школьный фестиваль
15 мая 2021 г., 14:00
Школьный фестиваль, который проходил в конце апреля – был не календарным праздником. Дуань-у, или фестиваль драконьих лодок, должен был проходить лишь ближе к концу июня, в эту пору школьники сдавали экзамены и должны были узнать результаты, прежде чем отправиться на месяц летних каникул, поэтому Сяо Синчэнь в середине месяца раздал всему классу специальные бланки. В них было написано какого числа ученики и их родители вместе с друзьями должны были посетить школьное мероприятие. В этот день по всей территории, как в среднем и младшем корпусе, так и в старшем – были расставлены множество палаток. В них сами ученики от каждого класса представляли разный ассортимент на выбор. Они пекли разные угощения, кто во что горазд. Здесь можно было найти и миндальное печенье, и лунные пряники, и торты с пирожными. А также, главным событием всего торжества ознаменовали собой игры. Родители не просто так были включены в список приглашенных гостей. Они составляли своим детям пары в командах, а уже между образовавшимися большими группами по шесть человек проходили разные конкурсы. Они были как на физическую выносливость, так и на умственное развитие. Можно было принять участие в состязании на забег с препятствиями, а можно было попробовать победить в разгадывании загадок. И поскольку задания составляли учителя, а не дети – они были не из простых.
Некоторые ученики из младших классов не смогли бы решить сложные уравнения, если бы столкнулись в состязании с кем-нибудь из средней школы и старшей, поэтому взрослые члены команды позволяли добиться сбалансированности. Команды можно было составлять в любом порядке, главный пункт заключался в том, что там обязательно должны быть два ученика и родитель, иначе предложение не будет принято и занесено в главный список.
Когда Хуа Чэн пришел с этим листком домой, он подумал о том, кого именно можно позвать, чтобы точно выиграть. Он хотел заграбастать себе в команду Се Ляня, но когда написал ему, выяснилось, что Лань Хуань вместе с ним уже договорились между собой на день раньше. Они с Хуа Чэном не могли больше принимать участие вместе. Хуа Чэна такой расклад не очень обрадовал, но омега ему сразу же дописал, что так будет даже интереснее, и он с самого начала хотел предложить немного посоревноваться, вдруг в дальнейшем возможности не представиться? Это мероприятие устраивалось по желанию, поэтому в следующем году у них могут возникнуть планы на эту дату, и они могут не прийти. А если придут, то попробуют выступить вместе и выиграть кучу призов. Хуа Чэн согласился.
В конце концов, так действительно будет интересней. Ну, он так думал, пока не передал бумажку на подпись папе, а тот удивленно посмотрел на него и спросил:
– Хочешь у него выиграть?
– Да, а что не так?
Му Цин переглянулся с Фэн Синем, но тот передал ему одним взглядом, чтобы на этот раз он выкручивался сам, потому что он занят. У него суп на плите, а еще нужно овощи для салата нарезать и хорошо бы успеть сходить в магазин до вечера за вином. Когда еще Яо сможет выпить? Ему разрешил врач развеяться в последний выходной, а потом жесткий контроль за всем, что он принимает.
Такой рацион обуславливался тем, что мужчина все-таки был не молод. Мужчинам омегам и всем рецессивным бетам рожать и переносить роды было легче, нежели женщинам, и сроки до какого возраста они могли беременеть без последствий – тоже были увеличены. Это объяснялось тем, что женщины, в отличие от мужчин, могли рожать и рожали в большинстве своем сами, а вот мужской организм такого позволить себе не мог. Всем делали кесарево сечение. От этого тело испытывало меньше стресса, ему не нужно было испытывать больших нагрузок от схваток, и потому возраст до сорока лет считался вполне приемлемым для хороших родов и появлению на свет здоровых детей. Остальные пункты вроде наследственности здесь естественно не брались в расчет, по такому принципу шли индивидуальные случаи и происходило это уже у обоих полов. Болеют люди одинаково.
Поэтому Яо дали четкую инструкцию, чтобы он соблюдал диету, и если мужчина не будет от нее слишком сильно отступать, у них по всем параметрам должен родиться здоровый малыш. Минцзюэ очень расстроился от того факта, что до узи на определение пола необходимо было ждать. И ждать еще довольно долго. А уж для того, чтобы узнать кто именно появится, альфа, омега или бета, и вовсе требовалось время до самих родов. Только на момент появления на свет врачи могли точно сказать эту информацию. После всех процедур ребенка уже помещали в специальное отделение и далее на следующий день отдавали к родителям, чтобы те смогли побыть с ним. После этого, если все параметры малыша в порядке, всю семью выписывали и они могли ехать и регистрировать сына или дочь, чтобы у тех появилось свидетельство о рождении с полным именем и фамилией. К этому моменту больница лишь прикладывала специальную бумажку, на которой был указал гендер, чтобы его можно было вписать в базовые документы, где все заверялось с печатями.
Яо говорил, что ему все равно, кто будет. А вот Минцзюэ, что пол не важен, но он бы очень сильно хотел омегу.
Фэн Синь намеревался это отпраздновать и взять красное полусладкое. К нему он собирался сделать мясо, и Му Цин, по-хорошему, лично хотел его приготовить. Хуа Чэн все еще сидел напротив родителя и смотрел на него во все глаза, не понимая, что конкретно отец пытается ему донести.
Му Цину пришлось откашляться. Он положил листок с ручкой на стол, а потом опустил на него руки, локтями на небольшую деревянную подставку, которая лежала перед ним. Альфа немного вытянулся вперед и улыбнулся мальчику:
– Ты хочешь победить омегу? Не лучше ли… поддаться ему?
– Зачем? Это ведь неинтересно.
– Неинтересно, понимаю, но…
– К тому же, разве смысл всех игр и конкурсов не в том, чтобы проверить свои силы и узнать, кто же лучше? – запутался Хуа Чэн. – Если я поддамся – это будет нечестно, и мы не сможем определить настоящего победителя. Папа, о чем ты? Я не понимаю.
– Хах, понятно… Я просто думал, что раз он омега, то… Эм-м… Как бы тебе сказать…
Хуа Чэн моргнул и сделал серьезное лицо.
