Не ввязывайся

Через неделю Джон был вынужден признать, что недооценил Шерлока: говоря «пора в бой», Холмс именно это и имел в виду. Он душил Джона, кусал в ответ, оставлял болезненные засосы, царапины, не хватало только пустить в ход кулаки. И нередко ему самому приходилось шарфом скрывать синяки на шее от пальцев Джона или следы от зубов. — Мы так убьем друг друга, — не выдержал Джон после того, как отдышался от оргазма. — Давай сбавим обороты. Шерлок что-то пробормотал в ответ. — Я серьезно. — Джон провел рукой по едва зажившим царапинам на груди. — Ты и раньше так делал? Тогда немудрено, почему у тебя ничего не получалось. — Практика показала, что ласки ни к чему хорошему не приводят. — Да неужели? А ты пробовал? — Пробовал. Мне чуть голову не раскроили, когда я расслабился. — Черт, — ругнулся Джон. — Ты что, постоянно в тонусе? — Нельзя давать слабину. — Та-ак. У меня для тебя плохие новости, гений, но секс — это не только боль. — Ну да, выброс гормонов счастья… Джон и до этого чувствовал в постели напряжение со стороны Шерлока, но воспринимал это как реакцию его тела на возбуждение, на секс, на оргазм. Однако слова Шерлока многое объяснили. И надо было что-то с этим делать. Джон принялся целовать его, не прикусывая губы и язык, проводя пальцами по волосам, по лицу. Шерлок прерывисто вздохнул и схватил его за плечи. — Попробуй не двигаться. — Джон вылизывал губы, посасывал язык, поглаживая горло, ощущая как под пальцами бьются артерии. — Опусти руки. Шерлок подчинился. — Выключи мозг. Хватит ждать нападения. — Джон прикоснулся к его животу, чувствуя, как расслабляются мышцы. — Я тебе не враг. Он сполз на кровать, не сводя с Шерлока глаз, и начал медленно дрочить ему, наблюдая за реакцией тела, за тем, как Холмс сжимает в пальцах простыню, как он запрокидывает голову, наслаждаясь процессом. И когда он кончил, то Джон с удовольствием увидел, что Шерлок распластался на кровати. — И? — Джон растянулся рядом. — Что скажешь? Видишь, это совсем нетрудно... Лучше бы он промолчал. Шерлок собрался и ушел. — Идиот. — Джон чуть не хлопнул себя по лбу.

***

— Ты все-таки это сделал. — Майкрофт снисходительно посмотрел на брата. — Ввязался. Может, виной всему опухоль в голове? Или ранняя деменция? — Тебя это не касается. — Не надоело получать пинки? И вот это, — Майкрофт указал на едва заметный синяк на шее брата, — мерзость какая. — Тебя это не касается, — повторил Шерлок. — Совершенно не касается. — Да неужели? Но именно я буду отскребать тебя от грязного пола в притоне, когда доктор Уотсон уйдет в закат с женой. Именно я буду забирать тебя из больницы, если вдруг у доктора появится идея сломать тебе руку или ногу. Ты ведь никак не поменялся, ты все тот же несносный Шерлок Холмс, который постоянно оскорбляет людей, считает всех вокруг умственно недоразвитыми. Шерлок молчал, время от времени дергая струны на скрипке. — О, добрый день, доктор. — Майкрофт повернулся к нему. — Милый свитер. Вы все-таки наткнулись на склад с очаровательными вещичками? Вам к лицу. Джон посмотрел на Шерлока. — Разве я не говорил, чтобы вы не заводили отношений с моим братом? — продолжил Майкрофт. — Одного я не пойму, Майкрофт, чего вы добиваетесь? Вы что, ревнуете меня к Шерлоку? Считаете его своей собственностью? — Я забочусь о брате, — жестко ответил Холмс-старший. — Я был с ним в те дни, когда весь мир от него отвернулся. Когда он умирал от отравы в крови, когда его едва не прикончила депрессия. И тут являетесь вы, и ни с того ни с сего решаете, что вправе занять важное место в жизни моего брата. — А вы внушили Шерлоку, что он чурбан безэмоциональный. — Джон подошел к нему почти вплотную, и Майкрофт немного попятился. — Он же постоянно на взводе, постоянно готов к нападению, господи, да от такого свихнуться можно! — Вообще-то я здесь, если что, — сказал Шерлок. — И вполне способен о себе позаботиться. — Нет, — возразил Майкрофт. — По-хорошему тебя стоило лишить дееспособности. — Вот как? — Шерлок недобро улыбнулся. — Ты далеко зашел в своей заботе, братец. Зарвался. — Посмотрим, как ты запоешь, когда он, — Майкрофт кивнул в сторону Джона, — найдет кого-то поинтереснее и посговорчивее. С кем будет намного легче и проще. — Может, мне не надо легко и просто? — Джон оттеснил Холмса-старшего к выходу. Майкрофт издевательски рассмеялся, но доктор заметил в его глазах тревогу и что-то, похожее на страх. Когда Холмс-старший ушел, Шерлок попросил: — Закрой дверь и подойди ко мне. Джон так и сделал. — Я должен знать, — Шерлок смотрел на него снизу вверх, — ты должен сказать… — Я тебя люблю, — произнес Джон. — Только что понял, пока слушал твоего брата. Впервые такое говорю, да еще и мужчине. Ты, конечно, отменная заноза в заднице и способен довести до психушки, но я без тебя уже никак не могу. Шерлок часто заморгал, явно пытаясь переварить полученную информацию. — Не могу, — повторил Джон. — И дело не в сексе. И не в твоем интеллекте. Хотя да, это тоже имеет значение. Все это… на каком-то уровне, который нельзя передать словами. — Я уже слышал такие слова, — слабым голосом сказал Шерлок. — Мне плевать, что было раньше. Здесь и сейчас это говорю тебе я. — Звучит самонадеянно. — Да уж. — Джон уселся в свое кресло. — Поверь, я от себя не ожидал, что открою рот и скажу это все. Шерлок с силой зажмурился, а когда открыл глаза, то по щекам скатились слезы. — Теперь я точно не знаю, что делать, — признался он. — Мы в этом разберемся, — пообещал Джон.

