Фальшивая война

      Как выяснилось, завтрак Гарри беззастенчиво проспал.       Он проснулся все в той же огромной незнакомой комнате. Тяжелые шторы были плотно закрыты, создавая в помещении густой полумрак, и первым делом он решил это исправить, безбожно сощурившись от яркого солнца, ударившего его в глаза.       В результате быстрого осмотра он обнаружил себя раздетым до трусов, а свою одежду  —  сложенной в аккуратную стопочку, чистой и даже выглаженной.       Едва он успел натянуть джинсы, как раздался хлопок, и прямо перед ним появилась миловидная робкая эльфийка.       — Гость проснулся, мы рады новому гостю! Если вы хотите, можете присоединиться к обеду в большой столовой, или Минни может подать вам обед сюда.       Гарри растерялся. Гермиона ничего толком ему не объяснила, лишь сказала, что это убежище Ордена, и он здесь в безопасности. Значит ли это, что он может показаться на людях?.. Или ему лучше сидеть здесь и не высовывать нос лишний раз?..       Однако вынужденное затворничество последних недель так наскучило ему, что желание увидеть людей, побыть среди них, как самый обычный, нормальный человек, взяло верх над разумной осторожностью.       — Наверное, я бы предпочел столовую. А где она? —  спросил Гарри.       — Минни покажет, Минни проводит нового гостя! —  домовиха взмахнула ушами и прошла к двери, знаком приглашая следовать за ней.       Они прошли длинным коридором, стены которого были увешаны затянутыми плотной тканью портретами и картинами, спустились по широкой мраморной лестнице, миновали холл, гостиную, еще какие-то богато меблированные комнаты и, наконец, достигли высоких дверей, распахнутых настежь.       Гарри сделал шаг внутрь и обомлел.       За огромным столом, не уступавшем своими габаритами столам в Большом зале Хогвартса, сидело несколько десятков людей. Взгляд сразу же выхватил двоих уже знакомых ему гоблинов на дальнем конце стола, а затем заскользил по лицам обедающих. В основном здесь были девушки и женщины, кое-где сидели совсем дети, было даже несколько семей. Гарри вздрогнул, наткнувшись на затылок сухонького седовласого старика —  он мог бы поклясться, что это был Олливандер, мастер волшебных палочек, пропавший еще год назад, последнее воспоминание о котором было то, в котором его пытал Волдеморт. Гриффиндорец уставился на него во все глаза, и так бы и продолжал стоять столбом, но тут на него налетело светлое, воздушное облако волос и окутало с ног до головы легким, цветочным запахом и теплом.       — Гарри! —  девушка отстранилась, и он еле удержал челюсть на месте, осознав, что перед ним стояла Луна. —  А говорили, что ты пропал, и никто тебя не видел. Я рада, что с тобой все в порядке.       — Луна! Но как ты здесь оказалась?! Твой папа говорил нам, что тебя схватили Пожиратели смерти!       — О, это относится ко всем нам, —  она улыбнулась. —  А разве ты попал сюда не так? И где ты видел папу?       — Мы… ээээ… заглядывали к нему по делу, и он рассказал нам, что тебя забрали, —  замялся Гарри, не горя желанием рассказывать подробности, а главное, последствия их визита.       — Я думаю, с ним все будет хорошо, —  сказала Луна. —  Пойдем, ты, наверное, голоден.       Взяв его за руку, блондинка повела его к столу, за которым никто не обратил на него внимания, за исключением, пожалуй, того самого старика, который и в самом деле оказался Олливандером.       — Луна, кто все эти люди? И как ты спаслась от Пожирателей? —  осыпал он её вопросами, наполняя тарелку едой.       — Я не спасалась, Гарри, —  неторопливо ответила девушка. —  все, кто здесь оказался, были в плену Пожирателей смерти в Малфой-мэноре. Кто-то, как мистер Олливандер, еще с прошлого года, а кто-то оказался там только этим летом. Меня забрали из Хогвартса из-за статей папы, насколько я понимаю. Но мне повезло: меня заперли в подземелье отдельно от других, и ко мне никто не приходил.       — Это ты называешь “повезло”?! —  вскричал Гарри.       — Да, я думаю, это Люциус Малфой приказал меня не трогать, —  произнесла задумчиво Луна и тут, наконец, заметила возмущенное гневное лицо Гарри. —  О, Гарри, если ты здесь оказался, то должен знать, что всем остальным пришлось гораздо хуже. Мистера Олливандера Минни и Линни выхаживали несколько недель, до того он был слаб. А маггловские девушки… —  в её голубых глазах блеснули слезы.       — Маггловские девушки? Здесь и магглы?! —  изумился Гарри.       — И магглы, и магглорожденные, и даже полукровки, —  кивнула Луна. —  Большинство из них Пожиратели поймали для… ну, они считают это забавным, знаешь…       — А как же… Ну, здесь эльфы, и вообще… как они узнали о волшебном мире?!       — После Круциатусов от Пожирателей эльфы были не так важны, —  грустно проговорила Луна. —  Многие не рассказывают, что с ними происходило, но в этом не было ничего хорошего. Здесь давно не было новеньких, мы с тобой последние.       — А как ты… как вы выбрались из Малфой-мэнора?       — Я тебе говорила —  мы не выбирались, Гарри, —  терпеливо повторила Луна. —  В один из дней домовик приносил нам воды, а потом мы оказывались здесь. У всех похожая история. Я думаю, это Драко.       — Драко? Драко Малфой?! —  у Гарри уже не осталось сил удивляться.       — Да, я полагаю, это он, —  блондинка улыбнулась. —  Ведь с того времени, как начались занятия в Хогвартсе, здесь перестали появляться новые люди. Только я и ты.       — А что это вообще за место? —  Гарри наконец смог взять себя в руки и огляделся.       — Мы не знаем, —  безмятежно сказала Луна. —  Никто не знает. Уйти отсюда нельзя, совы к нам не летают. Это что-то вроде поместья. Большой дом, хотя даже в нем свободных спален уже не осталось, сад, теплицы и оранжерея. Я помогаю Линни наводить там порядок. Этим давно никто не занимался, а так я могу хоть как-то отблагодарить хозяев. Хочешь, после обеда я покажу тебе парк?       Гарри закивал —  рот был набит едой, и ответить более внятно он не мог.       Он смутно помнил, как Гермиона что-то говорила в защиту Малфоя, но представить, что он вытащил из подземелий Мэнора столько людей из-под носа у Пожирателей и Волдеморта, было невозможно. Гарри напряг память и припомнил, когда в последний раз он слышал об Олливандере —  это было еще летом, после операции по его перевозке в Нору. И тогда Волдеморт был в ярости и пытал старого волшебника… После этого его образ ни разу не всплывал в мыслях Темного Лорда, и Гарри думал, что старик не пережил пыток. И тем не менее, вот он здесь, за столом —  живой и, кажется, вполне здоровый. Если это и в самом деле дело рук Малфоя, то как ему это удалось?! Нужно будет непременно расспросить об этом Гермиону, когда она завтра вернется.       А пока Гарри отдал должное вкусной, хоть и простой еде, а потом отправился на экскурсию по поместью вместе с Луной.       Она показала ему сад и парк, а заодно оранжерею, в которой эльфы выращивали растения для лекарственных зелий. Парк был довольно запущенным, было видно, что за ним много лет не следили, и только недавно расчистили основные дорожки. В отличие от него, садом явно занимались: даже сейчас он заметил нескольких женщин, которые были заняты какой-то работой, несмотря на приближение зимы.       — Там еще есть теплицы, —  махнула рукой куда-то вдаль Луна, —  в них растут овощи и зелень, я часто помогаю там, когда не занята в оранжерее.       — Здесь живет много людей, —  заметил Гарри. —  Откуда вы берете еду?       — Минни и Линни заботятся об этом, —  ответила Луна. —  Они отправляются за провизией каждое утро, еще затемно, но никого с собой не берут, хоть им и предлагали помощь. Не знаю, чей это дом, но, должно быть, это какой-то очень добрый и богатый волшебник, раз он так о нас заботится. Помимо еды, домовики приносят нужную одежду для всех, лечат пострадавших, есть даже игрушки для детей. А еще библиотека и музыкальная гостиная. Некоторые умеют играть на музыкальных инструментах, и по вечерам иногда устраивают концерты.       — И никто не знает, кто этот волшебник? —  удивился Гарри.       — Эльфы говорят, что им запрещено рассказывать, кто их хозяин и чье это поместье, —  сказала Луна. —  Все портреты закрыты, и никто ни разу не видел хозяина. Наверное, это очень опасно для него —  пустить нас всех сюда.       — Наверняка, —  не мог не согласиться с ней Гарри.       Осмотр поместья затянулся до позднего вечера, и только за ужином Гарри понял, что, сколько они ни ходили сегодня с Луной, он ни разу не заметил ничего похожего на ворота, калитку или хотя бы ограду. Либо территория поместья и впрямь была такой огромной, либо на поместье лежали какие-то сложные чары.       Продолжая ломать голову над тем, кому же все-таки принадлежало это убежище, он наконец поднялся к себе в комнату —  как выяснилось, это была хозяйская спальня, единственная незанятая комната во всем доме, —  принял душ и провалился в глубокий сон.