Ты не представляешь какого это..

— блять, — прозвучало из уст всех сидящих в машине. Оливия открыла дверь, вышла и со всех ног кинулась бежать прочь от тюрьмы, где держали её брата, до того, как его забрала, сука, Моника. В отличии от Йена, зеленоглазая никогда не скучала по матери, хотя, стоит признаться, любила её немного больше, чем отца. — сядь в машину, Лив, — мягко сказала Фиона приобнимая сестру за плечи, та сделала, что просили. Бесцельно уставившись в окно, она спросила, у кого точно - никто не понял: — как думаешь ему будет хорошо с ней? — навряд-ли, — отозвался Лип, — но он вернётся. Рано или поздно. С Моникой или без. Он вернётся. — уж надеюсь, — тихо буркнул Микки, думая, что его слышит только Лиам, сидящий у него на коленях. — хорошо, — сказала Оливия и посмотрела в зеркало, где отражались все, кто сидел сзади и улыбнулась. *** — ну что, теперь вы понимаете какого это? — со смехом спросила Саманта стоя на крыльце. Фиона еле сдерживалась, чтобы не заехать по этой морде, а Микки и Дебби уже планировали месть, Лип наверняка делал тоже самое, но где-то в другом месте и правильно. *** Месть - это блюдо, которое подают холодным. Сэм зашла в дом, кажется, Оливия не помнила как оказалась на балконе и скуривала, хер знает какую по счёту сигарету, она глянула вниз. Поправочка: хер знает какую пачку. Может третью? Выбросив окурок в свободный полёт, Лив зашла обратно в дом, а на полу валялась в отключке чёртова Саманта. Не думая ни секунды, рыжеволосая схватила полотенце и через него, закрыла все пути для поступления воздуха в организм Сэми, та быстро очнулась и начала брыкаться, правда слабо, видимо приняла что-то, но Оли было плевать, она наблюдала лучшее зрелище в своей жизни - взгляд Саманты стал стеклянным. Она умерла. Это наслаждение было всего на пару секунд и Лив, быстро схватив куртку, покинула дом. Она включила телефон и остановилась. После ореста Йена прошёл день или два. Где носило рыжеволосую? Тут пришло осознание того, что слова Саманты звучали не сегодня, а два дня назад, но отдавались в голове так ясно, будто это было пару часов назад. Галлагер развернулась и зашагала обратно в сторону дома. На горизонте виднелись Микки и Дебби около ящика уже мёртвой Саманты, и Фрэнк с какой-то бабой. — да я ебу, что-ли? — отмахнулся Микки и все разошлись. Деб зашла в дом, Фрэнк со своей спутницей ушёл куда-то, а Микки, видимо, пошёл домой. — хей, — позвала его Лив сорванным голосом. — ты как, Оли? — спросил Милкович, закуривая сигарету. — никак, — тихо сказала она и из кармана достала телефон, покрутив его в руках, положила обратно, — можно я у тебя останусь? — хули нет? — он протянул ей сигарету, — как он? — что? — Лив сделала затяжку. — как Йен? — его забрала Моника, мне почём знать? Микки остановился немного позади рыжей, ей пришлось развернуться и он спросил: — ты вчера ездила к нему, разве нет? — я не помню, — она выкинула окурок и съёжилась, засовывая руки глубоко в карманы поношеной куртки. — в каком смысле? — они возобновили движение. — последнее, что помню, как стояла сегодня на балконе. Провал в памяти. Кстати, Сэм, она... — мертва, — закончил за неё Микки и добавил: — мы закинули её в ящик. Как думаешь, его скоро отвезут? — в душе не ебу, — Оливия поднялась по ступенькам и зашла в дом. — ложись в спальне Мэнди, — кинул Микки и скрылся за дверью в свою комнату. Галлагер зашла куда ей велели и упала на кровать. Просто упала. Она много курила, но сигареты кончились и Лив наконец пришлось встать, чтобы найти покурить или выпить. Было удивительно то, что она не нашла ничего, даже пива, может не знала где искать, но выбора не было и она зашла в комнату Милковича, который притворялся, что спит. На кровати покоилась пачка сигарет и зажигалка. — не спиться? — Галлагер затянулась и легла рядом с брюнетом. — ага, — он открыл глаза и посмотрел на рыжеволосую с некой грустью. — мне уйти? — Лив села на кровати, парень проделал тоже самое и протянул руку за сигаретой. — нет, — Микки