Глава 111.
29 ноября 2021 г., 08:12
Найти Долорес Амбридж в ситуации, когда она является одним из высших чиновников нового Министерства, а они — самыми разыскиваемыми лицами в магической Британии, представлялось задачей не из простых. Для начала было решено воспользоваться внезапной благосклонностью Кикимера к Гарри. Он попросил домовика подежурить у Министерства, и, если увидит Амбридж — выследить и узнать, где она живет. По возможности.
Так что Кикимер опять покинул дом на площади Гриммо, а друзья погрузились в ожидание. И если Гермиона от этого ни капли не страдала — она все еще корпела над переводом завещанных ей Дамблдором “Сказок”, то парни откровенно сходили с ума от безделья. Атмосфера в доме постепенно накалялась, и не в последнюю очередь из-за постоянных мелочных перепалок с Роном: то ему не нравился обед, то Гермиона сказала что-то не то, а то и просто все раздражало, что он не намерен был скрывать от окружающих. Его деятельная натура требовала что-то делать, куда-то бежать, да даже с кем-то сражаться, чем черт не шутит, но все, что они делали изо дня в день — просто ждали.
Гермионе было не легче, хотя её сложности носили прямо противоположный характер. Еще накануне Снейп прислал сообщение, что “заказ готов”, и она может забрать его в Паучьем тупике в ближайшую неделю. Один день из отведенных семи уже прошел, а предлога, чтобы ускользнуть с площади Гриммо, она все еще не нашла. Запасным планом было рассказать парням правду о смерти Дамблдора и реальной роли во всем произошедшем Снейпа, а после отправиться к нему совершенно открыто. Но Гермиона боялась, что, узнав настоящую причину смерти директора, Гарри утопит себя в сожалениях и чувстве вины. От её внимания не ускользнуло то, с какой жадностью друг читает все, что писали о Дамблдоре в “Пророке”, впрочем, как и предмет его беседы с Элфиасом Дожем и тетушкой Мюриэль на свадьбе Билла и Флер. Рана от потери Дамблдора была еще слишком свежа, и Гермиона полагала, что Гарри проще люто ненавидеть Снейпа, чем винить во всем себя самого. И все разумные доводы, что в смерти Дамблдора нет его вины, он все равно был проклят из-за кольца, а зелье из пещеры лишь ускорило неизбежный исход, он, разумеется, пропустит мимо ушей — уж эту его особенность Гермиона знала очень хорошо.
Её удачей неожиданно стал провал Кикимера. Проведя два дня у Министерства, на третий эльф все-таки пробрался в Атриум и теперь вернулся с удручающими новостями: мисс Амбридж прибывала на службу и покидала её исключительно через каминную сеть, подключенную к её дому. Проследить за ней через камин было невозможно, так что оставалась одна надежда на то, что она носит медальон с собой или хотя бы хранит в кабинете в Министерстве. И, как ни крути, им придется туда пробраться.
Решение поотираться у входа в Министерство, чтобы собрать побольше информации, было принято единогласно, и Гермиона вызвалась пойти на дежурство в мантии-невидимке первой.
Красная телефонная будка все еще стояла на своем месте, но больше не была волшебной. Очевидно, теперь посетителей в Министерстве не ждали. Её функцию с некоторых пор выполнял общественный туалет — и было в этом что-то гадкое и демонстративно унизительное. Стало вполне понятно, почему Амбридж пользуется камином: смывать себя в унитаз было явно ниже её достоинства.
Гермиона понаблюдала некоторое время за входом, коротая время за беззвучной болтовней с Драко, отметила несколько важных деталей, после чего с чистой совестью отошла в небольшой переулок и трансгрессировала в Паучий тупик.
Северус Снейп не любил принимать гостей. Собственно, поэтому их никогда и не бывало в этом старом доме, который он и домом-то мог назвать с известной натяжкой. Долгие годы его домом был Хогвартс, а сюда он лишь вынужденно возвращался на короткий летний период, когда студенты разъезжались на каникулы, и школа пустела.