– Говори, как есть, – скучающе протянул ребенок.
– Разве он тебе не нравится?
Хуа Чэн снова моргнул и пожал плечами.
– Нравится. При чем здесь это?
– Я почему-то ожидал немного другой реакции. Ладно, наверное, ты еще не дорос. Ну, тогда мне же лучше. Мы с твоим папой думали немного о-
– О чем? – спросил Хуа Чэн, не обращая внимание на то, как Му Цин нервно ковыряет пальцами поверхность небольшой подставки под своими сложенными руками.
Мальчик вылез вперед и вытянул руку, подхватывая из вазочки в центре стола небольшое яблоко. Он сразу же приставил фрукт к губам и открыл рот, делая небольшой укус и принимаясь жевать. Му Цин посмотрел на него снова и попытался проанализировать то, что сейчас может происходить у Хуа Чэна в голове. В итоге, Му Цин просто увидел, что его ребенку, похоже, все равно. Правда. Ему все равно. Он смотрит на него с лицом без всяких эмоций и, кажется, в данный момент озабочен только тем, что ему очень нравится есть это яблоко. Альфа шумно вздохнул и покачал головой. Он развернулся к Фэн Синю и спросил его:
– Ему же в этом году двенадцать стукнет. Он правда еще не испытывает интерес к этой теме?
Фэн Синь пожал плечами.
– А ты сам, когда узнал?
– Да мы с девяти лет с парнями смотрели разные журналы на трубах за гаражами. Какого… Хуа Чэн! Да ты серьезно, что ли? Или ты издеваешься? Хочешь специально сохранить мое сердце от сердечного приступа? Се Лянь, вроде, хороший парень, если скажешь мне об этом сейчас, я смогу привыкнуть и заранее подготовлюсь.
– Что?
– Да отстань ты от него, – отмахнулся Фэн Синь. – Он правда не понимает, о чем ты. Все взрослеют по-разному.
– Но у него сильные гены. Через пару лет гон будет, а он за омегами еще не бегает.
– Я бегаю, – промямлил Хуа Чэн, делая новый укус. – На фифкульфуре.
Му Цин закатил глаза и провел рукой по лицу.
– Хе-эх, это не считается. Я же про другое.
– Про что? – спросил мальчик.
– Ты говорил, что Вэй Усянь... вроде бы он, да?
– Есть такой, – кивнул альфа.
– Вот он. Что он, вроде бы, влюблен в кого-то, так?
Хуа Чэн кивнул.
– В Лань Чжаня.
– А разве это был не Лань Сичэнь? – удивился Фэн Синь. – Ты говорил имя Лань Сичэнь, у меня хорошая память на имена, я точно ничего не путаю.
В этот момент Хуа Чэн, как и в самый первый раз, когда сказал об этом Се Ляню, подвис и оторвался от поедания фрукта. Он посмотрел сначала в пол, потом поднял глаза вверх и столкнулся взглядами с одним папой и сразу же с другим. Мальчик проглотил то, что жевал и спокойно выдохнул:
– Он ему не подходит.
– Как это?
– Просто, – ответил мальчик.
– Не подходит, кто кому? – переспросил Фэн Синь. – Вэй Усянь Лань Сичэню, или Вэй Усянь Ла-
– Первое.
– О-оо, почему ты так уверенно это говоришь? – удивился родитель.
Му Цин тоже был не менее озадачен. Одно дело видеть своими глазами, что люди не подходят друг другу, но ведь для этого требуется достаточно много факторов. Люди могут быть противоположностями и хорошо уживаться на одной территории, а могут только из-за этого на дух самих себя не переносить. Они могут быть одинаковыми и искать из-за этого то, в чем кто-то из них будет лучше, и это, в конечном итоге, приведет к конфликту. Но главная причина такой слепой уверенности и знания, что один человек не сможет жить с другим, может быть верной только в том случае, если ты знаешь, что эти люди уже пожили вместе некоторое время и сами поняли, что у них не клеится. Человека никто другой переубедить не сможет в такой вещи как привязанность, симпатия, влюбленность и любовь. Люди закрывают глаза и слепо прут до конца, если им просто кто-то нравится. Поэтому если Вэй Усянь говорит, что он влюблен в Лань Сичэня, Хуа Чэн, который знает о них лишь год – не может говорить, что они не подходят друг другу. Они же дети! И да, эта влюбленность может пройти, дети всегда быстро привязываются ко многим вещам, пока они маленькие. Но Хуа Чэн качает головой и стоит на своем.
– Не подходит.
Му Цин удивленно выгибает одну бровь.
– Можешь обосновать?
– М-мм… – ребенок немного напрягается и уходит в раздумья. – Потому что… Потому что.
– Гениально, Хуа Чэн. Это не ответ. Ты не можешь так спокойно быть уверенным в таком сложном вопросе.
– Но я уверен.
– Это из-за того, что один из них альфа, а другой бета? – интересуется из любопытства Фэн Синь.
Хуа Чэн слабо ведет плечом.
– Я не… Не знаю. Не подходит.
– Ладно, но только им об этом не говори, – вздыхает Му Цин, качая головой. – Можешь думать у себя в голове все, что захочешь. Но не говори подобное вслух, если тебя об этом не попросят. Хорошо?
– Я говорил об этом гэгэ.
– Ой, да ты ему обо всем подряд трещишь, – отмахивается Му Цин. – Вчера. Какого черта ты говорил с ним три часа? Да еще и сидя в ванной. Вся вода остыла, ты в курсе, что ты мог заболеть? И кто вообще разрешил тебе брать туда мобильник?
– Но он сказал, что позвонит вечером. Я ждал.
– Если бы он позвонил, а ты бы не взял трубку – ничего страшного бы не случилось. Се Лянь же понимает, что у тебя могли быть дела.
– Я сказал, что не буду занят. Если бы я не взял, он бы расстроился.
– Се Лянь-то? – усмехнулся Фэн Синь. – Из-за такого пустяка?
– Я обещал взять.
– А если ты ему пообещаешь с крыши вниз головой прыгнуть?
Хуа Чэн остановил себя, прежде чем заново укусить яблоко, и посмотрев сперва на стол, а потом на папу, кивнул.
– Прыгну.