сделал затяжку и посмотрел в изумрудные глаза девушки, — ты милая, Оли, — он отдал ей сигарету и провёл рукой по растрёпанным волосам, — давай выпьем? — а Йен? — Оливия перехватила падающую руку парня. — у меня нет машины, братья приедут только завтра вечером, если повезёт, — он протянул руку куда-то за кровать и достал две банки пива, — потом поедем искать его. — ладно, — Лив открыла банку и подняла вверх, — за Йена и его чудесного парня, — они чокнулись и залпом осушили обе банки. *** Всю ночь они ехали всё дальше на Юг, Моника что-то рассказывала, дальнобойщик молча слушал её, а Йен смотрел на фотографии висящии в фургоне и вспоминал Оливию. Она чудесная сестра, смешная, всегда поддерживает его, не оттолкнула его, когда он признался в своей ориентации. Ещё он вспоминал вчерашний разговор с ней: — ты в порядке, Йен? — спросила она снимая трубку. — пока что, да. — его глаза блестели, — я скучаю по тебе, — он приложил ладонь к стеклу. — я рядом, — Лив проделала тоже самое, — держись, хорошо? — Йен кивнул, — мы вытащим тебя отсюда, — Оливия начала плакать, как маленький ребёнок и смахнув пару слезинок, она быстро сказала: — я люблю тебя. — я тебя тоже. Рыжеволосая повесила трубку и приложив ладонь ко рту, чтобы не расплакаться вслух, ушла еле сдерживая слёзы. *** Это "я люблю тебя" отозвалось в голове Оли после бутылки найденного где-то виски. Они на пару с Микки выпили столько всего, ух. Лёжа вдвоём на кровати они смеялись в пустой потолок, но не всяких поймёт из-за чего. Обдолбались. Микки нашёл в тумбочке старшего брата наркоту, вот они и дунули. — Мик, можешь обнять меня? — спрашивает девушка, резко переставая смеяться. — холодно. Парень без вопросов прижимает девушку спиной к себе, зарывается в рыжие волосы и кажется, они засыпают. Через день. — Оли, ты хоть знаешь, что спишь в обнимку с геем? — спросил шутливый тон над ухом. — этот человек делает моего брата счастливым, а мне холодно, так что молчи, — ответила она не открывая глаз, чувствуя обжигающе тёплые пальцы у себя на талии, Галлагер лишь улыбнулась. — Лив, у нас есть машина, — Микки нехотя отстранился, — мы выезжаем через час. — хорошо, — она быстро встала. Чёрная рубашка Йена, облигаюшие джинсы и синяя куртка. Оливия была готова. Её волосы падали на спину и плечи, глаза подведены чёрным. — ты в порядке? — бросает Микки и заводит двигатель. — да, только... — Оли отворачивается на секунду, — ладно, поехали уже. Он молча завёл двигатель, машина тронулась. Через час они заехали на заправку потому, что Микки захотелось жрать. Они зашли в это невзрачное здание, внутри никого не оказалось, персонала не было, камеры отключены. — Лив, пакеты. — сказал парень и они начали собирать всё, что попадётся. Они набрали около пяти полных сумок разной херни и решили, что вернуться обратно - самое логичное решение. — сигареты, сигатеры, сигареты... — девушка перебирала пакеты, — опа, нашла. Она закурила какой-то невъебенно роскошный табак и от непривычки закашлялась. — знаешь что? — в душе не ебу, — честно ответил парень, ведя машину. — я лишилась девственности с девушкой... — я тоже, и чт... Ага, понял. — а потом она сказала мне, что нужно встречаться с парнями, а не с девушками, что я достойна лучшего — никотин затуманил сознание Галлагер и она говорила всё, что обдумывала последние минут 40, пока они собирали пакеты. — и как же зовут эту, ахуеть какую умную сучку? — поинтересовался Милкович. — пх... — она выдохнул ядовитый дым в окно, — Мэнди. Микки чуть не врезался в грузовик, который ехал на соседней полосе. — она разбила мне сердце, — за этими словами последовала очерендная затяжка, — влюбила меня в себя, а потом херак, и она встречается с каким-то милым парнишей. — ты вообще догоняешь, что она моя сестра? — ага, — выдохнула Лив, — ещё как. — значит ты..? — пытался намекнуть Мик, но у него не получилось. — когда я была с ней рядом, в голове такая блять вертопляска начиналась.. Что? — мы скоро приедем. — вот и отлично.