Имя твоё

Тебе воспоют хвалу во всех уголках Империи, тебя будут славить так долго, что осипнут связки, исчезнут человечьи голоса — станут они клёкотом хищным, ястребиным. Ты — великий птичий князь. Образ твой — всё равно что облик старого божества, и ты берёшь его, примеряешь на себя, словно девица чужой наряд, без всякого стеснения. Ты знаешь — нет никаких богов, только ты и Госпожа твоя. Ты правишь во имя всеобщего блага жестоко, но мудро — железная ширококрылая птица. Ты всевидящий, всеслышащий и всемогущий. Тебе подвластно всё, под твоим руководством мир меняется ежечасно. Ты, великий, возвеличил свой народ. Ты оставляешь след в истории — ежедневное твоё занятие, давно приевшееся, но необходимое, и ты, величайший, с честью его выполняешь. Ты — Магус. Ты жесток иной раз без особо смысла — так, из прихоти. Ты готов открыть охоту на своих же людей, если вдруг они не сумеют выжечь внутри себя всё. Ты требуешь участия, искренней беззаветной веры — и караешь за малейшее несоответствие. Ты правишь, всесильный, железной рукой, и даже не пытаешься прикрыть её тканями. К чему тебе, о великий, бархатные перчатки? Ты — Магус, ястребиный князь. Фигура великая, фигура вечная, фигура историческая и… …материнская? О, определённо! Ты — женщина. У тебя под чёрными перьями тело с узкими плечами и округлыми бёдрами, и ты сама не помнишь, как оно выглядит. Ты уже давно не зовёшь себя девушкой — с того самого дня, как ты сожгла прежний порядок и провозгласила новый мир. Ты объявила: да будет Империя! И строила её на костях своего отца, своего супруга, тех, кого знала в детстве и стылой юности — чтобы никто и никогда не вспомнил твоего голоса. Не рассказал, что у великого князя под маской — выцветшее женское лицо с большими глазами и бескровными, некрасивыми губами, которые никому не нравилось целовать. Ты провозгласила: старые порядки должны быть уничтожены. И тогда над твоим островом, над сердцем твоей Империи поднялось чёрное облако — твой птичий народ покорно жёг всё тебе неугодное. Ты же наблюдала за этим тщательно; и ты выдирала вместе с вещами из сердец историю. Ты — о, великая, премудрая, хитрейшая!.. — собиралась написать новую. Ты — Магус. Тебя никогда не пугали утраты. Твой жестокий и острый ум не позволял тебе любить сказки, которыми с детства кормили. Ты — Магус. Ты пишешь стихи и заставляешь учить их; всех и каждого. Ты — разумная, рациональная, всезнающая — требуешь участия. Ты создаёшь своими руками Камелию, верное твоё оружие в борьбе с прошлым. Ты им вытравишь заразу. Ты разжигаешь огонь. Им будет очищен весь мир. Ты — вечная железная птица, великий ястребиный князь, ты — Магус. Ты зовёшь себя только так и не смеешь взглянуть без маски в зеркало, ты нарочно портишь себе голос и боишься ужасно, что кто-то тебя раскроет. Для тебя, о великий, всемогущий, всезнающий, всевидящий и всеслышащий Магус, нет страшнее кошмара, чем собственное имя в чужих устах. Зовут тебя по-глупому — Мия.

М-и-я.

Ты девочка из рыбацкой деревни, ты тоненькие рыбьи косточки под металлом, застрявшее в глотке отчаяние, сцеженное не для сына молоко, запах трав на нелепо-бледной коже. Ты наивна, ты глупа. Ты — лишь была и не будешь более. Тебе на голову корона нацеплена Той, Кто тебя не считает за живую. Ей же навсегда отдано твоё сердце, маленькое хрупкое сердечко, совсем не в железе, конечно, ведь на подобное малодушной рыбачке никогда не хватило бы смелости — и если вдруг Она захочет, то остановит его мановением руки, и Ей никогда тебя — о, глупейшая! — жаль не будет. Зачем тебя, девочка, жалеть? Ты — ничтожная. Ты — забытая. Ты — обманутая и преданная. Ты — Магус.