– Напомни мне, чтобы мы застраховали его на более крупную сумму, – проворчал альфа. – И напомни о том, что мне надо позвонить Се Ляню.
– Зачем меня страховать?
– Да потому что ты балбес.
– Я не балбес, – надулся альфочка. – Если я пообещаю ему, то-
– А если Вэй Усяню пообещаешь?
Хуа Чэн прыснул, выпуская громкий смешок. Он соскользнул со стула и пошел к выходу с кухни.
– Я что дурак? Ради него прыгать? Вот еще.
Му Цин и Фэн Синь проследили глазами за тем, как их сын скрывается за дверным проемом. Спустя несколько секунд из гостиной послышался шум телевизора. Оба мужчины переглянулись. Му Цин выставил указательный палец в том направлении, где только что находился мальчик.
– И вот он серьезно не понимает, что Се Лянь ему нравится?
– Я думаю, он просто считает его пока лучшим другом. А Вэй Усяня просто другом, – протянул Фэн Синь. – Другого варианта, чтобы объяснить такую позицию, я не нахожу.
– Хуа Чэн, Хуа Чэн, – грустно усмехнулся Му Цин. – Но знаешь, если он правда готов прыгнуть вниз головой – это немного ненормально.
– Романтика. А ты бы ради меня прыгнул?
– Я похож на идиота?
– Похож. Ответишь нет и пойдешь спать на диван.
– И зачем тогда спрашивать, если у меня изначально нет выбора? А?
– Давай, давай. У тебя одна попытка.
Му Цин усмехнулся. Он подпер подбородок рукой и припомнил былые времена, когда они были лет на десять моложе.
– Я ради тебя прыгнул в реку, когда ты уронил туда свою сумку. Думаю, это считается.
– Да-ааа? – возмутился Фэн Синь. – А тебе напомнить, как именно она упала?
– Нет.
– А я напомню, милый, – сказал альфа. – Просто кое-кто решил предложить ее донести. А я сказал ему, что не надо. И этот кое-кто никак не соглашался, а потом дернул за ручку так, что она улетела и приземлилась прямо в реку. А там были и ключи, и телефон, и мой паспорт. Ты помнишь, как я потом месяц бегал и документы восстанавливал? То им фото не то, то тут галочка не на нужном месте. Я же чуть стенку рукой не пробил от бешенства.
– Ага. Было дело.
– И кто виноват?
– Ты.
– По шее получишь, – зарычал альфа.
– Нет, правда ты, – улыбнулся Му Цин, подмигивая супругу. – Надо было просто позволить мне тебе помочь.
– Да на кой хрен?! В ней лежало лишь то, что я перечислил, и кошелек пустой. Она не была тяжелой!
– Да, но внимание, дорогой. Внимание. Я пытался быть джентльменом. Разве я не романтик?
Фэн Синь проворчал что-то неразборчивое себе под нос, но когда Му Цин поднялся со стула и пристроился у него за спиной, обнимая мужа руками поперек талии и опускаясь щекой ему на плечо, альфа расслабился. Он чуть отвел голову в сторону и мягко улыбнулся, видя, что Му Цин закрыл глаза и просто нежится позади него. Разве такого можно было продолжать ругать?
***
Двадцать седьмого апреля, в пятницу, Хуа Чэн вместе с родителями пересекли территорию школы и зашли через главные ворота. За ними следом подтянулись Не Минцзюэ и Яо, которые просто решили, что раз Му Цин идет в школу, им тоже надо. Там дети, а они в скором времени обзаведутся потомством, к тому же на работу идти страшно не хотелось. Минцзюэ сделал несколько бумаг, и, таким образом, вся троица смогла уйти с работы после обеда. Фэн Синь за своим графиком следил сам, поэтому он успевал и просто перенес сегодняшние часы на другие дни, распределяя нагрузку равномерно. Мобэй Цзюнь и Шан Цинхуа оказались здесь случайно. Альфа просто выглянул из окна в ненужный момент. Му Цин его увидел, потом они вышли, разговорились, и альфа потащил его за собой, чтобы его сосед не торчал целыми днями дома. Мобэй сразу же на полпути позвонил Цинхуа и попросил спасти его, но как только бета узнал о всей задумке, он с радостью присоединился к всеобщей вылазке. Цинхуа успел быстро одеться в повседневное, потому что он торчал с самого утра дома и старался дорисовать портреты людей, которые нужны ему для сессии. Парень захватил с собой фотоаппарат, и вот Хуа Чэн уже успел засветиться на десятке фотографий, пока бегал вокруг и показывал, как и все у них тут происходит. Минцзюэ слушал, как мальчик говорил ему о том, в каких конкурсах хочет принять участие и в чем заключается его план на победу. Альфа усмехнулся и потрепал ребенка по голове. – Ясно, заяц. Значит вся надежда на твоих родителей? – Еще там есть я, я тоже сильный. – Понятно, – кивнул мужчина. – Ты, твои родители, но это только трое человек. Ты говорил, что в команде вас должно быть шесть. Хуа Чэн кивнул. – Еще будет Сюэ Ян и Вэй Усянь с Цзян Чэном. Я говорил им это, правда… В тот момент они играли в машинки на телефоне, а списки подать окончательные все равно можно только сегодня, но… Я уверен, они меня слышали! Хуа Чэн сорвался с места и побежал в толпу, растворяясь у взрослых на глазах. Мобэй Цзюнь покопался в кармане и вытащил пачку сигарет. Шан Цинхуа тут же закричал и выхватил их. – Спятил?! Одни дети вокруг! – Вот именно… – проворчал альфа. – А ну, отдай сюда! У меня стресс! – Какой еще к черту стресс? Мы стоим здесь меньше минуты. – Этого хватает. – Не курите, – протянул Яо. – Мне нельзя дышать дымом. – Видишь? – поддакнул Цинхуа и покрутил пачку в руках, пряча ее себе в карман. – Тем более ничего не получишь. Мобэй Цзюнь раздосадовано простонал, и бета улыбнулся, вытягивая руку и поглаживая его по плечу. – Ну-ну, всего пара часиков. Ты справишься, вот увидишь. – А потом ты отдашь мне пачку? – Ну-уу, тебе бы правда бросить это дело. Альфа вздохнул и посмотрел на Цинхуа пронзительным взглядом: – Ты как-то говорил, что у меня рядом с забором, в самом