Поэтому он был немало изумлен, когда вместо единственного человека, визита которого он ожидал, а именно миниатюрной ведьмы с каштановыми волосами, на его пороге оказался высокий блондин с нахальной ухмылкой.
На всякий случай смерив взглядом непрошеного гостя от носков туфель до платиновой макушки и окончательно убедившись в том, что ни при каких условиях этот парень не может быть Гермионой Грейнджер, Снейп молча приподнял левую бровь в немом вопросе.
— Здравствуй, крестный! — безмятежно улыбнулся Малфой, и, бесцеремонно отпихнув слегка обалдевшего зельевара плечом, проскользнул внутрь.
— Мистер Малфой, извольте объясниться, — с ледяной яростью в голосе произнес Снейп.
— Видите ли, крестный, — фамильярно начал Драко, критически осматривая обстановку и останавливая, в конце концов, свой выбор на потертом диване, — до меня дошел слух, что вы ожидаете в ближайшее время очаровательную гостью. И я не смог отказать себе в удовольствии присоединиться к вашей компании.
— Тебя не должно здесь быть! — теряя терпение, рявкнул Снейп.
— Я не помешаю, крестный, правда, — парень вмиг посерьезнел, отбросив шутливый тон. — И она не будет против моего присутствия. Северус, мы месяц не виделись, и я понятия не имею, когда увижу её снова. Я тут просто посижу. Молча. Пожалуйста.
— Ты не можешь сидеть здесь и ждать её, — безапелляционно заявил зельевар. — Я дал ей срок, и она может появиться в любой момент в течение ближайших трех дней. Ты не станешь сидеть в моей гостиной три дня, Драко.
— Она будет здесь... — Малфой замер, будто прислушиваясь к чему-то, что было доступно только ему, — примерно сейчас.
В этот же миг раздался осторожный стук.
Снейп пригвоздил парня взглядом к дивану, подлетел к двери и, даже не посмотрев на очередного гостя, стремительно захлопнул ни в чем не повинный кусок дерева за её спиной.
Гермиона удивленно уставилась на профессора, который выглядел в эту минуту так, как будто ученики разграбили его священную кладовку с ингредиентами для зелий, и только в следующую секунду осознала, что они не одни. Малфой и пискнуть не успел, как все его тело обвили магические веревки, на этот раз привязывая к треклятому дивану отнюдь не метафорически. Только после этого Гермиона разглядела, кого связала, и глаза её расширились еще больше.
— Драко?! Что ты здесь делаешь?!
— Вообще хотел увидеть собственную жену, — ответил он как ни в чем не бывало, а в серых глазах заплясали чертенята, — но если ты намерена перейти сразу к той части, в которой я связан, а ты...
— Умолкни, ради Мерлина, — девушка закатила глаза и поспешила отменить заклинание, чувствуя, что вид связанного Малфоя вкупе с его неприличными намеками заставляют её краснеть.
— Мисс Грейнджер, я полагал, что наше с вами соглашение полностью конфиденциально, — холодно произнес Снейп.
— Строго говоря, так оно и есть, — слегка смущенно ответила Гермиона, усаживаясь рядом с Драко и жадно переплетая свои пальцы с его. — Он не в курсе, просто я обмолвилась о нашей встрече.
— Отправили в Малфой-мэнор сову? — прошипел Снейп.
— О, нет, что вы! — воскликнула Гермиона, осознавая, о чем именно подумал в первую очередь двойной агент. — Наши кольца... они образовали связь, и мы можем слышать друг друга, ну... обмениваться мыслями. Так что поверьте, никто не мог нас подслушать или узнать как-то иначе.