После возвращения в Великобританию

— У меня для тебя плохая новость, — произнес Майкрофт. — О, не вздрагивай, твой дорогой друг жив и здоров. Конечно, ему пришлось преодолеть все круги ада: депрессия, мысли о самоубийстве, запои, драки в общественных местах. Но теперь он вполне стабилен. Даже чересчур. Ты и сам сейчас в этом убедишься. Шерлок подошел к столу, на котором брат разложил фотографии доктора Уотсона. — Усы? — улыбнулся он. — И кроме этой жуткой растительности… — Майкрофт положил поверх снимков фото женщины. — Мэри Морстен, медсестра. Шерлок непонимающе взглянул на него. — Без пяти минут миссис Уотсон. Извини, что вывалил на тебя это, но… лучше так, чем ты столкнешься с ней без предупреждения. Шерлок переменился в лице, отвернулся. — Не люблю говорить «а я предупреждал», — Майкрофт убрал фотографии. — Но я предупреждал. Люди так делают, они женятся и уходят от друзей. Тебе не надо было… — Ввязываться, — закончил за него Шерлок. — Но… ты же не думал, что Джон всю жизнь будет меня оплакивать? К тому же надо было сказать ему, что я не умер. Тогда бы… — Судя по твоей реакции, ты был уверен, что Джон будет ждать тебя, как жена моряка на берегу. Не пытайся меня обмануть, брат мой. — Майкрофт усадил его на стул, сам сел напротив. — Посмотри на меня, Шерлок, пожалуйста. Я виноват перед тобой, не буду скрывать, перестарался с опекой. Я действительно сожалею о своих поступках. Но что сделано, то сделано, ничего нельзя вернуть. Сейчас я хочу, чтобы ты попытался успокоиться. Шерлок сидел, глядя на свои руки, сложенные на коленях. — К сожалению, наш удел — одиночество. — Майкрофт говорил настолько мягко, насколько был на это способен. — Поэтому прошу, нет, умоляю — сотри Джона со своего диска. — Где мое пальто? — Шерлок выглядел абсолютно спокойным. — Пора мне воскреснуть. — Пожалуйста, — предостерегающе произнес Майкрофт. — Я не наделаю глупостей, — пообещал Шерлок. — Я пришлю тебе адрес ресторана, в котором сегодня будет доктор Уотсон. И тогда посмотрим, как ты умеешь держать слово.

***

— Твою же мать! — Лестрейд скомкал сигарету в кулаке и повернулся к Шерлоку. — Твою мать! — Он бросился ему на шею, крепко обнял. Потом отстранился, разглядывая и радостно улыбаясь. — Живой, вот же черт! И неожиданно улыбка пропала с его лица, Лестрейд нахмурился. — Ты виделся с Джоном? — Еще нет. — Ну… — Лестрейд сунул в рот сломанную сигарету. — Черт. Я… Он… — Он встречается с женщиной. Я знаю. — И? — во взгляде инспектора ясно читалось беспокойство. — Вы же… я думал… — Мы же, — подтвердил Шерлок. — Но без обязательств. С кем не бывает? — Я и не знал, что ты умеешь так говорить. У тебя все будет в порядке? — А почему нет? — Ну хорошо. — Лестрейд похлопал его по плечу — Хорошо. Я надеюсь, что обойдется без проблем. И с возвращением!