заду, растут цветочки. – А? Ага, говорил, – кивнул парень. – Я хороню там людей, вот почва и плодородная. Хочешь быть следующим? – Хах, нашел, чем напугать. Думаешь, я серьезно в это поверю? Мобэй Цзюнь многообещающе промолчал. Цинхуа уставился на него, но их зрительный контакт с каждой секундой становился напряженнее, и бета не выдержал. Парень сглотнул и отступил на шаг назад, предпочитая спрятаться за Му Цином. Мужчина удивленно опустил глаза вниз, видя, как Цинхуа хватает его за руку. – В чем дело? – Цзюнь страшный человек временами. Мне нужны свидетели. Побудьте рядышком. Му Цин усмехнулся и оглянулся назад, чтобы увидеть как теперь мужчина прожигает его холодными голубыми глазами, распуская феромоны, которые плотным слоем ложились поверх Цинхуа, перебивая его слабый запах и заменяя чужим. – Ясно. А вы умеете развлекаться, – сказал Му Цин. – Так, где Хуа Чэн? – Сказал, что придет совсем скоро. – А это не он тащит Сюэ Яна? – Где? Все альфы и омега с бетой развернули головы в сторону и увидели, как Хуа Чэн действительно сокращает расстояние и тащит за собой старшеклассника. Фэн Синь усмехнулся, подталкивая мужа в плечо. – И ведь он позволяет ему это делать. – Конечно, позволяет, – рыкнул Му Цин. – В ином случае, я бы ему все руки сломал. – Опять ты за свое, будь добрее, и люди к тебе потянутся. – Тебя мне достаточно. – Вы вызываете у меня рвотные позывы, – промычал Минцзюэ. – Прошло пять минут. Хватит, или я начну целоваться с ним прямо у вас на глазах. Цинхуа вытащил язык изо рта и скривил мордочку. – Фу. Мобэй Цзюнь воспользовался тем, что бета от него отвернулся, и смог одним махом схватить его и притянуть к себе, подальше от Му Цина, за которого тот продолжал держаться. – А чего ты хотел? Эти двое хоть раньше и вели себя привычно, но нет-нет, и мне приходилось отворачиваться. Теперь я им это припомню. – Поняли, поняли, не ворчи, – отмахнулся Му Цин. – Но свобода слова у нас все равно есть. – Еще бы у тебя ее кто-то отнял. – Папа! Плохие и хорошие новости! – О-оо. – О-оо. – Уже? – удивился Цинхуа, высвобождаясь от Мобэя. – Что случилось? – спросил Фэн Синь. – Салют, – махнул рукой Сюэ Ян. Все взрослые кивнули ему головой, а Шан Цинхуа до кучи еще и поднял фотоаппарат, фотографируя лицо парня со вспышкой. Альфа тут же закрылся руками и принялся массировать веки, так как теперь видел одни только белые пятна. Он недовольно зашипел. – Цинхуа! – Прости! – воскликнул бета. – Черт, забыл ее отключить. Только что же не было. Куда я нажать успел? – Да ты же вертишь его в руках, как игрушку. С техникой нужно мягче, дай сюда, – сказал Мобэй Цзюнь, отнимая фотоаппарат и беря его себе в руки. Пока альфа налаживал в нем все механизмы, Хуа Чэн успел отдышаться и сказал: – Вэй Ина и Цзян Чэна не будет в команде. Они сказали, что еле-еле смогли уломать дядю Цзяня. Это было плохой новостью. Еще у них в команде появилась Мянь Лан и ее родители. Они договорились еще час назад, поэтому я уже ничего не могу сделать. – Вот как… – протянул Му Цин. – Это плохое? – уточнил Фэн Синь. Ребенок кивнул. – А хорошее? – спросил Минцзюэ. Тут уже на лице Хуа Чэна появилась хитрая улыбка, и ребенок ехидно посмеялся. – В моей команде будете вы. Альфочка выставил руку вперед и указал одной ладонью на Не Минцзюэ, а другой на Мобэй Цзюня, который вообще сейчас на это внимания не обращал. Цинхуа услышал, поэтому подтолкнул мужчину в бок. – Ай! Да что опять не так? Я же извинился за задний двор. – Хуа говорит, ты будешь соревноваться! – улыбнулся бета. – Правда, круто? Фотоаппарат из рук альфы моментально выскочил. Благо у Цинхуа были хорошие рефлексы и он смог нагнуться, чтобы подхватить его до момента, как он встретится с землей. Сюэ Ян посмеялся, прикрывая рот руками. Минцзюэ немного удивился, указывая пальцем себе на грудь, а потом еще раз уточнил: – То есть, ты предлагаешь организовать команду, где будут: Му Цин, Фэн Синь, Мобэй, Сюэ Ян, ты и я? Хуа Чэн радостно подпрыгнул на месте и активно закивал головой. – Именно! Взрослые переглянулись. Кажется, они все подумали об одном и том же. – Мы же все альфы, – сказал Му Цин. – Четыре здоровых альфы, – кивнул Фэн Синь. – И еще один альфа старшеклассник, который сильнее всех других учеников, – подытожил Цинхуа. Мобэй Цзюнь нервно усмехнулся и прищурил глаза, смотря на Хуа Чэна. – Ты в курсе, что поступаешь немного нечестно по отношению к другим? – Все честно, – сказал Сюэ Ян. – Таковы правила. В команде два ученика, и есть родители. Все остальное не имеет значения. Они сами вырыли себе могилу. – А какие есть призы? – уточнил Яо. Хуа Чэн задумался, припоминая, что там им говорили про награды, но Сюэ Ян успел ответить быстрее него: – Бесплатные походы в кино, кафе и еще разные мелочи. Самый главный приз дается за решение задач, который составляли учителя из старшей школы, и за полосу препятствий. Абонемент в спортзал с оплатой на два месяца вперед. – Минцзюэ, ты играешь, – сказал Яо. – Хочу в спортзал. – А я в киношку, – сказал Цинхуа. – А я бы от еды не отказался, – протянул Сюэ Ян. – А я… игрушку хочу, – сказал Хуа Чэн. Му Цин мягко посмеялся и похлопал сына по плечу. – Ладно. Куда надо идти, чтобы записаться? – Туда! Идемте, я провожу! Хуа Чэн тут же схватил отца за руку и потянул за собой. Следом за ними начали прокладывать себе путь и остальные.***
