Глава 134.
4 января 2022 г., 08:53
Драко устало потер виски и уронил голову на руки.
Несчастная голова гудела от бесконечного мелькания книжных страниц, в глаза будто песка насыпали, и в целом больше всего хотелось устроиться поудобнее с очередным фолиантом вместо подушки и так уснуть. Часов на восемь, хотя, конечно, лучше бы больше — но кто ж ему позволит спать в библиотеке?..
Поначалу ему даже нравилось — Астория не оценила его нового увлечения историей Хогвартса и его основателей, и быстро пресытившись однообразным досугом, когда Малфой утыкался в очередную книгу, а она скучала рядом, даже не пытаясь делать вид, что занята тем же, находила благовидный предлог и убегала к подругам. А потом и вовсе перестала приходить и напрашиваться на то, чтобы составить ему компанию, что его более чем устраивало. Однако бесчисленные часы, проводимые в библиотеке изо дня в день, каждую свободную минуту от уроков и домашних заданий, вскоре почти доконали парня, а ответа, который был так необходим Грейнджер, все не находилось. Эта книга была его последней надеждой, но и в ней не обнаружилось ничего полезного. Видимо, все-таки придется признать свою бесполезность. В очередной раз.
“Грейнджер!”
“Когда ты уже будешь называть меня по имени, Малфой?”
Она улыбается. Он ощущал её слабую, немного грустную улыбку. Он так скучал.
“Когда все наконец узнают, что ты давно уже не Грейнджер?..” — не очень уверенно предположил Драко.
Уголок его рта мечтательно приподнялся. Малфой уже почти потерял веру в то, что когда-нибудь придет день, когда это станет возможным.
“Как дела, Драко? Ты нашел что-нибудь?” — взволнованно спросила Гермиона.
“Ничего, — был вынужден признаться он. — Только чертова диадема. Больше никаких уникальных реликвий с Ровеной Когтевран не связано, по крайней мере, в тех книгах, что есть в здешней библиотеке, ничего такого нет. ”
“А что сказал Флитвик? Ты говорил с ним?”
“Он не очень-то меня жалует, в сложившейся ситуации... ну, ты понимаешь. Пропищал мне таким тоном, как будто я спрашивал про панталоны его бабушки и ужасно этим его оскорбил: “Молодой человек, диадема давно утеряна, и никто из ныне живущих не видел её! А вам не стоит надеяться на древние артефакты, и пора бы учиться думать своей головой!” — Малфой передразнил крошку-профессора, душа глухое раздражение. Всеобщая неприязнь и косые взгляды давно не были в новинку, но со стороны некоторых по-прежнему цепляли за живое.
“Никто из ныне живущих не видел... — задумчиво повторила Гермиона, и тут её осенило: — Драко! Ты знаешь привидение башни Когтевран?”
“Серая дама, а что?” — озадаченно спросил парень.
“Поговори с ней, — предложила девушка. — Если кто и знает про диадему, то она!”
Идея показалась стоящей, но сегодня, пожалуй, было уже поздно воплощать её в жизнь. Он займется этим завтра. Еще немного поговорить с Грейнджер, хотя бы поговорить, поспать, а потом...
Отыскать Серую Даму в коридорах Хогвартса оказалось сложнее, чем он рассчитывал. В отличие от Почти-Безголового-Ника или Толстого монаха, она не появлялась в Большом зале и не сопровождала студентов своего факультета в коридорах. Пришлось воспользоваться помощью Кровавого барона — а он обычно не очень-то рад помогать студентам, но слизеринцу, да еще старосте, отказать не посмел.
Малфой нашел её в коридоре шестого этажа, однако, едва завидев его, привидение заскользило прочь.
— Постойте! Подождите! — окликнул её Драко, и призрачная женская фигура с водопадом струящихся до талии волос в длинной, развевающейся мантии, застыла на месте.
Парень догнал её и осторожно обошел так, чтобы увидеть её лицо, справедливо опасаясь, что одно его неверное слово — и она просто исчезнет, растворившись в камне стен.
— Вы — Елена Когтевран, дочь Ровены? — спросил он. Слава Мерлину, тонны прочитанных им за последнее время книг хоть как-то пригодились.
Она молча кивнула.
— Прошу вас... мне нужна ваша помощь. Расскажите мне все, что знаете, об исчезнувшей диадеме.
Её губы искривились в холодной улыбке.
— Боюсь, — сказала она, разворачиваясь, чтобы уйти, — я ничем не могу вам помочь.