Снейп выслушал довольно сбивчивые объяснения девушки с каменным лицом, ничем не выдав своего изумления. А Драко тем временем свободной рукой обнял Гермиону за талию и прижал к себе гораздо сильнее, чем позволяли приличия, уткнувшись носом в её шею. Она пахла точно так, как он помнил, и её близость, запах, тонкая жилка, бьющаяся пульсом на шее — все это сводило с ума настолько, что он почти забыл, где и в какой компании они находятся. Отрезвил его голос зельевара, звучавший примерно как шипение разъяренной гадюки:
— Мистер Малфой, будьте любезны держать себя в руках!..
Драко неохотно оставил мысли о том, чтобы впиться в её шею поцелуем, и с сожалением отстранился.
— Между прочим, крестный, как гостеприимный хозяин ты мог бы предложить гостям чаю, — не удержался от колкости он. — А если бы ты обладал хоть каплей эмпатии, то еще бы и готовил его собственноручно минут тридцать, не меньше.
Снейп одарил его взглядом раненого василиска, но на довольного Малфоя это не произвело ровным счетом никакого эффекта.
— Северус, не обращайте на него внимания, пожалуйста, — смущенно попросила покрасневшая до корней волос Гермиона. — Давайте перейдем к делу.
Зельевар с видимым облегчением перевел взгляд на неё. Он достал из внутреннего кармана мантии большой фиал с абсолютно прозрачной, как вода, жидкостью, и осторожно поставил его на столик.
Гермиона аккуратно взяла флакон в руки, посмотрела содержимое на свет, после чего открутила пробку и с опаской понюхала. Ничего. Ни цвета, ни запаха. Жидкость казалась обычной водой.
— Вкус проверять не рекомендую, — заметил Снейп. — концентрация очень высокая, достаточно одной капли для женщины и двух — для среднего мужчины.
— Вы проверяли его эффективность? — спросила Гермиона.
— Разумеется, мисс Грейнджер, — поджал губы зельевар. — Не на людях, конечно.
Малфой с интересом наблюдал за предметом их беседы. Наконец он решился спросить:
— Сыворотка правды?.. — это было единственное знакомое ему зелье без вкуса, запаха и цвета.
— Яд, — прямо ответила Гермиона. — У меня есть еще одна просьба, профессор. Полагаю, она не очень затруднит вас.
— Слушаю, мисс Грейнджер, — сухо сказал Снейп.
— Я бы хотела, чтобы вы составили список достойных этого напитка дегустаторов, — попросила гриффиндорка. — Последствия будут серьезными, и мне не хотелось бы по неведению упустить что-то... или наоборот, перестараться.
— Что, больше не доверяете своему юношескому максимализму? — не удержался и язвительно поддел её Снейп.
— Хочу второго мнения, — вздернула подбородок вверх девушка. — Впрочем, если вы не хотите — я вполне обойдусь собственным.
— Мне нужно подумать, — сказал Снейп. — Это не самое простое решение.
— Никакого решения, — покачала головой Гермиона. — Решение буду принимать я, и все последствия и ответственность нести тоже мне. От вас я хочу лишь совета, как от человека, у которого куда больше информации, чем у меня.
— В таком случае я напишу список, — хозяин дома поднялся и направился к двери в противоположном углу комнаты.
На пороге он остановился и, не оборачиваясь, бросил:
— Мистер Малфой, я не буду писать этот список дольше необходимого. Так что будьте так добры, не увлекайтесь.
Дверь за Снейпом даже не успела закрыться, как Драко одним резким движением притянул Гермиону к себе на колени и впился в губы поцелуем. Его руки по-хозяйски заскользили вдоль всего тела девушки, будто проверяя, не изменилось ли что с их последней встречи.
— Мерлин, Грейнджер, я так соскучился... — выдохнул он куда-то ей в шею, перемежая слова поцелуями и слегка прикусывая кожу.
О да. Она тоже.
Гермиона перекинула ногу через его колени и обвилась вокруг парня всем телом, прижимаясь к нему так близко, насколько это было возможно. Почувствовав, как он вытаскивает кинжал из ее прически, распуская волосы, как делал всегда, она откинула голову назад, позволяя локонам рассыпаться по спине. В следующий миг одна его рука уже зарылась в её густую гриву на затылке, а вторая крепко обвила бедра. Один бросок — и он уже прижимает её своим телом к потертому дивану, который, наверное, покраснел бы в эту минуту, если бы мог.