Команда из одних альф. Когда Вэй Усянь увидел то, что привел за собой на стартовую линию Сань Лан, он сглотнул и попятился назад. Его глаз нервно задергался, а изо рта сами по себе слетели слова: – Это нечестно! Вы же победите здесь всех! Сюэ Ян усмехнулся и наклонился к самому носу альфы, выдыхая тихим и грубым голосом: – А ты чего хотел, сопля буйная? – Я не сопля! – возмутился Вэй Ин. Фэн Синь закатил глаза на подобную выходку. Это было небольшое испытание. Всей команде было необходимо пройти через лабиринт. В принципе, это задача не была такой трудной, если бы не одно «но». Глаза людей должны быть завязаны, и они обязаны ориентироваться лишь по запаху. В этом и была проблема. В задании принимали участие дети, которые запахи хоть и различали, но так хорошо идти на нужный – не всегда получалось. Особенно, если учесть, что финишировать нужно было именно за тот участок, который был закреплен ленточкой цвета твоей команды. Вэй Усяню и Цзян Чэну досталась черная. У Хуа Чэна была красная. А у команды Се Ляня белая. Вместе с омегой принимали участие Хэ Сюань, Лань Ванцзи, Лань Сичэнь и еще два человека из класса старших ребят. Когда всем командам дали зеленый свет, Му Цин смог добраться до финиша за несколько секунд. За ним шел Фэн Синь, и он отыскал мужа так же быстро, уверенно снимая повязку с глаз и видя перед собой знакомое лицо. После этого последовал Мобэй Цзюнь. За ним двинулся Не Минцзюэ, пятым по счету шел Сюэ Ян, а вот самым последним остался Хуа Чэн. Это задание выбило из колеи многие команды, ведь в некоторых из них были беты, которые запаха в принципе не чувствовали. Для них делалось исключение и нужно было идти на голос. Се Лянь принял решение идти самым первым и после этого позвал своего дворецкого. Хэ Сюань смог дойти до финиша за рекордное время, и это позволило их команде вырваться вперед. А вот с остальными участниками ребята подкачали. Вэй Усянь же и вовсе перепутал направление и вместо того, чтобы уткнуться носом в Цзян Чэна или в дядю Цзяна по ошибке почуял запах Лань Ванцзи и забыл о том, что он не в его команде. Когда же Хуа Чэн нацепил на себя повязку и стал ориентироваться, ища нужный запах, Сюэ Ян засунул руки в карманы и тихо протянул: – А он с этим как? – Как я, что? – А-а-а-ааа! Какого черта?! Сюэ Ян отпрыгнул от финишной черты назад, видя, что Хуа Чэн уже стоит перед ним и их команде начисляют баллы за победу. Альфа удивленно посмотрел на старт, а потом сюда. Затем снова на старт, а потом снова на Хуа Чэна. – Как… Как он… Фэн Синь усмехнулся. – У него потрясающий нюх. Он уже сейчас способен идти по нему и чувствовать все, как мы. Он же сверхдоминантный альфа. Это нормально для его физиологии. – Охренеть… – присвистнул Сюэ Ян. – А что в переходный возраст будет? Там же нос адаптируется сильнее. Ему не трудно придется? – Решаем проблемы по мере их поступления, – сказал Му Цин и отдал свою повязку. – Смотрите-ка, нам дали двадцать пять очков. Мы на первом месте и получаем билеты в кино. Что у нас дальше?***
Таким образом, команда Хуа Чэна медленно и уверенно шла к победе. Они уступили интеллектуальный поединок команде Се Ляня, потому что каким-то чудом Хэ Сюань выдавал правильные ответы буквально через секунду, когда ему задавали вопрос. Хуа Чэн даже фыркнул и возмутился, что нельзя знать так много вещей. Хэ Сюань успел показать ему язык. Му Цин стал возмущаться на Мобэя, потому что альфа тоже знал ответы, он просто говорить так быстро не успевал. Хэ Сюань уверенно улыбнулся, когда альфы зарычали на него. Еще бы. Хэ Сюань был натренирован все делать быстро, этим он и смог услужить для молодого господина, который попросил его прийти с ним в школу. Се Лянь не мог привести сюда папу по понятным причинам. Им бы шагу ступить не дали, да и в школе не разглашалось, кем именно был родитель омеги. В большинстве конкурсов, куда Хуа Чэн не тянул за собой всех, победу смогла одержать команда Вэй Усяня и Цзян Чэна. Мальчики были довольны собой. Хуа Чэн с командой смогли выиграть в дартс, и когда стреляли по банкам на меткость. Они победили в блиц опросе и игре в ассоциации. Смогли дойти в настольной игре до финиша быстрее всех, прошли испытание на доверие и преодолели задание с вопросами друг о друге. Тут надо было сказать, что они едва не пролетели. В тот момент, когда Мобэй Цзюню велели ответить, кто именно родители Сюэ Яна, и где они сейчас, альфа с дуру ляпнул про то, что на работе. Му Цин треснул себя рукой по лицу, а альфа еще долго оправдывался, что у него совершенно вылетела из головы эта информация. Сюэ Ян посмеялся. Хуа Чэн посмотрел и увидел, что у них всего пять ошибок, когда у других их гораздо больше, и таким образом, они снова оказались у руля, добавляя себе в копилку еще несколько очков. Не Хуайсан стоял рядом с последним испытанием, видя, как в его сторону направляется его же собственный старший брат. Бета слышал о том, что сегодня какая-то команда слишком легко проходит все испытания и вообще имеет слишком хороший состав, а когда увидел это воочию, захотел сжечь собственный веер. Сяо Синчэнь и Сун Лань с А-Цин, которые стояли рядом и чертили линию для старта, просто не нашли, что сказать. Буквально нечего комментировать. Сяо Синчэнь заметил довольного Хуа Чэна и отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Что за ребенок? Притащил сюда всех взрослых и к тому же одних альф. Неудивительно, что они выигрывали конкурс за конкурсом. Несколько команд даже отказались принимать участие, потому что было понятно, что они уже не победят. Учителям стоит бы в следующем году поменять правила или внести в него дополнения, которые не позволяют проворачивать