Взросление

Стоять в одиночестве на тускло освещённой лестничной клетке, было далеко не самым приятным времяпрепровождением будним вечером. И от этого ритуала хотелось бы отказаться, приводя в аргументы абсолютно любые, даже самые глупые причины. Но он уже здесь. Стоит и мнётся, потеряв счет времени в своей нерешительности. «А может лучше уйти?» «Может все решится само собой?» «Может я сделаю только хуже?». От стольких сомнительных мыслей было уже никуда не деться. Руки нервно хрустели уже болевшими косточками, сердце, скитавшееся по всей грудной клетке все никак не находило своё место, а разум все больше заполняла паника и приближающийся срыв, который точно гарантирует провал всех намерений и заставит убежать, поджав хвост. Собрав последние силы в кулак, парень за секунду поднимает ладонь и несколько раз, звонко ударяет по железной двери. А звук удара по стали, эхом разносится по всему лестничному проему и в голове, прежде полной сомнений. Секунда, две, три. «Зачем я это сделал?» «Теперь как придурок полный» «Надо было уйти». Дыхание будто пропадает, а учащенный пульс вибрацией отдаётся в ушах. Неужели его нет дома? Но ведь Эрен точно видел его машину перед подъездом. И сколько ему еще здесь стоять? А может он вообще не вовремя. Но не успел Йегер сделать и шага на пути к отступлению, как по ту сторону двери раздались звуки открывающегося замка. И через секунду сквозь образовавшийся дверной проем парень поймал на себе непонимающий взгляд хозяина квартиры. Казалось, что тишина повисла во всем доме, пока Эрен все пытался вспомнить на каком языке может заговорить. Но получилось сотрясти воздух чем-то содержательным лишь когда Аккерман, явно не оценив взаимного обмена немыми фразами, изогнул бровь, подталкивая уже озвучить хотя бы цель своего визита. — А я…мне… Мне нужно с тобой поговорить. — наконец-то вернувшись на землю, говорить парень, стоя напротив приоткрытой двери. Окинув подростка оценивающим взглядом с головы до ног, Леви тихо вздохнул, открывая дверь шире. — Хорошо, заходи раз нужно. Сам брюнет после сказанных слов отошёл от двери, удаляясь куда-то в глубь квартиры, явно не видя необходимости контролировать каждое действие Эрена. Леви уходит по направлению к кухне, в то время как Йегер довольно суетливо заходит, разуваясь, снимая лёгкую джинсовку и заворачивая в ванную, по уже устоявшимся правилам, прежде чем нагнать Аккермана на кухне. Стараясь вести себя максимально непринуждённо, будто все идет как и должно, парень проходит к дальнему от двери месту за столом, кинув короткий взгляд на повернутого спиной брюнета, который что-то готовил на плите. — Говори о чем хотел, я мысли читать не умею. — в своей привычной манере первый подает голос Леви, когда между ними снова повисает напрягающая тишина. Несмотря на резкость этих слов, было понятно, что сказаны они были далеко не в обиду и не чтобы как-то нагрубить. Поэтому, вдохнув в лёгкие побольше воздуха и опустив глаза куда-то на уровень своих рук, Эрен начинает говорить. — Это насчёт того, что было тогда. Что сейчас между нами и… почему ты так просто пропал?.. — Эрен говорил тихо, но достаточно для того, чтобы его прекрасно слышали и закончив, смиренно ждал ответа, изучая все, что было в пределах его видимости, желая зацепиться за что-нибудь взглядом. Аккерман безусловно знал, что разговор пойдет именно об этом, тем не менее все равно молчал, будто и не услышал, хотя сам пытался ответить на те же вопросы хотя бы самому себе. — Врать не буду… Я пропал потому что сам не знал как на это реагировать и как дальше жить. Да, я понимаю, что это была ошибка и что я просто вовремя не смог взять себя в руки. И я могу разве что извиниться перед тобой за это. — Леви тихо вздохнул, повернувшись в сторону стола за которым сидел Эрен и скрестив руки на груди. — Что? Стой, подожди. То, что было это не ошибка. Я все прекрасно понимал. Я знал к чему все идет. И. и ведь я сказал тебе о своих чувствах. Я же признался, что люблю тебя. Тебе не надо за это извиняться. — Да дело не в этом, Эрен. Это просто неправильно. То что произошло, то, что сейчас происходит. Мы слишком разные, ты еще слишком молодой. У тебя еще вся жизнь впереди. И со временем все, что для тебя сейчас кажется таким важным, уйдёт на второй план. Ты забудешь это и будешь жить дальше, а мне такие приключения не нужны. — Нет, этого не будет. Я сколько себя помню всегда обращал внимание только на тебя, сначала восхищался, подражал, потом хотел быть рядом. Меня никто никогда не интересовал и я даже не думал переключаться на кого-то другого. Даже когда тебя не было, даже когда я не знал вернёшься ли ты вообще. Это не пройдет просто так, я это знаю. И я готов тебе это доказать. Просто дай мне шанс. — Это все не так просто… Я не хочу снова тонуть во всем этом. Не потому что я тебе не верю, а потому что я знаю жестокую реальность. — Никто не может знать, что будет. Проблемы решать нужно по мере их поступления. Тебе больше не придется никуда уезжать, избегать меня и не понимать, что происходит. Я правда люблю тебя и если это взаимно мы все сможем решить без жестокой реальности… — Эрен упирается руками в стол, смотря на Аккермана, который прежде даже не дергаясь поддерживал непрерывный зрительный контакт, но на этих словах с чего-то отвел взгляд. — Ты же… любишь меня?.. Леви молчит. Молчит, все так же тупя взгляд куда-то в сторону и кажется даже не собираясь отвечать. И Эрен понимает… Он ведь ни разу не ответил на его признания. Он ни разу не сказал о взаимности его чувств… Неужели. Эрен терпеливо ждет, он ждёт хоть какого-то ответа, пытаясь заглянуть в глаза Аккермана или хотя бы понять о чем он думает. Тишина. Как бы то ни было, молчание иногда тоже может быть лучше любых слов. — Хорошо… Поняв, что видимо здесь ему сказали все, Эрен поднимается со своего места и не особо охотно, но довольно стремительно направляется к выходу из комнаты. — Подожди. Да. черт, да, я люблю тебя. Но… я просто хочу быть уверен, что ты не заставишь меня об этом пожалеть. — все же, вдогонку подает голос Аккерман, не переводя взгляд и стараясь сохранять свой безупречный каменный вид, хотя волнение и тяжесть в голосе выдавали его с потрохами. — Я обещаю, что все будет хорошо. — Я верю тебе…но мне нужно время, чтобы в полной мере с этим сжиться.