Severus' Dreams

      Белый взрыв отбросил Северуса назад с достаточной силой, чтобы сбить с ног. Только долгий опыт дуэлей позволил ему удержать в руках палочку, в которую он вцепился мёртвой хваткой.       Со смесью облегчения и сожаления он почувствовал, как его голова ударилась о грубый камень. Облегчение, потому что его роль во всей этой грязной неразберихе наконец-то закончилась. Сожаление, потому что ещё не все его задачи были завершены.       Он надеялся, что Пожиратели Смерти никогда не узнают, что это Поппи убила его. Школа нуждалась в ней больше, чем когда-либо.       Следующим, что он осознал, было то, что он лежал на спине в кровати.       Что-то тёплое, влажное и мягкое легло ему на глаза. В одной руке он все ещё сжимал палочку. Кто-то крепко держал его за другую руку.       Ткань, закрывавшая его глаза, пахла целебным зельем — тем, что использовалось при химических ожогах. Произошёл несчастный случай? Или ему просто не повезло быть найденным Кэрроу до того, как зелье Поппи смогло его прикончить?       Может быть, это Нарцисса держала его за руку? В конце концов, после всего случившегося, она перед ним в долгу.       — Что?.. — начал он, но остановился, потому что голос, исходивший из его горла, ему не принадлежал. Это был высокий, чистый, детский голос.       — Ш-ш-ш, — тихо произнес девичий голос, — не разговаривай. У тебя зелье на лице. — Должно быть, это она держала его за руку.       — Л-Лили? — ахнул Северус, его горло горело. Очевидно, он успел наглотаться того, что взорвалось ему в лицо.       — Да. Это я. Я же сказала тебе, не разговаривай, — твёрдо ответила она.       Северус почувствовал, что начинает дрожать. Значит, он мертв? И встретился с Лили?       Нет, это был всего лишь сон. Он должен был это помнить. Несмотря ни на что, он должен был помнить, что все это было вызванной зельем галлюцинацией, скорее всего, порождённой его собственным подсознанием. Его собственный разум переносил его в то время, когда он еще не совершил своих ужасных ошибок.       С другой стороны от него раздался голос другой девушки:       — Я пойду позову мадам Помфри.       Северус глубоко вздохнул. Его горло саднило так, будто одним несчастным случаем с зельем дело не обошлось.       — Жаль, что это случилось в последний день семестра, — продолжала Лили, крепче сжимая его руку, — но папа приедет за нами сегодня утром. Ты проспал весь вчерашний день.       В этом не было никакого смысла. Что она имела в виду?       Северус твердо напомнил себе, что всё это сон, так что странностям удивляться не стоит.       — Хорошо, мистер Поттер, — успокаивающе произнёс голос Поппи, — как вы себя чувствуете?       Северус не мог убежать от проклятых Поттеров даже во сне. Он раздражённо вздохнул, слушая женщину, молча ожидая, с которым из Поттеров ему придётся столкнуться — с Гарри или с Джеймсом.       Ей никто не ответил.       Лили встряхнула его:       — Ты снова заснул? — ласково спросила она. — Мадам Помфри хочет знать, как ты себя чувствуешь.       — Я... я... — заикаясь, пробормотал Северус, сбитый с толку. — Со мной всё в порядке? — его голос звучал слишком молодо и испуганно. Он не хотел, чтобы это прозвучало так, будто он задаёт вопрос.       — У вас всё ещё болят глаза? — спросила его Поппи.       Северус осторожно покачал головой.       — Хорошо, похоже, что эту припарку можно снять. — мягко сказала Поппи. Он почувствовал, как она собрала ткань на его глазах:       — Медленно откройте глаза. Я погасила свет.       Он медленно открыл глаза, давая им привыкнуть к тусклому свету. Он лежал на одной из кроватей больничного крыла, окружённый занавесками. Он посмотрел на Лили и чуть не зарыдал от разочарования. Девушка, сидевшая рядом с ним на кровати и державшая его за руку, не была Лили Эванс.       Со своей стороны, она улыбнулась с облегчением, её карие глаза заплясали:       — Я так волновалась! — радостно сказала она, еще сильнее сжимая его руку. Ее голос был точь в точь голосом Лили. Впрочем, остальная её часть... У неё были карие глаза и тёмно-каштановые волосы, совсем не похожие на медные, как у Лили. Он отдёрнул руку.       — Лили? — прошептал он, чувствуя себя разбитым. Даже во сне он не мог исполнить желание своего сердца.       — Да, Тим? — с надеждой спросила девушка.       Северус покачал головой, заметив, что девушка была одета в мантию Хаффлпаффа. Другая девушка, с тёмно-каштановыми волосами, ясными голубыми глазами и в одеянии Рейвенкло, устроилась в кресле рядом с кроватью.       Они обе смотрели на него в ожидании. Он не испытывал такого смущения из-за детей с тех пор, как сам был одним из них. Он посмотрел на свои руки.       Это были не его руки. Одна рука все еще сжимала его палочку, но пальцы на рукоятке были меньше, чем должны были быть. Пальцы все ещё были длинными, но уже не такими бледными, как его собственные руки. И они не были покрыты пятнами и мозолями. Это были руки мальчика, а не мужчины.       Поппи вышла из-за занавески. Северус был потрясен тем, какой старой она выглядела. Она постарела на двадцать, может быть, на тридцать лет с тех пор, как он видел ее в последний раз, пять минут назад. Она протянула ему бутылочку с зельем:       — Для вашего горла, — быстро сказала она, затем повернулась к девушке из Рейвенкло. — Идите, мисс Бартон. Поезд скоро отправится. Я уверена, что с вашими кузенами все будет в порядке, пока не приедет их отец.       — Да, мадам Помфри. — сказала девушка. Она наклонилась к Северусу и обняла его. Он отпрянул назад, положив руку, не держащую палочку, между ними. Она, казалось, не обратила на это особого внимания, быстро обняла его за плечи, а затем обняла девушку из Хаффлпаффа:       — Родители сказали, что мы придём к вам домой в канун Рождества.       — Тогда увидимся, — ответила Лили и девочка выскочила за дверь.       — Хорошо, мистер Поттер, — сказала мадам Помфри, — если хотите, можете встать и одеться.       Северус озадаченно уставился на женщину. Она смотрела прямо на него.       — Вы имеете в виду меня? — он колебался. Казалось, она ждёт ответа.       Мадам Помфри нахмурилась:       — Конечно, я имею в виду вас, дорогой. — Она вытащила свою палочку, взмахнула ею, и немного обеспокоенно ахнула. Когда она заговорила в следующий раз, это было очень мягко:       — Вы можете сказать мне своё имя?       Северус быстро соображал. Это был всего лишь сон. Конечно, так оно и было. Однако какой-то глубокий инстинкт подсказывал ему держать свою личность в секрете. Неизвестно, как долго он будет заперт в этом сне.       Он ограничился тем, что покачал головой.       — Я... я не уверен, — неопределенно ответил он.       Мадам Помфри и фальшивая Лили переглянулись:       — Вы знаете, где находитесь? — спросила мадам Помфри, её голос стал более озабоченным.       — Хогвартс? — рискнул Северус.       Мадам Помфри кивнула, затем спросила:       — Что последнее вы помните?       — Что-то взорвалось? — спросил Северус.       Поппи серьёзно кивнула:       — А до этого?       — Думаю, я выпил одно из ваших снадобий. — сказал Северус. Если это был какой-то её заговор, он хотел, чтобы она знала, что он это помнит.       — Нет, это было после того, как профессор Булстроуд привел тебя сюда, — сказала Девушка-Которая-Не-Была-Лили.       — Лили? — позвал мальчишеский голос, звучащий старше. Северус крепче сжал палочку. Голос мальчика звучал очень похоже на голос младшего Поттера, но немного иначе. — Как Тим?       Девушка из Хаффлпаффа с беспокойством посмотрела на Северуса:       — Он проснулся... но...       Из-за занавески высунул голову мальчик с зелёными глазами. Когда он вышел из-за занавеса, Северус увидел, что на нём также была мантия Рейвенкло и значок старосты. Он также выглядел как близкий родственник девушки, несмотря на то, что у него были волосы цвета воронова крыла и зелёные глаза. Он широко улыбнулся Северусу и сказал:       — Папа разговаривает с директрисой и профессором Булстроудом.       Мальчик говорил так, будто Северус знал, о ком идёт речь, поэтому Северус просто кивнул.       — Мне лучше пойти и поговорить с твоим отцом, — обеспокоенно сказала мадам Помфри. — Присмотрите за ним несколько минут, — сказала она мальчику.       Мальчик посмотрел на Не-Лили:       — В чем дело? — спросил он, устраиваясь рядом с ней на кровати, чтобы посмотреть на Северуса.       — У него проблемы с памятью. — сказала девочка, прикусив губу, как это делала настоящая Лили. — Ты ведь меня помнишь, Тим? — с тревогой спросила она.       