такое. Когда омега повернулся снова, то Сюэ Ян махнул ему рукой и кивнул головой в знак приветствия. Сяо Синчэнь сделал то же самое и улыбнулся ему. Как только к мужчине сбоку пристроился Сун Лань, Сюэ Ян сразу же отвернулся и предпочел начать разговаривать с Му Цином, чему альфа хоть удивился, но решил поддержать диалог. Сяо Синчэнь поджал губу и сделал небольшой шаг к их команде, когда рука Сун Ланя опустилась прямо ему на плечо, и мужчина вынужденно отвлекся на друга, слушая то, что он говорит ему: – Как только все соберутся, расскажи про правила. А-Цин поможет. Хуайсан засечет и скомандует, когда начать, а я буду контролировать забег. В конце А-Цин нажмет на счетчик, и мы узнаем, кто первый, если команды будут идти вровень. – Да, конечно. Это было последнее испытание. Физическое. Прохождение той самой полосы препятствий, которая выглядела следующим образом. Действие шло на стадионе. Требовалось преодолеть один круг, который разделялся на шесть секторов. По одному на каждого члена команды. Первый сектор заключался в челночном беге через шины, второй участок был для метателей дисков, третий для стрелков, четвертый для перетаскивания тяжелого груза, пятый забег с препятствиями и самый последний, шестой – обычный бег на сто метров. Посовещавшись немного, команда Хуа Чэна распределилась следующим образом. Первый идет Му Цин. За ним диски будет метать Мобэй Цзюнь, с выстрелами справиться Не Минцзюэ, с переносом тяжестей Фэн Синь, прыгать через барьеры и стены сможет Сюэ Ян, а вот закончить все обычным бегом – Хуа Чэн. Они решили, что это оптимальный и самый правильный вариант, поэтому пошли на свои позиции. Как только они оказались на местах, к ним начали подтягиваться оставшиеся люди из других команд. Се Лянь и его команда распределились по позициям. Начинает забег Лань Сичэнь. Метать диски станет сам Се Лянь, за ним стрелять будет альфа из их класса, после него тяжести на себя возьмет Хэ Сюань, следом будет другой альфа, а завершать цепочку бегом станет Лань Ванцзи. Хуа Чэн усмехнулся, когда увидел его рядом с собой на линии старта и передачи эстафеты. Вэй Усянь и Цзян Чэн тоже не отказались от возможности выиграть, поэтому не стали расформировывать команду и приняли участие в последнем конкурсе. Начинала забег мама Мянь Лан, следом метал диски ее отец, после этого стрелял Цзян Чэн, перенос груза на себя взял Цзян Фэн Мянь, бег с препятствиями остался на саму Мянь Лан, а вот последним стоял Вэй Усянь. Хуа Чэн увидел, как альфа идет к нему и Лань Ванцзи, чтобы встать на общую линию, и захотел засмеяться. – Кажется, выиграть будет просто, – улыбнулся Сань Лан. – Я не уступлю в этот раз, – фыркнул Вэй Ин. – Мы справимся быстрее, и я начну бежать так, что ты меня не догонишь. – Не получится. – Не говори за будущее, ты не знаешь, что произойдет, – спокойно сказал Лань Ванцзи. – Вдруг кто-то из твоей команды споткнется? – Ладно, – пожал плечами ребенок. – Посмотрим, что будет. Лань Ванцзи и Вэй Усянь ему кивнули и, переглянувшись друг с другом, стали ждать, когда подойдут еще несколько человек. В финальной эстафете на старте приготовились бежать десять претендентов. И как только Сяо Синчэнь дал команду и прогудел в клаксон, Хуа Чэн обернулся и стал кричать слова поддержки своему папе. Вокруг столпились и другие люди. Они во все глаза смотрели, кто же выиграет в главном конкурсе. Большинство глаз было приковано к главной команде, которая сегодня разрывала все шаблоны. Му Цин не зря решил начинать первым. При подготовке в академию, сколько они через эти дурацкие шины бегали, а потом еще и при сдаче нормативов на каждый год, чтобы поддерживать физические данные. Он бы и Минцзюэ сюда смог спокойно поставить, вот только тот, зараза, стрелял лучше, поэтому Му Цин и решил занять эту позицию сам. Мужчина начал быстро бежать вперед, слыша краем уха общий гул и рев толпы. Яо и Цинхуа тоже влились в эту атмосферу и кричали подбадривающие слова. Они как будто снова оказались в школе и поддерживали своих одноклассников. Бета сделал кучу снимков за сегодняшний день. Целого альбома не хватит. Му Цин сумел вырваться вперед, и его рука плавно коснулась руки Мобэй Цзюня. Мужчина повел плечами и поднял все диски с земли. Не особо сильно напрягая мышцы, он одним движением запястья стал отправлять их так далеко, что они улетали дальше положенной черты прямиком за забор. Можно было считать, что задание и нужную длину он смог выполнить, поэтому, сделав несколько шагов вперед, он быстро передал эстафету Не Минцзюэ, и тот, подняв муляж оружия, начал стрелять по мишеням. Как только десять баночек были сбиты и валялись на земле, альфа отложил свое оружие и подбежал к Фэн Синю. Тягать тяжести для мужчины не было редкостью. Фэн Синь обладал хорошими физическими данными, и хоть он отошел от следственного комитета несколько лет назад, все же его форма была неплохой. Лучше, чем просто нормальная, да и тяжести здесь были не из ряда вон тяжелыми. Все-таки учителя рассчитывали, что их могут поднимать и дети старших классов, как, например, парень из самой последней команды. Он начал выполнять свою эстафету, когда Фэн Синь ее как раз закончил. Альфа быстро подбежал к Сюэ Яну, и парень моментально сорвался с места, как только их руки дотронулись друг до друга. Сяо Синчэнь успел подойти к середине поля и встал рядом с Не Хуайсаном, который внимательно следил за всеми и обмахивался веером. Трибуны продолжали кричать, а взгляд омеги сосредоточился на молодом