— Драко... мы не можем... не здесь же... Снейп... — шептала девушка, задыхаясь, пока он вел дорожку поцелуев вдоль её шеи, вниз, опускаясь к ключицам и еще ниже, в то время как его длинные ловкие пальцы одну за другой расстегивали пуговки на её рубашке, освобождая путь жадным губам.
— Плевать на него, — бросил парень, — Я так скучал, Грейнджер...
Он наконец расправился с упрямыми пуговицами, так что немного отстранился и распахнул полы рубашки, открывая вид на нежную, оттенка топленого молока, кожу тугих полушарий груди, все еще наполовину прикрытых черным шелком белья. Не тратя времени на расстегивание еще и этого, он накрыл их ладонями и нежно убрал вниз мешавшую ему ткань. Гермиона шумно втянула в себя воздух, сдерживая стон, когда его горячие, настойчивые губы обхватили твердый, напряженный сосок, пока вторая рука нахально сминала тугую плоть второй груди, оглаживая розовую горошину мучительно гладкой кожей ладони.
— Он сейчас вернется, — выдохнула она, зарываясь пальцами в платиновые волосы и обхватывая ногами его талию, притягивая к себе еще крепче.
— Похер, — его рука скользнула вниз, нащупывая пряжку её ремня где-то между ними.
— Мы в его доме, Драко... — сделала она последнюю, довольно жалкую попытку воззвать к его благоразумию, заранее обреченную на провал.
— Польщен, что вы еще помните об этом, мисс Грейнджер, — раздался откуда-то из-за спинки дивана полный сарказма голос.
Гермиона подпрыгнула, как будто её окатило ледяной водой. Судорожно спихнув с себя Малфоя, она поспешно стала приводить свою одежду хоть в какой-то приемлемый вид.
Парень, казалось, ничуть не смутился. Он сел, вальяжно откинувшись на спинку дивана, и неторопливо застегнул пару пуговиц на рубашке, даже не сделав попытки прикрыть весьма недвусмысленно топорщившиеся в области паха брюки.
— Мне казалось, вы что-то упоминали о сложности решения, крестный, — почти нараспев произнес этот нахал, чуть растягивая слова. — Я полагал, это займет у вас чуть больше времени.
— Мистер Малфой, — Снейп уже обогнул многострадальный диван и занял свое место в кресле, сверля глазами крестника и напрочь игнорируя смущенную растрепанную девушку рядом с ним. — Вы ведете себя, как неразумный мальчишка! Хуже, чем неразумный мальчишка! Вы полагаете, это все шутки? Игры?! Вы понятия не имеете, что происходит, но смеете являться сюда, когда вам вздумается, будто это дом свиданий, подвергая всех смертельной опасности! Ваш запредельный эгоизм...
В этот момент в Драко взыграла фамильная малфоевская гордость. Да, Снейп был одним из его близких, его крестным, он побывал в каждом уголке его мыслей и памяти, пока учил окклюменции, он был для него наставником и учителем, но, Мерлин свидетель, он уже больше не тот мальчишка, которого можно вот так отчитывать, как будто они вновь в Хогвартсе, где профессор Снейп — его декан, а Драко — неразумный школьник. Больше нет. Он, черт возьми, вырос, его заставили вырасти, и никто, ни один человек даже не попытался уберечь его от этого. Ни родной отец, ни мать, ни этот самый крестный. Никто, кроме Грейнджер. И пусть у неё не получилось, она дала ему лишь отсрочку — эта упрямая гриффиндорка была единственной, кто хотя бы попытался. Всем остальным было наплевать. Они позволили сделать из него чудовище, чертову машину для убийств, просто подали Темному Лорду на блюдечке, вручили, как гребанный подарок. И больше он не тот мальчик, каким был еще год, полгода назад. И не позволит обращаться с собой, Драко Малфоем, подобным образом.
