянное надгробие, на могучий клен, на стволе которого Дин однажды выцарапал «D+C=F», поддавшись минутному порыву. Они тогда крупно поссорились, и ангел улетел, оставив после себя напоследок лишь воспоминания о шорохе крыльев. Непривычном. Таком резком, грубом, мимолетном… И Дин пришел сюда, его всегда звал странный женский голос, тянул к клену, к его огромным ветвям. Достав небольшой старенький ножик, мужчина вырезал первое, что пришло в голову. Они семья. Самая настоящая и единственная семья, которая есть у него. Которая осталась к тому времени… Клен всегда был для них защитником, неким талисманом, защищавшим их от невзгод. И в памяти Дина навсегда отпечатался взгляд прозрачных, почти серых, потухших глаз Кастиэля. И как шептал он, потеряв свою благодать, истекая кровью: «Я ведь просто снял его…». Деревянное перышко, вырубленное Винчестером специально для его ангела. Кулон-талисман… Холодный ветер врезался мощным ударом в спину Дина и мужчина понял – пора. Его не хотят здесь больше видеть. Клену некого скрывать. Нет семьи, нет крыльев, нет носителя благодати. Есть только старенькое деревянное надгробие и приезжающий каждый месяц, в течение многих лет, уставший мужчина… - Прощай, Кас… Надеюсь, мы скоро увидимся, мой ангел… Ветер завыл вновь. Дину пора. Надо еще заехать попрощаться с Сэмми. С каменной плитой на окраине штата.