парне. Сюэ Ян должен был пробежать несколько метров, перепрыгивая барьеры, а потом вскарабкаться на большую стену, спуститься с нее и пробежать еще через несколько барьеров, в конце делая передачу для Хуа Чэна, который завершал весь забег. Сюэ Ян быстро смог справиться с препятствиями, а когда альфа добежал до стены… Фэн Синь наблюдал за ним, стоя ближе всех. Он сам думал, как лучше на нее забраться. Все-таки она была высокой, требовалось сделать, как минимум хороший прыжок, чтобы подтянуться. Почему на эту позицию соседняя команда поставила девчонку-омегу, мужчина вообще не понимал. Но суть в том, что, когда Сюэ Ян добежал до этой стены, дыхание смогли затаить все. Несколько девочек из старшей школы стояли в общей толпе, которую можно быть назвать трибунами. Альфа сделал первый большой шаг, затем второй, третий, а потом оттолкнулся от земли и смог еще одним толчком задеть стену ногой, и с помощью этого, не сбавляя темпа, подняться выше. Омеги ахнули. Сюэ Ян зацепился руками за высокий край и быстрым движением перекинул себя вперед. Сяо Синчэнь шумно выдохнул, видя, как за другой стеной барьера парень приземлился на носочки. Если бы это было по-другому, то от таких трюков можно и ноги сломать. Сюэ Ян же не остановился и, быстро выпрямившись, побежал дальше. Они на целую голову выходили в лидеры, поэтому, когда альфа добежал до Хуа Чэна, то, не торопясь и спокойно, хлопнул его по руке. Сань Лан посмотрел на Вэй Усяня, который обиженно фыркнул. – Ну, конечно… У вас же не команда, а черт знает что. Сюэ Ян посмеялся, пытаясь привести дыхание в порядок. – Завидуй молча. Давай, мелкий, беги. Твой дядя мечтает о спортзале, принеси ему купончик. В этот же момент Яо разозлился, что Хуа Чэн стоит и моментально закричал на него: – Хуа Чэн! Немедленно к финишу! Цинхуа под боком засмеялся, хватаясь за живот. Сань Лан тоже не смог сдержать улыбки и кивнул головой. Как только еще один участник спустился со стены, а это была на удивление Мянь Лан, альфа решил замедлиться. Вэй Усянь подпрыгнул на месте и выставил вперед руку, чтобы подбодрить ее. Девочка из последних сил сделала еще один шаг, а потом и Хуа Чэн, и Вэй Усянь одновременно стартовали с места. Сань Лан мог выиграть. Он знал это. Если бы он побежал первым, победа бы определенно была у него в кармане. Он просто захотел дать Вэй Усяню заслуженный шанс. Это было не поддавание, о котором говорил ему отец. Альфа бежал со всех ног, он не собирался так просто уступать. Ему лишь захотелось показать Вэй Ину, что в беге он не сможет его победить, как бы парень не старался. Сюэ Ян наблюдал за этим, стоя на черте шестого сектора, и спустя секунду с места рядом сорвался Лань Ванцзи, начиная приближаться к финишу. Старшеклассник усмехнулся. Хуа Чэн пришел первым. И надо было так покрасоваться перед всеми напоследок? Показушник. Как только Сань Лан обернулся назад и со счастливой улыбкой показал всем своим большие пальцы вверх, Яо и Цинхуа подпрыгнули и одновременно выдохнули: – Да! – Вот так!***
К вечеру все конкурсы подошли к концу, и взрослые смогли получить свою заслуженную награду. Они стояли у палатки, где им выдавали призы. Было несколько билетов в кино на выбор, и Шан Цинхуа думал около пяти минут, на какой фильм будет лучше всего пойти. Мобэй Цзюнь просил его поторопиться, потому что он не курил больше пяти часов. Альфа все твердил, что он вот-вот взорвется, поэтому бета сжалился над ним и взял наугад. Яо прыгал от радости, понимая, что теперь ему хотя бы на два месяца удасться подтянуть некоторые части своего тела, хотя Минцзюэ твердил ему, что с ним и так все шикарно, и лучше ему не надо. Му Цин и Фэн Синь решили взять себе поход в итальянский ресторан, Хуа Чэн взял для себя игрушку, а вот Сюэ Ян в последний момент перед тем, как взять свой билет в кафе, заметил, что рядом предлагают на выбор небольшие подвески. Парень подождал, пока толпа рядом с ним рассосется и указал Чжучжи Лану на небольшую круглую эмблему в форме инь-ян. – Могу я взять это? – О-оо? Ее? Хм-мм… Да, если ты обменяешь остатки призов. Просто она немного дороже, чем один конкурс, но у вас еще осталось два приза, поэтому можем поступить так. Пойдет? – Да. Сюэ Ян предпочел пропустить походы за пищей и теперь отошел от палатки, держа в руках серебряное украшение. К нему недоставало лишь цепочки, но альфа посмотрел по сторонам, и убеждаясь, что его никто не видит, улыбнулся. Он пошел вперед, украдкой высматривая, где может быть Сяо Синчэнь. Это было глупостью, но почему-то при взгляде на украшение так сильно захотелось ему ее подарить. Он купит потом цепочку, хорошую, чтобы она могла служить долго. У него просто сейчас нет лишних денег. Сюэ Ян двигался все дальше, обходя палатку за палаткой. Многие все еще продолжали торговать сладостями. Здесь даже добавилось несколько ларьков с обычными праздничными товарами. Люди с улицы захаживали на территорию школы и, видя, что здесь происходит какой-то праздник, не стесняясь помогали все распродать и с радостью брали все за двойную наценку. Дети были в восторге, день проходил на ура. Сюэ Ян отбился от общей толпы и, походив еще немного, решил было, что уже не сможет сегодня увидеть мужчину, как вдруг прямо за углом увидел Сяо Синчэня. Омега смеялся и разговаривал с Не Хуайсаном. Рядом с ними стоял Сун Лань. Сюэ Ян естественно решил остановиться на месте и подождать, пока омега останется совсем один. Но внезапно альфа увидел, как Сяо Синчэнь показывает рукой на лавку, где сегодня