Фальшивая война

      Кингсли был уверен, что ему послышалось. Он даже попросил повторить. Впрочем, это не помогло: услышал он ровно то же самое.       — Гермиона, ты в своём уме?! — наконец смог произнести что-то конкретное мракоборец, совершенно позабыв, что до этого момента они вообще-то обращались друг к другу на "вы".       — Мистер Бруствер, вы обещали меня выслушать, помните? — спросила Гермиона, усаживаясь прямо на траву. — О большем не прошу. Просто послушайте, а потом мы все обсудим.       Бруствер молча сел рядом с ней.       — Только, пожалуйста, не спрашивайте, откуда у меня информация. Источник я не назову, но он входит в Ближний круг Волдеморта и принес мне магическую клятву. Ему можно доверять, в рамках разумного, конечно, — предваряя все возможные вопросы, сразу попросила Гермиона.       Брови волшебника взлетели вверх, но по-настоящему он не удивился — не после того, что он узнал об этой девочке и Скримджере. Если уж в её маленьких ручках оказался министр магии, то нет ни одной причины, по которой она не могла бы прибрать к ним кого-то из Пожирателей смерти.       — На самом деле, как вы и говорили в прошлый раз, дело уже практически сделано. Все это время Пожиратели постепенно переманивали на свою сторону людей, но для того, чтобы завершить начатое, им потребуется еще несколько недель. Они не хотят открытой войны и сражений. Никакого захвата силой — подкуп, шантаж, угрозы близким, Империус. И только когда все ключевые посты будут контролироваться их людьми, они сделают последний шаг и заменят министра на свою марионетку.       — Тикнесс?.. — уточнил Бруствер.       — Тикнесс, — кивнула Гермиона. — Пока они не могут подобраться к нему достаточно близко, но мне дали понять, что это лишь вопрос времени. Рано или поздно они выйдут на того, кто сможет наложить Империус, не вызвав подозрений — и тогда дело будет сделано. Не будет осады, нападения средь бела дня и прочего. Просто короткая стычка в стенах Министерства, в которой уберут Скримджера и тех, кто осмелится выступить на его стороне. А наутро волшебники проснутся как ни в чем не бывало, прочтут в утренней газете о нападении на Министерство Пожирателей смерти, которое было доблестно отражено мракоборцами, вот только увы, министр погиб, да здравствует новый министр. Имя Волдеморта даже не будет упомянуто, а вся магическая Британия окажется в его власти.       — И ты предлагаешь просто допустить это?! И совсем ничего не делать? — Бруствер все еще не верил своим ушам.       — Более того, я предлагаю сделать все, что в наших силах, чтобы у них все прошло, как по маслу, — усмехнулась Гермиона. — Кингсли, вы все верно сказали в прошлый раз. Мы ничего не можем с этим поделать. Вы с Грюмом сами рассказывали, что в Министерстве уже сейчас никому нельзя доверять. А в течение месяца-двух все только усугубится. Нам нечего противопоставить им сейчас. Мы не можем дать гарантию безопасности семьям чиновников и им самим. Не можем проверять всех на Империус ежедневно. И уж тем более не можем допрашивать людей под веритасерумом, чтобы найти предателей. У Ордена для этого нет ни достаточного количества людей, ни ресурсов, ни рычагов воздействия. Министерство будет захвачено, и Орден никак не сможет этому помешать. Единственный способ это сделать — вынудить Пожирателей пойти на открытый захват, но тогда мы получим настоящую бойню. И не победим, потому что нас уже сейчас слишком мало, а уничтожить Волдеморта пока невозможно. Может, мы и отобъемся, но это будет лишь временно, и какой ценой?!       — И что ты предлагаешь? — глухо спросил Бруствер. — Раз ты завела этот разговор, значит, считаешь, что что-то сделать все-таки можно?..       — Нужно, во-первых, минимизировать ущерб и попытаться извлечь выгоду для себя, — цинично ответила девушка. — Что касается ущерба, в первую очередь нужно сделать все возможное, чтобы они не получили доступ в Отдел Тайн, — начала четко и последовательно излагать свои мысли Гермиона. — Я была там, и видела лишь часть, но, если Пожиратели получат все возможности, которые есть у невыразимцев — это будет конец. Хватит и одних Маховиков времени, чтобы изменить абсолютно все, а ведь это далеко не единственные артефакты, которые там хранятся.       — Невыразимцев так просто не возьмешь, — усмехнулся Бруствер. — Ты же знаешь эту историю, когда в середине XIX века министр Лестрейндж приказал распустить Отдел Тайн, а те его просто проигнорировали?       — Знаю, — улыбнулась гриффиндорка, — хотела бы я на это посмотреть. Но если они действительно настолько могущественны, то как позволили десятку Пожирателей смерти проникнуть в Зал пророчеств? И как мы можем быть уверенными в том, что это не повторится? Тем более, что один из Пожирателей, Руквуд — бывший невыразимец, и наверняка многое знает о секретах Отдела Тайн.       — Руквуд в Азкабане, — не очень уверенно возразил Кингсли.       — Полагаю, это ненадолго, — вздохнула девушка. — Дементоры не подчиняются Министерству, а без них опять устроить побег не составит труда. Сейчас Волдеморт собирает силы, и я думаю, освобождения Пожирателей из Азкабана не придется долго ждать — там сейчас сидят почти что лучшие из них.       Собеседники замолчали. Повисшая тишина неприятно давила на плечи, пригибая плечи к земле грузом безнадежности.       — Нужно переговорить с главой Отдела тайн, и если он сам не предпримет необходимых действий, то нашей первой задачей будет его уничтожить, — наконец прервала молчание Гермиона.       — Отдел тайн?! — поразился Бруствер. — Как ты себе это представляешь?       — Да хоть маггловской взрывчаткой подорвать, — без колебаний предложила девушка. — Или спалить Адским огнем. Это детали, Кингсли, и мы будем обсуждать это только в том случае, если разговор с главой Отдела не принесёт результата. У вас есть и возможность, и допуск. Насколько я знаю, Пожиратели пока не проявляли интереса к невыразимцам, сейчас они сосредоточены на тех, кто занимает ключевые позиции в инфраструктуре Министерства, а этот аспект совершенно упустили из вида. И мы должны этим воспользоваться.       — Хорошо, — кивнул он, соглашаясь. — Я найду возможность для разговора в ближайшее время. Ты знаешь о нем что-нибудь?       — Только имя, — усмехнулась Гермиона. — И то не факт, что настоящее. Скримджер мне предоставил все личные дела ключевых чиновников, но по Отделу тайн был только список имен, ничего больше.       — Неудивительно, — заметил мракоборец.       — Ага, — согласилась девушка и продолжила. — Во-вторых, что касается нашей выгоды. Аврорат. Вместе с контролем над Министерством Волдеморт получит в свое распоряжение и мракоборческий центр. Использовать их, как Пожирателей он, конечно, не станет, но объявить преступниками всех неугодных и бросить силы мракоборцев на их поимку ему ничего не будет стоить — и тогда мы недолго протянем. Несколько десятков прекрасно обученных мракоборцев, которые будут вынуждены подчиниться любому приказу министра, а по факту Волдеморта, — это, пожалуй, худшее, что можно вообразить. Сейчас аврорат подчинен Скримджеру напрямую...       — И это плохо, Гермиона, — перебил её Бруствер. — Это значит, что потом он перейдет в руки Тикнесса без шума и совершенно без усилий. Никто даже не заметит подвоха.       — Зато сейчас мы можем делать, что хотим, прямо у него под носом, — почему-то очень довольным голосом заявила девушка. — У нас есть около двух месяцев, и за это время мы должны почти полностью распустить аврорат. Чтобы Тикнесса, когда он придет к власти, и Волдеморта заодно, ждал неприятный сюрприз.       — Ты хочешь сделать это официально? — скептически поднял брови Кингсли. — Но под каким предлогом?       — Нет, конечно, не официально, — поспешила заверить его девушка. — Нужно постепенно убрать оттуда тех, кто на нашей стороне. Тех, в ком вы уверены, Кингсли. Они должны за эти два месяца исчезнуть, но так, чтобы это раньше времени не бросалось в глаза. Кто-то уволится. Кто-то не вернется с задания. Кто-то заболеет драконьей оспой. Кто-то просто пропадет. Я могу обеспечить порталы на континент для их семей, если им есть, куда сбежать. У меня есть кое-какие ресурсы, и мы можем предложить им деньги, если это необходимо. Кому-то, возможно, нужно будет помочь спрятаться. Скримджер нас прикроет, а когда все вскроется — они уже не соберут всех обратно. Да и вряд ли станут.       — Это, к сожалению, работает в обе стороны, Гермиона, — покачал головой Бруствер. — Орден тоже их потеряет, а Министерство мы лишим последней защиты. Сделать с авроратом то, что ты предлагаешь — фактически означает открыть ворота магической Британии нараспашку и вручить Сама-знаешь-кому ключ.       — Нет, это, скорее подарить ему бюрократическую машину, отобрав силу, которая отвечает за её безопасность, — не согласилась с ним гриффиндорка. — Да, какое-то время некому будет поддерживать порядок в стране, но небольшой хаос сыграет нам на руку, оттянув на себя внимание Пожирателей и Волдеморта и часть их ресурсов. А защиту простых людей сможет взять на себя Орден — ведь если его ряды пополнятся мракоборцами, это станет намного реальнее и эффективнее.       — Звучит неплохо, но, боюсь, это только теория, — с сомнением нахмурился Бруствер. — Даже если мы поможем этим людям спрятать или выслать семьи, то им самим нужно будет где-то жить — причем так, чтобы их не нашли. Они лишатся жалованья, а значит, нужны деньги. Их деятельность должен кто-то координировать, и это требует надежной связи, которую сложно обнаружить. Все это почти безнадежно, Орден не располагает такими ресурсами.       — Перестаньте быть таким пессимистом, Кингсли! — раздраженно воскликнула Гермиона. — Я думаю, что зачаровать несколько домов, наложив на них Фиделиус, вполне в силах опытных мракоборцев, так что не вижу здесь особой проблемы. Разве вас не учили прятаться на виду? Защищать свои дома? Накладывать охранные заклинания?       — Учили, — усмехнулся Кингсли. — Как без этого.       — Ну так и пусть применят свои знания на практике, — пожала плечами девушка. — Там, где сейчас живет одна семья, потом могут поселиться три-четыре аврора, а то и больше. Кроме того, у Ордена все еще есть огромный дом на Гриммо. Да и, если все объяснить Сириусу, наверняка найдется еще какая-нибудь недвижимость Блэков, которую он терпеть не может. Что касается денег — повторюсь, я располагаю некоторыми ресурсами, и готова потратить их именно таким образом. Это мои собственные деньги, и я имею право распоряжаться ими по собственному усмотрению.       — Я боюсь, ты не очень хорошо представляешь себе, о каких суммах идет речь, — криво усмехнулся Бруствер, и эта очередная усмешка вывела Гермиону из себя.       — Возможно, — сжав зубы, согласилась она. — Сколько нужно на первое время? Тысяча галлеонов? Десять тысяч? Сто?       С этими словами она призвала из сумки гринготтский кошель, который много месяцев болтался там без надобности, и, развязав шнурок, перевернула его вверх дном. Несколько секунд оба зачарованно смотрели на поток золотых монет, который свободно сыпался на траву перед ними и не думал иссякать.       — Он что, бездонный?.. — наконец решился спросить ошарашенный Бруствер, когда куча золота перед ними превысила все мыслимые пределы.       — Не совсем, конечно, но просидеть так мы можем долго, — победно усмехнулась Гермиона. — Вы все еще считаете, что аврорам будет не на что жить?..       Прекратив представление, она убрала свой кошель обратно, и, трансфигурировов мешок из листа пергамента, одним взмахом собрала в него монеты и протянула Кингсли.       — Я не могу взять такую сумму, — поспешил отказаться он.       — Можете, — твердо сказала гриффиндорка. — И возьмете. Вам нужны деньги. Нашим сторонникам нужны деньги. Для себя, для их семей, в качестве каких-то гарантий. Берите и используйте на благо Ордена. Когда закончатся эти — вам достаточно просто сказать.       Поколебавшись, Бруствер все-таки кивнул и спрятал мешок во внутреннем кармане мантии.       — Могу я спросить... — начал было он.       — Не можете, — отрезала Гермиона. — Все, что вам нужно знать об этих деньгах, я уже вам рассказала. Магглы тоже могут быть довольно богаты, — она позволила себе улыбнуться уголками губ. — Теперь последнее. Связь.       