Северус медленно кивнул, чувствуя, что он должен ей подыграть. Она была настолько похожа на его Лили, что ему не хотелось ранить ее чувства.       Даже если это был сон.       — А как же я? — спросил мальчик, сдвинув брови. Он выглядел так, как будто он был курсе на шестом, судя по внешности, его зелёным глазам, он мог бы быть братом Поттера.       Северус не мог даже предположить, поэтому просто покачал головой.       В этих зелёных глазах расцвела тревога:       — Мадам Помфри не сказала, не зелье ли испортило ему память? — спросил он девушку.       Девушка все ещё сверлила Северуса взглядом.       — Нет, не сказала, — произнесла она расстроенно.       — Наверняка так и есть, — ободряюще сказал мальчик. — Помнишь, как Джеймс тогда упал с метлы? Неделю он был без сознания, а потом день или два пребывал в полном замешательстве. — Он повернулся к Северусу. — К Рождеству ты будешь в полном порядке, вот увидишь.       — Я...Мне лучше одеться, — пробормотал Северус, внезапно осознав, что сидит здесь в пижаме, а эти двое детей ведут себя так фамильярно. Девочка была в лучшем случае не старше четвертого года.       — Нужна помощь? — заботливо спросил мальчик.       — Нет, — отрезал Северус. — Спасибо, — добавил он более вежливо.       И мальчик, и девочка, казалось, восприняли его краткость спокойно, снисходительно глядя друг на друга. Во всяком случае, его ответ почему-то показался им обнадеживающим.       — Видишь, Лили, — прошептал мальчик, когда они обошли занавес, — у него просто немного помутились мозги. С ним всё будет в порядке.       Северус осторожно выскользнул из кровати. Это был шок. Он был невысокого роста. Мантии, сложенные на стуле, были студенческими, с гербом Слизерина. Он чувствовал, что такая маленькая одежда, возможно, подойдет ему, но, посмотрев на себя, он понял, что его тело, так же как и руки, было телом маленького мальчика. Вместо чёрных волос, обрамляющих лицо, жёлтые волосы свисали ему на глаза.       Он сбросил пижаму и натянул брюки и пуловер, не желая больше задерживаться на этом аспекте своего сна. Он натянул мантию, а затем поднял свою палочку с кровати, где он её положил. Он внимательно осмотрел её. Палочка действительно принадлежала ему. Та самая палочка, которая выбрала его у Олливандера много лет назад.       Собравшись с духом, он повернулся и посмотрел в маленькое зеркало, стоявшее на прикроватном столике. Голубые глаза уставились на него, изображая удивление. Светлые волосы мягкими волнами обрамляли его лицо. Розовые, круглые щёки и мягкий, почти херувимский рот. Это был значительно более привлекательный ребенок, чем был он когда-либо в детстве. Из-за таких детей женщины охали и ахали.       Первый курс, судя по небольшому росту и мягким щекам. Северус не собирался заходить дальше этого, чтобы выяснить, в какое тело его толкнул этот сон.       — Тим? — позвал чей-то голос. На этот раз взрослый, мужчина — Можно мне войти?       — Э-э... Да! — крикнул в ответ Северус, проклиная то, как дрогнул его детский голос.       Человек, раздвинувший занавес, не должен был его удивить. Тем не менее, Северус сделал шаг назад.       У него было гораздо больше морщин на лице и он был выше, чем когда Северус видел его в последний раз (хотя, возможно, это была уловка их относительных размеров). В очках и с растрёпанными волосами, его ни с кем нельзя было спутать. Взгляд Северуса упал на шрам, выглядывающий из под разеваемой ветром чёрной бахромы.       Северус чуть не вскрикнул, остановившись в последний момент.       Значит, это была игра Поппи. Более изощрённая пытка, чем Северус мог бы от неё ожидать. Этот сон превратится в кошмар прежде, чем зелье убьёт его. Поппи очень хорошо знала, как прошло детство Северуса. Так что он был обречён играть в эту игру с Поттером, играющим роль Тобиаса Снейпа.       — Мистер Поттер, — сказал Северус чопорно, стараясь сохранить достоинство.       Лицо Поттера окаменело. Он очень медленно подошел к кровати и сел на неё. Он сложил руки на коленях, как бы удерживаясь от того, чтобы схватить Северуса.       — Ох, Тим, любимый, - мягко сказал он, - мы снова к этому вернулись?