Он подобрался, как гепард перед прыжком.
— Шутки, Северус? Ты знаешь, скольких я убил за последние два месяца — ради шутки, разумеется? Сколько трупов, вынесенных из подвалов мэнора, стали таковыми от моей руки? За какие заслуги Темный Лорд дал мне, восемнадцатилетнему неразумному мальчишке, в подчинение группу опытных Пожирателей, которые боятся меня, как чумы? А может, ты знаешь, что далеко не все они были трупами, и имеешь понятие, сколько пленников я вытащил из мэнора прямо из-под носа Лорда и всей его своры? А может быть, ты забыл, что именно Грейнджер с твоей помощью поставила весь этот спектакль на Астрономической башне? Или запамятовал, как вы двое решили приписать мне смерть Альбуса Дамблдора, величайшего светлого волшебника столетия?
— Драко... — попытался что-то сказать Снейп, но ему не позволили.
— Ты правда считаешь, что я не понимаю, в какие игры вы тут играете? Какую игру ведет она?! — он махнул рукой в ту сторону, где сидела притихшая Гермиона, не сводя при этом взгляда с побледневшего лица Снейпа. — Да мы все ходим по краю пропасти, и ни один из нас не может быть уверен, что увидит завтрашний день. Ты думаешь, я не знаю этого? Ты помогаешь ей, но ты хотя бы спросил, во что она собирается вляпаться на этот раз? Прикроет ли кто-нибудь ей спину, или в очередной раз она будет рисковать одна? — его голос звучал все громче и громче, и теперь в нем звенела чистая, концентрированная ярость.
— Драко... — маленькая ладонь Гермионы легла на его плечо, цепко обхватывая его.
— Что “Драко”?! — взвился парень. — Тебе тоже нужно доказывать, что я не идиот?
— Нет, мне не нужно ничего доказывать, — тихо, но твердо сказала Гермиона, глядя ему в глаза.
Под этим взглядом бушующая ярость стихала, отступала, оставляя вместо себя омерзительное чувство беспомощности и страха. За неё, за себя, за будущее, которого могло не быть.
— Грейнджер, я пришел сюда не потому, что мне от долгого воздержания мозги отшибло, — с тоской произнес он. — Ты затеваешь какую-то очередную авантюру с его помощью, — он кивнул в сторону Снейпа, который больше не пытался перебивать крестника. — Чем-то занимаешься с Поттером и Уизли, и, зная Поттера — это ни разу не подготовка к ЖАБА. Я же не полный кретин. Как я мог пренебречь возможностью увидеть тебя, если знаю, что это может быть в последний раз?..
В комнате повисло неловкое молчание, в котором зловещим эхом все еще отдавались его слова. Все понимали, что Малфой был прав, и отчитывать его за безрассудство язык больше не поворачивался даже у Снейпа.
Желая сменить тему, зельевар протянул Гермионе небольшой листок пергамента. Её глаза заскользили по строчкам, узнавая все до единой фамилии, написанные на нем.
— Полагаете, Эйвери безнадежен? — девушка чуть нахмурилась, зацепившись за одно имя из списка.
— Не сомневайтесь. Если пока он не проявил себя во всей красе, то в Первой магической сделал достаточно, — жестко ответил Снейп.
— Хорошо, — кивнула Гермиона. — В остальном наши списки совпадают, так что, вероятно, мой юношеский максимализм не так слеп, как могло показаться, — слабо улыбнулась она.
— Кстати, как вы намерены это осуществить? — проигнорировав её ремарку, спросил Снейп. — На собраниях в Малфой-мэноре обычно не подают напитки.
— Хотите дать мне еще пару советов? — заинтересованно спросила Гермиона.
— Интересуюсь на всякий случай, чтобы не спутать ненароком бокалы, — усмехнулся зельевар.