продавали только украшения. Этим занимались ученики старшей школы. В отличие от младшего и среднего звена, они могли предложить товары покруче. Сяо Синчэнь подошел ближе, и Не Хуайсан закивал головой. Один из учеников вышел из-за прилавка и вытащил на свет то, что так сильно привлекло внимание мужчины. Издалека было плохо видно, но, прищурившись, Сюэ Ян все-таки смог разглядеть. Это была золотая цепочка, она блестела в свете фонарей, которые горели над палаткой и рядом по всей территории. Сюэ Ян поджал губы, понимая, что вещь правда красивая, и она бы очень подошла омеге, если бы он надел ее. И, видимо, Сун Лань был такого же мнения, потому что сразу же, как только Сяо Синчэнь дотронулся до предмета рукой, бета выступил вперед и вытащил кошелек из внутреннего кармана своего пиджака. Не Хуайсан начал хлопать Сяо Синчэня по плечу, а мужчина замахал руками, но Сун Лань уже вытащил деньги и… Сюэ Ян больше не захотел на это смотреть. Это было так обидно признавать, но… Это ведь было правдой. У него совсем ничего нет. Он бедный. И как из этой бедности ему выкарабкаться – он понятия не имеет. А Сяо Синчэнь достоин таких подарков. Даже если не дорогих, но будь у Сюэ Яна лишние сбережения, он бы определенно решился ему что-нибудь подарить. Потому что, разве это плохо? Видеть радость в глазах напротив. Понимать, что именно ты заставил кого-то улыбаться. Дать тому, кто тебе нравится то, что он захотел. Сюэ Ян сцепил зубы и опустил глаза вниз. Да уж. Эта подвеска и рядом не стояла с тем, что только что купил Сяо Синчэню Сун Лань. Тут Сюэ Ян проиграл. И неприятно осознавать, но он и дальше проиграет. Потому что ему нечего ему предложить. Людей не выбирают за то, что они просто есть. Материальный достаток нужен. Сюэ Ян и сам не хочет висеть ни у кого на шее. Это не в его характере. Альфа делает шумный вздох и засовывает руки в карманы, отходя от того угла, за которым он стоял все это время. Сяо Синчэнь позади него отмахивается от такой подачки и уверяет бету в том, что если он ему это сейчас купит – он не будет с ним больше разговаривать. Сун Лань пытается свести все к шутке, но омега уже злится по-настоящему. Ему не нужен такой дорогой подарок. Он просто показал, что украшение смотрится красиво. И все. Это не значит, что ему сразу нужно покупать его. Не Хуайсан разряжает обстановку и спасает ситуацию. Он начинает говорить о том, что уже на следующей неделе будет май и предпоследний месяц перед небольшой порцией отдыха для учителей. Сун Лань продолжает с ним эту тему, Сяо Синчэнь тоже иногда вставляет свои реплики, а глазами косится в толпу, пытаясь разглядеть знакомую макушку. Он очень хотел поздравить Чэнмэя с победой. Они столько всего сегодня выиграли. Наверняка альфа просто в прекрасном расположении духа. Сяо Синчэнь хочет его поддержать. Сюэ Ян не сбавляет шага и быстро выходит с территории школы. Он закусывает губу, а его мысли кишат только осуждением самого себя и тем неприятным осознанием, что… Она была права. Она сказала ему правду. – Это выгодное предложение. – Пошла ты. Это все? – Постой, не отказывайся. Неужели деньги тебя не интересуют? А если ты захочешь что-то купить своей паре? Захочешь, ведь! И откуда ты возьмешь средства? Соглашайся, я прошу не так много. – Ты тупая? Я сказал иди *****. И засунь себе свои бумажки, знаешь куда? – Стой! Не бросай трубку! Подумай! Сюэ Ян! Я тебе позво- Сюэ Ян подходит к небольшой лавочке, которая стоит вдоль дороги и садится на нее. Его рука тянется в карман джинс, и он достает телефон. На нем пусто. Никаких новых звонков и уведомлений. Парень сидит в тишине какое-то время, тщательно обдумывая и взвешивая себя на все «за» и «против», а потом выпускает смешок и поднимает голову кверху. – Пошло оно все… Он резко заходит в книгу контактов и листает телефонную книгу в самый низ. Это просто цифры, но Сюэ Ян запомнил их наизусть, поэтому ему не надо знать, что он снимает блокировку с нужного ему номера. Альфа нажимает на значок трубки и прикладывает сотовый динамиком к уху. Спустя секунду у него гаснет экран, а немного погодя парень слышит тихие гудки. Через три трубку снимают. Сюэ Ян не дает ей ничего сказать и сразу же выдыхает: – Я согласен. – О-оо? Да неужели? – Да, – твердо говорит альфа. – Но у меня есть условие. Если выполнишь, я сделаю то, что нужно тебе. – Хах, – женщина смеется. – Ты не в том положении, чтобы указывать. Что случилось, что ты решил вытащить меня из черного списка? Неуж- – Ты сделаешь то, что мне нужно. У тебя выбора нет. – Скажи это моему адвокату, мальч- – Нет, – хрипит альфа. – У тебя нет выбора. Ты даже ради этого меня смогла найти. Будь у тебя другой выход, ты бы воспользовалась именно им. Я прав, и ты это знаешь. Сделаешь, что я прошу, и все будет в лучшем виде. В трубке повисла напряженная тишина, а потом женщина цокнула языком и сказала: – Окей, и что ты хочешь? Сюэ Ян, не мешкая, быстро выдохнул ей свою просьбу, и когда омега на том конце трубке смогла правильно все расслышать, она фыркнула и засмеялась. Ее голос был пропитан издевательством, но парень просто решил забить на это. – И это все? Я уж думала, хаха-ха-ха... А ты проще, чем кажешься. – Долго трещать будешь? – Я закончила, не нервничай, – усмехнулась женщина. – Это можно устроить. Если это все, то документы будут готовы через неделю. После дня рождения набери меня, я скажу, куда надо подъехать. Ты вовремя позвонил, мальчик. Сюэ Ян нервно дергает коленкой на ноге и выдыхает все то же самое: – Пошла ты.