Она вытащила из сумки очередной небольшой туго набитый мешочек. Гермиона зачаровала эти монеты еще вчера, сидя ночью в отеле без сна, еще не имея никакой внятной идеи в голове. Просто для того, чтобы чем-то занять руки и хоть немного отвлечься. Но сейчас это оказалось тем, что просто идеально дополняло её план.       — Что это? — нахмурился Кингсли.       — Я не знаю, помните ли вы… Тогда, в Министерстве, когда Гарри пытался забрать пророчество, всем раздали зачарованные галлеоны для связи, — напомнила ему Гермиона.       — Да, прекрасно помню, — кивнул он. — Это была идея Снейпа, и надо признать, неплохо сработало.       — Вот только идея была не Снейпа, а моя, — улыбнулась Гермиона. — Просто на тот момент мы не хотели афишировать мое участие. Если у вас остался тот галлеон, вы можете всегда связаться со мной или с любым обладателем такого же. Просто, если не хотите, чтобы сообщение увидели все, сконцентрируйтесь на образе того, кому оно предназначено.       — Я уничтожил монету сразу после операции, — покачал головой Кингсли. — Не думал, что понадобится…       — О, тем лучше, — Гермиона даже обрадовалась и протянула ему мешочек и пачку каких-то бумаг. — Здесь пергаменты со всей информацией по аврорату и фальшивые серебряные сикли. Связаны между собой и все завязаны на золотой галлеон, он лежит сверху. Галлеон возьмите себе, с его помощью в любой момент можно связаться со мной. А сикли — для тех авроров, в которых вы будете уверены. По-настоящему уверены, — серьезно добавила она.       — Хорошо, допустим, — с изрядной долей сомнения протянул мракоборец, но мешочек все-таки взял. — Насчет аврората ты меня убедила. Что еще мы можем сделать?       — По большому счету, ничего, — вздохнула девушка. — Я попрошу Скримджера установить более строгие меры безопасности в Министерстве, и в том числе ввести категорический запрет для сотрудников оставаться на местах после окончания рабочего дня, вроде комендантского часа. Это поможет избежать случайных жертв, когда они все-таки решатся напасть. А больше пока идей нет.       — Почему ты не хочешь рассказать обо всем этом Ордену? — Бруствер наконец решил задать вопрос, который с самого начала не давал ему покоя и вертелся на кончике языка. — Тебе удалось узнать важную информацию, и предлагаешь ты вполне разумные вещи. Возможно, вместе мы могли бы придумать что-то еще.       — Потому что наряду с захватом Министерства у Пожирателей есть еще одна задача, — вздохнув, ответила Гермиона. — Это Гарри. Волдеморту известно, что защита матери спадет в день его совершеннолетия. На его захват будут брошены все силы Пожирателей. Так что задача Ордена — как-то вытащить Гарри, и я не хочу их отвлекать на сторонние вопросы. Без Гарри нам не справиться. А Министерство... по большому счету, это не наша головная боль. Мы все равно не сможем им помешать, а распылять силы сейчас опасно тем, что в результате мы ни в чем не добьемся успеха. Да и Грозный Глаз ясно дал понять, как расставлены приоритеты. Едва ли я найду аргументы, чтобы его переубедить, да и вряд ли он вообще станет меня слушать.       — Какая-то конкретная информация у тебя есть? — нахмурившись, спросил Кингсли. Он не был согласен с девушкой, но решил вернуться к этому вопросу позже.       — Пока нет, — покачала головой девушка. — Пока действует защита, они даже найти его не могут. Примерное местонахождение знают, но приблизиться для них невозможно. Но район наверняка уже под наблюдением, и чем ближе к концу июля, тем плотнее будет кольцо. Наверняка они попытаются добыть информацию из всех возможных источников, Ордену нужно соблюдать осторожность. Но об этом Грозный Глаз знает куда больше меня, — она улыбнулась, и Кингсли ничего не оставалось, кроме как согласиться с ней.       Они просидели еще какое-то время, обсуждая детали, Гермиона написала короткую записку для Скримджера, и, попросив её передать, попрощалась с Бруствером и вернулась в Нору.       Как раз к ужину, разговорам о свадебном торте, оттенке салфеток, нужном количестве букетов и многом, многом другом…