Их намечающуюся перепалку прервал Малфой. Парню хватило выдержки не задавать вопросов, но сложить два и два не составляло огромного умственного труда.
— Напитки, — заметил он, — на встречах Пожирателей действительно не подают. Зато будут подавать на приеме в честь успешного захвата власти в Министерстве. Его организовывает моя мать в мэноре через две недели.
Гермиона бросила на него быстрый взгляд. Шестеренки в её голове завращались с такой скоростью, что, казалось, их можно было услышать.
— Кто обычно обслуживает такие приемы? — задала она вопрос, сосредоточенно что-то обдумывая. — Домовики?
— Нет, будет слишком много приглашенных, — ответил Драко. — Лорд распорядился собрать все сливки общества, вместе с семьями будет человек двести-триста. Обычно для таких мероприятий нанимают обслугу со стороны.
— До меня доходили интересные слухи, мисс Грейнджер, — внезапно заговорил Снейп, — касательно весьма неожиданной смены взглядов и рода деятельности Сириуса Блэка.
Гермиона впилась в него глазами. Она не пыталась читать его мысли — это было невозможно для неё, но могла поклясться, что поняла, о чем он думает. Потому что ей в голову пришла та же идея.
— Я полагаю, годы, несправедливо проведенные в Азкабане могут изменить чьи угодно взгляды, — осторожно заметила она. — А состояние Блэков, должно быть, не столь впечатляюще, как хотелось бы Сириусу. А перемены часто открывают новые возможности.
— Я примерно так и подумал, — кивнул Снейп, — и рискнул поделиться своими выводами в соответствующих кругах.
— Что, как я понимаю, оказало значительное влияние на репутацию мистера Блэка? — краешком губ улыбнулась Гермиона.
— Не настолько, чтобы он занял место в обществе, подобающее его происхождению, — сказал Снейп, — однако достаточное, чтобы несколько повысить уровень доверия к его... деловым качествам.
— Благодарю, Северус, — она широко улыбнулась, и в этой улыбке отчетливо сквозило восхищение. — Я приложу все усилия, чтобы его деловые качества оценили в полной мере.
— О чем, черт возьми, речь?! — не выдержал Малфой.
— Сириус Блэк некоторое время назад открыл небольшой бизнес по торговле людьми, — пояснила Гермиона. — Какое-то время он просто присматривался, но недавно в связи с известными событиями рынок оживился. Полукровки, магглорожденные, и даже просто маггловские девушки оказались товаром, пользующимся немалым спросом.
— Блэк торгует женщинами?! — глаза Малфоя расширились от ужаса.
— Он их покупает, — поправила его Гермиона. — По официальной версии — у него есть связи с борделями в Европе, куда он поставляет товар.
— А неофициально?..
— А неофициально он ими торгует примерно так же, как ты убиваешь, — вздохнула Гермиона. — Большая часть девочек отправляется к родным и друзьям, которые могут их спрятать, но за пару недель, я думаю, он наберет человек тридцать подходящих.
— Подходящих для чего?.. — Малфой все еще не понимал.
— Для обслуживания вашего приема, — объяснила Гермиона, теряя терпение. — Сам подумай, как это символично: порабощенные грязнокровки обслуживают банкет Пожирателей, празднующих победу.
— Лорд будет в восторге от этой идеи, — уголок губ Снейпа слегка приподнялся. — Но если вы попадетесь...
— Я понимаю риски, — прервала его Гермиона, не дослушав.
— Что ж, хорошо, — Снейп задумался на пару секунд, а потом поднялся на ноги. — Меня еще ждут дела. Я отлучусь на пару часов, и надеюсь по возвращении не застать в своем доме ни одного из вас, — с этими словами он быстрым шагом пересек комнату и, не оборачиваясь, скрылся за входной дверью.
Совсем ни к чему этим двум обалдевшим от внезапно свалившегося на них подарка идиотам видеть, как на лице строгого зельевара расплывалась понимающая озорная улыбка.
Хотя диван, вероятнее всего, придется купить новый.