— Вы неверно меня поняли, — он протянул к ней руку в попытке задержать, на мгновение забыв, что перед ним призрак. — Я не собираюсь её носить. И вообще использовать в личных целях. Мне просто нужно её найти. Очень нужно.
— Тогда спросите о ней своего хозяина, — полупрозрачное лицо исказила презрительная гримаса.
— Он не хозяин мне, — гордо подняв голову, ответил Малфой. — То, что на мне стоит его клеймо, не определяет меня. Мы все совершаем порой не лучшие поступки, но они не говорят вместо нас — за себя мы отвечаем сами. Я этого не хотел, но так было нужно. И для того, чтобы его власть закончилась, нам нужно найти диадему — а вы можете мне помочь. Я ведь не первый, кто спрашивает вас о ней, не так ли?
— Много поколений школьников не дают мне покоя... — туманно сказала Елена.
— Но только одному вы все рассказали, правда? — спросил Малфой, уже догадываясь, каким будет ответ.
Она прикрыла глаза и кивнула.
— Он был... так любезен... Казалось, он понимает меня... Сочувствует... Я понятия не имела...
— Прошу вас, расскажите мне, что произошло!.. — взмолился Драко, боясь дышать. Он был так чертовски близко...
— Что вы хотите сделать с ней, когда найдете? — взгляд полупрозрачных дымчатых глаз, казалось, прожигал его насквозь.
— Уничтожить, — ответил Драко, молясь, чтобы ответ оказался правильным.
Серая дама замерла в воздухе, и в этот момент Малфой решил, что все бесполезно. Она не станет помогать ему, Пожирателю смерти с меткой Темного Лорда на руке. Призраки замка многое видят, от них почти нет секретов... Она не поверит ему. Не доверится.
— Я украла её, — внезапно сказала Елена так тихо, что её голос был едва слышен. — Украла диадему у своей матери. Хотела стать умнее её, значительнее... Я сбежала с ней. Говорят, моя мать так и не признала пропажу, и продолжала всем говорить, что диадема по-прежнему у неё. Она скрыла мое предательство от всех, даже от основателей Хогвартса... А потом она заболела. Несмотря на то, что я предала её, Ровена захотела еще раз увидеться со мной. Она послала на поиски человека, который долго был в меня влюблен, но я отвергала его ухаживания. Мать знала, что он не успокоится, пока не выполнит поручение.
Малфой не решался даже моргать, чтобы не спугнуть её. Елена глубоко вздохнула и откинула голову.
— Он выследил меня в лесу, где я скрывалась. Когда я отказалась вернуться с ним, он пришел в ярость. У барона всегда был бешеный темперамент... В ярости от моего отказа, ревнуя к моей свободе, он ударил меня кинжалом.
— Барон?.. Тот самый?..
— Да, теперь его называют Кровавый Барон, — сказала Серая дама и слегка раздвинула мантию, показав темную рану на своей белой груди. — Когда он увидел, что натворил, его обуяло раскаяние. Он схватил оружие, лишившее меня жизни, и нанес себе смертельный удар. И сейчас, столько веков спустя, он носит на себе цепи в знак покаяния... и поделом, — добавила она горько.
— А диадема?..
— Она осталась там, где я её спрятала, заслышав приближение барона. В дупле старого дерева.
— И где же росло это дерево?..
— В лесах Албании. В безлюдном месте, где, я надеялась, мать меня не найдет.
— А тот, кто расспрашивал вас... Это был тот, кого теперь называют Темным Лордом? — решился уточнить Драко.
Елена опять молча кивнула.
— И вы не знаете, что дальше произошло с диадемой? — разочарованно вздохнул он.
— Ну почему же, — усмехнулась Серая дама. — Мы с ней связаны в некотором роде... Диадема стала моим проклятием. Я чувствую её. Он... он осквернил её темнейшей магией, теперь она не более, чем сосуд...
— И вы знаете, где она? — с внезапно вспыхнувшей в нем безумной надеждой, спросил Драко, взглядом умоляя её дать положительный ответ.
— Где-то в замке, — неопределенно ответил призрак. — Я не знаю точно, где она, но диадема здесь, где-то рядом, я ощущаю её присутствие... Простите, юноша, но больше я в самом деле не знаю.
— Это я должен благодарить вас, — Драко склонил голову в изящном поклоне, — и благодарю.
Серая дама улыбнулась ему одними уголками губ, развернулась и растворилась в ближайшей стене. И Драко не мог бы поклясться, что тихое “Удачи!” ему не послышалось.
